13

Так мы начали встречаться с Марком Лурье. Прошел почти месяц.

Марк был …. Фантастический. Умный, внимательный, но без навязчивости, с прекрасным чувством юмора и очень - очень красивым членом. Да - да, не надо так морщиться и закатывать глаза. Это в шестнадцать девушка смотрит на внешность, в моем возрасте начинаешь ценить совершенно другие вещи. И мужской член, как и его работоспособность, играет не последнюю роль. Умные дамы меня поймут, восторженные и наивные  - просто поверьте на слово.

Так вот, возвращаясь к Марку Лурье.

Все в нем соответствовало моим вкусам и представлению о том, каким должен быть мужчина моей мечты. Именно это настораживало и не давало расслабиться. Опыт подсказывал - в такой заманчивой бочке меда непременно должна быть большущая ложка дегтя .

Полин, в очередной раз выслушав мои стенания, предложила проверить Марка знакомством с дочкой. Вот если он понравиться Мари, значит можно отбросить сомнения прочь и просто наслаждаться романом с этим образчиком положительных качеств. В принципе, я была с ней согласна - Маруська та еще лакмусовая бумажка. К тому же у нее нюх на хороших людей, уж не знаю, как это возможно в возрасте четырех лет.

Предложения тети Полин было не лишено смысла, беда только в том, что я не была готова знакомить Мари с Марком. И вовсе не потому, что опасалась реакции последнего. Он, конечно, почти что мужчина моей мечты, но дочь у меня одна, другой не планируется, поэтому и заботилась я о ее комфорте с удвоенной (если не утроенной) силой.

Пока я сомневалась и прикидывала, Марк меня опередил и все решил по-своему. Когда мы с ним в очередной раз говорили по телефону (а Полин была у нас в гостях и, как всегда, курила на кухне, втихаря, чтобы Мари ее не засекла), Марк попросил включить громкую связь. Конечно, я могла ему отказать. Но меня как черт под руку дернул, я прошла на кухню и нажала на значок громкой связи.

- Доброго вечера, мадам Полин, - раздался в моей кухне чарующий голос Марка.

- Доброго вечера, - поздоровалась Полин.

- Меня зовут Марк, - представился он. - Могу ли я поговорить с вами и мадемуазель Мари?

Мы с тетей переглянулись, она кивнула и затушила окурок. Помахала руками, разгоняя дым, и ответила:

- Думаю, это можно устроить.

Я решила не вмешиваться, в конце концов вряд ли Марк скажет что-то такое, что может навредить Маруське.

- Мари, - позвала дочку Полин, - будь добра, подойди на кухню!

Раздался топот детских ножек, и Мари влетела с котенком наперевес.

- Не мучай кота, - уже на полном автомате вырвалось у меня.

- Я не мучаю, - тут же ответила дочка.

- Мадемуазель Мари, - сказал Марк в динамик, - рад слышать вас.

- Bonsoir, Monsieur*, - перешла на французский Мари.

Она, когда волновалась, путалась в языках.

- Меня зовут Марк, - опять повторил он. - И я хотел бы пригласить вас, вашу маму и мадам Полин отужинать со мной. Завтра вечером, если вас будет удобно.

- Мы пойдем в ресторан? - уточнила Мари.

Рестораны она любила, правда,  бывала там нечасто.

Мы с Полин придерживались «старорежимных» взглядов и считали, что маленькому ребенку там не место. Поэтому в большинстве случаев, когда принимали пищу вне дома, питались в уютных кафе или маленьких бистро.

- Да, - ответил Марк в великой радости моей дочери, - мы пойдем в ресторан.

- В хороший? - подозрительно спросила Машка, а Полин прижала пальцы к губам, чтобы сдержать смешок.

- В самый лучший. Вы, мадемуазель, какую кухню предпочитаете?

- У нас дома очень красивая кухня, - бесхитростно ответила Машка,  и мы с Полин все же рассмеялись.

- Не сомневаюсь, что ваша кухня самая лучшая в мире, - вполне серьезно ответил Марк. - А что вы любите кушать?

- Больше всего?

- Больше всего.

- Я люблю мидии в сырном соусе, - тут же выдала Маруська, - а еще шоколад и мороженое.

- А мама разрешает все это тебе есть?

- Только не каждый день.

- Надеюсь, она не будет возражать, если завтра ты полакомишься мидиями, мороженым и шоколадом? - спросил Марк.

Мари умоляюще посмотрела на меня, дождалась моего кивка и с чувством ответила:

- Мы будет рады принять ваше приглашение, господин Марк.

Вот объясните мне, кто-нибудь, где она услышала это выражение? Не сама же додумалась. Моя дочь, естественно, гениальна, но не до такой же степени.

- Можете называть меня по имени, просто Марк, - разрешил он и спросил: - А что скажет мадам Полин?

Тетя не полезла за словом в карман.

- Я тоже могу называть вас просто Марк?

- Безусловно, - галантно ответил он.

- Ответной милости вы можете и не дождаться, - заметила тетя.

- Но я буду очень надеяться.

- Тогда я присоединяюсь к своей внучке, - решила Полин. - Мы будем рады отужинать с вами завтра, Марк.

- А мое мнение кого-нибудь интересует? - ехидно задала я вопрос всем сразу.

Мои собеседники, даже моя четырехлетняя дочь, деликатно промолчали.

*************

Дамы наряжались, чтобы быть во всеоружии. Я решила ограничиться черными брюками и белой рубашкой.

- Дорогая, - Полин придирчиво осмотрела мой наряд, - знаешь, а мне нравится. Есть в этой кажущейся простоте некая изюминка, элегантность и вызов обществу. Жаль, что рубашка не мужская. Нужно только губы поярче накрасить и надеть красные туфли. Надеюсь, белье на тебе достаточно провокационное?

Возмущенная столь интимным вопросом, я призвала родственницу к порядку:

- Полин!

- Прости – прости, я не хотела шокировать твою нравственность, - тетя скромно потупила глаза, чтобы я не заметила блеснувший в них ехидный огонек.

Поздно, я заметила и не преминула высказаться:

- Тетя Полин, тебе нужно как-то обуздать свое пылкое воображение. Мы просто поедим за одним столом.

- Уже предвкушаю.

- Мам, - вмешалась дочь, заходя к спальню, - застегни мне платье.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мы обе повернулись к Мари. Нечего сказать, она знатно принарядилась: платье, купленное Бо, мое ожерелье с крупными цветными камнями и сумочка Полин. Платье застегивалось на спине, малышка, естественно, не могла справиться с молнией, бретельки сползли с плеч, и платье смешно болталось на девочке.

- Ты туфли выбрала? – я подошла к Мари, развернула ее спиной и застегнула молнию.

- Я хочу такие, как у тебя, - сообщила мне Мари. – А кто такой этот Марк?

- Мой друг.

- Хороший друг?

- Возможно, самый лучший, - не смогла промолчать тетя.

- Я от тебя отрекусь, - прошипела я сквозь зубы старшей родственнице.

- Не отречешься, - безмятежно возразила она. – Пожалеешь меня, немолодую уже девушку со слабым сердцем.

Я только покачала головой и вернулась к наряду Мари.

- Ожерелье снять, - скомандовала я. – Ты для него еще слишком мала. Надень цепочку с кулоном, что мы купили на прошлой неделе. Сумку вернуть Полин, у тебя достаточно своих. Туфли выбери сама, а волосы я тебе сейчас причешу. Тащи расческу.

Надо отдать Машке должное, она прекрасно знала, когда со мной не надо спорить. Вот и сейчас послушно кивнула, сбегала к себе в комнату и вернулась без моего ожерелья и с расческой в руках.

-Бублики из кос подойдут? – решила я дать ей выбор.

- Подойдут! – радостно ответила Машка.

Две косы, закрученные бубликами, были одной из самых любимый ею причесок. Такую прическу никто из ее подружек не носил, и Мари часто просила меня уложить ее волосы таким образом.

Пока мы причесывались, обувались и спорили, приехала обещанная Марком машина.

Сам он встретил нас в ресторане с тремя (да-да, я не шучу!) букетами сразу. Полин достались лиловые пионы, мне – мелкие бледно-розовые розы, а Мари – маленький, но прелестный букетик фиалок.

После церемонии представления и поцелуев рук и щек, цветы были отданы официанту, а мы заняли забронированный Марком столик.

Тетя мило улыбалась улыбкой довольной кобры, Марк явно произвел на нее благоприятное впечатление, Мари болтала без умолку, рассказывая о своем котенке, а я наблюдала со стороны, стараясь усмотреть в поведении Марка хоть что-то подозрительное.

Напрасно. Он весьма остроумно ответил на колкое замечание Полин, помог сделать заказ Машке и обратился ко мне:

- Ты что такая задумчивая?

- Мама пишет новую книгу, - сообщила Мари.

- И сейчас обдумывает ее сюжет? – с улыбкой спросил Марк.

- Она берет сюжеты прямо из жизни, - сообщила ему тетя Полин.

И все трое уставились на меня.

- Вы меня смущаете, - сообщала я им.

- А что такое смущаете?- тут же заинтересовалась Машка.

- Это значит вызывать смятение, ставить в неловкое положение или приводить в замешательство, - пояснил ей Марк.

Не знаю, что много ли Машка поняла из его объяснений, но она покивала с умным видом и попросила:

- Не надо смущать маму.

- Мы больше не будем, - вмешалась Полин и перевела разговор на более нейтральные темы.

После того, как неловкость первых минут знакомства прошла, завязалась интересная беседа.

Нам принесли еду, и Машка принялась уплетать своих мидий, мне оставалось только следить, чтобы она не забрызгала себя или окружающих. Полин и Марк мило беседовали о политике, моде и литературе. Я изредка вставляла пару фраз, предпочитая больше слушать, чем говорить.

Вообще, мне нравилось, как проходил этот вечер.

Приятная компания, хороший ресторан, вкусная еда. Словно семья выбралась в свет, и проводит вечер за столиком ресторана. Воображение тут же нарисовало это семью. Муж, жена, ребенок и бабушка. Я уже видела их, словно воочию.

Со мной такое бывало. Не скажу, чтобы очень часто, но иногда я, зачарованная картинками из жизни придуманных мною людей, напрочь выпадала из жизни. Вот и сейчас,  совершенно отключилась от происходящего рядом со мной, представляя себе героев моей очередной книги.

Мысленно я уже набрасывала ее план, когда меня резко вернули в действительность.

- Аннук, какая встреча!

Я сморгнула, проходя в себя,  подняла глаза и увидела Виктора, замершего около нашего столика.

Почему-то перед глазами возникла картинка, как Марк и Виктор сражаются на шпагах. Тут же поправила себя: какие шпаги, в двадцать первом веке живем. И мысленно увидела разгромленный ресторан, перевернутые столы и стулья, разбросанную еду, встревоженных посетителей и двух мужчин, отчаянно бьющих друг другу морды. Интересно, кто из них победит?

Тьфу, черт! Кажется, я со своими книгами скоро совсем выпаду из нормальной жизни.

- Виктор, добрый вечер, - любезно улыбнулась Полин. – А мы вот решили поужинать в приятной компании.

Слова тети дали мне пару секунд на то, чтобы окончательно вернуться в реальность.

- Здравствуй, Виктор.

- И Марк тут, - заметил Виктор, не сводя с меня глаз. – Я, признаться, удивлен.

Марк, до этой минуты, хранивший молчание, сказал:

- Сегодня у меня, несомненно, прекрасный вечер: я ужинаю с тремя самыми красивыми женщинами города. И делиться их вниманием я ни с кем  не намерен.

Его слова прозвучали довольно грубо. По сути, Марк прямо заявил, что Виктору здесь не рады.

Но мы столько лет с ним знакомы, к тому же, нам еще вместе работать, так что ссориться не с руки, и поэтому я поднялась из-за стола.

- Можно тебя на пару минут, - обратилась к издателю.

- С удовольствием, - он взял меня под руку и улыбнулся. Но не мне – Марку.

- На пару минут, - повторила я с нажимом и обратилась к сидевшим за столиком: - Я сейчас приду. Прошу меня простить.

Вытащила Виктора из зала и уперла руки в бока.

- Ты что, хочешь нам сделку сорвать?

От моего напора Виктор растерялся, недаром говорят, что лучший способ защиты это нападение. Я никак не могла решить, что ему сказать. Как объяснить этот ужин с Марком, да еще в компании Мари и тети Полин? И стоит ли вообще что-то объяснять?

Его растерянность длилась недолго, Виктор быстро пришел в себя и пошел в наступление.

- И что это значит?

- Это значит, что мы встретились, чтобы поужинать.

- То есть это деловая встреча? – стал допытываться Виктор.

- Кто приводит на деловую встречу родственников? – вопросом на вопрос ответила я.

- Тогда причем тут сделка?

-А что непонятного?

- Аннук, лично мне непонятно все, - ответил Виктор. – Может быть,  будешь столь любезна и объяснишь?

- Ты уверен, что я обязана тебе что-то объяснять? – совершенно непоследовательно спросила у него.

- Если речь идет о бизнесе, боюсь, что да, - твердо ответил Виктор.

Очень хотелось послать Виктора к черту, но он был прав. У нас был контракт, и никуда я от этого  не денусь.

- Если бы ты начал скандалить, Лурье сто раз бы еще подумал, нужно ли с нами связываться, - пояснила я своему издателю.

- Звучит как бред.

«А это и есть бред», - с тоской подумала я, но вслух сказала другое:

- Виктор, мы просто ужинаем. Общаемся, узнаем друг друга. Нам ведь работать вместе. Тьфу, тьфу, тьфу, чтобы не сглазить.

- И для этого ты познакомила его с дочкой? – подозрительно спросил Виктор.

- А что такого? – я опять пошла в атаку.

- Аннук, я тебя умоляю, прекрати крутиться, как на горячей сковородке, - попросил Виктор. – Просто объясни, что происходит.

- Ничего особенного не происходит. Мы ужинаем. И да, я познакомила  Марка Лурье со своими родственницами. И ничего особенного в этого не вижу. Кстати, предупреждая твой следующий вопрос. Да, Марк мне нравится. Теперь я могу идти? Или я еще должна что-то объяснять своему издателю?

Виктор ничего не ответил. Стоял и обиженно сопел. Мне стало неловко перед ним.

- Прости, - я погладила его по лацкану пиджака.

- Он тебе точно нравится или это ради контракта? – Виктор накрыл мою руку своей.

Я смотрела на его холеную кисть и размышляла о том, что в последнее время в моей жизни происходит чересчур уж много событий. Просто голова идет кругом.

А Виктор, пока я размышляла о круговороте событий в моей жизни, стоял и терпеливо ждал ответа, поглаживая мои пальцы.

- Он мне нравится, - «разродилась» я, наконец. – Но и деньги, которые мы можем получить в результате сделки с ним, тоже мне нравятся.

- Ты корыстная особа, - ласково улыбнулся Виктор.

- Мужчины приходят и уходят, а у меня дочь, - ответила я. – Мне надо думать о ее будущем.

Пожалуй, в разговоре с Виктором я немного слукавила. Нет, про мужчин все правда. И деньги я люблю, что уж скрывать. Вернее, даже не сами деньги, а те возможности, которые они предоставляют. Но и Марк Лурье для меня уже больше, чем просто партнер по бизнесу или залетный любовник.

Я повернула голову и посмотрела в зал. Сквозь стекло было видно, как Марк, рассказывая что-то Полин, аккуратно промакает крахмальной салфеткой губы моей Мари.

Я смотрела на них и улыбалась.  Так приятно было наблюдать за ними. И кто бы мог подумать, что Марк Лурье, этот волк – одиночка, может быть таким заботливым и внимательным к чужому ребенку. Или дело не в самом ребенке, а в том, кто его мать? Может быть, правы те, кто утверждает, что мужчины любят детей любимых женщин?

- Аннук, - Виктор проследил за моим взглядом, - будь осторожна.

- Что ты имеешь в виду? – я оторвалась от идиллической картинки, на которой Марк чистит Маруське мидий, и посмотрела на своего издателя.

- Не теряй голову, - спокойно пояснил свои слова Виктор. – В конце концов, ты ничего о нем не знаешь.

- А ты знаешь? – заинтересовалась я.

- Не более твоего. А нужно разузнать?

- Нет, - я отрицательно помотала головой. – Ничего не нужно. Кстати, ты здесь какими судьбами? Признайся, следил за мной?

- За Полин, - поправил меня  Виктор. – Многие годы я беззаветно влюблен в твою тетушку.

- Боюсь тебя разочаровывать, но с тетей у тебя нет ни единого шанса. Ее  Борис давно уже  занял лидирующую позицию и не намерен никому ее уступать.

- Мое сердце разбито, - хмыкнул Виктор и продолжил уже серьезно: - У меня здесь встреча.

- Оу, свидание? – оживилась я.

- Оу, - передразнил меня Виктор, - представь себе.

- Тогда не буду тебя задерживать. А то вдруг твоя дама тебя не дождется.

- Не переживай так сильно, - насмешливо успокоил меня Виктор. – Моя дама еще не подошла.

- Опаздывает? – спросила я с сочувствием.

- Ни в коем случае, - Виктор посмотрел на часы. – Это я пришел пораньше. А вот, кстати, и она приехала.

Он убрал руку и шагнул  к выходу. Мне очень интересно было посмотреть, с кем он же встречается. Но вежливость  и такт – то, чему учила меня в детстве тетя Полин, требовали отступить.

- Расходимся, - сказала я и направилась в сторону зала.

- Жду тебе завтра, как и договаривались, - напомнил мне Виктор. – У меня вопросы по твоему роману.

- Буду, как штык, - заверила его и пошла продолжать ужин в своей теплой компании.

__________

* добрый вечер, месье (фр.)