- 19 -

Я снова сбрасываю вызов Марка.

Третий день прозябаю в Святополье, раздираемая сомнениями, страхами и противоречиями.

Сначала я пыталась достучаться до Алёнки. На пальцах ей объясняла, что Юра — опасный тип, от которого можно ожидать чего угодно. Это сейчас он всего лишь синяки на запястьях оставляет и по пьяни её толкает, а через некоторое время почувствует свою безнаказанность и начнёт регулярно поднимать руку. Сестра моих доводов не слушает, считает, что я преувеличиваю. Она так сильно влюблена в Юру, что напрочь отказывается видеть в нём будущего тирана и абьюзера.

Тогда я решила действовать через маму. Рассказала ей о том, что видела синяки на руках Алёнки, и добром это не кончится. Мама отказывалась верить моим словам, отмахивалась от меня, сокрушалась и даже в сердцах сказала то, что ранило меня до глубины души.

— Это в тебе зависть говорит, милая. Ты по собственной глупости бросила Вадика, тебе тяжело и больно, вот ты и хочешь, чтобы остальным тоже стало плохо. Алёночка счастлива, ждёт ребёнка, замуж выходит, а ты от свадьбы отказалась, вот и завидуешь, видишь то, чего нет. Юра — хороший мужчина, работящий.

Я готова была волком взвыть от вселенской несправедливости! Никто не хочет меня слышать, потому что правда отвратительна и неприглядна. Я их понимаю, я ведь тоже занималась самовнушением. Верила, что люблю Вадика и никогда в жизни его не предам. Однако предала же.

А он не сдавался. Писал мне сообщения с просьбами встретиться, букеты цветов присылал по адресу родителей. Я у них ночевала, не хотела возвращаться в квартиру, где всё напоминало бы о прошлых отношениях.

Марку отвечала, что всё нормально, просто возникли недопонимания с семьёй, которые нужно решить. Он лишь просил ничего от него не скрывать, а я не могла рассказать про сестру, про Вадика, плачущего у меня в ногах, про раздирающее чувство вины и страх перед неопределённым будущим. Мама ведь во многом права — нет никакой уверенности в том, что Марк не наиграется мною и не бросит через несколько месяцев.

И что будет с Вадиком? Он приходил вчера ночью, в двери стучал — и я вышла во двор, чтобы переговорить с ним. Выглядел он страшно: взъерошенный, глаза красные, лицо осунувшееся, чужое. Меня скручивало от боли и сожаления. Вадим словно постарел на несколько лет, его всегда ясный открытый взгляд потух. Он снова умолял меня одуматься, на колени становился, просил прощения за все прежние грехи. Он был трезвым, и от работы не отказался — заявил, что будет держаться ради призрачной надежды снова сойтись со мной. А если я не передумаю, то он пустится во все тяжкие. Проще говоря — сопьётся.

Мне его жалко.

Жжение в груди невыносимое, но слёз больше нет. Сегодня я приняла решение и обязана быть сильной. Я ни за что не оставлю сестрёнку, я должна быть рядом, чтобы в любой момент помочь ей, если Юра переступит черту.

И Вадик не должен превратиться в алкаша из-за того, что я поддалась велению сердца, а не разума. Разве я смогу жить, зная, что по моей вине страдает человек, с которым нас так много связывает? Я по-прежнему испытываю к Вадиму тёплые чувства. Надеюсь, этого достаточно для счастья хотя бы одного из нас.

Жмурюсь. Делаю глубокий вдох. Пора сыграть лучшую роль в своей жизни.

Открываю телеграм, смотрю на номер Марка. Сглатываю тягучий ком. И нажимаю на значок видео. Марк поверит мне только в том случае, если сможет наблюдать за моими эмоциями. Вживую я не рискну с ним встретиться — боюсь, что смалодушничаю. А видеозвонок вполне подходит для моих целей.

— Ну наконец-то! — взволнованно восклицает Марк. — Я уже думал, что тебя там в плену держат.

Растягиваю губы в вежливой улыбке. Вглядываюсь в его лицо, запоминаю синий блеск его глаз, изгиб губ, волевые очертания подбородка. Это всего лишь мимолётное влечение. Я справлюсь.

— Я пыталась разобраться в себе, поэтому не отвечала на твои звонки.

Он хмурится. Начинает что-то подозревать.

— Когда ты вернёшься?

— Я не вернусь, Марк, — прилагаю все возможные усилия, чтобы голос звучал чётко и уверенно. У меня получается.

— Семья не одобрила твой выбор? Или ты Вадика пожалела? — презрительно кривит губы.

Ну что ж, мой выход.

— Ни то, ни другое, Марк. Я поняла, что совершила огромную ошибку, когда переспала с тобой. Это был всего лишь секс, банальное удовлетворение физических потребностей. Ты оказался высококлассным любовником, но я утолила голод и не нуждаюсь в продолжении. В качестве парня ты меня совсем не интересуешь, — развожу руки в сторону, пожимаю плечами. — Ну не ёкает сердце рядом с тобой, бывает. Оно принадлежит другому мужчине. Когда эйфория после нашей ночи исчезла, я отчётливо поняла, что люблю Вадика. Всегда любила и сейчас люблю. У нас был сложный период в отношениях, я запуталась и поэтому бросилась на первого встречного, которым оказался ты, Марк. Прости, что дала тебе ложную надежду.

Я молодец. Ни разу не запнулась, не отвела взгляд, не замолчала посреди предложения.

— Я тебе не верю, — растерянно произносит Марк.

—Понимаю. Тяжело осознавать, что тебя использовали, — я через силу ухмыляюсь. — Ты спрашивал недавно, счастлива ли я. Так вот, Марк, теперь я счастлива. Я наконец-то разобралась в себе и поняла, что хочу стать женой Вадика. А с твоими деньгами наша жизнь заиграет новыми красками. Представляешь, какую шикарную свадьбу мы закатим? Если хочешь, я вышлю тебе приглашение, — улыбаюсь как ни в чём не бывало. Хлопаю ресницами. Играю свою роль до конца.

На скулах Марка выступают желваки. Синие глаза напоминают предгрозовое небо. Вот-вот шибанёт молния.

— Не стоит утруждаться. Желаю вам счастья, — выплёвывает он с едкой усмешкой и завершает вызов.

Я долго пялюсь в потемневший экран телефона. Всё правильно. Если бы не эта ложь — Марк бы вряд ли меня отпустил.

Тру глаза. Они сухие. Отныне никаких слёз. Никогда.

***

Через три месяца я выхожу замуж за Вадика. Безразлично слушаю речь свадебного регистратора, улыбаюсь родителям и сестрёнке. Все счастливы.

— Дина, согласны ли вы стать женой Вадима, быть с ним и в горе, и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии пока смерть не разлучит вас?

Прежде чем ответить на вопрос, я окидываю взглядом загс. Представляю, как откроются двери, и в помещение ворвётся Марк с криком: «Остановите свадьбу!». Он успеет в самую последнюю секунду, он обязательно спасёт меня, признается, что не поверил ни одному моему слову и специально ждал момента, чтобы эффектно сорвать церемонию. Прямо как делают в моих любимых старомодных мелодрамах.

Но мы не в кино. Я отвечаю «Да» и становлюсь законной женой Вадима.

***

Пять лет назад

— О чём ты мечтаешь? Именно ты, а не твоя семья, — уточняет Марк.

— Вместе с сестрёнкой вырваться из Святополья. Она всегда хотела стать учительницей младших классов, здесь она сможет получить достойное образование и преподавать в частной школе. Мне тяжело жить вдали от Алёнки, — я вздыхаю, смотрю на Марка. Он внимательно меня слушает, ободряюще улыбается. Приятно, что ему интересна моя жизнь. — А если говорить только обо мне, то я хотела бы получить красный диплом, устроиться в крупную финансовую компанию и каждый день чувствовать, что я чего-то добилась. Не прогнулась, не сдалась, не погрязла в бытовухе, а вырвалась в люди. Понимаешь?

— Конечно, Дина. Это вполне осуществимая мечта.

— Думаешь?

— Ты многого добьёшься, если по-настоящему этого захочешь.

— Я хочу, — улыбаюсь сквозь слёзы. — Спасибо, Марк. Ты знаешь, как меня поддержать.

Кладу голову ему на плечо, закрываю глаза. С ним так хорошо и спокойно, что все тревоги волшебным образом исчезают, а внутри появляется уверенность в собственных силах.

— У тебя всё получится, Дина. Главное — никогда не сдавайся.