Глава 4

Почему-то я представляла себе декана в магической академии почтенным пожилым магом с бородой. Кем-то вроде магистра Брэйда. Моложе, конечно, но все же недалеко ушедшим от Дамблдора из «Гарри Поттера».

Магистр Гарон Брейдир был мужчиной в самом расцвете сил. И невероятно хорош собой.

Я просто застыла при виде его мужественной смелой красоты. Высокий, выше даже огромного Гая. Брюнет, волосы зачесаны назад. Черты лица строгие, четкие, как у статуи. Брови слегка нависали над глазами, а дальше уходили в хищный, крутой изгиб, прямой нос, волевой подбородок.

И блестящие глаза (кажется, очень темные). Блестящие, но какие-то затягивающие. Его взгляд одновременно обволакивал и подчинял — уж не знаю, как это может сочетаться!

Он стоял сбоку от большого деревянного стола, сложив руки на груди, и с легкой насмешкой глядел на меня. Никакого разлапистого кафтана на нем не было. Только прямые темно-синие брюки и такого же цвета облегающая рубашка с острыми лацканами, расшитыми серебром (в смысле, чем-то серебряного цвета). Под ней ощущались тугие мышцы. А от всего тела веяло упругой, сдерживаемой силой.

Никогда в своем мире я не встречала мужчины, наделенного такой удивительной мужской красотой, силой и харизмой. Куда уж там голливудским красавцам-брюнетам до этого декана, подумалось мне.

Так бы и стояла, смотрела на него.

Как дура!

Видимо, выглядела я в тот момент, изумленная, потерявшая дар речи, с клеткой в руке, весьма комично. Потому что губы невероятного красавца поползли в направлении улыбки. Одним краем рта — очень так… эффектно.

Он пробежался взглядом по мне, внимательно осмотрел мои обтянутые джинсами ноги (будь они неладны!), белые кроссовки. Снова слегка усмехнулся. И перевел взгляд на клетку с Гришей.

Гриша, словно проникнувшись важностью момента, сидел тише воды, ниже травы. Вообще не подавал признаков жизни. А я почувствовала, что вот-вот покраснею.

От этого его подчеркнутого разглядывания.

От затянувшегося молчания.

Да просто от всего!

Хотя бы оттого, что в его присутствии как-то необыкновенно остро ощущаешь себя женщиной. Девушкой, хрупкой и нежной на фоне этой сдерживаемой силы.

— Птичку на стол поставь. Удобнее будет, — неожиданно нарушил тишину он. Этим самым своим глубоким низким голосом

…В котором и глухой различил бы насмешку.

Я глухой не была. И в этот момент, от этой насмешки словно проснулась.

Нет, господин декан, верховный магистр и кто ты там еще есть! Наверняка стоит тебе выйти в коридор— и все дурочки разных рас вот так на тебя пялятся. И вздыхают.

Я одной из них не буду. Не надейся.

Я ведь девушка с Земли. И должна представить свой мир с самой лучшей стороны. То есть (в том числе) никогда не ронять чувство собственного достоинства.

Я быстро поставила клетку на стол.

И… впервые в жизни сделала книксен.

Одна изумительная деканская бровь удивленно приподнялась.

— Это не обязательно. Я дам тебе брошюру о правилах поведения в Академии. В том числе, там расписано, какие знаки почтения или приветствия следует выказывать в разных ситуация. Книксен подойдет для приветствия в аристократической среде. Причем с лицом выше тебя по статусу. Мы же находимся в Академии. И здесь действуют другие правила. Итак… Как добралась, адептка Мария Мошкина?

Воспринимать, что он говорит, было сложно, глубокий голос чаровал и завораживал. Хотелось не только смотреть на него, но и слушать. Прямо-таки запищать: «Магистр декан, ну скажите еще что-нибудь, вы так здорово говорите!».

— Кхм… — я с трудом взяла себя в руки. Но взяла. — Магистр декан, добралась я хорошо. Единственно…

И осеклась. Подставлять старого мага, заснувшего в ожидании меня, совершенно не хотелось.

— Что «единственно»?! — разумеется тут же переспросил декан. Таким цепким тоном.

— Нет, все хорошо, просто я по-другому представляла себе переход между мирами. А тут просто делаешь шаг за дверь, и ты уже в другом мире, — нашлась я.

— Не стоит начинать наше общение — и свою практику — со лжи, — жестко ответил декан. И я ощутила себя тараканом, над которым занесли ботинок.

«Ну не отправит же он меня за это обратно!» — в панике подумала я.

С тех пор, как увидела его, сама идея отправиться назад, несолоно хлебавши, казалась катастрофой.

Ну что ж, магистр Брэйд, простите. Своя рубашка ближе к телу.

И все же нотки угрызений совести шевелились в душе, поэтому ответила я расплывчато.

— Просто когда я перешла в ваш мир, было темно. Это оказалось неожиданно…

— И адептка из другого мира немного испугалась. Или много испугалась, решила, что попала в ловушку — и это понятно, — продолжил за меня декан, а я облегченно выдохнула. Но рано, он еще не все сказал. Неожиданно он расхохотался, громко и заливисто: — Магистр Брэйд в очередной раз преподнес сюрприз! А милая адептка не желает подставлять его. Что же… Адептка Мошкина, приношу извинения от лица факультета, — уже серьезно продолжил он. — Признаюсь, я надеялся, что выбранный куратор придет прежде, чем ты перейдешь в наш мир. Встретить тебя было его ответственностью. Что касается магистра Брэйда… Дело в том, что если есть портал, то возле него должен быть привратник. Сильный маг, чтобы оказать сопротивление, если из мира иного повалят хищные опасные твари. В случае с Землей — это просто правило, традиция. Этот портал приходится охранять скорее от любопытных адептов, которых хлебом не корми, дай посмотреть на другие миры. Поэтому серьезной охраны мы не назначили. А магистр Брэйд в силу возраста как раз подходит на роль… вахтера. Еще раз приношу извинения за него. Если ты не желаешь писать на него жалобу… не желаешь?

— Нет, — зачарованно глядя на него, ответила я и отрицательно покачала головой. Он был просто невероятно хорош во время этой речи. Я обрадовалась — у декана есть сердце. Он не будет увольнять пожилого мага за не столь уж большой проступок.

— Тогда я позволю себе оставить магистра Брэйда на этой же должности. Однако… — темные глаза сверкнули лукаво и в тоже время хищно. — Не рекомендую впредь умалчивать что-либо в разговорах со мной. Если такие еще будут, конечно. Ложь и недоговорки я отличаю безошибочно.

Ой, ты еще и профайлер отменный… подумала я. Или ты отличаешь их при помощи магии? Ладно, спрошу у Гая потом, не приставать же к декану с вопросом о том, как он это делает.

— В данном случае я могу понять твои мотивы. Ты опасалась своими словами нанести вред старому магистру Брэйду. Это говорит в твою пользу. Но на будущее не рекомендую умалчивать что-либо от меня, — выжидательно уставился на меня. — Адептка Мошкина, ты меня поняла?

А у меня голова слегка закружилась от этого пристального взгляда.

Встряхнулась. Стоп.

Стоп, Маша! Помнится, ты обещала себе не уподобляться дурочкам из коридора, которые млеют при виде своего декана. К тому же, если подумать, то некоторые его слова и манеру поведения можно счесть слегка обидными. Или излишне жесткими.

Млеть тут совершенно не от чего!

В тот момент мне вдруг очень захотелось перевести игру на свое поле. Как-то отыграться, что ли…

Это-то меня и подвело.

— Я поняла, магистр декан, — вежливо и спокойно сказала я. — Позволишь вопрос?

— Разумеется, все вопросы нам лучше всего решить прямо сейчас, — бросил в ответ величественный красавец и поглядел на часы на стене.

Опять не очень-то вежливо, подумала я, и мне стало неприятно. Желание отыграться выросло еще сильнее.

— Я впервые нахожусь в чужом мире. И действительно была напугана в самом начале. Как будет обеспечиваться моя безопасность?

И тут я поняла, на какую скользкую тему свернула. Это надо же так ляпнуть!

Если этот детектор лжи начнет копать глубокого, то мне придется заложить теперь уже Коримэла, который вселил в меня тревогу. И будет противно, что за один разговор я как бы подставила двух своих знакомых.

Декан Гарон в одно мгновение стал серьезным и собранным. Очень остро поглядел на меня.

— Ты опасаешься за свою безопасность? Почему? — таким же острым тоном спросил он.

Ну вот и все… Хотела отыграться, а вляпалась еще сильнее, подумала я.

И тут… случилось то, чего я подспудно ждала. Гриша, видимо, освоился на новом месте. И выдал:

— Пр-р-ривет! Гриша умный!

— Говорящая птица? — взгляд Гарона метнулся к Грише. — Он явно сказал нечто осмысленное.

И верно, Гриша — умный! Так вовремя вмешался, отвлек внимание, подумала я…

— Да, говорящий попугай, венесуэльский амазон. Признаюсь, он действительно говорит очень хорошо и понятно. А подчас — слова и фразы, подходящие к ситуации. Например, сейчас он с тобой поздоровался, магистр декан, — пояснила я, надеясь, что разговор совсем свернет на тему говорящих птиц.

— Очень интересно. Думаю, ты с твоей птицей сможешь поделиться навыками с нашими зоологами и животноводами. У нас таких животных нет.

— Не бывает говорящих птиц? — удивилась я.

— Да, не бывает, — пожал плечами декан. — Все животные и птицы, обладающие достойным интеллектом, обладают также и навыком считывать ментальные импульсы разумных рас. И их же излучать. Развитие человеческой речи им не требуется. Но эта способность говорить… очень интересна…

— Гриша умный, Гриша хороший, Гришенька мальчик-красавчик! — опять вступил в беседу Гриша. Словно хотел подтвердить, насколько он ценный и интересный.

Я не удержалась и рассмеялась.

— Переведи! — с улыбкой сказал декан.

«Хоть бы «пожалуйста» добавил, господин большой начальник!» — мелькнуло у меня в голове. Но, конечно, я перевела. Ведь это продолжало держать разговор подальше от опасной темы.

— Гриша — это его так зовут. Полное имя — Григорий. Он говорит, что он умный, хороший, красивый и мужского пола.

— Великолепно! — рассмеялся декан.

И верно, Гришенька — мой хороший мальчик-красавчик, так хорошо разрядил обстановку!

Но не тут-то было.

Декан очень быстро перестал веселиться.

— Вполне достойная попытка заговорить мне зубы, — усмехнулся он. — Признаюсь, не каждый наш адепт может подобное — даже с помощью дрессированного питомца. Однако, что заставляет тебя, адептка Мошкина, бояться за свою жизнь? Наша Академия — достойное и приличное учебное заведение. Лучшее на континенте. Любой адепт здесь находится в безопасности. Странно, что ты сомневаешься в этом. Это почти оскорбительно для Академии.

Эх, была не была! Попробуем прием «молодая да дерзкая». То есть немного понаглеем.

— Мне кажется, я уже четко обозначила, почему. Я первый раз в другом мире. Причина очевидна.

— Неплохой ответ. Хорошо, — крепко сложил руки на груди. — Тогда я тоже отвечу. Твою безопасность, адептка Мошкина, обеспечиваю лично я. И тебя не касается, какими именно методами. А не верить в надежность моей защиты у тебя причин нет. Не так ли?

Испытующий взгляд слегка исподлобья, жесткая усмешка…

— Равно как нет причин быть полностью уверенной в обратном, — как можно тверже и с достоинством ответила я, уж больно меня покоробило меня от этих взгляда и усмешки. — Однако я признательна тебе, декан, за труд по обеспечению моей безопасности.

И замерла. Вообще-то первая моя фраза была, возможно, излишне смелой. Как бы господин большой начальник не оскорбился по-настоящему.

— Весьма неплохой ответ. И весьма наглый, — без злости усмехнулся декан. — Почти любой адепт из нашего мира рисковал бы быть отчисленным за подобный диалог с… со мной. Однако учту, что ты, адептка Мошкина — дитя другой культуры и действительно не знаешь многих нюансов. Все, достаточно! У меня не так много времени. Вот договор о прохождении практики. Присаживайся, ознакомься и поставь подпись. Если, конечно, желаешь оную практику проходить. Лично меня ты устраиваешь как практикант. Наличие интеллекта и изворотливости налицо.

Он протянул мне несколько скрепленных листков бумаги. Потом в один шаг оказался по мою сторону стола и подвинул мне небольшое креслице.

А что, этот декан не чужд галантности, растерянно подумала я. Очень странно после его невежливых оценочных суждений по поводу моего интеллекта.

Так же растерянно уселась в кресло. И не менее растерянно принялась читать договор.

…А вся эта растерянность была оттого, что теперь он стоял в одном шаге от меня. У меня за спиной.

Казалось, я ощущаю его горячее дыхание.

Это напрочь вышибало мысли из головы! Мешало сосредоточиться. Хотя я разве что не обиделась на него (или на себя — какая разница!).

В общем, как-то я, конечно, прочитала. Говорилось там, что Академия Фундаментальной и Прикладной Магии в лице факультета магического естествознания обязуется предоставить мне знания и возможность практики по темам… список тем был длиннющий, и половину слов я не поняла. Также Академия обязуется предоставить мне жилье, питание и прочее жизненно необходимое. И, кстати, обеспечить полную безопасность моей жизни и здоровья обязуется тоже — если я буду выполнять инструкции преподавателей и соблюдать правила общежития.

В свою очередь, я должна соблюдать вышеуказанные правила, следовать инструкциям и вообще вести себя хорошо. Договор был длиннющий, а декан так и стоял у меня за спиной и дышал. Горячо, сильно.

Я бы сказала, «дышал у меня над душой».

В итоге я подписала оба экземпляра, декан подмахнул их тоже. Отдал один экземпляр мне. И напутствовал:

— Ты свободна, адептка Мошкина. В случае крайне важных вопросов — можешь потревожить непосредственно меня. Например, если тебе покажется, что твоей безопасности что-то угрожает, — усмешка. Но какая-то слишком серьезная, что ли. Странно… — И еще… Если будут вопросы по эксперименту, тоже можешь обращаться непосредственно ко мне. Я сам его курирую.

— Какой эксперимент?! — словно проснулась я.

Как-то мне упоминание «эксперимента» уже тогда не понравилось.

К этому моменту я стояла вполоборота к двери с переноской в руке. А тут оглянулась и уставилась на него.

— А в договоре, между прочим, указано, что ты обязуешься участвовать в одном биологическом эксперименте, — укоризненно покачал головой «Великий и Ужасный». — И ты его уже подписала. Как опрометчиво невнимательно читать договоры, — улыбка краешком рта. — Впрочем, не бери в голову. Ничего особенного. Просто будем делать эксперимент, и участие человека из другого мира может быть очень полезным. Иди, адептка Мошкина. Волноваться тебе не о чем. Всего хорошего.

Вышла я от него в смешанных чувствах. И сумбурных мыслях. И с послевкусием его невообразимой энергетики во всем своем существе.