Глава 3

— Оль, я что-то не помню, а как мы вчера расплатились? У нас хватило денег? – с утра Юлька пыхтела в телефон, с трудом выговаривая слова, кажись, сильно болит головушка от трех бутылок красного вина с Таней на двоих.

— Юль, а ты разве ничего не помнишь?

— Что?

— Мы твой бабушкин браслет оставили под залог.

— Бабушкин браслет!? – на пару секунд в обратной стороне трубки образовалась тишина. – Ты офигела, так врать? У меня чуть инфаркт не случился! Бабушкин браслет сейчас на моей руке….

— Что ж, поздравляю тебя. – После звонка Юли я, думаю, больше не смогу заснуть. Встала с постели, взглянула на часы. — Пять утра! Ты мне позвонила в пять утра, чтобы просто узнать, как мы вчера расплатились в ресторане?!

— Ну, да….

— А ты достань из-под своей кровати спиритическую доску или разложи гадальные карты, пусть духи тебе об этом скажут.

Отключила телефон и швырнула его на кровать. Я все еще была зла на Юльку, за ее вчерашний, безответственный проступок в ресторане. Это надо же, запланировать ужин в одних из самых дорогих ресторанов Москвы, при этом не иметь в кошельках должной суммы. Только Юля могла на такое пойти. А я-то куда полезла? Чувствовала же, что все это добром не закончится, так и вышло. Позор на всю память.

Еще и голова побаливает. От чего же? Вроде не пила вчера. Наверное, от недосыпа, ведь мне удалось поспать лишь часа четыре, не больше. Такси вчера подъехало с огромным опозданием – целый час его где-то носило, и вот, когда он прибыл, на часах уже был первый час ночи, втроем, я, Юлька, Таня, весело приплясывали чечетку в своих тонких капроновых колготках и осенних коротеньких сапожках. Видите ли, водителю пришлось медленно ехать, так как на колесах его автомобиля была летняя резина, и он никак не ожидал снегопада. А ничего, если на наших ногах тоже была летняя резина?

Чихнула, шмыгнула носом, и пошла в ванную умываться и чистить зубы. Ужас, как хочется спать.

Разогрела позавчерашний вареный рис, котлеты я еще тогда сожрала, заварила крепкий кофе и принялась завтракать. По всем законам, после «сытного», дорогого ужина в ресторане, я должна была проголодаться лишь на следующей неделе. И это только в лучшем случае.

После «хилого» завтрака, так лень было накраситься, но ради своего шефа, ради его внимания «Давай, Оля! Не ленись!» Девочки поймут меня, без особого настроя даже накраситься красиво не удастся: придать форму бровям получилось только с третьей попытки, и это после двух капитальных умываний, ресницы я накрасила за раз и не только ресницы, а так же всю площадь вокруг глаз, только губам придать блеск удалось с первой попытки.

Что же надеть? Выбор не большой: черную, темно синюю, темно коричневую юбку? Блузка есть белая, белая, еще одна белая и бледно-бледно розовая. Вся остальная одежда не подлежит ношению, так написано в трудовом уставе компании.

Долго думать не пришлось, надела первую попавшуюся блузку, темно-синюю юбку, из шкафа выкопала давно не ношенные балетки и бросила их в свою сумочку.

А вот и розовые босоножки, что так хотела себе Юля. Что ж, пора мне с ними расставаться, проиграла, как-никак, в честном споре.

Времени уже седьмой час, пора выходить, а я еще не прибрала волосы. И что я делала все это время? Как бы рано я не встала, никогда мне не удается собираться на работу вовремя.

Быстренько заплела волосы во французскую косу, красиво, как мне кажется, повязала платок на голову, на улице всю ночь шел снег, и было довольно прохладно, и набросила на себя черное, зимнее пальто, думаю, уже пора его вытащить из спячки. Два года, как служит мне верно и преданно и ни разу не подвергалось атаки моли.

Вышла в подъезд – тишина…. Где моя ненаглядная Мария Ивановна? Небось, всю ночь караулила меня у дверей, спать не ложилась, а сейчас спит себе без задних ног, мертвым сном.

Бррр… А на улице, правда, стоял нетерпимый холод….

Троллейбус, народ, полчаса толкучки и я в офисе.

Ах, мой излюбленный столик! Пусть без стула, но мой…. Поглядела в зеркальце, попудрила носик и я готова к работе!

— Ольга Геннадьевна, — послышался строгий голос шефа ровно в восемь утра в специальном аппарате для общения начальника с секретаршей, — зайдите ко мне.

И чего не спится с утра Станиславу Романовичу? Была бы я такой важной начальницей, приходила бы в офис ближе к обеду. А что? Пусть свои спины гнут простые холопы, а мне начальнику все должно быть по барабану. Ладно, мечта мечтой, шеф меня вызывает.

Тук, тук, тук.

— Можно?

— Когда я тебя вызываю к себе, тебе не следует каждый раз стучаться в дверь и спрашивать моего разрешения.

Что это Станислав Романович сегодня не в настроении? Вечер что ль вчерашний не удался? Или с девушкой своей поругался? Хотелось бы верить в это….

— Простите, больше так не буду.

— Сколько у меня на сегодня назначено встреч?

Шеф словно витает сейчас в своем замкнутом мире, где только он и его эго, на меня же не обращает никакого внимания. Уткнулся в свой компьютер и по клавише все тычет, и тычет, все тычет и тычет.

— Пять.

— Что пять?

— Пять встреч у вас на сегодня запланировано.

— Так и говори в следующий раз. – Шеф раздраженно швырнул карандаш в сторону. – Отмени все встречи, в десять мы выезжаем на ферму.

Только сейчас я заметила, что шеф одет не в традиционный темный костюм и белую рубашку, а в спортивный костюм и кроссы.

— Мы?! То есть я тоже… еду…. на ферму?

— Я что, не понятно выразился? – Зыркнул на меня раздраженным взглядом.

— Это значит, да? – все равно переспросила я, надеясь, что все же мне послышалось или я не так его поняла. Судя по серьезному виду и молчанию…. Да, я тоже еду на ферму. – Будут какие-нибудь еще распоряжения?

— Сходи в финансовый отдел и отдай Альберту вот эти документы, — мужчина кивнув в сторону огромной стопки папок.

Попыталась поднять их разом.

— Здесь же килограмм тридцать, не меньше! Мне их нести разом или разделить на три подхода?

— Ольга Геннадьевна, вы уже начинаете действовать мне на нервы. Если вы не можете справляться своими простыми обязанностями – то вам здесь делать нечего. Мне еще изначально следовало взять себе более трудолюбивого, компетентного работника, кто бы смог справиться с любой работой….

Вот умеет же мой шеф поднимать боевой дух в своих подчиненных, толкать правильную речь и давать нужные напутственные слова, у меня тут же появились откуда-то лишние силы, схватила всю стопку с документами и на гнущихся ногах потащила их в финансовый отдел.

Интересно, кто ему принес сюда эти документы? Наверняка не сам их сюда тащил.

— Ольга Геннадьевна, Альберт Робертович сейчас занят. – С холодным выражением лица сообщила мне Эльвира Эдуардовна и встала между мной и дверью кабинета своего шефа.

— Подержи. – Дала ей в руки ценные тридцать килограммов, и она тут же ушла своими каблуками в пол. – Уффф, устала…. – Убрала пот со лба и подправила съехавшую набок юбку.

— Забери это скорее! – пропищала Эльвира Эдуардовна, не в силах продержаться даже минуты.

— Что забрать? – решила специально потянуть время. – Ааа, ты про документы эти? Нет, дорогуша, не возьму. Мне приказали их доставить в финансовый отдел, отдать Альберту, но ты меня к нему не впустила, а значит, сама их и передашь, ну, когда он освободится.

— Ольга Геннадьевна, вы забываетесь! – зло прошипела секретарша, переминаясь с ноги на ногу.

— Ни сколь, Эльвира Эдуардовна. Ваша помощь с презентацией, здорово, как мне помогла, так помогла, что еще век я вашу помощь не забуду. Вам помочь открыть дверь?

— Стерва. – Процедила сквозь зубы она.

— Взаимно. – Улыбнулась победной улыбкой, и, крутя попой, пошла по своим делам.

Но стоило мне выйти из приемной, как вдруг оттуда послышался грохот, а после голос Альберта:

— Эльвира! Что вы делаете? Зачем разбросали по полу важные документы?

Поделом тебе, крыса.

Девять часов. У меня есть час для того, чтобы дозвониться до пяти граждан и сообщить им горестную новость: «Встреча с многоуважаемым Станиславом Романовичем отменяется по техническим причинам. Шефу неожиданно захотелось посетить «скотоубоище» милых пушистых созданий».

Блин, во мне потихоньку начал возрождаться дух защитницы всех живых существ. Кажись, та презентация подействовала на меня.

— Ольга Геннадьевна, вы готовы?

Шеф вышел из своего кабинета ровно в десять часов: в теплом спортивном костюме, поверх надета спортивная куртка и на ногах кроссы. Так не привычно видеть Станислава Романовича в таком неделовом прикиде, во всей этой одежде он сейчас походил на болельщика Спартака.

— Да.

Надела пальто, балетки переодела в осенние сапожки на каблуках.

— Вы в таком виде собираетесь ехать на ферму? – удивленно скинул бровь шеф, оглядывая меня с ног до головы.

— Другой одежды у меня нет. – Рассеянно подправила свою юбку. – Если бы вы меня предупредили вчера, что мы сегодня едем на ферму….

— Если бы вы были немного повнимательней, то увидели бы в моем графике поездку на ферму. Все мои поездки предусматривают и вашу поездку. Учтите на будущее. Еще один такой прокол – и нам предстоит расстаться.

— Я поняла.

Блин, я снова подвела шефа, он снова разочарован мною, как своей помощницей.

Все, отныне я не совершу ничего такого, что могло бы испортить мои отношения с шефом. Буду выполнять все его поручения, если надо будет, в горячую избу войду, коня на скаку остановлю, но никак не разочарую своего любимого Станислава Романовича.

— Ольга Геннадьевна! Вы что там застряли?

За своими грандиозными планами, я даже не заметила, как шеф уже вышел из приемной.

— Бегу!

Ферма, которую нам предстояло посетить, располагалась в двухчасовой езде от окраины Москвы. Это одна из самых крупных ферм Московской области, и как я поняла, наша компания является ведущим поставщиком оборудования для животноводства и одним из крупных покупателей мясных и молочных продукций.

— Приветствую, Станислав Романович! – встретил нас низкорослый, полненький мужчина, лет так около пятидесяти, с огромной залысиной в голове и густыми, полностью седыми усами. – Очень рад вас видеть в своей ферме.

Ну, все ясно, это управляющий фермой.

— Добрый день, Степан Матвеевич. – Довольно тепло поприветствовал мужчину шеф. – Как идет ваша работа? Простите, времени не так много, поэтому давайте сразу перейдем ближе к делу.

Мужчины прошли вперед, а я смешалась в толпе прочих замов, бухгалтеров и охраны с обеих сторон.

Как ни странно, первым делом мы направились в саму ферму, смотреть на процесс кормления крупного рогатого скота – коров, быков и телят. Мой нос тот же час забился от специфического аромата, исходящегося из коровника, каблуки тут же застряли в прощелине деревянного пола, а позже я запнулась об что-то очень похожее на остатки переработанной пиши этих милых рогастых созданий. Чувствовала себя, ну, просто из другого мира: в шикарном для этого места, зимнем пальто, в юбочке, в капронках, на каблуках…. Казалось, даже коровы были в шоке увидеть здесь такую расфуфыренную мадаму.

На дойку мы немного опоздали, коров подоили еще в шесть утра. Как объяснил бухгалтер Василий, с которым я познакомилась от кучи свободного времени, так как Станислав Романович и Степан Матвеевич этим временем закрылись в отдельном кабинете, с тем, чтобы обсудить свои важные дела, ферма разделана на два отсека: одна из них предназначена для выращивания коров для мяса, а другая для молока. По понятным причинам, я попросилась в «молочный» отдел.

Прошло уже полчаса, а шеф все еще не выходил из кабинета. К этому времени я успела поголовно пересчитать всех коров, собрать сапожками весь валяющийся на полу навоз и послушать полную лекцию об этом коровнике:

— Животноводческий комплекс включает: два коровника на шестьсот голов и один коровник на четыре сто сорок голов; а так же имеется молочный блок, родильное отделение на сто шестьдесят голов, площадка для молодняка, силосные траншеи, узел циркуляции и автоматизированной переработки навоза. – Василия представили ко мне, чтобы он потихоньку выносил мне мозг. И я знаю, кто мне сегодня ночью будет сниться.

— Василий! Тебя в кабинет зовут! – кто-то позвал моего экскурсовода с другого конца коридора.

Уффф, наконец-то…. А то, чувствую, уши скоро отвалятся его слушать.

— Не скучайте, я скоро вернусь. – Улыбнулся мне рослый мужичок с толстой линзой на очках.

В принципе, мужичок, что надо: вижу, добрый, вежливый, открытый для новых знакомств, но имеется все же один недостаток – слишком много говорит, ну, прям, очень много.

И вот, осталась я дна. Что делать? Помнится, Василий говорил, что на ферме есть телята, милые и пушистые…. Пойду, гляну на них.

Обойдя три отсека, и немного пройдя по узкому коридору – я нашла-таки телят, такие маленькие, в отличие от коров, забавные и оооочень шумные! Как только появилась в родильном отделении, все вдруг тут же замычали, аж уши закладывает.

— Какие вы все миленькие! Ути-ути-ути! – подошла к одному из телят.

— Они что, вам утята что ль?

От неожиданности я даже подпрыгнула на месте. Думала, я здесь одна, а тут какой-то обросший мужчина, с шапкой наискосок и в грязной, широкой штанине.

— Ну, чего уставилась, как на пришельца, иль боишься меня?

— Я-я? В-вас? Н-нет….

— Ну — ну, вижу, коленки-то задрожали.

— А ч-что мне в-вас б-бояться?

— Ладно, шучу я. Кто такая будешь?

— Я только что приехала сюда…. Из Москвы…. У нас тут….

— Ааа, понял! Что ж ты раньше-то мне не сказала? Сейчас все принесу.

— Что принесете? – не поняла я, но у мужика и след простыл.

Через пять минут он вернулся с каким-то чемоданчиком и всучил мне в руки.

— Там все на месте, мы ни разу не открывали.

— Простите, но что это?

— Медикаменты…. Для телят…. Шеф распорядился отдать это вам лично в руки. Кстати, если помощь нужна будет…. – Я открыла чемоданчик, а в нем огромные уколы с капсулами. – Я могу вам набирать в шприц лекарство или держать телят, чтобы не сильно брыкались, а вы буду ставить уколы….

Шеф распорядился? Блин, Станислав Романович просто издевается надо мною! Такие нелепые задания начальников я в жизни не встречала! Я что, ветеринар ему какой-то?

«Если бы вы были немного повнимательнее, то увидели бы в моем графике поездку на ферму. Все мои поездки предусматривают и вашу поездку. Учтите на будущее. Еще один такой прокол – и нам предстоит расстаться.» — Слова шефа тут же мелькнули в моей голове.

Нет, я не могу потерять эту работу, не могу потерять Станислава Романовича, пусть даже если мне придется сделать болезненный укол этим бедненьким телятам.

— А от чего им делают укол? – спросила я мужчину.

— Вы меня спрашиваете? – удивился тот. – Ааа, я понял, это проверка такая, да? Если животным недостает нескольких витаминов, это может иметь и вовсе печальные последствия, вплоть до летального исхода. По этой причине важно тщательно следить за рационом стада и не забывать контролировать прием витаминных добавок. Если вы всерьез обеспокоены развитием молодняка, то можно использовать и антибиотики в профилактических целях. Многие ветеринарные врачи рекомендуют такие препараты….

— Все! Все, больше ни слова. Я все поняла.

Еще одной мучительной лекции мне не хватает.

«Ну, с Богом!» — взяла в руки шприц и набрала с ампулы жидкость. – «Станислав Романович, это все ради вас».

Мужичок выбрал одного из телят. Я начала целиться иголкой в попу несчастного, но у меня не получалось, руки страшно дрожали.

— Куда ты ставить собралась!? – заорал вдруг мужичок.

— А куда надо-то?

— Эх, наберут молоденьких практикантов, ничего не знают, ничего не умеют. А нам потом отдуваться за них. Сюда ставь, да побыстрее! Теленок ждать тебя не станет.

Мужчина тыкнул своими толстыми пальцами на нужно место, и я, крепко зажмурившись, воткнула-таки шприц.

Слышу, как мужик заорал в один голос с теленком. Открываю глаза – теленок убежал, а мужик валяется невдалеке прямо на навозе.

— Что здесь происходит?

Рядом стояли Станислав Романович и Степан Матвеевич. Когда они пришли?

— Ольга Геннадьевна, вы решили сменить место работы? Я не знал, что вы еще подрабатываете ветеринаром.

— Но вы же сами приказали мне…. Поставить укол…. Т-телятам….

— Что я приказал? – еще больше удивился шеф.

— Геннадий, — Степан Матвеевич обратился к лежащему на полу мужику, — что происходит? Почему помощник Станислава Романовича ставит уколы телятам вместо ветеринара? И кстати, где ветеринар? Он час как уже должен был приехать.

— А-а…. Так, это…. – Потер мужичок лоб и больше так и ничего не смог произнести.

Черт. Я опять все не так поняла….

— Ольга Геннадьевна, идите в машину и ждите меня там, пока вы здесь весь скот не погубили.

Шеф окутал меня строгим, непроницаемым взглядом начальника, я тут же нервно съежилась.

— Хорошо. – Выдавила из себя что-то вроде писка и виновато опустила взгляд.

«Это надо же так опозориться перед всеми. Вон, коровы и то смеются надо мною. Бедный, бедный теленок….» — бубнила себе под нос, пока шла к выходу.

Глоток свежего воздуха был как ни кстати. Хоть разум немного просветлел, но позор все равно остался. А вместе с ним и пропитанная фермой вся моя верхняя одежда, волосы и даже кожа.

На кой меня нужно было тащить сюда? Пользы от меня все равно никакой, и шеф наверняка это уже и сам понял.

Сегодня я изменила свой статус, от зоозащитницы в душегубки.

Сижу в машине, жду шефа. А его все нет и нет. Просит, наверное, прощенье у Степана Матвеевича за свою непутевую секретаршу.

Через полчаса он наконец-таки вышел из фермы, сразу же сел в машину и приказал водителю ехать обратно в офис.

Едем и молчим. Всю дорогу уже молчим. Станислав Романович что-то просматривает на своем планшете, какие-то циферки, графики, таблицы, периодически отвечает на входные звонки и так ни разу не взглянул на меня. Наверное, все еще безумно на меня зол. Что же, помолчу и я, не буду будить лихо, когда оно тихо.

Скучно. От нечего делать начала перебирать пушинки на своем зимнем пальто. Блин, пальто и волосы все еще воняют навозом. Надо будет принести в офис сменную одежду. Вдруг еще раз придется нам ехать на ферму? Хотя, после этого «несчастного» случая, вряд ли шеф когда-нибудь еще меня возьмет с собою на ферму.

Уффф, приехали…. Вместе, все так же молча, поднялись на пятый этаж. Капец, как от нас обоих разит навозом! Коллеги то и дело оборачивались нам вслед, но, кажись, Станислава Романовича это ничуть не смущает, на удивленных окружающих он не обращал никакого внимания.

— Ольга Геннадьевна, войдите в мой кабинет.

Я успела только-только снять свое пальто, как шеф подозвал меня из своего кабинета.

Ведь даже не дает отдохнуть, как говорится, перевести дух. В его организме что, стоят вечные батарейки «Дюрасел»? Откуда в нем столько энергии? Лично я в ауте.

Но делать нечего, приказы шефа – это святое, им подчиняешься беспрекословно.

Хотела было уже постучаться и попросить разрешения войти, но вовремя вспомнила его слова: «Когда я тебя вызываю к себе, тебе не следует каждый раз стучаться в дверь и спрашивать моего разрешения».

Что ж, зайду так, неожиданно.

Открываю дверь и упс! Стоит шеф посреди кабинета с изумительным, рельефным голым торсом и при мне же продолжает раздеваться и дальше. Снимает штаны и остается в одних спортивных трусах.

Нет, ну если он еще и трусы снимет, я точно грохнусь в обморок.

— Ш-шеф, в-вы м-меня звали?

Хорошо, что еще от волнения слова не позабывала. Стою и пожираю его глазами, не в силах оторваться от красивого мужского тела. Это тебе не глянцевая обложка, с нарисованными моделями, и не стриптиз, что показывают по телевизору, в живую все это видеть куда круче. А когда еще этим мужчиной является твой шеф….

— Да. – Коротко ответил он, как ни в чем не бывало, будто ничего необычного сейчас и не происходит. – Не стой, как истукан. Раздевайся.

— Простите, я так не могу…. Вы же мой шеф, а я просто ваша подчиненная….

Смущенно переминаюсь я с ноги на ноги.

— Ольга Геннадьевна, что вас смущает?

— Я…. В-вы… Станислав Романович, у вас же есть девушка! А у меня…. У меня пока нет никого, но это не означает, что я буду спать с вами….

— Ольга Геннадьевна, вы о чем?

Мужчина подошел к одному из своих шкафов и достал оттуда два полотенца, одно из них бросил мне.

— Первый пойду в душ я, вы после меня.

— Какой позор! – стукнула себя по лбу, когда шеф скрылся за дверью душевой. — Черт! Я снова не так все поняла.

Раздеваться или не раздеваться? Эх, если бы я знала, что мне придется перед шефом раздеваться, надела бы какое-нибудь яркое кружевное белье и трусы в стринги. А на мне сейчас что? Обычный бюстгальтер нательного цвета, без объемных чашечек с пушапом и никак не сексуальные, бабушкины трусы, прикрывающие сзади всю попу. Мое нижнее белье шефа не соблазнит, а только напугает, а после, он будет видеть меня лишь в кошмарных, в самых жутких снах.

Нет, я все же разденусь, пока он не увидел мое нижнее белье.

Быстренько, пока из душевой все еще слышался шум льющейся воды, я скинула с себя юбку, блузку, аккуратно, чтобы не порвать, стянула с ног капроновые колготки, и с огромным облегчением избавилась от нижнего белья.

Бррр. Что-то мне вдруг стало как-то не по себе…. А вдруг кто войдет к шефу в кабинет, а тут я, голая….

Обернулась в полотенце и пошла закрывать изнутри дверь на защелку. Открою, когда выйду из душа.

Села на один из стульев, стоящих возле рабочего стола шефа, и стала ожидать возвращения чистенького Станислава Романовича.

Хм, странно все это как-то, будто не реально. Это, правда, сейчас происходит со мною? Или это очередной мой эротический сон с участием шефа? Признаюсь, мне частенько снятся сны, из глубоких-глубоких моих фантазий, когда мы оба остаемся голыми, путем страстного срывания друг на друге одежды, и вся моя оставшаяся ночь в проходит в волшебном экстазе.

Нет, это не сон. Ущипнула себя – больно. Это шанс. Шанс, данный мне свыше. Я должна сейчас же что-нибудь предпринять, чтобы шеф наконец-таки меня заметил как женщину.

Сняла с волос резинку, распустила волосы. Сижу. И что? Шефа распущенные волосы могут как-нибудь соблазнить? Приняла сексуальную позу, откинувшись на спинку стула и скрестив голенькие ножки. Уже лучше…. Но поза не та. Встала, повернулась спиной к дверям душевой, уперлась руками об рабочий стол, выпучив попу назад. Неее, ну, это вообще не пойдет. «Я готова. Бери меня всю прямо сейчас» — кричала моя поза.

Села прямо на рабочий стол шефа. Скрестила ножки, руки назад, волосы тоже откинуты назад. Сижу жду.

Долго ждать не пришлось. Как только шеф вышел из душевой, я тут же машинально спрыгнула со стола и моя челюсть тут же опустилась вниз.

Шеф предстал передо мною полностью обнаженным….

— Ты можешь идти. – Спокойно, как ни в чем не бывало, произнес он. – Только не засиживайся долго, у нас сегодня еще много работ.

— Д-да, конечно….

«Оля, отведи свои бесстыжие глаза в сторону!» — кричал мой внутренний голос, но меня будто парализовало, я тупо стою и разглядываю его безупречно-чистое, во всех смыслах, пропорциональное телосложение: широкие плечи, большие рельефные мускулы, крепкие руки, узкий таз, упругие ягодицы и …. Вот сейчас-то я испытала невероятно-сильное сексуальное влечение к своему шефу.

Станислав Романович, как на зло мне, продолжал расхаживать по кабинету, уверенно демонстрируя мне все свои мужские прелести. Ведь знает же, что чертовски привлекателен, и пользуется этим.

— Ольга Геннадьевна, мне вас проводить до душевой? Или вы и дальше предпочтете любоваться обнаженным мужским телом?

— Н-нет…. Я уже ух-хожу….

Облизала сухие губы и на вялых ногах побрела в душевую. Уххх! Теперь его незабываемый, божественный образ навсегда засядет в моей голове.

Душевая шефа оказалась не такой большой, но довольно удобной. Даже под струей прохладной воды мне не удалось забыться.

«Оля не думай о нем. Забудь все, что видела». – Но моя бесстыжая память и не думала забывать обнаженную натуру шефа, а наоборот, во мне еще и фантазия разгулялась.

Ой, чувствую, все это добром не кончится.

Не стала подолгу засиживаться в душе, быстренько помылась шампунем-гелью для волос и тела шефа, теперь месяц не буду мыться, и вновь окуталась в полотенце. Вздохнув полной грудью воздух, я вышла из душевой.

Шеф тем временем, слава Богу, сидел уже в штанах и не застегнутой на пуговицы в рубашке, полотенцем сушил волосы.

Мне даже как-то не удобно стало, он одет – я раздета, голое тело прикрыто лишь одним коротеньким полотенцем. Пошлепала босиком по паркету до своей одежды, юбка, блуза и зарытое вглубь одежды комплект нижнего бабушкиного белья, лежали так же, где я их и оставляла, на стуле, возле рабочего стола шефа.

Подхожу.

В этот самый момент, шеф отрывается от своих бумаг и окидывает меня изучающим взглядом.

— Вы пользовались моим гелем для душа?

— Да. – Автоматически отвечаю я и прижимаю одежду еще крепче к груди.

Раздается стук в дверь.

— Вы закрыли дверь на замок? – Станислав Романович взглянул на меня с удивлением.

— Да. Не хотела, чтобы кто-то видел меня в таком виде.

— Откройте.

И это была не просьба, это был приказ.

Все еще держа в руках одежду, шлепая босиком по паркету, я пошла открывать дверь.

Открываю, а там Анастасия. Девушка шефа.

Вот так конфуз.

— Добрый день! – улыбнулась я гостье. – Проходите. – Отступилась в сторону пропуская изумленную девушку вперед.

— Станислав? – обратилась она тут же к своему мужчине, застав его в таком же «нетрадиционном» виде.

— Анастасия Вячеславовна, вы ничего такого не подумайте, я просто принимала душ и все. Между мной и Станиславом Романовичем ничего не было. – Поспешила я оправдаться.

— А с чего вы взяли, что я могу такое о вас подумать? – вдруг обратилась ко мне она вопросительным, фальшиво-спокойным взглядом.

Вот стерва. Намекает, что это не может быть возможным, что мой шеф никогда на меня не взглянет, как на женщину.

— Спасибо, что освободили меня от нелепых оправданий. А теперь, разрешите, я пойду переоденусь. – Изобразила ту же фальшивую мимику, что и она.

Станислав Романович в это время спокойно продолжал сидеть за своим рабочим столом, не торопясь застегивал пуговицы на своей рубашке. Оправдываться каким-либо образом перед своей девушкой, он даже и не думал.

— Дорогой, какая забавная у тебя секретарша. – Услышала я себе в след, перед тем как войти обратно в душевую, переодеться.

Типичная ведьма в модном прикиде. Чем такие стервы нравятся мужчинам? Соглашусь, Анастасия шикарная, сногсшибательная блондинка, всегда одета в одежду от кутюр, по последнему писку моды, аккуратная, ухоженная, видно, очень любит себя, от нее всегда веет дорогими духами. Женщина-эксклюзив, одним словом. Неужели, уверенность в себе и стервозная харизма – вот тот мед, на который летят особи мужского пола?

Тогда мне просто не сравниться с ней.

Когда я переоделась и вышла из душевой, Станислава Романовича не было на месте, в кабинете была лишь одна Анастасия.

— Ольга Геннадьевна, задержитесь на минутку. – Остановила меня Анастасия, когда я уже хотела выйти из кабинета.

Не удалось проскочить незамеченной.

Остановилась, но не стала к ней подходить. Ей надо – пусть сама подходит.

Анастасия женщина не гордая, поднялась с мягкого кресла шефа и медленной, плавной походкой хищницы направилась ко мне.

— Ольга Геннадьевна, — остановилась она возле меня, и с дружеской улыбкой на лице начала свою пламенную речь, — Олечка, я все понимаю. Правда.

— Не поняла. Что вы понимаете?

— Я понимаю твои нежные чувства к моему мужчине. Поверь, не ты одна страдаешь по Станиславу безответной любовью. За последние годы я повидала столько фанаток моего Станислава, что даже не счесть.

— Я не фанатка Станислава Романовича. Вы заблуждаетесь, Анастасия Вячеславовна.

Я гордо вскинула подбородок вверх, как бы убеждая ее в обратном, своим уверенным твердым видом показывая свою нелюбовь к шефу.

— Вы думаете, я поверю вашим фальшиво сказанным словам? Олечка, не нужно стесняться своих чувств, даже если у этого мужчины уже есть любимая женщина. Видите ли, так вышло, что еще от природы мы, женщины, к сожалению, не уделены способностью выбирать себе в кого влюбляться. Мы просто влюбляемся и все. Но ничего, вы не расстраивайтесь, вскоре у вас все это пройдет, вы и думать перестанете о Станиславе, найдете себе достойного мужчину, построите с ним семью, там и дети не за горами. Вы еще очень молоды. Сколько вам? Двадцать четыре? Это как раз тот самый переломный момент у женщин, именно в этом возрасте мы уже начинаем задумываться о семье, о детях.

— Да, вы правы, — перебила Анастасию, не в силах больше слушать ее бредовую лекцию, хотя в чем-то она была права, — и этот переломный момент у меня настал прямо сейчас. Если ваша лекция на этом закончена, то пойду-ка я лучше думать о семье… о детях….

— Постой, — вцепилась своими длиннющими когтищами в ярко-красном шеллаке в мою руку, когда одна нога уже была в коридоре, — надеюсь, мы поняли друг друга?

— Несомненно. – Кое как отцепилась от ужасающих когтищей девушки, и спокойно вышла из кабинета.

Стою молча у своего рабочего стола. Пытаюсь сконцентрироваться на работе, до сих пор успокаиваю свои нервишки после общения с Анастасией, но не очень-то удается. Признаюсь, зацепили меня ее слова, и еще как. Наверное, я и вправду безответно-влюбленная фанатка шефа. Может, мне перестать уже думать о нем? И ежу понятно, что он никогда не влюбится в меня. Шефу нужны лишь такие женщины, как Анастасия: харизматичные, сильные и уверенные в себе девицы из высших кругов. А я самая, то ни есть, обычная замухрышка на побегушках.

Черт, ну вот, из-за этой стервы у меня выработался комплекс неполноценности.

Стою за своим рабочим столиком, а точнее повисаю. Ужас как устали стоять ноги. И ведь не пододвинуть себе стульчик, не присесть. Стою и топчусь на месте, периодически приплясываю, напевая шансон: «Весна опять пришла, и лучики тепла, доверчиво глядят в мое окно…. Владимирский централ! Ветер северный! Этапом из Твери….». Куплет мы уже пели вместе с моим животом, громко и с чувством.

— Ого! А я-то думал, врут люди. А тут, в самом деле, проходит концерт. Можно мне за первый ряд?

Из двери в приемную показалась голова Альберта. Стоит и смотрит на меня с улыбкой.

Блин, я только-только вжилась в роль певицы, можно сказать, наконец-то поймала вдохновение….

— Концерт окончен. Не нужно никаких оваций и цветов. – Поклонилась я, как это делают артисты после своих выступлений. – Если вы к Станиславу Романовичу, то его нет на месте. Где он и когда прибудет, говорю сразу, я не знаю.

— Ну, если шефа нет на месте, тогда я к вам.

— Ко мне?

— Да, к вам. Ольга Геннадьевна, разрешите мне вас сегодня позвать в ресторан?

— В ресторан?

Я тут же вспомнила свой крайний поход в ресторан. Неее, что-то мне совсем не хочется в ресторан.

— Да, сегодня, скажем, в семь вечера.

— Нет, сегодня я не могу.

— Почему?

— Кошка рожает.

— Кошка рожает? – округлились глаза директора финансового отдела.

— Ага, представляете? Бедная Маруся…. Девять месяцев мучилась… страдала….

— Девять месяцев? Я думал….

— Ну, или сколько там? Пять-шесть месяца?

— Ясно. – Подозрительно посмотрел на меня Альберт. – А завтра? Она родит до завтра?

— Ох, не знаю, роды — это стресс для животного, и хозяин должен сделать все возможное, чтобы его любимица чувствовала заботу и поддержку. Тем более это первые роды Маруси, она не имеет никакого опыта…. Это довольно длительный процесс, начинающийся с беспокойства будущей мамы и заканчивающийся кормлением малышей. Между этими событиями проходит несколько часов. На каждом этапе родов рекомендуется быть рядом с роженицей или, по крайней мере, отслеживать ее состояние. А вы знали, что кошка может погибнуть во время родов?

— Так, стоп. – Мне кажется или Альберт Робертович немного даже побледнел? – Ольга Геннадьевна, я вас понял. Хорошо, принимайте роды у своей кошки, ухаживайте за ней, но знайте, однажды вы пойдете со мною на свидание и не сможете отказать.

— Это почему же? – меня удивила самоуверенность мужчины.

— Вы мне должны свидание.

— Это за какие такие заслуги?

— Я за вас оплатил тогда в ресторане. Теперь вы обязаны дать мне что-нибудь взамен. Я же предпочитаю получить взамен лишь одно свидание.

Самодовольно улыбнулся Альберт и оставил меня одну с открытым от удивления ртом.

Так вот, значит, кто был нашим спасителем от позорной ночи в обезьяннике?

Раздается звонок на рабочий телефон.

— Компания Старожилова Станислава Романовича слушает вас. — Ответила на звонок деловым тоном секретарши.

— Привет, Оль!

— Юля? Ты сдурела звонить мне на рабочий? На мобильный не могла?

— Нет, не могла. Ты его отключила.

— Отключила?

С трудом нарыла в куче барахла своей сумочки мобильный. И правда, отключен. Должно быть зарядка села.

— Что хотела?

— Хотела узнать, как обстоят дела со Стасиком.

— Никак. – Буркнула недовольно я, вспомнив разговор с Анастасией. – Дохлый номер.

— Эй! Не смей мне показывать свое упадническое настроение! Я вообще-то с Таней поспорила на тебя. Отныне ты не смеешь сдаваться!

— И что же ты должна будешь отдать Тане в случае проигрыша, которое обеспечено тебе на девяносто девять процентов?

— Бабушкин браслет….

— Серьезно? Ты поспорила с Таней на бабушкин браслет? Знает же Таня на что спорить. А ты, получается, уверена, что шеф сможет в меня влюбиться?

— С помощью фэн-шуя мы преодолим все преграды, что стоят между вами. Стоит тебе только захотеть и я сотворю немыслимое…. – Спокойным умеренным голосом заговорила Юля.

— Хорошо, приходи сегодня ко мне в семь. И прихвати с собой побольше еды. А то у меня в холодильнике мыши повесились.

Спорить с подругой бессмысленно. Если ей что-либо взбрело в голову – и кувалдой не собьешь.

— А ты приготовь мне мои босоножки.

Напомнила Юля о моем проигрыше.

— Уже приготовила.

— Ольга Геннадьевна, сколько вы еще намерены болтать по рабочему телефону?

Оперившись об дверной косяк и скрестив перед собою руки, в ожидающей позе стоял Станислав Романович и пристально наблюдал за мною. Когда он пришел? Слышал ли он весь мой разговор с подругой? Если да, то это ужасно….

— Мы подумаем над вашим предложением и сообщим ответ в ближайшее время. Всего вам доброго, до свидания! – быстро проговорила я в трубку и положила телефон на свое законное место. – Мошенники…. Уже в третий раз звонят, предлагают швейцарские часы за пятьсот рублей. Ну, точно мошенники!

Ложь прет из моих уст как из автомата. Не запутаться бы в своих же словах.

В коридоре на некоторое время нависла неопределенная тишина. Станислав Романович продолжал сверлить меня острым, пронизывающим взглядом. Не поверил.

— Ольга Геннадьевна, — шеф с легкостью оттолкнулся от дверного косяка и неторопливо направился ко мне, все так же, не отрывая от меня своего пристального взгляда, — зачем вам нужно звать мошенников в свой дом и просить, чтобы они вам принесли еды?

Меня моментально парализовало на месте. Шеф уличил мою ложь, и наверняка услышал то, что ему никак нельзя было знать.

— Шеф… Я….

Напряжение в атмосфере нарастало.

— И что вы подразумевали под словом «влюбить шефа»?

— Стас, ты здесь? Я тебя уже давно как ищу. Мне нужно срочно с тобою поговорить.

Альберт вошел в тот самый момент, когда Станислав Романович был совсем рядом со мною, еще немного и, мне казалось, я точно грохнусь в обморок, от стыда, от позора, от безвыходного курьезного положения.

— Привет, красавица! – улыбнулся мне Альберт, как ни в чем не бывало. Присутствие рядом шефа его никак не смущало. – Учти, тебе не удастся отвертеться, рано или поздно ты согласишься сходить со мною на свидание.

Наглец подмигнул мне глазом.

— Альберт, не смущай мою секретаршу. – Станислав Романович открыл дверь своего кабинета. – Проходи.

Когда оба мужчин скрылись в кабинете, только тогда я смогла принять положение «Вольно».

Замечательно! Просто замечательно! Шеф знает о моих чувствах к нему! Копать – хоронить!

Времени уже шесть вечера. Мой рабочий день закончен, а мужчины все еще находились в кабинете. Выждав еще пять минут, я постучалась к шефу.

— Станислав Романович, будут еще какие-нибудь поручения?

— Идите.

Даже не взглянул на меня. А Альберт, напротив, просто пожирал своими бесстыжими глазами.

Что ему от меня нужно?

Быстренько плотно прикрыла за собою дверь, и я свободна! Ох, и трудный же у меня сегодня выдался день.

Накинула на себя все еще вонючее пальто, сумку через плечо и я на улице. Вызываю такси. На общественном транспорте не поеду, забочусь об обонянии граждан. В супермаркет тоже не буду забегать, надеюсь, Юлька купит мне продукты.

— Дом…. Мой милый дом…. – Бухнулась на кровать и давай изображать порхающую бабочку.

Нет, нужно вставать. У меня еще столько дел….

Вещи полетели на стирку, пельмени в кастрюлю, я же полетела открывать дверь. Пришла Юля.

— Держи скорее! Уффф, еле как дотащила….

Взвалила на меня целый пакет чего-то непонятного.

— Что это?

— Да так, прибамбасы всякие. Сейчас мы с тобой ворожить будем.

— А где еда?

Полезла я в сумку, а в ней только одни побрякушки: свечи, игрушки, сердечки, какие-то нарисованные картинки.

— Вот обжора, только о еде и думает. Тебе нужно сейчас думать только о том, как влюбить в себя шефа. И кстати, тебе бы не помешало немного похудеть.

— Похудеть?!

Встала напротив зеркала. Подняла вверх свою любимую теплую, махровую кофту, оголив тем самым живот. Хм…. Жировых боков не наблюдаю, и спереди все подтянуто. Куда еще худеть-то?

— Пойдем, не будем терять времени, начнем сразу.

Через пять минут мы с Юлькой уже сидели на полу в окружении каких-то не понятных мне символов, атрибутов и зажженных свечей.

— Только не подпали мне квартиру.

Предупредила подругу, когда та зажгла последнюю пятую красную свечу и ее преподнесла мне.

— Смотри на огонь и думай о своем Станиславе Романовиче.

— Долго?

— Несколько минут.

Взяла в руки свечу, горит, немного искрит. Так, Оля, думай… думай о шефе….

На меня тут же нахлынули воспоминания. Широкие плечи, большие рельефные мускулы, крепкие руки, узкий таз, упругие ягодицы и….

Ой, мамочка, что-то мне становится жарко….

— Эй, ты чего так раскраснелась? – вдруг заметила Юлька, хитро прищурившись. – О чем ты сейчас думаешь?

— Вспомнила, что поставила варить пельмени. – Вскочила я и живо побежала на кухню, выключить газ, а заодно проветрить голову.

Раздается стук в дверь.

— Ты кого-то ждешь?

Юлька тут же принялась тушить свечи.

— Нет, вроде как….

Пошла открывать дверь. На пороге стоит Танька и держит в руках большую банку попкорна.

— Ты-то каким ветром сюда? – сразу же нахмурилась Юлька.

— Не могла же я пропустить такое представление. И не каждый день такое увидишь.

Юлька заново принялась зажигать свечи, Таня села на кресло и под громким хрумканьем попкорна стала наблюдать за нами, а я снова начала думать о шефе, взяв одну из свечей в руки. Широкие плечи, большие рельефные мускулы, крепкие руки, узкий таз, упругие ягодицы и….

— Оль, а ты что делаешь?

Спросила Таня в самый неподходящий момент.

— Таблицу Менделеева вспоминаю. – Буркнула я, и дальше принялась представлять себе шефа.

Широкие плечи, большие рельефные мускулы, крепкие руки, узкий таз….

— А Юля, что делает?

— Тань, помолчи, а? – шикнула на нее Юля. – Своей болтовней ты не даешь нам сконцентрироваться.

Вроде настала тишина.

Широкие плечи, большие рельефные мускулы, крепкие руки, узкий таз….

«Хрум…. Хрум…. Хрум….»

— Таня! – в один голос вскричали мы с Юлей.

— Что? Я же молчу.

Девушка смастерила невинное личико и принялась дальше хрустеть.

— Таак, глубокий вдох…. И выдох. – Принялась успокаивать себя Юля. – Оль, ты все? Давай теперь перейдем к другому этапу.

Забрала с моей руки свечу и всучила лист бумаги размером А4, на котором было напечатано фото моего шефа в черном смокинге, на каком-то довольно значимом приеме.

— Откуда у тебя его фото?

— В интернете нашла. – Хмыкнула Юлька. – Там, кстати, куча его фотографий.

— Девочки, вот смотрю на вас, и в голову лезет только одна мысль – какие же вы все-таки дуры….

Таня встала с кресла и пошла на кухню.

— Сама ты дура! – закричала ей вслед Юля. — Не смей оскорблять древнекитайские искусство!

В ответ из кухни послышалось лишь чавканье. Жрет мои пельмени, гадина.

— Юль, я устала…. И есть хочу. Долго еще?

Сидела и наблюдала за тем, как Юлька роется в своем бардаке.

— Нашла! Все, теперь можно начинать.

Из кухни даже прибежала Таня.

— Держи, — Юля протянула мне рамку, обклеенную мелкими, вырезными сердечками, — вставь свое фото и фото Станислава Романовича в эту раму.

Вставила.

— А теперь повесь на стену возле своей кровати.

С трудом, но повесила.

— А это расставь по всему дому. — Всучила мне в руки двух ангелочков, двух лошадок, двух розовеньких котиков и двух птичек. — Китайцы настоятельно советуют заполонить квартиру парными символами. Так они обязательно приведут пару в твою жизнь.

— Кто? Китайцы? – влезла вновь Таня, с интересом разглядывая в моих руках разноцветные игрушки.

— Нет, блин, чем слушаешь? Парные символы приведут любовь. Причем тут китайцы?

— Но ты же сама сказала….

Дальше спор подруг я уже не слушала, птичек отнесла на кухню, лошадок в ванную, в прихожей оставила котиков, а ангелочки заняли место на тумбе возле моей кровати.

— Что дальше? – вернулась к все еще спорящим подругам.

— Вот, держи. – Юлька дала мне очередную картину в рамке. – Это нужно повесить напротив входной двери.

— О Боже, — рассмеялась вдруг Таня, — а это-то зачем? Это какой-то намек?

На картине были изображены Шрек и Феона из анимационного фильма.

— Если разместите прямо напротив входной двери картину с изображением влюбленной пары, вы обязательно будете счастливы в любви.

— А ты получше не нашла пару? К примеру Бреда Питта и Анджелины Джоли?

— Шрек и Феона – пусть некрасивые, зато очень даже влюбленные. А Бред Питт и Анджелина Джоли недавно развелись, если ты забыла. – Напомнила подруга Тане. — Не думаю, что они будут удачной парой для привлечения любви.

Молча повесила картину с мультяшными героями к себе в прихожую.

— Что еще? – уже без всякой инициативы спросила я Юльку.

Устала так, что никакой приворот по фэн-шую уже не нужен.

— А сейчас мы дружно начнем делать в квартире порядок. Потом я зажгу по дому свечи с легким ароматом натуральных эфирных масел, являющихся афродизиаками, они-то и способствуют обострению сексуального влечения.

— Кого ты привлекать-то собралась, дурында? В квартире сейчас три бабы и ни одной мужской особи.

— А мне это очень даже нравится. – Подруги тут же посмотрели на меня с удивлением. – Ну, я про то, что сейчас все вместе начнем делать порядок.

— Вдох…. Выход…. – вновь начала успокаивать себя Юля. – Почему вы такие не серьезные?

— Прости. – Еще немного и Юлька потеряет свое великое самообладание. – Тань, ты вытираешь пыль, Юлька убирается, а я мою полы. – Распределила я работу каждой.

— Блин, я работать сюда пришла что ль…. – Ворчала себе под нос Таня, но все же помогала убираться.

Через час мы с облегчение повалились на диван. Все, кроме Юли. Она же пошла размещать по дому ароматизированные свечи.

— Закажем роллы или пиццу? — предложила Таня.

— Пиццу.

Уже через полчаса мы с аппетитом уплетали еще теплую пиццу с двойной порцией сыра и вдыхали легкий аромат афродизиака.

— Наверное, я сейчас надышалась этого афродизиака, раз хочу вам кое в чем признаться….

— О! Процесс пошел. – Потерла ладошки Юлька и уставилась на меня хитрым, ожидающим взглядом.

— Я сегодня его впервые увидела обнаженным….

— Афигеть! Это что получается, я часики свои швейцарские просрала? Выругалась Таня.

— Опа-на! Моя коллекция часиков пополняется!

Радостно воскликнула Юля.

— Девочки, я смотрю для вас главное спор, а не мое счастье? Успокойтесь обе, это была случайность. Я случайно застала шефа голым в кабинете….

— Эксгибиционист что ль?

Спросила Юля.

— Я так и знала, что на пятом этаже не все так просто….

Осуждающе покачала головой Таня.

— Чтобы не была путаницы в вашей голове, я начну все с самого начала…. – Вкратце начала рассказывать подругам о своем проведенном дне, где была, что делала, и закончила тем, что сейчас мы сидим на полу и едим пиццу.

— Мне кажется, таким образом, твой шеф хочет тебя соблазнить и затащить в койку.

Сделала свое заключение Таня.

— Или он слишком самовлюблен и самоуверен. Его девиз: «Все крутится лишь вокруг его одного». Эх, люблю таких…. – Мечтательно закатила глаза Юлька и тяжело вздохнула. – Если бы Стасик не был твоим, Оль, я им, ох, как занялась бы!

— Остынь, подруга. – Утихомирила Юлькин пыл Таня. – Знаешь такую пословицу «На чужой каравай рот не разевай». Так вот, это про тебя. Нормальный из тебя получается специалист по фэн-шую. Поди, ты сама влюблена в Стасика, и делаешь все, чтобы у Ольки с ним ничего не получилось.

— Я б тебя послала, да и вижу ты и так оттуда.

Спокойно ответила Юля, не обращая никакого внимания на колкие высказывания подруги.

— Что ты сказала?!

— Таня! Юля! Успокойтесь! Хватит ругаться, по крайне мере в моем доме. Или вы забыли, что за стенкой живет шпион моей хозяйки?

— Не я первая начала. – Надула губы Юля, но потом тут же «оживилась». – Кстати, представляете, кого я недавно встретила?

— Кого?

— Васю!

— Как будто нам это что-то дает. – Буркнула Таня.

— Ну, Вася…. Разве вы не помните его? Ночной клуб…. Барный столик, самбука… Ну?

Юлька пыталась нам напомнить какого-то неизведанного зверька.

— Начну по порядку…. – Села она поудобней и начала свой рассказ. Эх, чувствую это надолго….