- 25 -

Марк

Настя сладко спит, уткнувшись носом в подушку. Она всегда такая трогательно милая по утрам, что будить её совсем не хочется. Я как можно тише поднимаюсь с кровати, натягиваю футболку с джинсами и выхожу из комнаты. Спускаюсь по лестнице, втягиваю аромат домашней выпечки, доносящийся из кухни, и слышу приглушенные голоса родителей.

Вчера я наконец познакомил с ними Настю. Откладывал до последнего этот момент, памятуя о том, что случилось больше двух лет назад. Мама была очень расстроена, когда узнала о нашем с Диной расставании, говорила, что мы совершаем огромную ошибку, потому что такая любовь бывает лишь раз в жизни. Я рассмеялся. Чувства к Дине принесли мне только боль и разочарование, ну её на хрен — такую любовь.

— Доброе утро! — улыбается мама. — Кофе тебе сделать?

— Я сам, — замечаю, что родители держатся за руки. Их любовь, пронесённая сквозь года, не перестаёт меня удивлять.

— Настя ещё спит? — уточняет мама.

— Да. Как вам она?

— Хорошая девушка: жизнерадостная, общительная, и очень тебя любит.

— Да, прекрасная девушка, — соглашается отец без особого энтузиазма.

Я делаю глоток свежеприготовленного кофе и пристально смотрю на родителей. Мама отводит взгляд, папа слишком усердно размешивает сахар в чае.

— Но что-то вас настораживает, — вздыхаю я. — Что не так?

— Милый, ты действительно хочешь на ней жениться? — тихо спрашивает мама.

— Да. К чему этот вопрос?

Во мне начинает вскипать раздражение. Настя станет моей женой, даже если родители будут против нашего брака. Но я не понимаю, почему они так странно переглядываются. Сначала хвалили мою невесту, а теперь нервничают.

— Ты её не любишь, — утвердительно произносит мама.

— И что? Мне с ней хорошо, мы отлично ладим, понимаем друг друга с полуслова. Я хочу семью, а любовь – не обязательное условие для заключения брака.

— Но сынок, так же нельзя! Это ошибка, — горестно восклицает мама. — Ты потом всю жизнь жалеть будешь. И себя, и Настю обрекаешь на несчастливый брак.

Я морщусь от её высокопарных слов. Не всем в жизни везёт так же, как моим родителям. Встретили друг друга, влюбились с первого взгляда и уже больше тридцати лет они счастливы вместе.

— Я своего решения менять не собираюсь. Настя будет счастлива со мной, я всё для этого сделаю.

— Но самого главного ты не сможешь ей дать – своё сердце, — не соглашается мама.

Отец сохраняет нейтралитет, молчит. Я рад, что хотя бы он понимает — спорить со мной бессмысленно.

Поднимаюсь, выливаю остатки кофе в раковину и ополаскиваю чашку.

— А если Дина вернется? Ты разве не пожалеешь о том, что женат на другой? — мама использует запрещённый приём. Просил же — никогда не упоминать её имя.

— Не вернется. Она выбрала семью. Она всегда выбирает семью.

Быстро выхожу из дома. Сам не замечаю, как оказываюсь у реки. Здесь мы с Диной пили вино и общались до рассвета. Тогда я понял, что мои чувства никуда не исчезли: что пять лет назад, что два с половиной года назад — я по-прежнему был влюблён в неё.

С последней нашей встречи прошла неделя. Я запрещаю себе вспоминать её умоляющий взгляд, её дрожащий голос, нежность её кожи и надежду, с которой она смотрела на меня перед отъездом. Хотела отблагодарить за предоставленную машину. Глупая. Не нужны мне её благодарности. И разговор тот был совсем ни к чему. Выплеснул накопившуюся злость, думал, легче станет. Ошибался. Не вытравить мне её из сердца, не забыть никогда. Может, со временем станет легче. Семья, дети, хорошая девушка рядом — всё это должно помочь.

— Вот ты где! — Настя обнимает меня, взъерошивает волосы, заливисто смеётся. Откуда в ней столько жизнерадостности? Она привлекла меня своим оптимизмом и бешеной энергией. С ней на душе спокойно и тепло, и мысли плохие из головы улетучиваются.

— Что-то ты рано проснулась, — усаживаю её на колени и долго целую в губы.

— Не хочу дрыхнуть до полудня в доме твоих родителей. Ты мне ещё окрестности не показал, даже к реке не сводил. Почему?

— Это любимое место родителей. Но не моё. Река как река, — безразлично пожимаю плечами. — Давай лучше по саду прогуляемся.

Настя с радостью соглашается. Мы обсуждаем приближающуюся свадьбу, потом обедаем с родителями. Они ведут себя идеально: интересуются жизнью моей невесты, шутят, доброжелательно улыбаются, но я замечаю во всём происходящем какую-то вопиющую неправильность. Словно свернул не туда, куда должен был.

После обеда мы уезжаем в город. В центре огромные пробки. Я откидываюсь на кресле и с лёгким раздражением смотрю на огромный поток автомобилей впереди.

— На днях мы с подружками пойдём платье выбирать. И так уже затянули, меньше месяца до свадьбы осталось, — восторженно сообщает Настя. — Хочу что-нибудь необычное, и не белого цвета.

Я киваю. Светофор загорается зелёным светом, мы едем мимо центрального торгового центра.

— Ой, смотри, это не Даша там? — указывает Настя в сторону Пассажа. Я безразлично пожимаю плечами, не отводя взгляда от огромной жёлтой маршрутки, перегородившей дорогу. — Она не одна, а с Диной!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я резко поворачиваю голову направо. По площади, с огромными пакетами в руках, действительно идёт Дина. И Даша рядом с ней.

— Марк, может, остановишься рядом, подвезём девчонок? У них сумки тяжёлые, — предлагает Настя, осторожно касаясь моего плеча.

Когда мы обсуждали прошлые отношения, я честно признался, что у меня было много девушек, но по-настоящему зацепила лишь одна — Дина. О том, что мы изображали жениха и невесту, я не рассказывал. Лишь упомянул, что она выбрала другого парня и уехала в Святополье. Уточняющих вопросов Настя не задавала. И она совсем меня не ревновала, когда я помог Дине с машиной. Наоборот, похвалила за благородный поступок. Идеальная девушка.

Сзади сигналит машина. Душу раздирают противоречивые желания: проигнорировать желание Насти и уехать домой или же остановиться и узнать, какого чёрта Дина не в Святополье. Я бы предпочёл никогда больше её не встречать. В глазах темнеет от знакомой пронизывающей боли, которая всегда возникает при малейшем воспоминании о Дине.

Правильнее было бы двигаться дальше. Но я ищу свободное место, а Настя открывает окно и машет подругам. Первой её замечает Даша. Я же не свожу глаз с Дины. Она изменилась за два года: сильно похудела, уголки губ поникли, словно она давно не улыбалась.

— Садитесь, мы вас подвезём, — кричит Настя.

Дина поворачивает голову и наконец замечает нас. Округляет глаза от удивления, теряется. Но Даша решительно хватает её за руку и чуть ли не силой запихивает в машину. Я усмехаюсь. Женская дружба — это что-то за гранью моего понимания. Видно же, что Дина не хочет ехать с нами, но подруга поступила вопреки её желаниям.

— Привет, Настюш. Здравствуй, Марк, — вежливо здоровается Даша. — Какая неожиданная встреча!

— Куда вам ехать? — произношу не слишком-то дружелюбным голосом.

Дина запоздало выдавливает «Привет!» и называет адрес. Спальный район, далеко от центра. Странно, что ей там понадобилось?

— Мы хотели такси вызывать, иначе бы в забитой маршрутке с ума сошли с тяжеленными пакетами, — тараторит Даша. — Моя машина, как назло, в ремонте, а Кирилл работой загружен, перед медовым месяцем почти сутками в офисе пропадает. Ой, я никак не дождусь отпуска! Мы в Америку собрались, я с детства мечтала в Нью-Йорке побывать.

Даша с Настей оживлённо обсуждают свадебные дела, а Дина пялится в окно, иногда натянуто улыбается, изображая заинтересованность в разговоре. Я смотрю на неё через зеркало переднего вида, и внутри зреет вопрос, который я обязан задать.

— Что ты тут делаешь, Дина? — спрашиваю, когда мы останавливаемся возле серой обшарпанной пятиэтажки.

— Мы с сестрой решили навсегда покинуть Святополье. Теперь живём здесь, квартиру снимаем. Я работу пытаюсь найти, но пока никто не перезванивает, — хмыкает она.

Воздух покидает лёгкие, жжение в груди становится невыносимым.

— А разве ты не замужем? — удивлённо хлопает ресницами Настя. — Ой, прости, если это слишком личный вопрос! Просто я думала, что у тебя есть молодой человек.

Дина горько усмехается.

— Я подала на развод. Начинаю новую жизнь.

В этот момент мы встречаемся взглядами. В её глазах я вижу сожаление и мольбу о прощении. Именно так она смотрела неделю назад. Но меня не трогает её раскаяние. Слишком поздно.

— Я рад, что ты выбралась из Святополья, — говорю сухим тоном. Другой просто не получается. Внутри пусто и глухо. А боль – всего лишь естественная реакция на то, что не сбылось. Не стоит придавать ей особое значение.

Дина бледнеет после моих слов, судорожно хватается за сумки и покидает салон автомобиля. Несколько вежливых фраз на прощание — и вот мы с Настей остаёмся одни. Не оглядываясь, я выезжаю на трассу. Включаю музыку погромче, чтобы она заглушила неправильные мысли, и спрашиваю Настю, согласна ли она поужинать в ресторане.

Это была всего лишь одна случайная встреча. Ничего не изменилось.