Глава 20

Самка, как сквозь землю, провалилась.

Грис бегал, сбивая лапы, до одурения от усталости, до черных мушек перед глазами, до изнеможения.

Ни следа, ни запаха, ни намёка.

Оставались только два варианта: или Татьяна умудрилась уехать на попутках, или её нашли канадцы и вывезли из страны.

Был еще вариант, но его Кирилл сразу отмёл, как маловероятный: ей кто-то помог, спрятал, и волчица сейчас отсиживалась где-то неподалёку.

Бабушек он проверил в первую очередь. И не только проверил, но и оставил двух волков наблюдать, не показываясь  прытким и наблюдательным женщинам.

Если Татьяна уехала, рано или поздно, она окажется в населённых местах,  и попадется на глаза кому-нибудь из оборотней.

Дёмин распорядился повторить запрос по всем стаям и кланам, убедиться, что еще весной все получили  фотографию Татьяны и образец ее запаха. Если она в России, её непременно обнаружат.

Получалось, больше ему здесь делать было нечего.

Дела настойчиво звали назад в посёлок, но Грис всё тянул и тянул, не желая покидать  район.

«Что ты чувствуешь? Самка и щенки где-то здесь?» - спрашивал Кирилл у зверя.

Волк грустно смотрел, вздыхал и твердил, что не надо уходить, надо искать здесь.

«Но мы по сантиметру прошли весь путь и не один раз! Более того, обследовали даже дороги на тридцать или сорок метров в обе стороны. На всем протяжении!»

Грис настаивал – надо искать!

«Я же не бросаю поиски! Подняли все кланы, лично обзвонил всех влиятельных вожаков, ведем проверку всех рейсов, улетевших за пределы страны за последние 4 дня. Мы  больше ничего не можем сделать!»

Волк насупился.

«Хорошо, мы вернемся сюда при первой же возможности! И я дам тебе бегать, где захочешь и сколько захочешь», - пошел на уступку Кирилл.

В клан вернулись поздно вечером.

Наутро, Демин выслушал доклады Стаса и  Владимира, потом принял Наталью.

- Ремонт закончили, мебель и остальное расставим за день, - отчиталась Луна.

- Хорошо, спасибо, - кивнул альфа.

И, на молчаливый вопрос, витавший в воздухе, добавил:

- Не нашли.

Наталья заметно поникла, вздохнула, опустив голову.

- Что еще? – недовольно спросил Дёмин.

- Ничего, альфа. Просто, мы все так надеялись, так ждали… Когда я сказала, что ремонт для Татьяны – все пришли помогать, пришлось установить график, иначе, не протолкнуться было бы.

- Иди, - бросил Кирилл, не поворачивая головы. – Занимайтесь своими делами.

Наталья ушла, а он еще долго сидел, бездумно глядя в стену.

Вот, так – Татьяну ждали, её любили. И, было за что, чего уж. Только бы найти, уж, он постарается выпросить прощение и возместить ей  за все обиды.

Почему, он всё воспринимал, как должное? Привык, что он – всегда прав? Привык, что его слово – закон? Что никто не смеет ему возразить, указывать и советовать?

Ведь, ему было хорошо с Таней. Спокойно, надежно, уютно, но всегда хотелось чего-то яркого и горячего.

Что выделывала в постели Алексис! И не только в постели – они опробовали в доме почти все горизонтальные и, даже, некоторые вертикальные, поверхности.

Таня ничего такого не умела.

С другой стороны – где и когда она бы этому научилась, если он сам  разогнал всех волков и бдительно следил, чтобы к ней ни один  самец не приближался? Плотские радости она познала только с ним, а он, почему-то не стремился их разнообразить. Сейчас, уже, и не вспомнит – почему. Кажется, ждал, что Татьяна, первая, проявит инициативу, как делали все другие самки.  Дурак  был! Другие-то самки прошли «школу молодого бойца», принимая участие в ежегодном гоне и регулярно вступая в непродолжительные отношения, а Таня, кроме него, ни одного другого волка не знала.  Это он должен был проявить инициативу и учить ее, если хотел разнообразия.

Кирилл встал, прошелся по кабинету, сел и обхватил голову руками.

Где были его мозги?

Он брал, когда и сколько хотел, но почти ничего не давал взамен. Нет, он внимательно следил, чтобы его жена ни в чем не нуждалась, чтобы ей ничто не угрожало, даже был, где-то нежен и ласков, но его душа и сердце оставались равнодушными. Татьяна не могла это не чувствовать, но ни разу за все время не показала, что недовольна, что хочет большего.

Был ли он доволен своей личной жизнью? Не вполне – временами он, с завистью, смотрел на парные семьи, подмечал разные мелочи. Например, идет волк мимо своей волчицы, и мимоходом, ласково проведет пальцем по ее щеке. Или, волчица потрется щекой о плечо своей пары. Мелочь, но от этих бесхитростных действий так и веет нежностью и любовью.

Он вспомнил, что Таня всегда отзывалась на любое его прикосновение, как ласкалась котенком. Только ему, почему-то, редко хотелось сделать ей что-то такое, не материальное – поцелуй мимоходом, переплести пальцы, прижаться, вдыхая аромат ее волос. Получается, это он – морозил их отношения, это он – не дал им развиться до искр и фейерверка? Почему он так себя вел, если, как выяснилось, она – его пара? Неужели, потому, что всегда считал её  суррогатом, заменой настоящей единственной? А, раз она – не та, самая, то зачем для неё напрягаться, и так сойдет?

От этой мысли Кирилл похолодел. Что же он наделал?

Грис вскочил и зарычал, яростно размахивая хвостом, а потом заметался, лязгая зубами.

Кое-как успокоив зверя, Кирилл встряхнулся.

К чему сейчас искать виноватых, ведь сделанного уже не воротишь?

Надо решать задачи по мере их поступления.

Найдет Татьяну, тогда будет думать, как исправлять содеянное. Вернее, как убедить обиженную женщину, что отныне для него существует только она и дети, и он сожалеет, что доставил ей столько неприятностей. И постарается её зажечь, чтобы их пара заискрила, как и положено истинным.

***

- Антонио? Как ты сюда попал? – Амиро лихорадочно соображал, чем ему может грозить этот визит. По всему выходило – ничем хорошим.

- Ногами, - небрежно бросил волк. – Ты разговор-то не переводи. Какую самку ты только что приговорил? Уж, не ту ли, которую мои бойцы для тебя нашли?

- Это уже моё дело, - попытался огрызнуться Амиро. – Я, кажется, сполна оплатил ваши услуги, и новых, пока, не заказывал.

- Хамишь, - грустно констатировал Антонио. –  Зря. У тебя есть запасная жизнь?

- А у тебя? Ты – в моем логове, за стенами полно волков.

- У тебя есть лишние волки? – удивленно поднял брови Антонио. – Я слышал, что ваши разработки по увеличению рождаемости дают результаты, но не думал, что клан уже переполнился.

- Что ты хочешь? – Амиро понимал, что альфа Диких ведет себя столь спокойно и уверенно, неспроста.

- Для начала, ответь, какую самку ты приказал ликвидировать. И, что случилось с тобой и кланом, что вы стали уничтожать самок?

- Эта самка уводит мужчину моей дочери, - глухо бросил Амиро.

- Что, за ерунду ты мелешь? Если, он уходит к другой, то не твоя дочь – его пара. Вы тут, со своими экспериментами, совсем с ума посходили.

- Ты не понимаешь, - горячо заговорил Амиро. – Он – пара с Алекс, когда её увидел – обо всем забыл. Они сколько времени уже вместе живут! А та, другая, была, просто, замена. Он её сразу выставил. Но самка сбежала, волку пришлось её искать.

- Это ты, чего-то, не понимаешь, - вкрадчиво проговорил Антонио. – Все знают – Дикая Стая не трогает самок, тем более, самок беременных. Когда я взял твой заказ, ни слова не услышал, что самка – щенная, а ты её ищешь не для того, чтобы уберечь и помочь, а для того, чтобы убить. Нехорошо обманывать!

- Я не врал!

- Нехорошо недоговаривать!

- Поздно, я уже отдал приказ, - глухо бросил Амиро. – За доставленные неудобства могу доплатить.

- Причем здесь неудобства? – откинулся на спинку кресла Антонио. – Ты подпортил нам репутацию. Теперь любой волк может говорить, что дикие ловят и убивают самок. Но, даже, не это самое страшное. Ты. Меня. Обманул.

Амиро почувствовал, как сердце ухнуло в левую конечность и, перепуганным зайцем, забилось в самую пятку.

- Что ты хочешь?

- Никто не смеет меня обманывать, - мягко проговорил альфа Дикой Стаи. – Позволишь одному, и через некоторое время придется создавать целый отдел по выявлению лжи со стороны клиентов. Лучше пресечь крамолу сразу. Вырвать вместе с корнем.

- Антонио, у меня много денег! Мой клан очень богат, я отдам тебе всё, пощади!

- Глупый волк. Не всё можно купить, - произнес Антонио. – Ты видел моего зверя?

Амиро покачал головой.

- Правильно, те, кто его видели, уже не с нами, - согласился дикий. – Когда я нервничаю, то, не всегда, могу удержаться от оборота.  Когда мне хамят или пытаются обманывать, я очень нервничаю. Ты отдал приказ убить самку. Молись Луне, чтобы твои бойцы не успели его выполнить. Даю три дня, считая сегодняшний, в течение которых  ты предоставишь доказательства, что волчица и её щенок живы и здоровы. Врать очень не советую, ты же понимаешь, что все легко проверить?

- Какие у меня гарантии? – Амиро немного отпустило – дикий не собирается его убивать прямо сейчас. У него есть шанс выкрутиться из этой истории!

- Никаких, - холодно ответил Антонио, - кроме одной – ты гарантировано мертв. Если посмеешь обманывать, попытаешься бежать, то сам будешь молить о смерти. Если выполнишь, что я сказал, уйдешь быстро и достойно.

- Моя дочь?  Ты пощадишь мою дочь и мой клан?

- Я не воюю с самками, - презрительно бросил Антонио. – Провожать не нужно, сам выйду. Ты, лучше, отмени приказ, пока не стало слишком поздно.

- Зачем мне это, если я все равно умру? – Амиро обхватил голову руками.

- Ты можешь выбрать свою смерть. Поверь, я не многим даю такую привилегию.

Амиро сидел и смотрел на  дверь, за которой скрылся альфа Диких.

Вот и всё. Доигрался. Пристроил дочь и отжал новые территории. Что ж, ему уже триста, он-то пожил. Конечно, именно так уходить не хотелось, но он, сам себе, не оставил выбора.

Надо срочно звонить Рэмиллу и завершить все земные дела. В том числе, назвать преемника.

Альфа поднялся, нашел на столе трубку и нажал на вызов.

Раз за разом – долгие гудки, потом «Абонент не отвечает, перезвоните позже или оставьте голосовое сообщение».

Разговаривать с автоответчиком Амиро не любил, но здесь выбирать не приходилось.

- Рэмилл, я отменяю приказ. Понял - самка должна  быть жива и благополучна? Сними мне видео с ней, потом,  верни ее в клан Дёмина и момент передачи, тоже, сними. После чего, немедленно вылетай домой. На твое имя будут забронированы билеты с открытой датой. Поспеши, в Канаде ты должен быть не позднее, чем послезавтра.

Отключил телефон, закрыл глаза и потер веки.

Рэм будет хорошим мужем Алекс и отличным альфой. Только бы он не успел убить волчицу и успел вернуться в Квебек!

Рэмилл так и не перезвонил. Не перезвонил и не прислал видео.

Зато, прилетели Даниэль и Эдвин. Правда, бойцы мало, что могли пояснить –  после разговора с альфой, Рэм приказал  возвращаться, оставил им машину, деньги и документы, а сам отправился что-то доделывать.

Амиро скрипел зубами – время уходило, как вода в песок, неумолимо, неизбежно, бесследно.

Он подвел все дела, что необходимо – завершил, что невозможно завершить – заморозил. Его преемник всё разрулит, только, где он, этот преемник?

Можно было предположить два варианта.

Первый – Рэм добрался до самки. Убил или не убил, неясно, но его самого поймали и минимум, покалечили. Но, скорее всего, убили. Второй вариант – Рэмилл решил не возвращаться, и прячется где-то в России. Фантастический вариант, с чего бы бете не хотеть домой? Здесь он вырос, здесь его дом, имущество, счета, наконец. Да, он не хотел жениться на Алексис, но к его дочери прилагается такое приданое, от которого никто не откажется – процветающий, богатый клан.

Значит, Рэм погиб или схвачен волками Дёмина. Кирилл его не пощадит, так что, можно считать, что Рэмилл погиб.

Жаль, перспективный был волк.

Амиро достал досье на еще двух бет – Брендона и Картера. Оба – достаточно сильные и умные. Брендон берет грубой силой, нетерпелив и вспыльчив.  Картер – похитрее, но, если вцепился, то, как клещ, его не отцепишь, не смахнешь и не раздавишь. Амбициозен и не слишком щепетилен.  Оба преданы, за альфу и Алексис готовы глотки рвать.  Кого же ему выбрать?

Альфа всматривался в десятки раз прочитанные строки, вспоминал поведение волков в разных ситуациях.

С кем клану будет лучше? Кто сможет удержать власть, не допустить междоусобицы? И кто сделает Алексис счастливой?

В принципе, его дочери многого и не надо – лишь бы был привычный  образ жизни, комфорт и внимательный самец рядом.

Решено!

- Амит, оповести бет, что я жду их у себя через полчаса. И сообщи остальным, что альфа через два часа сделает объявление. Должны присутствовать все.

- В Малом зале, Амиро? – уточнил волк.

- Я сказал – все! Какой, зал? На площади за резиденцией. Безразлично, в какой ипостаси, но должны быть все, кто дома. И  срочно отправь волков за Алексис, я позвоню в клинику, чтобы вас впустили и выпустили.

Оборотень коротко кивнул в знак, что все понял, и исчез.

Вот, так… По завершении всех неотложных дел у него останется два – три часа на себя.

Спокойно искупаться, поесть, вспомнить прожитые годы и смиренно принять смерть.

Амиро отогнал грустные мысли – не сейчас. Сейчас ему нужен ясный ум, ничего не должно отвлекать.

          Когда альфа вошел в кабинет, все семь бет уже находились там.

Амиро посмотрел на пустующий стул справа – место Рэмилла, вздохнул и отвел глаза.

- Я собрал вас, чтобы объявить свою волю, - веско начал он. – Да, вы все правильно поняли, я оставляю клан.  Вы – костяк и сила нашей стаи, и вас осталось только  семь. Рэмилл погиб, выполняя задание.

Беты переглянулись, опустили головы.

- Сыновей у меня нет, поэтому, власть переходит к моей дочери. Но, поскольку, самка не может управлять кланом, то следующим альфой я назначаю ее старшего сына.  Я сегодня назову того, кто станет мужем Алексис и приложит все усилия, чтобы она родила сына и дочь. Можно и больше, но этих – обязательно! Пока наследник не родился и растет, править кланом будут два беты. Один станет парой Алексис, второй – парой ее дочери.

Беты подобрались.

- Мужем Алексис я назначаю Картера. А Брендон женится на  дочери  Алексис от Картера. Вот здесь, - Амиро показал на пухлые папки, которые принес и положил на стол – пояснительные записки, указания. В общем, всё, что поможет вам обоим нормально руководить кланом.

Два вышеназванных волка выпрямились и приосанились.

- Алексис везут сюда. Через час я объявлю свою волю  членам стаи, а перед этим, ты, Картер обменяешься метками с Алекс. И вы сразу, - альфа обвел взглядом мужчин, - принесете правящим бетам клятвы верности. А потом,  вы все, включая Брендона и Картера, дадите клятву, что никогда и ни при каких условиях не станете связываться с оборотнями из России. Запомните – никогда и никаких дел!

      Как и ожидалось, поначалу дочь воспротивилась.

- Какой еще Картер? Ты же обещал Кирилла или Рэмилла?

- Рэм мертв, Кирилл, считай, тоже, - отрезал Амиро. – И я недалеко от них отстал. Поэтому, если хочешь не просто жить, а жить, как ты привыкла, то сейчас  обменяешься метками, причем, в звериной ипостаси. Обменяешься метками с Картером! Потом, выпьешь отвары и немедленно отправишься с мужем делать наследников. Я уже объявил, что Картер становится твоим мужем, а Брендон – возьмет в пару вашу дочь.

- Мою дочь? – Алексис понимала, что происходит что-то серьезное. – А кто будет альфой? И, куда ты собрался?

- Умирать я собрался, - отрезал отец. – Не смотри так, мне уже за триста. А править, пока не вырастет твой сын, будут два беты – Брендон и Картер. Хватит вопросов, муж тебе, потом, всё еще раз подробно расскажет. Марш ставить метки и зачинать детей! Моли Луну, чтобы она позволила тебе зачать с первого раза, и сразу – королевскую пару!

         Ошарашенная и испуганная, Алексис мало, что соображала и покорно выпила все положенные перед обрядом отвары. Боб, зверь Картера, сходу подмял Миласку, соединился с ней, поставил метку и позволил поставить себе.

Все еще ошеломленная стремительностью произошедшего, самка встала вместе с парой перед кланом, как в тумане, выслушала речь отца и приветствия стаи.  И покорно пошла «делать наследников» – свежепоставленные метки уже запустили процессы привязки и стремление к воспроизводству.

 Амиро вернулся к себе, устало опустился в любимое кресло, покосился на часы.

Время, время, куда же ты спешишь?

Клан и дочь – в надежных руках, хоть с этим повезло. Успел!

Теперь можно и о душе подумать.

Хотя, нет, есть же еще одно дело, которое должен сделать он сам.

Еще раз набрал номер Рэмилла, выслушал бесстрастное «абонент – не абонент». Раньше, хоть, гудки проходили, а теперь, всё. Заблокирован телефон.

Набрал другой номер.

- Слушаю! – рявкнул Кирилл, внутренне обмирая – альфа звонит, Татьяна у него?

- Не кричи, - тихо ответил Амиро. – На слух не жалуюсь.

- Ты приготовил видеозвонок?

Амиро прикрыл глаза – самка не у Демина, и тот не знает, где она. Видимо, у Рэма, все-таки, получилось. Возможно, он погиб вместе с самкой, или она смертельно его ранила перед смертью. Что ж, он узнал, что ему было надо.

- Нет, не приготовил, - ответил Амиро.

- Какого, тогда звонишь? – зарычал Кирилл.

- От важного дела оторвал? – сочувственно спросил альфа. – Потерпи, я долго не задержу. Суку свою ты не увидишь и не услышишь.

- Что? Что ты с ней сделал?? Да, я тебя!!! Где она??? – бесновался Дёмин.

- Не кричи, - поморщился Амиро. – Её больше нет. И меня, тоже, больше нет, так что, ты опоздал с местью.

В трубку было слышно тяжелое дыхание Кирилла.

- Я умру сегодня, - продолжил канадец. – Подумал, что же мне одному страдать? Решил позвонить и поделиться новостью. Твоя самка мертва. Мертва, вместе со щенком. Если загробный мир существует, как говорят люди, то я, уже через час, их там встречу. Привет от тебя передавать?

- Амиррррро!!! – Кирилл сжал побелевшими пальцами трубку, еле удерживаясь от оборота. – Что ты несёшь? Где моя пара?

- Ты глухой? Тогда, повторю еще раз – Татьяна мертва. И я тоже. Только, она – уже совсем, а я таким же стану всего через час.  Мне плохо, Кирилл, очень, плохо. Но тебе будет хуже. Потому что, я успел, спас свою кровь, устроил ее жизнь, а ты прос..ал свою пару и ребенка. И тебе с этим, теперь, жить!

Амиро выключил телефон – пусть его больше никто не сможет побеспокоить!

И засмеялся.

Он умрет, это очень печально. Но тот, по чьей, пусть и косвенной, вине он вынужден уйти раньше, чем мог бы – будет жить, и мучиться, будет кровавыми слезами рыдать, но не сможет ни исправить все, ни отомстить.

И это – просто замечательно!

Стрелки бежали, отмеряя последний час его жизни.

Все дела завершены, все хвосты подчищены. Остается сидеть и ждать, когда появится Антонио.

Единственно – он обещал ему лёгкую смерть, только, если Татьяна будет жива и благополучна. К сожалению, с этим ему не повезло.

Умирать не хочется, а, умирать в муках – тем более. Но дикие слов на ветер не бросают! Ему никак не спастись, не уехать, не спрятаться.

Внезапно, Амиро поймал мысль и обрадовался.

Да! Он может сбежать! Может оставить жестокого Антонио с носом! С самками дикие не воюют, поэтому, Алексис ничего не будет угрожать, он может не беспокоиться на её счет.

Амиро спешно вернулся в спальню, открыл сейф, достал маленькую коробочку и счастливо рассмеялся, увидев, что в ней есть еще одна ампула.

Торопясь, и посекундно, оглядываясь на часы, отломил кончик ампулы и выпил содержимое.

«Я тебя обманул еще раз, Антонио!» - успел он подумать, прежде чем сознание и жизнь его покинули.

    Антонио появился, как и обещал, минута в минуту. Прошел в спальню бывшего альфы, убедился, что произошло всё так, как он и планировал,  носовым платком забрал из коченеющей руки Амиро пузырек. Потом, подобрал коробочку и отломанную верхушку ампулы. Огляделся, захлопнул сейф и, спрятав платок в карман, вышел в коридор. Волки Амиро, сгрудившись, стояли за спинами диких.

- Амиро мертв, - произнес Антонио. – Он обманул, я забрал его жизнь. Живите честно!

Волк обвел взглядом притихших оборотней и мотнул головой, отзывая своих бойцов.

    Кирилл диким взглядом посмотрел на зажатую в руке трубку, отказываясь поверить в услышанное.

Грис метался, подвывая.

«Грис, ты, чувствуешь нашу пару? Щенков?»

Но волк только скулил и вертелся, кусая себя за бока и лапы.

- СТАС! – проревел альфа.

- Кирилл? – через минуту в дверь просунулась голова беты. – Что случилось?

- Немедленно, машины, сопровождение! Мы возвращаемся в район поисков!

Кирилл гнал, как сумасшедший.

Волки, видя, в каком состоянии альфа, предпочитали не отсвечивать: не лезли с вопросами и, вообще, с разговорами. Сидели, уткнувшись в окна,  изучали мелькавший пейзаж. Водитель  вжал голову в плечи и не отрывал взгляд от дороги.

В машине отчетливо ощущалось, что тучи сгущаются, и вот-вот, грянут гроза и крупные неприятности.

Кирилл держался на остатках силы воли – Грис бесновался и требовал, чтобы его выпустили. Но, отпустить зверя было невозможно, Кирилл опасался, что от горя, тот наделает дел, да и бежать несколько сот километров – все лапы сотрешь. Вот, когда они приедут на место!

Как ни тянулось время, но, наконец, машины въехали в Каменку.

- Куда дальше? – Стас избегал прямого взгляда на альфу.

- На тот хутор, где её держали, - отрывисто бросил Кирилл.

Полчаса – и они на месте.

Машины остановились там же, что и в прошлый раз. Двери открыли, но волки не спешили выходить, ждали приказа альфы.

Кирилл окинул взглядом местность, прислушался, и шагнул на землю.

- Сидите, - приказал сопровождению и пошел большим кругом, осматриваясь.

Ни исходящего, ни входящего свежего запаха не было. Получается, за последние сутки  никто не наведывался?

Дёмин прислушался – тихо. Но, что-то, все равно, было другим. Что – он, пока не мог сказать. Возможно, это подавала сигналы его интуиция?

Волк зашел в первый из домов, тот, где жили охранники Татьяны, и замер: здесь кто-то побывал. Во-первых, исчезла одна из сумок с вещами, во-вторых, иначе стояли стулья, открыта дверца буфета.

Напряженно и осторожно, Кирилл осмотрел все комнаты и переключился на дом, где держали его самку. И задохнулся – здесь, тоже, все стало иначе.

Пропали все вещи Татьяны, все – до последней ленточки! Если бы он уже не был здесь раньше, то ни за что не догадался, что тут кто-то жил, тем более – Таня.

Получается, Амиро не врал – его волки нашли женщину и увезли с собой, предварительно скрыв все следы её пребывания?

Дёмин сжал кулаки, мысленно ругая себя – ведь, Грис просил не уезжать! Что, ему стоило, ещё раз, сюда наведаться? Ещё раз, оббежать всё? Пусть, предыдущие  сто двадцать пять обходов не принесли ни информации, ни находки, но, похоже, именно, сто двадцать шестой, и был бы результативным.

Мужчина вышел на двор, приблизился к березе и проследил взглядом за цепью. Помнится, когда он здесь был раньше, цепь лежала чуть правее. А теперь, она, опять, уходила в сарай, где был туалет.  Совершено бездумно, Кирилл нагнулся, подхватил металл и потянул. Метр, два, три – цепь, нехотя, выползала из развороченного проёма, зацепилась за что-то и остановилась. В раздражении, Кирилл дернул сильнее, железный поводок  развернулся, пролетел по воздуху и упал почти у ног волка, обдав того пылью и… запахом Татьяны.

Дёмин кинулся к концу цепи и обомлел – на конце цепи появился карабин и в двух последних звеньях запутался клочок ткани, защемленный этим карабином. Небольшой лоскуток – похоже, от платья, которое Татьяна носила несколько дней – её запах, буквально, въелся в ткань. Кирилл поднял цепь, поднес её, не прикасаясь к клочку, ближе к носу и отшатнулся – сквозь запах Татьяны доносился запах крови.

Бросив цепь, на подгибающихся ногах, Кирилл бросился в сарайчик.

Тусклый свет, пробивающийся сквозь щели и дыры, не позволял рассмотреть детали, но картина и, без этого, была ясна.

Вытоптанное место, будто, кого-то волокли или с кем-то боролись, клочки ткани с пятнами крови, словно, одежду рвали  вместе с кожей, женский домашний тапочек. Огромная лужа крови – в виде неровной, перевернутой восьмерки. Уже высохшей крови. И клок волос,  прилипший к поверхности лужи.

Кирилл почувствовал, что его качает. Упал на колени, поднял тапочек –  запах Татьяны. Провел ладонью по ближайшему пятну, поднес к носу – Танина…  И – завыл, забился, закричал, нечеловечески, на грани возможности. Тут же обернулся, и огромный зверь вынесся из сарая, бросился на цепь и, едва не ломая зубы, принялся её трепать. Увидел березу – кинулся на неё, вцепился, рванул, отрывая большие куски бересты и самой древесины.

Волки, услышав вой альфы, поняли, что произошло непоправимое, но к Кириллу никто не спешил. Явно, помочь уже было нечем, а он сейчас в таком состоянии, что покромсает любого, не разбираясь, кто – прав, кто – виноват.

Дёмин бушевал не меньше часа и, когда появился перед машинами со своими соплеменниками, на него страшно было смотреть – вся морда в крови, в длинных ранах лапы, на правой передней, с мясом, выдран один коготь, взгляд остекленевший, шерсть взъерошена.

Оборотни сжались, дыша через раз.

Грис еще раз провыл и упал, наконец, отключившись.

Волки переглянулись и решились выяснить, что с альфой.

Травмы, хоть и, весьма, болезненные, опасности для жизни не представляли, но, видимо, потрясение было слишком сильное – Грис лежал без сознания.

Стас распорядился  развернуть заднее сидение и перенести туда альфу, а сам отправился смотреть, что же довело Демина до такого состояния.

Посмотрел и сам еле сдержался, чтобы не завыть и не броситься крушить все вокруг.

Убили! Луну убили! А, ведь, она ждала щенков!

От желания немедленно найти и разорвать того, кто такое сотворил, темнело в глазах, и, сам по себе, начинался оборот.

Стас вернулся к остальным оборотням и, вкратце, рассказал, что увидел. Волки на глазах ощетинились, взъерошились и засверкали зубами.

Кто? Кто мог такое сотворить???

Звери рассыпались по хутору, тщательно пронюхивая каждый сантиметр, на брюхе проползли вокруг, заглянули под каждую травинку – убийцы были осторожны и никаких следов не оставили. Ни отпечатков, ни запаха, ни оброненных вещей.

Через полтора часа, когда Кирилл, не только пришел в себя, но и мог внятно изъясняться и адекватно воспринимать информацию, Стас доложил результаты проделанной работы.

- Ни молекулы нет, альфа, - закончил он. – Волков было трое, приехали на машине. Тело увезли с собой. Сначала, я подумал, что бросили в выгребную яму, там, сверху, плавал второй тапочек, но в яме ничего, кроме дерьма, не нашлось.

- Никаких шансов найти тело? – глухо спросил Дёмин.

- Жизни не хватит, чтобы проверить каждый куст и каждую ямку. Они могли закопать её через десять километров, могли – через пятьдесят. Или – через три. Причем, мы не можем установить, в какую сторону они уехали. Мне так жаль…

- Тапочки… Возьми тапочки.

- Уже, альфа. Который из выгребной ямы, немного полили водой и завернули в два пластиковых мешка.

- Кровь… Место, где… Закопайте. Сарай завалить и поджечь.

 Старое, сухое дерево занялось мгновенно.

Кирилл стоял и смотрел на огонь, прощаясь. У него что-то оборвалось в душе, что-то такое, важное и нужное, без чего он не мог дышать полной грудью. Грис свернулся клубком, спрятав голову, и ни на что не реагировал.

Раньше, когда он считал волка бесправным приложением, его это бы только порадовало.  Но, за последнее время, он научился жить не рядом с волком, а вместе, и это оказалось настолько замечательным, что  Кирилл чувствовал, как остро не хватает ему участия зверя.  Может быть, вдвоем им было бы легче пережить горе?

Мужчина стоял, пока сарай полностью не догорел, пока не погасло пламя, оставив только, пышущие нестерпимым жаром угли.

- Залейте водой, - тихо бросил он Стасу. – Не хочу, чтобы случился пожар, ветер может раздуть.

В машины волки сели, изрядно, пропахшие дымом, местами испачканные  и злые.

Горе от потери самки и щенков – ни с чем не сравнить. Они горевали бы о любой, но  погибла самка альфы, его пара, его дети. Погибла Луна клана. Это было невыносимо понять и принять. Каждый оборотень мечтал, лично, на ленточки порвать тех, кто посмел посягнуть на самое ценное и дорогое.

- Предположения есть – кто? – не выдержал Артем. – Нам бы только направление…

- Амиро.

- Р-р-р, - дружная реакция всех оборотней, без исключения, еле удерживающихся от оборота.

- Мы его достанем, Кирилл, - серьёзно проговорил Стас. – Его и всех, кто приложил руки или лапы.

Демин, выглядевший так, словно разом постарел лет на двадцать, поднял на бету  глаза.

- Если он еще жив, я сам его достану. Только, это не вернет… Таню и щенков…

- Альфа.

- Пустое, Стас, - остановил жестом. – Я понимаю ваши чувства и ценю готовность помочь поквитаться. Но это – моё дело.  Поехали.

- В Каменку?

- Домой.

Дождавшись, когда машины выехали на трассу, Дёмин достал телефон, долго смотрел на него, наконец, приказал:

- Останови. Мне надо позвонить.

Вышел из машины, отвернулся и нажал на кнопку.

Вызов шел, но Амиро не отвечал.  Напрасно прождав, альфа сел в машину и дал отмашку ехать дальше. Через пятьдесят километров он повторил попытку дозвониться. Через час – ещё одна попытка. И, спустя сто километров –  еще. Только в четвертый раз получил ответ.

- Что надо?

- Алексис?

- Что тебе надо?

- Передай трубку отцу.

- Его больше нет, - голос звучал безразлично, будто Алекс была под успокоительными.

- Когда вернется?

- Ты, что – идиот? Если не понимаешь по-русски, могу по-французски или по-английски – отец умер! Из-за тебя –  умер! Ненавижу! Как же я тебя ненавижу!!! Надеюсь, ты, когда-нибудь, приедешь в Канаду, и я смогу увидеть тебя мертвым!

Алексис бросила трубку.

Кирилл выдохнул – мёртв? Не врал?

Это ещё надо будет проверить, с Амиро станется инсценировать свою смерть, ведь, он не может не понимать, что Демин гибель пары не спустит.

        Домой вернулись глубокой ночью.

Кирилл отпустил сопровождение и один вошел в дом, блистающий чистотой и порядком. Прошел по комнатам, бездумно задевая рукой мебель, переложил подушечку на диване, поправил занавеску. Увидел на столе фотографию в рамке – он ее спрятал, когда привез Алекс. Не помнит, куда. Видимо, Наталья обнаружила и достала, поставила на видное место.

На фотографии – он и Таня, в первый год после свадьбы. Поехали в Москву, в Сокольники. Гуляли, катались на аттракционах, им было весело и хорошо вдвоем. Таня попросила какого-то прохожего снять их вместе.

Единственное их совместное фото.

Кирилл взял фотографию, всмотрелся в счастливое лицо Татьяны, и огромный ком,  копившийся у него в груди, прорвался. Волк упал на пол, держа драгоценное фото, и заплакал, завыл, зарыдал.  Горько и безнадежно. Отчаянно.

Страшно, как плачут только сильные мужчины, когда их никто не может увидеть.