Глава 20
Сидела у диванчика, усердно открывая бутылку шампанского. А вот пробка ни в какую. Крепко засела. Крутила, дергала, вытягивала, и кое-как получилось. Только обрадовалась, как услышала мелодию.
Да неужели?! Вера сама позвонила? Какая умничка!
Быстро поставила сотовый на громкую связь и взволнованно проговорила:
– И как поживает моя любимая подружка?
– Ммм… вроде нормально. Конечно, все так, как и ожидала, но есть приятные моменты. Когда попробовали мою еду…
– Высунули языки и стали махать хвостиками? – весело предположила, представляя себе картину.
– Хвостиками не дергали.
– Да?! А жаль. Могли бы… – задумчиво потянула, пока наливала шампанское и, откусив виноградину, сделав глоток, с энтузиазмом спросила: – Как там Назаров?
– Не поняла, – подруга задохнулась от возмущения, – ты что… пьешь на территории прайда?
– Ммм… да. А что уже и этого нельзя? Сухой закон и все такое?! Нееет. Все пили на этом скучном пикнике.
– Ну почему? Можно, но считается неприличным. Только в увеселительных заведениях или на мероприятиях, – поделилась она, уже ухмыляясь, зная, как я сейчас отреагирую.
Ага… Еще бы она не знала. Возмущению не было конца. В их прайде, напоминающим тюрьму, рекомендуется пить, катастрофически необходимо, радуясь, что прожил еще один день. Так сказать – выжил. А тут опять странные законы.
Дышать хоть можно?
– У меня праздник – никто не сгрыз. И там на пикнике… вынуждена была давиться слюнями и хлопать ресницами, что является проблемой для меня. Теперь нервы успокаиваю, – сделала глоток и вновь поинтересовалась: – И все же… что с Назаровым? Ты не ответила.
– Ну, приходит, ест… Один раз хотел подвезти.
– А ты отказалась? – предположила, шастая пальчиками по подносу, выбирая желаемый фрукт.
– Конечно!
– Правильно! Чтобы гад не расслаблялся.
– Это будущий альфа! С ним лучше не связываться и не привлекать внимания. Не хочу проблем.
– Ну-у… с учетом, что вы уже в постели побывали, сомневаюсь, что он просто так отстанет. Чувствует…
– Тише… – прошипела она, тут же еле слышно выдыхая: – Я принимаю ту же гадость, что и ты.
– Да?! Неожиданно. Это хорошо! – задумалась, вспоминая, о чем она там говорила. Вроде как просила говорить тише. Как всегда! Нахмурилась и пробурчала: – А что случилось? Слушай, ты всего боишься. Совсем что ли запугали? Погоняй там для настроения самых наглых.
– Ника, я надеюсь, ты там себя ведешь тихо, костью в горле не стоишь?
– Не-е-е-е-е-е-ет – уверенно протянула, вспоминая обмороженные мордочки важного семейства. Главное, что все обошлось.
– Что-то не верится. Помни, они довольно резко относятся к людям и к таким как я.
– Да? Уверена? Ну, конечно, альфа попытался поставить меня на место, пришлось, сказать…
– Ни-и-и-ика, ты хочешь, чтобы тебя не выпустили оттуда?
– Я хочу, чтобы меня выгнали. Так может случиться?
– Да, может. Но главное, никому не переходи дорогу.
– Ты что?! Да я сокровище! – никто не говорит, поэтому подбадриваю себя сама.
Подруга засмеялась. Несколько минут наслаждалась ее веселым смехом, пока она не выдохнула:
– Слушай, я тебе поражаюсь. Ты отчаянная!
– Ага, а еще мне помогает Амуров. Он совсем не такой идиот, как казался.
– Да, он хороший, но все же… альфа. Я чувствую его мощь даже за километр.
– Да? А я нет.
– Ой, не могу больше говорить. В общем, люблю и переживаю за непутевую тебя. Давай там, не устраивай революцию и… хотя бы постарайся быть кроткой.
– Что обозначает это слово? – весело спросила, слыша ее смех, а потом гудки.
Кинула телефон на кровать и задумалась. Пить нельзя, говорить нельзя, даже дышать нельзя – оборотни совсем уже повернутые варвары. В них все же больше животного, чем человеческого.
Прислонилась головой к мягкой боковине кровати и улыбнулась. Да, я, конечно, везде проштрафилась, но все же нормально прошел пикник. Сестренка Александра невероятно удивила. А еще Амуров… Черт, он мне даже начал нравиться. Жаль, что красавчик – оборотень.
Кстати, а как там мой партнерчик поживает? Быстренько достала планшет, решив немного подразнить его. Так… слегка. Он у меня как бывший, которому звонишь, когда хочется высказаться. Зашла и обалдела:
Алекс: «Я тебя найду! И его! Лично растерзаю! Ты МОЯ!»
Совсем не помнила, что ему писала в последнем письме, но, однозначно, ему не понравилось. Это же надо! Его! Посмотрите на него! Обнаглел!
Ведьмочка: «Что значит МОЯ? Ты вообще кто? Я СВОЯ. Знаешь в чем проблема?! Ты оборотень! Агрессивный и неуправляемый. Если бы ты был человеком, тогда бы я захотела продолжить не только страсть, но и желала большего. Ты посмотри, какие у вас поганые законы. Только наглые, сильные самки – почет. А те, у которых изъяны – изгои. Над ними можно издеваться. Почему? Вы кто такие? Поэтому я всегда буду прятаться, давиться всякой фигней, чтобы убрать запах. Только бы подальше от тебя. Я достойна лучшего. Мне не нужен поводок зверя. Понял?»
И это я еще с ним хотела поворковать? Козел. Злилась и залпом выпила бокал. Что-то жарко стало.
Посмотрела в окно – вечер. Хотелось подышать свежим воздухом. Решила пройтись. Почему бы нет? Сейчас только выпью снадобья и все. Никто не заметит. Только вот одежду бы путевую…
Начала рыться в сумке. Искала, выкидывала вещи, пока не заметила небольшой пакетик серого цвета. Хмм… Быстро развернула, а там черный спортивный костюм и приписка: «Я – золото. Знаю!»
«Обожаю Веру! Обожаю!»
Быстро напялилась, сверкая от счастья. Ура! Взяла телефон и отправилась на прогулку. Уже было довольно темно. Магазины закрыты, улицы пустынны. Кстати, а почему никого нет? Натянула на светлые волосы капюшон и продолжила прогулку. Жаль, что кроссовки белого цвета. Привлекают внимание.
Когда увидела выезжающую из поворота машину, оперативно бросилась в угол, перебегая, прячась за мусорным баком. Обернулась и ахнула, наблюдая зеленый лес. Отлично! Счастливо улыбнувшись, направилась туда, чувствуя себя превосходно, что так удачно скрылась. Пахло чудесно! Трава, листья, кора деревьев – невероятный аромат. Странно, почему раньше лесные запахи столь сильно не чувствовала? А сейчас потряхивало от восхищения.
Пробиралась в чащу, как вдруг резко остановилась. Принюхалась к витающему мужскому запаху и осознала, что он знаком. Чересчур знакомый и пугающий. Что за фигня? С каждой секундой сильнее холодела, ощущая по коже рой мурашек. Мне становилось до жути страшно. Что со мной?
Дрожь отвращения пошла по телу и резко поняла, что нужно уходить. Мгновенно выдохнула и побежала опять к зданиям, ускоряясь, прекрасно зная, что меня не догонят. У меня поразительная скорость с самого детства, за что была первой, и именно это мне подсказало, что спорт – мое. Когда поняла, что запаха не чувствую, прижалась к кирпичной стене, пока не услышала плач. Такой сильный, надрывающийся, что стало не по себе.
Посмотрела по сторонам, прислонившись ухом к прохладной поверхности, пока не наткнулась на деревянную, грязную дверь. Интересно. Конечно, было ощущение, что вот не нужно туда идти, но все же схватилась за ручку. Бояться не по мне. Хотя пару минут назад я здорово перепугалась.
Нажала и повернула. Что странно, она оказалась открыта. Почему? Зашла и почувствовала знакомый запах. Кристина?! Здесь? Прошла дальше, минуя темный коридор, моментально застывая на месте. Не ожидала, но стала свидетельницей того, как девушка поднимала женщину с пола, громко упрашивая:
– Мамочка, пожалуйста! Я тебя умоляю – борись! Ты можешь. Прошу тебя.
– Я не хочу… Не хочу… Это больно.
Не смогла удержать восклицание и встретилась с взглядом пораженной Кристины, которая совсем меня не планировала увидеть, а тем более с женщиной, которую она звала матерью.
* * *
Растерялась. Надо же. Девушка посмотрела на мать, а та с восхищением на меня, хрипло выкрикивая:
– Ты… ты…
– Уходи! – грубо сказала Кристина, закрывая спиной мать, пряча от меня, но женщина вцепилась в ее руку, сжала кисть и прохрипела: – Нет. Пусть она подойдет. Пусть…
Не ожидала. Почему? Зачем? Застопорилась и подошла к ней, чувствуя агрессию Кристины. Сейчас она была совсем другой. Защитницей. И это мне невероятно нравилось.
Оказавшись рядом с женщиной, только собралась сказать что-нибудь умное, как мать Кристины положила ладонь мне на кисть и пробубнила:
– Вот ты какая! Сильная…
Улыбнулась, но тут же застыла на месте, чувствуя, как меня стало бить небольшим зарядом тока от ее прикосновения. Мне не кажется?! Было тепло и щекотно. С удивлением старалась ловить ощущения, но все же не вытерпела и спросила:
– Что это?
Женщина посмотрела на Кристину и, ласково подмигнув, попросила:
– Дочка, выйди и не слушай. Я прошу тебя.
– Мама, Ника – человек. Она…
– Выйди, Кристина. Я потом все объясню, – со стоном сказала она, хватаясь за голову, стискивая ладонями, и вдруг я моментально ощутила ее страдания. Да, именно так. Меня буквально откинуло в море боли. Я смотрела на нее, а она только устало пожала плечами, выдавливая улыбку, еле выговаривая:
– Помоги мне дойти до кровати.
Живехонько «проснулась» и поторопилась помочь. Во второй комнате было очень хорошо. Богато обставлено, красиво и со вкусом. Я уложила женщину на разобранную постель и присела рядом на стул. Пораженно смотрела по сторонам, отмечая в каждом углу животных и птиц. Надо же… Зачем столько? Заметив, с каким изумлением я смотрю на изобилие домашних питомцев, женщина проговорила:
– Я люблю животных, понимаю их и могу разговаривать с хищниками внутри оборотней.
Моментально застопорилась, понимая, к чему она. Полностью сосредоточилась на ее лице. Женщина устало закрыла глаза и сказала:
– Твоя хищница невероятно сильная. Она просыпается.
– Нет. Этого не может быть, – пробормотала, не желая верить. Да как такое возможно? Мне же поставили укол. Или нет? Я совсем уже запуталась.
– Может. Ничего не поможет и неважно, что тебе вкололи. Сильная тигрица не позволит. Я очень рада, что познакомилась с тобой. Когда чувствовала на его одежде твой запах, сразу поняла, кто ты. Надеюсь, что мой сын…
Стон. Такой громкий и мучительный. Резво соскочила, не зная, чем помочь, выставив руки, переживая, что случится беда прямо на моих глазах. Уж совсем она была слаба. Женщина закрыла лицо руками, а когда убрала, я увидела слезы. Не удержалась и прикоснулась к щеке, размазывая пальцами.
– Ты необычная. Добрая, но сильная и гордая. Настоящая альфа-самка. Ты создашь сильный прайд со своим тигром.
Пораженно открыла рот и смотрела на нее, не понимая, о чем она говорит. Я только крутила головой, не желая верить. Нет… не может быть.
– Знаю, страшно. Но ты не бойся. Только нужно уходить. Столкновение неизбежно. А Валентина слишком жаждет власти…
– Почему вы здесь?
– Я… не могу, не соответствую. Для меня общение – каторга. Оно душит. Я ушла сюда, чтобы никого не видеть и не слышать. Я не могу, когда животным причиняют боль. Насилие рушит мое сознание. А аура, сила зверя – это поступки его хозяина.
– Тогда вам нужно уйти отсюда, немедленно скрыться, поехать туда, где будет спокойно.
– Ты добрая девочка, быстро находишь ответы. Это правильно. Но я не могу. Он не отпустит. Как бы ни презирал за слабость, но любит.
– Но вы здесь… одна.
– Я сама предложила. Но я хочу… очень хочу… чтобы ты забрала мою дочь. Забери ее, как только сможешь… Только у тебя получится.
– Но разве…
– Ты поймешь сама. А пока… у тебя есть несколько дней, чтобы покинуть это место. Тебя не отпустят, когда тигрица проснется. Альфа не допустит этого. Будет сражение. Беги.
– Постойте, я не понимаю.
– Ты поймешь. Но она проснется, и ты не сможешь ничего сделать.
Послышались шаги. Я обернулась и увидела озабоченное лицо Кристины. Она с волнением смотрела на нас, пока женщина не вытянула руку со словами:
– Кристи, помоги ей. Не оставляй ее. Ее зверь скоро проснется, но об этом никому. Даже брату. Он сам поймет.
Зачем ему понимать? Возникло ощущение, что все понимают кроме меня. Загадки, слова… Почему такие сложности?!
Кристина пораженно смотрела на меня, потом перевела взгляд на мать и спросила:
– Но…
– Ты помоги ей уйти отсюда, а если не получится, тогда выбери сердцем.
Пыталась понять, но тяжело давалось. Я дура или все же женщина специально говорила загадками?
– Я не оставлю тебя! – воскликнула хрупкая брюнетка и направилась к матери.
– Ты должна… Твой прайд не здесь. Помни это. А теперь идите. Я очень устала. Сил совсем нет. Главное, что я увидела ее. Я так хотела увидеть ее.
«Кого? Меня? Но почему?»
– Пошли, – попросила меня Кристина, показывая на выход, а сама подошла к матери, укрывая одеялом, нежно выдыхая:
– Отдыхай. Завтра снова приду.
* * *
Сидели на лавочке, посматривая на фонтан. В руках держала кофе, который принесла Кристина. Молчали. Она собиралась силами, а я ждала.
– Моя мама… – девушка закрыла глаза на секунду, а потом со вздохом продолжила, – обладает удивительным, но совершенно ненужным на мой взгляд даром – слышать всех животных. Она чувствует их, понимает, разговаривает. Особенно сильно слышит звериные сущности оборотней. Это тяжело дается, особенно когда человек гнилой внутри, тогда зверь невероятно опасный и свирепый. Она не могла нормально жить с отцом, все время убегала, потому что он алчен до власти, не задумываясь, устранял любого. Мама не переносит кровь и впадает в панику от ее вида. Она сходила с ума в доме альфы, превращаясь в тень. Отец видел ее состояние и потом… все же согласился на просьбу – поставить вместо нее сестру, такую же жадную до власти. Так как была одна кровная связь, оборотни не понимали, кто есть кто. Но детей альфе могла принести только Екатерина. Первым родился Алекс, а потом все же получилась я. Брат постоянно ссорится с отцом. Они ругаются. Отец даже обещает выкинуть его из прайда.
– Александр не ладит с отцом?
– Нет. Видишь ли, альфа видит в нем сильного конкурента и поэтому идет конфликт. Как-то Алекс хотел забрать ее, но мать не разрешила. Она попросила сына уважать ее мнение и не спорить с отцом. Может, показаться странным, но мать все устраивает. Она в курсе его связи с родной сестрой, но на все закрывает глаза, довольствуясь малым. Ей не нужно того, что обязана испытывать, выполнять альфа-сука, ей достаточно крох. Да, мама любит отца, но он слишком жесток для нее.
Задумчиво посмотрела на струю воды, теряясь на мгновение, и прошептала:
– Печальная история.
– Да, поэтому я не хочу жить здесь… по этим законам. Я хочу быть там, где меня любят, уважают или позволят быть одиночкой.
– Разве есть такие прайды? А если быть одиночкой – что тогда?
– Уверена, что есть. Но их душат сильнейшие, такие как наша, – отмечая, как я скривилась, девушка горько усмехнулась и добавила: – Думаю, тебя теперь это тоже касается.
Задумалась, но промолчала, не желая комментировать слова женщины. Есть ли вероятность, что она ошиблась?
– Неужели, правда? – сказала, не осознавая до конца, что сказала вслух.
– Скажи мне, если в тебе просыпается тигрица, то почему я ее не чувствую?
– Ну… – посмотрела по сторонам и продолжила: – Понимаешь, я пью зелье, но ты не должна об этом никому не рассказывать, потому что это очень серьезно.
– Конечно. Ничего не расскажу, даже не переживай.
– Я прячусь от одного оборотня и не хочу его видеть.
– Он твоя пара?
– Да, как и твой.
– Нет, не мой. Просто Стас желает брака, а детей у нас не будет, пусть он и утверждает, что чувствует связь. Естественно, верят ему, а не мне и моей матери, которой для всех – на свете нет.
– Почему?
– Слишком опасно, ведь знание обо всех сущностях оборотней – очень ценная информация. Поэтому для всех: Евгения – моя мать, чтобы не подрывать статус отца и не рисковать жизнью матери.
– Сложно, – пробормотала, представляя себе жизнь бедной женщины.
– Да, очень.
– Получается, ты хочешь уйти, чтобы жить…
– Да, я не хочу жить здесь и подчиняться их законам. И мама сказала, что мое место в другом прайде. Я верю ей.
– А у меня прабабушка оборотень, мама…человек. Именно поэтому я считала, что тоже человек. Ведь у мамы… мертвые клетки. Она просто не могла родить оборотня. Не могла.
– А отец? – нахмурившись, пробубнила девушка.
– Отец… предприниматель. Ему я никогда не нужна была. Он точно человек.
– Странно. Может, это не твой отец? – вдруг спросила девушка и, отмечая мое недоумение, отпила кофе, на секунду закрыв глаза, наслаждаясь, а потом прошептала: – Не бери в голову. Скоро сама узнаешь.
– Сама? – уточнила, не понимая, как правильно ее понять.
– Подожди, когда твоя тигрица проснется, многое тебе станет ясно. Запахи – это невероятная вещь. Ты моментально почувствуешь, кто есть кто. Поверь мне. Слова – они могут идти не из сердца, а эмоции и запахи говорят сами за себя.
– Верю, – выдохнула, не желая, чтобы оборот произошел здесь. Да и везде. Я не хотела быть тигрицей!
– Кстати, завтра девичник. Потанцуем.
– Да, – со вздохом пробубнила я, не представляя, как веселятся в прайде. Зная маму, должен быть стриптизер, но тут, наверное, все умрут от скуки или заснут от вина. Как я сейчас.
– Предлагаю завтра потерпеть и уже после свадьбы, когда пройдет обряд, тебе поздравить мать и незаметно уйти. Как думаешь? Уверена, нас никто не хватится.
Закусила губу, обдумывая ее слова, взвешивая все «за» и «против». Считала, что важен только паспорт, а остальное можно с чистой душой забыть. Особенно все купленные тряпки. Только спортивный костюм оставить и кроссовки с бельем. Все! Больше ничего не нужно.
– Думаешь? – спросила, вглядываясь в ночное небо.
– Уверена. Везде свои проволочки. Когда брат управлял охраной, такого не было, а сейчас везде можно найти дорогу, чтобы уйти отсюда, как и проникнуть.
– Понятно, – задумчиво сказала и, недолго думая, сказала: – Хорошо, я согласна. Только…
– Что только?
– На свадьбу ты организуешь мне нормальное платье. Если идти в том, что у меня в сумке, я провалюсь сквозь землю от стыда.
– Хорошо! Все сделаю! – весело заявила девушка.
– Отлично! Хоть одна приятная новость, – пробубнила, не зная, как она справится, если осталось совсем немного времени.