Глава 8.

Встреча с Рустамом была назначена на вечер.

— Получилось — запрыгнув на руки, как маленький ребёнок, радостно выкрикиваю.

— Не сомневался — целует нежно, сдавливая сильнее пальцы на моих бёдрах. От одних только прикосновений кровь застывает, тело начинает ныть и просить большего. Но большего не следует.

Рустам отстраняется и почти выхватывает телефон. Берет макбук, подсоединяет провод и фото мгновенно высвечиваются на рабочем столе.

— Отлично. Теперь никуда не денутся.

— Кто денется?

Слова и действия мужчины никак до меня не доходят. Мозг не соображает от переизбытка чувств. Я выбралась. Свободна от Дамира. Теперь с Рустамом будем вместе. Не надо ютиться по отелям, скрываться в темных углах. Соблюдать конспирацию, отслеживать время. Словно совершаем что-то ужасное.

— Ты молодец — произносит с улыбкой и на этот раз сам набрасывается, как голодный зверь.

Терзает, ласкает, окунает в пучину наслаждения снова и снова. Не могу даже спокойно вздохнуть. Мне это нравится. Хочу его, и только его. Чувствовать целиком, глубоко внутри. От одних только умелых касаний тело разрывает на тысячи будоражащих осколков наслаждения. Рустам не просто харизматичный, брутальный, интеллигентный мужчина. Он — идеал каждой женщины. И сейчас рядом со мной, залюбливает до безумия.

— Детка, ты сводишь меня с ума — выдыхает тяжело мне губы и перекатывается на соседнюю половину.

Не могу ничего ответить. Я все еще порхаю где-то высоко. Наслаждаясь сладкой негой. Он как голодный пёс. Обглодал и растерзал хрупкое тельце.

Смотрю, как забрасывает руку за голову и устраивается удобнее на кровати. Разглядываю мужчину и не могу поверить, как быстро растворилась в нем. Длинные черные ресницы изящно изгибаются вверх. Любая бы девушка убила бы за такие. Аккуратная щетина подчёркивает высокие заостренные скулы. Манящие губы. И сногсшибательное тело. Мускулистая грудь, проработанные мышцы пресса, рельефный бицепс. Вновь внутренности пронзает током. Мне не просто нравится близость с Рустамом, мне нравится весь он. Мой загадочный незнакомец, открывший по-новому мир наслаждений.

— Готова к продолжению? — неожиданно задает вопрос и по-хозяйски начинает изучать тело.

— Нет.

— Нет? — вскидывает бровь — Как же пылкие взгляды? Моя отзывчивая, дикая, непокорная.

— Все не так. Я тебя не знаю. Расскажи что-нибудь о своей жизни? — неожиданно мужчина отклоняется — Что не так Рустам?

— К чему расспросы, если живем здесь и сейчас?

— Интересно узнать тебя?

— Еще не узнала? Кажется, побывал везде?

— Что любишь? — стараюсь перевести разговор в нужное русло.

— Люблю?

— Да. Какое твоё любимое блюдо?

— Давай займемся чем-то более приятным.

Не успеваю возразить. Рустам накрывает поцелуем, стирая мыли и всевозможные попытки возражений.

После расставания, Рустам обещал дать знать. Как только подготовит компромат. Так осталась в ожидании и со своими мыслями на целых два дня. А когда возвратился Дамир, то моя жизнь и вовсе превратилась в кошмар. Супруг стал еще злее и угрюмее. Склоки и бесконечные стычки быстро переходили на повышенные тона. В таком напряжении прожила целую неделю, а затем ещё одну. Рустам словно растворился. Ни вестей, ни записок, не встреч. Что-то случилось. Он бы точно дал знать. Сколько можно готовить компромат. Эмоциональные терзания и нервы привели к бессоннице. В одну из ночей просто бродила по комнате, наблюдала за небом и полной луной. Неожиданно вспомнила о приглашении Алисы. Давно обещала сделать ответный жест. Она то точно сможет рассказать о своём девере. Если не она, то Ильяс точно знает, где младший брат и что с ним случилось. Скорее всего, рассказал уже о нас.

Не откладывая в долгий ящик, утром хватаюсь за телефон и набираю знакомый номер. Чтобы преждевременно не выдать себя, начинаю приглашать на прогулку, но Алиса настаивает на приглашении. Обед назначен на пятницу, ровно в два часа дня. Всего лишь сутки. Нужно подождать немного, потом точно буду с мужчиной — мечты.

***

Впервые приезжаю в дом двоюродного брата Дамира. Особняк, как и его хозяин, оказался огромным. Высокий кованый забор, фонтан перед входом, ухоженные лужайки и кустарники. До этого момента, была уверена, что дом свекра большой и вычурный, но я ошибалась.

Как только перешагиваю порог, то раздается звонкий смех. Все дети оказались дома. Хозяйка командным голос подзывает, и вся троица выстраивается в одну шеренгу. Никогда такого не видела. Алиса поочерёдно знакомит со всеми. Как и описывали ранее, первая дочь спокойная, последняя взбалмошная, а сын чрезвычайно рассудителен для своих лет. Странно, но даже при таком шуме, тонком детском голоске приятно находиться. Эйфория затапливает все внутри. Приятно осознавать, что вот-вот стану частью этой большой и дружной семьи. Весь кошмар с Башаровым закончится.

— Как Ильяс? — начинаю разговор, как только дети покидают гостиную.

— Целыми днями работает.

— Рустам?

— Со старшим братом. В последние дни даже не заходит.

— В последние дни? Рустам живет здесь? — мужчина никогда об этом не говорил, хотя времени мы не тратили.

— Нет. У него своя квартира, но последние два месяца с Ильясом, какое-то общее дело. Время от времени работают дома. Ты же понимаешь выборы.

— Понимаю. Свекор вновь баллотируется, знаю не понаслышке.

Женщина улыбнулась, поднесла чашку чая к губам, затем остановилась и вновь обернулась.

— Откуда знакома с Рустамом?

— Ааа… — не стоило на прямую заводить разговор -

— Познакомились на Дне Рождения. Там мужчина и представился двоюродным братом.

— Совсем забыла — Алиса рассмеялась и помотала недовольно головой.

— Рустам хорошо танцует.

— Это все Эля. Помню, как впервые уговорила пойти на танцы. Рустам упирался, но отказать не мог. Три занятия спустя танцевал отменно. Такой уж деверь, за что бы не взялся все доведет до конца. Ильяс, в этом плане не такой, может и бросить незаконченное дело.

— Кто такая Эля?

— Бывшая жена Рустама.

— Жена? Рустам был женат?

— Был. К сожалению, печальная история.

— Она умерла?

— Не знаю. После развода Эля пыталась вернуться, но было поздно. Говорят в разладе виновны обе стороны, но здесь другой случай.

— Что произошло? Расскажи.

— Долгая история, стоит ли ворошить прошлое — женщина пожала плечами.

— Есть ее фотография?

Алиса утвердительно кивнула и вышла.

К чему фото? Зачем спросила, почему должна волноваться, как выглядела та женщина. Женщина, которая могла управлять таким загадочным и желанным мужчиной.

— Осталась только одна фотография, остальные Рустам сжег.

Не могу поверить. С кадра смотрят те самые ярко-голубые глаза. Женщина из кабинки туалета, которая о чем-то предупреждала. Тогда в аэропорту, замухрышка, бомж, от былой красоты не осталось следа. На фото эффектная брюнетка, в чёрном платье. Красная помада, идеальные стрелки. Все кажется настоящим бредом. Рустам стоит рядом и улыбался, так, словно Эля — долгожданный подарок на Рождество. Никогда не видела таким.

— Они прожили пять лет. Деверь дважды делал предложение. Добивался девушку — горько продолжала Алиса.

— Если так сильно любил, почему позволил уйти? — внутри нарастал ком сомнений.

— Рустам не прощает предательства.

— Что Эля сделала?

— Всего лишь переспала с двоюродным братом. С Дамиром — позади раздался бархатный спокойный и невозмутимый мужской голос.

Ещё до того, как наши глаза встретятся, знаю кто это. Не могу спутать ни с кем. Оборачиваюсь и натыкаюсь на холодный и бездушный взгляд Рустама.

Дорогие, кто ещё не читал мою книгу https:// /reader/rokovaya-noch-1приглашаю к себе на страницу.

Небольшой кусь:

— Могла развестись — цепляюсь за последнюю попытку понять поступок.

— Говорю же, слабая. Росла в семье, где развод неприемлем. И не могла даже подумать об этом. Папа всегда был рядом, поддерживал. Я… Я… — голос задрожал, а глаза стали мокрыми.

Сердце дрогнуло вновь, но уже не от большой любви или обиды, а от сочувствия. Поступок Юрия Ростиславовича не только отразился на мне, постороннем человеке. Мужчина сломал жизнь родной дочери.

Беру за руки, девушка замирает. Мы молча смотрим друг на друга. Как же много хотел сказать. Как много сделать. Доказать ей. Ей, одной единственной. Оказывается все бессмысленно. Давно нет тех чувств, только воспоминания. Она тоже поняла это. Мысли отражены в глазах. Так же наивна, также доверчива, но с тяжелым грузом за спиной.

— Останешься на ужин? — непринужденно продолжил Рустам — Если, конечно, хозяева не возражают.

— Какие могут быть возражения — с улыбкой произнесла Алиса — Не знала, что придете так рано. Почему не предупредили? Я бы распорядилась приготовить что-то особенное.

— Так получилось. Решили на сегодня закончить — обнимая сразу всех облепивших детей произносит Ильяс. Картина брутального мужчины, с жесткими чертами лица и суровым взглядом никак не ладилась рядом с детьми. Илтяс даже что-то переспрашивает и интересуется успехами. Никогда бы не подумала, что такое возможно. При первой встречи рисовала в мыслях, как строит семью, заставляя выполнять команды по щелчку. Оказывается, внешность и первое впечатление слишком обманчиво. Ребятня тянет отца в коридор, рассказывая о прошедшем дне.

— Дядя, а ты? — младшая дочь дергает Рустама за край пиджака и недовольно хмурится.

Рустам, же не сводит глаз с меня. От ледяного взгляда робею. Словно пригвождает к месту. Раньше чувствовала хищную натуру. Типичный мужской напор. Брать и добиваться своего, но сейчас вижу совсем иное. Расчетливого, бесчувственного, хитрого. Мурашки охватывают тело.

— Видишь гостью — присаживается на корточки напротив девочки и мотает головой в сторону — Сейчас уделю ей время и присоединюсь. Пока иди сестре и брату, покажи, кто здесь главный — игриво потрепав малышку за нос, вновь возвращает бездушный взор.

Алсу побежала в игровую, к брату и сестре, Алиса разговаривала с горничной, давая распоряжение, касательно ужина.

— Почему не звонил? Я волновалась — приблизившись решаю заговорить.

— Не мог раньше — резко хватает за руку и ведёт куда-то по коридору. Толкает вторую дверь справа и мы оказывается в просторном кабинете.

— Не рассказывал о бывшей жене…

— Должен был? — обрывает — Зачем пришла?

— Переживала. Не было вестей.

Мужчина меняет взгляд, чёрные глаза кажутся слишком опасными. Холодный пот прошибает с головы до ног. Рустам медленно обходит с другой стороны. Берет со стола папку и протягивает мне.

— Здесь собрано опровержение о фальсификации документов, где поставлена твоя подпись.

— Хочешь сказать, свободна? — сердце начинает колотиться быстрее, но что-то все равно сдерживает.

— Всегда выполняю обещания.

— Улыбаюсь и тянусь к Рустаму за поцелуем.

— Что делаешь?

Смотрю в недоумении, замерев без движения. Не в силах услышать дальнейшее.

— Ты хорошо потрудилась. И в постели, и в не ее. Получилась отличная команда, но дело закончилось.

— Что? Ты говорил, нам не придется скрываться. Расскажешь о нас — слова вырывались изнутри, а мозг все еще отказывался воспринимать информацию.

— И не солгал. Ильяс знает о сотрудничестве. Скоро узнает и Дамир. Можешь даже сама рассказать. Я не против — смотрит с усмешкой и непонятным огнем в темных глазах.

— Думала…нравлюсь…

— Нравишься — мужчина делает шаг навстречу. Начинает поглаживать по щеке, обводить губы пальцем, невольно вспоминаю до безумия развратные и непристойные встречи — Скажи, разве говорил о любви? Разве нам было плохо вместе?

— Какой же ты…использовал и выкинул — отталкиваю руку — Так же было и с Элей?

Глаза мужчины заискрились, желваки стали ходить по лицу. Впервые предстает в таком виде. Словно зверь, вот-вот вцепиться в горло или вырвет сердце. А может всегда был таким, ловко управлял эмоциями, играл на слабостях, воспользовался ситуацией. у этого человека нет чувств или привязанностей. Только холодный расчёт.

— Думаешь, что-то знаешь? Или рассчитывала на свадьбу? У тебя нет мозгов, но в постели просто огонь. Заводила только от одного вида. Послушно отзывалась и шла на эксперименты. Соглашаясь пробовать все. И не говори, что чем-то была недовольна, сама набросилась на меня. Считай, провесли время с пользой. Теперь можешь вернуться к Дамиру или папе. Так же тратить бабло на безделушки, совершенно не зная, как заработать. Захочешь повторить, просто набери.

Мужчина отступил, а по лицу потекли слезы. Пытаюсь смахнуть соленые капли, но они вновь и вновь хлещут из глаз. Выдавая обиду и унижение. По сути, меня только что приравняли к продажной девке, которая хорошо ублажила клиента. Честно отработала гонорар. Позволив проникнуть везде.

— Держи — Рустам протягивает стакан с водой.

— Не нужно.

— Заиграла гордыня? Почему? Что не так? Неужели, соврал или не выполнил обещаний?

Отворачиваюсь, делаю глубокий вдох и медленный выдох. Отстраняю мысли о жарких встречах. Вытираю остатки слез и вновь оборачиваюсь к мужчине.

— Все так. Я дура. Необразованная, наивная. Мы говорили, лишь о сделке. Ты не говорил о любви, привязанности или симпатии. Только примитивный, животный инстинкт и дикая необузданная близость. Кажется, увлеклась. Моя ошибка. Риск и адреналин сильно подействовали.

— Рад, что поняла — мужчина ставит стакан с водой на стол. Берет за подбородок, оставляет поцелуй, больше напоминающий клеймо. Жар, которого, обжигает. Оставляя горькое послевкусие.

— Мы хорошо провели время — собравшись произношу — Ты прав, мне все понравилось. Думаю, стоит закончить — вглядываюсь в человека перед собой, и нахожу иного мужчину.

Вроде те же черты, та же улыбка, тот же взгляд. Но словно вижу впервые. Я сама придумала. Выдумала Рустама. Таинственного незнакомца, позволившего ловко соблазнить и занять мысли. Нет обиды. Внутренний голос шепчет: “мужчина прав”. Сердце полностью разбилось, от собственной глупости. Опять оступилась. На этот раз еще сильнее. Дамиру далеко до брата. Вот, кто настоящий кукловод. Кто может казнить, унизить, растоптать. Выйти из всего победителем. Совместив приятное с полезным.

— Идете? Ужин на столе — в дверном проеме послышался сначала голос Ильяс, а затем появился и сам двухметровый великан.

— К сожалению, не смогу остаться — твердо и уверенно произношу, сама не ожидая такого — Впереди много дел. Нужно собрать вещи и переехать обратно, в отчий дом. Подать документы на развод. Женские штучки — удается даже улыбнуться.

— Ого… А я то думал, истерику закатишь, а ты вон, что. Кремень. Не ожидал — почесав бороду, позволяет усмехнуться.

— Сначала хотела, но Рустам доходчиво объяснил. Истерики не к чему — вновь поворачиваю лицо к любовнику — Спасибо. Ты не просто выполнил уговор, а еще и открыл глаза.

— Рад, что помог — мужчина улыбается и даже целует руку на прощение.

Гордо поднимаю голову и походкой модели направляюсь к выходу. На пути попадается Алиса, приходится задержаться, сильно извиняться за столь быстрый уход. Женщина делает попытки уговорить остаться, составить компанию за столом. Но я всеми силами пытаюсь уйти, держась из последних сил. На самом деле, мысленно бежала из этого дома. Внутри сжималась от боли, собственной доверчивости и опрометчивости.

Сажусь в машину и спокойно еду до трассы. Только лишь на магистрали останавливаюсь на обочине и даю волю слезам. Влага быстро заполняла глаза.

Как такое возможно? Дважды купиться. Дважды найти проблемы. Еще и так глупо. Не могу даже винить Рустама. Сама запрыгнула. Позволила проникнуть везде, уступить, пойти вразрез со своими убеждениями и принципами. Идиотка. Тупая идиотка, которая не видит, не слышит ничего. Вновь не кого винить. Только себя. Слова Рустама проникли в голову. Как на повторе слышу одно и тоже. Пустышка. Подстилка. Красивая кукла. Не более. ведь он прав, прав.

Хватаюсь за голову, которая вот-вот разлиться на мелкие частички. Пульс бьет в виски, а глаза стали опухать. Дорога стала едва заметна, но унять слезы не получалось. Остановить истерику удалось спустя час. Собраться, привести внешний вид в порядок и вновь завести машину затратила еще два часа.

То ли на автомате, то ли от отчаяния, но еду домой, точнее в особняк Дамира. Вновь опрометчивый поступок. Сосредоточилась на обидный и острых словах любовника. Опустив желании Рустама раскрыть правду перед двоюродным братом. И эта ошибка, чуть не стоила мне жизни.

Прямо в дверях, Дамир хватает за локоть так сильно, что от боли охаю. Толкает вперед, спотыкаюсь о небольшой журнальный столик и плюхаюсь на диван. Из ноги быстро начинает сочиться кровь, но не это меня пугает, а супруг. Глаза горели, грудь часто вздымалась вверх от дыхания, кулаки крепко сжаты. Дамир делает шаг вперед и невольно сжимаюсь в кулек. Закрывая глаза и прикрывая лицо руками.

— Когда снюхалась? — зашипел супруг.

Страх и адреналин парализовал тело. Язык прирос к небу. Слова напрочь вылетели из головы.

— КОГДА? — вновь заорал мужчина, крик которого заставил подпрыгнуть на месте. Замерев в ожидании удара.

— Не…не…

— Что ты там млеешь?! ДУРА! Какая же ты продажная девка. Что еще ожидать от Рустама. Вечно подбирал всю дрянь.

— Дрянь — усмехаюсь, но слово выводит из оцепенения. Осмеливаюсь убрать руки от лица и взглянуть разъярённому зверю в лицо — Прав.

От этих слов глаза почти бывшего супруга наполняются кровью. Звериные взгляд. Поза меняется, напоминая быка на Корриде. Дамир даже переминался с ноги на ногу, как животное било копытом землю. Одно движение и кинется.

Мужчина хочет что-то сказать, но раздались хлопки в ладоши. Наши взгляды тут же устремляются в сторону исходящих звуков. Рустам стоял в дверном проеме, на лице довольная ухмылка, глаза блестели.

— Какая драматичная история.

— Чего тебе? — рявкает яростно Дамир в сторону незваного гостя.

Рустам пожимает слегка плечами, словно не понимает причину столь явной злости. Немного лукаво улыбается, одними лишь уголками губ. Лицо приобретает необычные черты. Показывая настоящую сущность мужчины. Хищник, которого нельзя обмануть. Безжалостный и беспощадный. Игрок с большими ставками. Здесь схожесть с Дамиром сильно очевидна. Муженек всегда продумывает детали до мелочей, разыгрывает шахматную партию как гроссмейстер. Это поняла сразу, когда супруг лично одобрял наряды на выход. Готовил текст, что и как говорить. Ни одна мелочь не ускользала из поля зрения. Когда блеф раскрыт, становится слишком поздно. Кажется, только один человек смог переиграть его — двоюродный брат.

Рустам проходит вглубь комнаты. Двигаясь медленно, с грацией тигра, бросая утомленный взгляд в сторону. Останавливается напротив. Прячет руки в карман брюк и вновь приступает к разговору.

— Боялся за Леру. Ты предсказуем, несложно предположить дальнейший шаг.

— Ооо…кажется, задел братца до глубины души — с иронией произносит Дамир, но уже более спокойно, становясь в ту же позу, что и Рустам. И тут меня словно простреливает. Как же раньше не замечала очевидного? Эти двое слишком похожи. Одинаковые. Конкуренты. То, что имеет один, другой должен отобрать это. Если первый занимает высокий пост, то второй должен преуспеть ещё больше — До сих пор помнишь историю с Элей. Даже мозгов не хватило изобрести что-то своё. Скопировал каждую деталь. Хотел подражать мне? Признайся честно.

— Подражать тебе? — усмехается Рустам — Боже упаси. Хотел продемонстрировать, насколько супруга верна, вот только не учел, что брак фиктивный.

— Надеюсь, она хорошо развлекает?

— Отлично. Горячая штучка. Не понимаю, как ты сдерживался столько времени находясь рядом? Не вкусив соки красотки. Даже не представляешь на что способна эта девочка. Податливая, отзывчивая — мужчина светился от собственного превосходства. Улыбаясь шире, показывая все тридцать два зуба.

— Рад, что угодил. У Башаровых всегда все на высшем уровне. Взамен предложил…

— Свободу — сухо заканчивает фразу собеседник.

Дамир начинает смеяться во весь голос, а у меня внутри стынет кровь. Двое взрослых мужчин, рассуждают так, будто это игра. Оба властные, при деньгах, со связями. Окружающие для них пешки на шахматной доске. Девушки — способ подобраться ближе к врагу, и удовлетворить примитивные желания. Вероятно Элли так же попалась на удочку. Когда стала не нужна, женщину выкинули за ненадобностью. Раздавили. Вот о чем она пыталась предупредить. Если бы узнала о планах этих двух гнусных людей, ведущих свои мерзкие игры, то смогла бы что-нибудь предпринять. Сейчас жду участи. Моя неосмотрительность ставит на кон жизнь и честь. Хотя последнего у меня давно нет. Дамир забрал задолго до этого момента. Задолго до Рустама. В день, когда предложил сделку, а я не стала искать иных путей решения и приняла предложения. Потому что так легче. Потому что так проще. Живешь, как содержанка, ни о чем не задумываясь. Тебя накормят в ресторане, дадут денег на шмотки, отвезут на курорт. Вот только плата должна быть, либо натурой, либо соблюдением четких правил, которые диктует хозяин.

— Уходи — сквозь зубы цедит Дамир, не сводя глаз с двоюродного брата.

— Что?

Пошла вон, стерва — резко и отрывисто произносит супруг, устремляя полный ненависти взор.

От неожиданности даже открываю рот. Что такое? Помилование или тайм-аут? Что будет, если встану с дивана? Убьёт? А Рустам? Зачем здесь? Пришёл защитить? Очередная игра манипуляторов? Большие дяденьки заскучали, один насолил другому и вот новая партия. Что заставило Дамира передумать и отпустить? Сглатываю комок, который застрял в горле. На долгие размышления нет времени. Нужно бежать, пока не догнал. Беру себя в руки и стремительно направляюсь к выходу. Спиной ощущая пристальный и прожигающий взгляд супруга и самоуверенно — надменный Рустама.

На удивление спокойно завожу любимую машину и отъезжаю. Чем закончился разговор и продолжился ли, не знаю. Да и какое дело до этого. Семейные разборки. Взрослые. Разберутся. Главное сконцентрировать на будущем. Понять, как жить дальше. Куда двигаться. Одно известно точно, ехать мне особо некуда, только в отчий дом. Что скажет отец? Точнее, как воспримет информацию о возвращении непутевой дочери? Непутёвая, вот точное определение.

Остановившись у родного гнезда, долго смотрю вперед, не решаясь войти. В голове пустота. Внутри все выжженной, как после пожара. Просто использовали. Просто пешка. Просто повелась на красивые слова и рискованную ситуацию из кино. Типичный плейбой, а я легкая добыча. Рустам только позволил поцелуй, остальное я позволяла сама.

Звоню в дверь и отец появляется на пороге. Наверное видел, как приехала и не решалась войти. Дверь слишком быстро распахнулась, явно не случайно.

Мы молча смотрим друг на друга. Отец понимает без слов. Говорят, родители чувствуют, когда их детям нужна помощь. Не могу подтвердить или опровергнуть утверждение, у меня нет ребёнка. так или иначе, папа без слов и лишних расспросов пропускает внутрь. Чувство опустошенности, бессилия накрыли с новой силой и двойной волной.

Бреду в комнату, делая все по инерции. По началу просто сижу на краешке пуфа, перед зеркалом. Долго разглядывая отражение. Красивая кукла, хорошо обслужившая надменного господина. на столько хорошо, что даже «пришёл заступиться», подчеркнув, как Дамир упустил шанс переспать со мной. Рустам прав, даже обижаться сложно. В голове нет и не было ничего. Пустота. Ветер. Умею только тратить, а не приумножать капитал. Горько вздыхаю и закрываю лицо руками. Я не реву и не плачу. Меня просто душах. Не хватает воздуха, чтобы вновь вздохнуть.

Почти сутки не выхожу из комнаты. Скрючившись комочком на кровати. Впервые не могу взять себя в руки. Впервые ничего не чувствую. Впервые не хочу покидать комнату.

Внутри образовалась черная дыра, утягивающая еще глубже во мрак. Ничего не хочу. Не могу даже понять почему нет слез и истерики. Ничего. Просто ничего не ощущаю.

Отец приходил несколько раз, и все безуспешно. Он что-то говорит, я безмолвно соглашаюсь. Помню, сначала звал на ужин, на следующее утро на завтрак и обед. Сильно волнуется, читаю это в глазах, но расспросы не начинает. За это благодарна ему. Не готова к диалогу и раскрытию новых тайн.

Так или иначе, голод берет свое и к вечеру следующего дня сама спускаюсь на кухню. Отец, как обычно, пьет свежезаваренный чай. На столе лежит наполненная ваза с любимыми конфетами. Невольно на лице появляется улыбка, я дома. Тепло и забота нежно окутывают, затапливая все внутри, и оттесняя пустоту. Я снова в безопасности, под защитой.

Разговор не сразу клеится. Папа не торопит, а я не знаю с чего начать. Точнее не могу откровенно признать ошибки, которые натворила. Для начала ставлю чашку рядом, и наливаю только что заваренный травяной чай. Делаю небольшой глоток и только сейчас понимаю, насколько сильно проголодалась. В холодильнике нахожу колбасу и сыр. Наспех делаю два бутерброда. Пошла к черту эта фигура. Не об этом нужно думать. Да и голодовка до добра не доведет. Так и помереть можно. А этого счастья не могу доставить, ни Дамиру, ни Рустаму.

Тарелка быстро пустеет, перехожу к печенью. Не подозревая, как сильно разыграется аппетит. После того как все вокруг было съедено, а последняя чашка допита, я решилась на разговор.

— Прости. Знаю, сильно разочаровала — горько вздыхаю и поворачиваю пустую чашку в руке — Из-за меня не можешь вернуться на фирму, но, поверь, хотела помочь.

— Хорошо, что поняла ошибку. Плохо, что не рассказала раньше.

— Говорят, на ошибках учатся.

— Говорят — спокойно констатирует мужчина.

— Может получиться и у меня — пожимаю плечами и перехожу к салфетке, нервно сминая в руке, избегая зрительного контакта с отцом.

— При желании, получится мочь все. Есть у тебя желание?

— Не знаю.

— Не знаешь или не хочешь знать?

Поднимаю взгляд на отца. Слова сильно бьют, я вправду не могу дать четкого ответа. Погружаюсь в мысли, стараюсь вспомнить разные моменты. Как окончила университет, как не хотела работать, как встретила Дамира, начала встречаться с Рустамом. По факту вся моя жизнь череда каких-то случайностей и нелепостей. Велась на поводу всех и вся. Совсем забыла, как мечтала найти связь с матерью, через ее фирму.

— Расскажешь, что на самом деле случилось? — мотаю головой — Не хочешь, настаивать не стану. Твоя душа, лезть туда не имею права.

— Папа. Я запуталась — сквозь поток слез прорывается боль. Скопившиеся эмоции, наконец-то вырвались наружу. Держать контроль больше не в силах — Когда стало плохо и ты попал в реанимацию, я ослушалась и повелась на советы заместителя. Подписывала бумаги и договора, не вчитываясь и не вникая. Когда счета опустели, пришел он — Дамир Башаров. Я сняла ролик, где выставила парня в дурном свете. Он сфабриковал документы. Твой зам. помог подсунуть бумаги. Когда пришел и предложил сделку, я отказалась. Но затем начались проверки. Я испугалась. Растерялась. В результате приняла предложение Дамира.

Отец делает глубокий вдох, жду реакции. Жду, что накричит, скажет вырастить бестолочь, но ничего из того, что успела напридумывать не последовало. Папа спокойно допил чай и отодвинул в сторону чашку, давая понять, готов слушать дальше.

— Не хотела разочаровать. Прости.

— Догадался сразу, как только узнал. Признаться честно, ожидал что-то подобное. После смерти мамы многое спускал на тормозах, многое позволял. Думал компенсирую любовь матери. Моя вина, что не уследил, когда именно перегнул палку и отпустил тебя.

— О чем ты? — недоумевающе смотрю, до конца не осознавая, что именно хочет сказать.

— Спустя пару дней, когда пришел в себя, мельком увидел ролик о семье Башаровых. Сначала не заострил внимание, но когда увидел на экранах тебя…рядом с этой семейкой, стал искать информацию. Когда-то, очень давно, Рустам Башаров смог уйти от правосудия. В отделе был на особом положении. Какой бы вопрос криминального характера или государственного не возникал, везде участвовал этот человек. Прямых доказательств не было, предъявить нечего. Единственный человек, которого не удалось поймать. И который ушел от правосудия. Представляешь каково было мое удивление, когда обнаружил свадебные фотографии единственного наследника опасного человека с моей дочерью. Вначале сильная злость одолела, затуманила разум, потом гнев сменился на страх. Ты хоть и безалаберная, но не продажная. Слишком взбалмошная и избалованная, но по доброй воли не связалась бы с Дамиром. Значит что-то случилось. И я оказался прав.

— Прав во всем.

— Так почему ты здесь именно сейчас? Что случилось?

— Заключила сделку с одним человеком. Он доказал, документы не так страшны. Фирма должна заплатить штраф, только и всего. Могу подать на развод.

— Этот человек так сказал? — мотаю головой.

Отец отклоняется на спинку стула и недовольно качает головой. Внутри вновь черная дыра начинает утягивать на дно. С каждой последующей фразой камнем падаю в пропасть.

— Лера, фирмы больше нет.

— Как это? — точно помню, Дамир приносил документы на подпись.

— Как бы не был зол, но всегда приглядывал. Да, первоначально грозил штраф, хоть и не маленький, но фирма бы осталась на плаву. То, что происходило дальше, затянуло на дно. Не буду долго томить рассказами, факт в том, что происходила некая схема отмывания денежных средств. Башаровы не любят пачкаться, сынок полностью копирует и подражает отцу, поэтому ты все еще на свободе. Не хотят ставить пятно на репутации “чистой семейки”. Ты будешь дышать, а вот компании пришел конец.

— Нет. Быть такого не может — закрываю рот руками и не сдерживаю уже рыдания. Если раньше, внутри было пусто, то сейчас не нахожу слов. Сердце разлетелось на множество мелких осколков, собрать которые нельзя. Рустам провел снова. Какая же дура. Прав же, пустышка, но не более.

— Прекращай плакать. Нужно двигаться дальше. — Неет. В-вс-все ис-п-пор-тила — отрывисто пытаюсь произнести.

— За каждым днем наступает ночь, а за каждой ночью Утро. В моей и твоей судьбе был день, и была ночь. Сейчас пора рассвета — отец поднимается и крепко сжимает в объятия, а меня накрывает волна необузданной злости. Хочу отомстить. Но точно осознаю, месть — блюдо, которое подаю холодным. Нужно остыть.

Отец поднимается вместе со мной в комнату и укладывает меня. Словно маленького ребенка. Очевидно, ни он, ни я не готовы к дальнейшему разговору. Нужна передышка. Выдохнуть. Ведь утром придется начать снова рассказ, узнать о старом инциденте, которым стращал Дамир. Нужно ли упоминать о Рустама? Нужно, точно нужно. Никаких секретов. Но я пока не могу думать об этом. Слишком слаба. Эмоционально выдохлась полностью. Нужно набраться энергии. Вот только где взять сил? Откуда? Как справиться с проблемами, которые нажила сама?

Слезы с новой силой подступили к глазам. Не помню, как смогла заснуть. Во сне вновь пришел таинственный незнакомец, протягивая руку, приглашая на танец. И вновь мы в центре зала. Маски скрывают лица. Из динамиков раздается звук и вот мы уже сливаемся в танец страсти и огня. Хлопок и музыка утихает. Осматриваюсь, но никого не вижу. Только вечер, огни, полумрак и тот самый балкон. На котором впервые встретились. Я снова зажата в угол, пульс бьет в виски. Сердце бешено колотиться. Незнакомец берет жестко и грубо, снова и снова. Вот только теперь не испытываю удовольствия, лишь отвращение. И в первую очередь к себе. К своему телу. Жалистый поцелуй и я открываю глаза, в реальности тру губы ладонью, которые изрядно стали гудеть.

Медленно выдыхаю и стираю остатки пота на лбу.

— Сон. Ужастный кошмар.

Прохожу в ванную, включаю холодную воду, подставляю руки и брызгаю на лицо. Пытаясь стереть не столько сон, сколько прошлое. Но прошлое упорно не хотело отпускать, с новой силой напоминая о себе.

Хоть частично и удалось поговорить с отцом. Признаться и снять часть груза с души, все же спокойно уснуть не удается. Едва закрыла глаза, как вновь вижу Рустама. По телу проносится раскатистая волна обиды. Даже не так, отвращения к себе. Повелась на красивую мордашку, немного приласкал и я покорно раздвинула ноги. Фу… Мерзость! Как смогла пойти на это? Вновь принимаю холодный душ и от души тру себя мочалкой в попытках смыть весь тот позор, что натворила добровольно.

Стала игрушкой для богатеньких, в конец зажравшихся пижонов. В руках которых безграничная власть. Заскучавших от праздной жизни, устраивают соревнования, кто же круче. Кто сегодня будет в выигрыше.

Слёзы с новой силой подступили к глазам. Пытаюсь дышать ровно, но не получается. Когда за окном начинает входить солнце, спускаюсь на кухню.

Готовить никогда не умела, не стремилась даже научиться. Когда жила здесь, папа нанимал помощницу. Женщина помогала по хозяйству, готовила и прибирала. Или же просто заказывали еду из ресторана. Даже папа может что-то быстро приготовить, а я простую яичницу испорчу. Помню, однажды, пыталась приготовить фаршированные перцы. Так у меня фарша оказалось мало, а риса в избытки. Плюс ко всему, я попросту забыла посолить, забыла их в духовке и сожгла. После неудачного ужина пробовала готовить пироги. Чуть не спалила кухню. Не хочется вспоминать. Мороз до сих пор проносится по коже. С тех пор поставила жирную точку на себе, как на домохозяйке. У Дамира в доме полно слуг, я даже в кухне мельком бывала. И никогда не заглядывала в холодильник. Так что повторять подвиги не пришлось. Сейчас так проголодалась, что навыки по кулинарии пригодились бы. Осматриваю кухню, но не могу понять с чего начать, но сдаваться тоже не намерена. Если уж приняла решение начать новую жизнь, возьму и приготовлю тосты. Думаю, это самое простое блюдо. У меня получится. Не такая уж и бесполезная, как все думают.

Поднимаюсь в спальню и нахожу телефон. Вбиваю в поисковике нужную фразу и система предоставляем множество вариантов.

Выбираю тосты с джемом. Вчера видела на столе открытую банку с вишневым вкусом. Должно получится. С энтузиазмом возвращаюсь, вновь неудача. Никогда не думала, что в обычном тостере может быть столько кнопочек. А может это совсем не тостер?…

— Ничего. Справлюсь — успокаиваю себя. Звук собственного голоса даже успокоил немного. Вбиваю в поисковике марку и модель замечательной техники.

Далее делаю, как в инструкции, смотрю пару роликов в тик токе и на ютюбе. Хорошо, что живу в мире интернета. К тому моменту, когда отец проснулся, на столе красовались целых пять отменных тостов.

— Ого… — от неожиданности папа даже замер в дверях.

— Все так плохо?

— Ты ответь. Раньше на кухне бывала, только чтобы что-то перехватить, а теперь готовишь самостоятельно? Что с тобой сделала семейная жизнь?

— Здесь нет заслуги Дамира — расстроено произношу, после упоминания муженька, настроение катится к чертям.

— Тогда чья заслуга?

Застываю с чайником в руках. Заслуга здесь человека, которого хочу забыть. Стереть из памяти навсегда. Одновременно, увидеть встретиться еще раз. Разве это нормально? Влюбилась, что ли? Или же попросту хочу высказать накопившуюся боль. Так или иначе, он залез глубоко, не только в память, но и в душу. Проник везде, пустил яд по венам. Ненавижу, но и отпустить не могу. Расскажешь? Или так будешь молчать? — продолжил отец на затянувшуюся паузу.

— Ничья. Моя и только моя — заставляю сдвинуться с места и налить кипяток в чашку — Сама сделала, сама согласилась, сама придумала. Теперь нужно жить заново. По-новому.

— Новая жизнь всегда лучше старой. Есть чему учиться, есть куда расти. Чистый лист. Рисуй, что хочешь. Улыбаюсь. Хоть немного, но утро все же началось лучше, чем было вчера. Папа прав. Чистый лист — новая жизнь. И на этот раз начну ее правильно.

— Можно кое о чем спросить? — приступаю к разговору, как только наливаю чай.

— Конечно — отец откладывает приборы, устремляя внимательный взгляд.

— Дамир рассказал историю со смертельным исходом. Ты скрыла преступление, используя связи. Это правда? Смертельный исход? Хм… — отец стал задумчиво потирать подбородок — На моей памяти был только один случай, но там никто не погиб.

— Расскажешь?

— История давняя. Тогда во главе компании стояла мама, но уже сильно болела и не могла контролировать полностью дела. Частично уже тогда стал присматривать, помогать, подсказывать. Один из подрядчиков был мягко говоря, недобросовестным. Пришлось долго искать нового. В связи с этим сроки сорвались. Тогда заказчики стали возмущаться. Одна дама пришла на разборки, стала кричать, размахивать руками. И задела одну из подпорок. Сверху свалился пенопласт, банка с краской и что-то еще. К сожалению, рядом с ней упали еще и доски. Женщина успела отскочить, но оступилась, неудачно упав и сломав лодыжку.

— И все?

— Не совсем. Затем был суд. Истец проиграл, конечно. Камеры, установленные на площадке, запечатлели абсолютно все, каждую деталь. К тому же, она проникла на охраняемый объект, без должного пропуска. Мама, сильно переживала, приняла близко к сердцу. Это было дело ее жизнь. Можно сказать, второй ребенок — отец едва заметно улыбается. Ему до сих пор тяжело вспоминать единственную женщину, которую любил и потерял — Организация выписала чек, но этого оказалась мало и родственники подали в суд. Жадность и только. Пока процесс разбирался по новой, мама умерла. Я хотел сохранить компанию, сохранить частичку ее души. Поэтому уволился с прежнего места работы, и погрузился в новый мир. Учился всему на ходу, и компания выплыла. Дело окончательно закрыли при мне.

От рассказа отца прошибает холодом. Затем становится невозможно дышать, а потом снова озноб. Надо было сразу прийти к отцу и рассказать обо все. Спросить. Но вновь поступила опрометчиво. Как такое возможно? Какая безалаберность.

— Я подаю на развод — твердо произношу спустя пару минут молчания.

— Уверена? Если любишь, то…

— Нет никакой любви. Нет и никогда не было.

— Я поддержу в любом случаи — накрывает мою ладонь своей, по телу расползается невероятное тепло вперемешку с уверенностью.

После завтрака начинаю собираться. Делаю прическу и макияж. Локоны не такие эффектные и кричащие, Нюдовые тени, классические стрелки, прозрачный блеск на губах. Шпильки предпочитаю удобным кроссовкам. В целом получился молодежный стиль, нежели стиль стервозной леди.

Сажусь в машину и замираю на какое-то мгновение. Что будет, когда извещение придет Дамиру? Больше не может манипулировать, сам отпустил, но кажется, все слишком просто. Где-то есть подвох. С другой стороны, это же я придумала тот мир, который переживал и выплюнул такую пустышку, как я. Вновь слезы. Беру платок и аккуратно, чтобы не повредить макияж вытираю влагу. Уверенно поворачиваю ключ и еду в ЗАГС. По дороге звучит мелодия на телефоне и я невольно вздрагиваю. В голове промелькнуло одно единственно имя — Рустам. Но резко одергиваю, не давая даже возможности подумать. На дисплеи высвечивается имя подруги.

— Извини. Не готова к разговору — проговариваю вслух, пока мобильный неотрывно повторяет знакомую мелодию.

Спустя минуту телефон перестает надрываться, и подает однотонный сигнал. Означающий, что пришло сообщение.

— Обязательно прочитаю, как только покончу с ненавистным браком — вновь бубню под нос.

Черт! Черт! Черт! Что же это за законы такие?! Хочется вопить от несправедливости. Видите ли для подачи заявления нужны оба супруга. В одностороннем порядке только через суд. При этом у нас нет детей, не претендую на имущество, вот только все равно решение будет принимать суд. Если только Дамир не согласится подать заявление. Тогда все произойдет быстро. Быстрее, чем положено по законодательству. Регистрация брака прошла в скоростном режиме. Ещё бы с такими-то связями. Может и сейчас пойдет на сделку? Вынимаю мобильный и долго смотрю в телефонную книгу.

Позвонить?

Или написать?

Написать или позвонить?

От непонятного волнения закусываю губу. Чего боюсь? Вновь услышать голос? Хоть Дамир и издевался, каждодневно упражнялись в остроумии и колкостях, все же не причинил столько боли как Рустам. Ну вот опять я его вспомнила. Этого надменного плейбоя, в дорогом костюме и с довольной улыбкой на лице.

— Стоп, Лера! — не замечаю, как произношу это вслух — Вдохни и выдохни. Новая жизнь. Забудь! Забудь всех. Даже не так, выучи урок. И не повторяй ошибки. Перестаю гипнотизировать мобильный телефон и тут ловлю вопросительные взгляды прохожих.

Наверное, думают, ненормальная, раз разговаривает сама с собой. Сложно винить за это. Я и сама не могу ответить, все ли нормально. Надо согласиться, в последние месяцы окончательно съехала с катушек. Делаю шаг по направлению к машине, как телефон в руке издает звук. От неожиданности, почти делаю сальто на месте.

Взмахиваю пальцем и прикладываю к уху аппарат. Не знаю почему, но уверена была, что услышу голос супруга. Укоризненный, с нотками ехидства. Вопреки ожиданиям раздаётся совсем иной.

— Ну наконец-то! Наша принцесса соизволила ответить! — раздраженно, без приветствия и вступлений, начинает отчитывать девушка.

— Привет.

— Привет! Это все, что хотела сказать?

— Что не так?

— Что не так? Что не так? И как ещё смеешь спрашиваешь?

— Так друзья не поступают. Сегодня была последняя репетиция перед свадьбой, а ты не пришла. Ещё и не отвечала на звонки. Кучу сообщений отправила, и ни одного ответа. Как теперь буду без главной подружки невесты?

Бью себя ладонью по лбу. Совсем выпало из головы. Так запуталась и погрязла в проблемах, что забыла даже предупредить лучшую подругу. Хотя, как тут помнить? Приготовления длятся почти год. Кажется их свадьба никогда не наступит. Наташка делает все под европейский манер. Репетиции, украшения, программа. Что-то постоянно не нравится, что-то периодически меняет. Бред какой-то. Наша с Дамиром свадьба прошла слишком быстро. Ничего не планировали. Просто пришли, расписались, муж дал задание сотрудникам и готово. Фотографии получились высший класс. Несколько месяцев не сходили с обложек журнала и первых страниц социальных сетей.

Стоп! Опять бывший супруг. Ещё не хватало вспомнить о двоюродном брате.

— Ау, принцесса. Все еще здесь? Не слышу твоего голоса? Стыдно, наверное — Наташка не умолкала все это время.

— Мне жаль — выдавливаю из себя.

— Жаль и только?

— Просто… Просто… Сейчас не лучшее время. Проблемы. Много нерешенных вопросов накопилось…

— Каких ещё вопросов? — обрывает Наташа — Тебе совсем плевать на подругу? Что может быть важнее моей свадьбы?

«И вправду. Что может быть важнее?» — в сердцах вздыхаю.

— Мой развод — одной фразой припечатываю. Заставляя сменить тон. Говорить не хотела, но что поделать, слова уже вылетели.

— Как это? Ты и Дамир? Но… Вы… Идеал.

— Мне нужно идти. Не хочу продолжать беседу на эту тему.

— Ну уж нет. Накосячила с репетицией, будь добра исправляйся! Жду тебя в нашем кафе. Час на дорогу хватит?

— Наташ…

— Хватит?

— Да — сдаюсь в итоге.

— Вот и отлично.

Сбрасываю вызов и сажусь в машину. Не особо хочу видеть кого-то. Подруга обязательно будет допытываться, что и как. А мне этого совсем не хочется. Да и о чем рассказывать?

Устало устраиваю голову на руле, закрывая глаза. Наш брак фикция. Он изменял. Я терпела. Под руку пришёлся Рустам. Хотел отомстить брату, но не учёл, что между мной и Дамиром нет ничего. Попользовался и выкинул из головы. А я до сих пор ощущаю пустоту, которую причинил.

Слёзы начинают подступать к глазам. Немного и заново разрыдаюсь.

Нет, уж. Хватит! Выброшу из головы, забуду. Сейчас встречусь с Наташкой и снова, как раньше, вернусь к беззаботной жизни. Буду вдали от проблем. И от опасных людей вроде Рустама, не умеющих любить. Только причинять боль.

Стираю ладонью предательскую слезу, поправляю макияж и завожу двигатель автомобиля.

По дороге Наташка закидала сообщениями. Где я, когда приеду, долго ли… С каких пор она такая? Или всегда была такой? А может все выдумала. В последнее время сама не своя.

— Соберись, Валерия! — твердо произношу глядя в зеркало заднего вида.

Гордо поднимаю голову и выхожу из машины. Как только оказываюсь внутри кафе, замечаю Наташку. Девушка сидит за столиком, жестикулируя перед официантом. Заметив меня торопится спровадить сотрудника и делает шаг навстречу, сжимая в крепкие тиски объятий.

— Как ты, крошка? Что случилось? Такая пара — сделав опечаленную гримасу произносит.

— Вернёмся за столик, а то на нас уже косо смотрят.

— Конечно. Конечно.

Не успеваю пристроить пятую точку на мягкое сидение, как ощущаю нетерпеливый и въедливый взгляд.

Нарочито медленно ставлю сумочку рядом и беру в руки меню. Подруга то и дело вздыхает. Передвигает приборы, пока нож не падает на пол.

— Ой… Должен прийти мужчина? — от этих слов даже вздрагиваю. Озноб пробивает тело. Никого из мужиков не хочу видеть. Ни новых, ни, тем более, старых.

— И, кажется, это официант — уверенно произношу.

— Так расскажешь? Не тяни — начинает ныть лучший друг. И мне неожиданно становится не по себе. Словно очередную сплетню готовим. Вот если не хочу впускать в душу, почему люди так и норовят проникнуть глубже.

— Сделаю заказ.

Подзываю официанта, бездумно тыкаю в меню, выбирая наугад какой-то овощной салат. Судя по надписи минимум калорий и максимум денег. На автомате заказываю капучино и возвращаю меню.

— Нууу… — вновь произносит.

— Как прошла репетиция? — меняю тему, в надежде увести разговор. Раньше стоило только намекнуть на излюбленную тему, как Наташка с легкостью забывала обо всем. Начиная канючить о нелегком планировании свадьбы.

— На отлично. Отец сказал — последний прогон, больше участвовать не станет. Представляешь?

— Ага. Что ещё?

— Поменяла декорации.

— Снова?

— Представляешь, эти придурки, флористы, воткнули каллы в арочную композицию.

— И что с того?

— Что? Их нет в общей концепции. Пришлось уволить тех ребят и нанять новых. Но, мы ушли от разговора.

Как быстро раскусила? До чего въедлива стала. И то расскажи, и это. Сама не соображу происходящее, а тут ещё и посторонним легенды подавай.

— Ну… эээ… дело в том… дело в том… мы не сошлись характерами. Да, именно так. Несовместимы совсем. Никак. Абсолютно разные.

— Как же жаль — Наташка сделала опечаленную мордашку.

— Да — ничего не жаль. Наконец-то избавлюсь от ненавистного брака. Забуду, словно дурной сон и начну двигаться дальше.

— Это… Саня? — подруга смотрит мне за спину, оборачиваюсь по направлению взгляда.

— Кажется — еще его не хватало. Не день, а катастрофа. Последний раз видела его на мероприятии по случаю Дня Рождения супруги мэра — Слышала блог его загнулся?

— Быстрый взлёт и не менее стремительное падение. Глянь-ка идёт сюда.

— Девчонки! Лера — произносит улыбаясь мой бывший молодой человек.

— Привет. Как дела?

— Как сказать, ничего. То есть, хорошо. Веду переговоры с новым рекламодателем. Очень крутая фирма. Ты как?

— Отлично — коротко отвечаю.

— Лера начинает новую жизнь — бросаю укоризненный взгляд в сторону девушки. Призывая замолчать сейчас же — И я тоже. Мы все на новом этапе.

— Как в старые времена. Лер, ты какая-то грустная. Неразговорчивая.

— Не заворачивайся. Мне пора. Спешу.

— Пока, принцесса — Наташа моментально оказывается рядом, сжимая в объятиях.

Выхожу из кафе, кто-то дергает за локоть, разворачиваюсь и почти впечатываюсь в Дамира.

— Совсем страх потеряла! — глаза полыхали от гнева, а пальцы сильнее давили.

— Пусти!

— Дрянь!

— Пусть так. Не твоя проблема.

— Вперед!

— Никуда с тобой не пойду!

— Пойдёшь. Или я…

— Что? Что сделаешь? У тебя ничего на меня нет.

— Думаешь позволю спокойно уйти и развестись? После всего? Веселиться?

— А мне плевать, позволишь или нет.

— Идём!

— Нет! — мужчина тащит за собой — Пусти! Дамир, отпусти! — почти воплю во весь голос, привлекая внимание прохожих.

— Отпусти ее!

— Чего? — от неожиданности Дамир даже остановился.

— Отпусти! — не так уверенно, как в первый раз произнёс Саня.

Мне, конечно, приятно, но лучше бы этого не было. Уж я то знаю муженька и его манеру поведения. Бывший парень уступает по множествам пунктов. Начиная с роста и заканчивая социальным положением. Дамир — игрок высшей лиги. Опытный манипулятор. Саня — типичный болтун и пустозвон.

— А то что? Что сделаешь? — парень молчит — Так и думал.

Дамир вновь разворачивается к машине, как несостоявшийся жених начинает угрожать.

— Дам ход ролику — указывает на сидящую в кафе подругу с телефоном в руке.

— Это моя жена и я ее забираю.

— Кому нужен скандал перед выборами? — спокойно вмешиваюсь в диалог, видя, как атмосфера накопляется.

— Садись в машину. И поживее.

— Поеду на своей — произношу глядя моему зверю в глаза.

— Ладно. А ты — поворачивает голову к Сане — Посмеешь ещё раз угрожать, раздавлю. Понял!

Взгляд Дамира был однозначно понятен. Спорить бесполезно, а угрозы слишком опасны. Чреваты последствиями.

Иду до машины, дергаю за дверь, но Дамир накрывает своей рукой и я тут же одергиваю. Будто обожглась. Раньше посчитала бы это за комплимент. Симпатичный, высокий парень старается угодить. Сделать комплимент. Сейчас неприятно. Внутри что-то начинает скручиваться, вызывая отвращение. И даже не к Дамиру, к самой себе. Не могу понять, что не так, что с чувствами, но мужское внимание мне неприятно. Невинный жест таит скрытый смысл. Смотрю в упор, муж спокойно открывает дверь, не обращая внимания на мой жест.

— Не стоило — тихо произношу, отводя взгляд.

— Хочешь чтобы пошёл слух о сильном разладе? И это накануне выборов. Окончательного позора желаешь?! — жестом указывает забраться внутрь.

— Ничего не хочу. Хочу свободы. Забыть это время.

— Забыть — мужчина издает смешок и наклоняюсь слишком близко. Обнимая одной рукой за талию, притягивая ближе — Ты, словно кость, застрявшая в горле — произносит на ухо — Дважды вставала на пути. Выставляя идиотом.

— Дамир — стараюсь оттолкнуть.

Мужчина делает шаг назад, головой немного кивает в сторону салона автомобиля. В глазах проскальзывает неподдельная ненависть. Он не менее рад продолжать игру. И был бы счастлив, если бы я просто пропала. И было бы лучше если бы просто проехала и стала бы выполнять команды. Но правда в том, что не могу больше обманываться. Не могу продолжать.

— Давай обсудим спокойно.

— Что собралась обсуждать, дикая кошечка?

— Ты ведь тоже устал от этого. Прошу.

Мужчина долго и внимательно смотрит. Не могу разобрать эмоций на лице этого властного человека. Ни один мускул не дрогнет. Спокойно стоит, убивая взглядом. Что там в голове? Возможно, придумывает план, как побыстрее избавиться от ненавистной супруги. Выставив себя опечаленным вдовцом. Да и свекру на руку такой разворот событий. Жалость — самый лучший мотиватор.

— Как же рад был бы избавиться. Вот так — щелкает пальцами — К сожалению, твоя физиономия стоит рядом, на всех снимках.

— Дамир…

— Замолчи. И так подставила с бумагами, когда передала их Рустаму. С этого момента приступишь к обязанностям законной супруги.

— Что? — от удивления даже рот открываю.

— Не делай удивленное личико. Покорно раздвинешь ножки и передо мной. Думаешь твой любовник не рассказал в красках, как седлала, вымаливая продолжения. Издавая стоны, словно последняя девка.

Сглатываю ком стыда и ненависти. Чего ожидала от Рустама? Этот человек показал себя. Сможет перешагнуть через кого угодно. Сомневаюсь, что любил Элли по-настоящему. Скорее тешил самолюбие, когда женщина отказывала ему. Так сказать охотник и добыча. Когда добился, отпустил.

— Может даже наследника родишь. Хотя от такой потас… — замахиваюсь и как следует влепляю пощечину, не давая договорить.

Взгляд моментально меняется. Зрачки расширяются, а дыхание учащается. Толкает на машину, так, что ручка сдавливается в позвоночник. Дамир приближается слишком близко, лишая возможности сделать вздох.

— Будем считать договорились. Приедешь сегодня домой. Оденешь самый красивый комплект белья. И по доброй воли придешь в спальню.

— Нет. У тебя на меня ничего нет. А вот тебе стоит опасаться — взгляд снова меняется, вновь прижимает к себе — Не буду мешать выборам, так же приму образ примерной супруги. Как только предвыборная кампания закончится, дашь развод.

Дамир внимательно слушает. Доли секунд, рука проносится рядом с головой, ударяя корпус машины. Хватка слабеет, воздух снова наполняет легкие.

— Ужин завтра в семь. Пришлю машину.

Зрительный контакт нарушается. Иномарка напротив включает габаритные огни. Супруг ловко забирается внутрь и быстро стартует с места. А я все еще стою на месте.

— Лера, как ты? Что это было? — подруга оказывается рядом.

— Ничего. Говорю же, не сошлись характерами — внутри все дрожит. Дамир не отпустит так просто. Хотя в глазах все же промелькнула надежда, что пойдет на сделку. Что готова дать взамен?

— Давай сюда ключи. Отвезу — бывший парень тоже здесь. Не могу выносить присутствия. Все такой же тюфяк. Дамир лишь посмотрел, и тот струсил. Наблюдая в стороне картину нашего разговора.

— Не надо.

— Ты бледная.

Какой наблюдательный. Интересно, с чего вдруг? Передергивает от такой заботы.

— Сказала же не нужно.

Не дожидаясь вопросов и лишних прений сажусь в машину. Как можно быстрее, стараясь покинуть злосчастное место.

Домой вбегаю, не замечая, друга отца в гостях. Вновь укоряю себя за грубость. Что такое. День никак не ладится. Мысли всю дорогу возвращадись к Дамиру. Сначала Рустам, затем его двоюрдный брат. Пойдет ли на сделку? Зачем заговорил о ребенке? Вдруг возьмет силой? Холодный пот прошибает. Один страх сменяется другим. Одна боль, переходит в другую. Безвольной каплей сползаю вниз по стене. Самое обидное, во всей тупиковой ситуации, что не могу посоветоваться ни с кем. Как о таком расскажешь?

Поджимаю колени, и утыкаюсь лбом. Снова опустошение. Снова падаю в темную бездну. Сквозь полуоткрытую дверь слышу разговор о бумагах, деле и шантаже. Почему бы и не попробовать? Что-то есть в тех бумагах, которые фотографировала для Рустама. Не зря мужчина так радовался. Поведение Дамира тоже указывает на значимость. Я ведь могу показать их отцу. Если что-то будет найдено, то заставлю муженька дать согласие на развод. Войны не будет. Разойдемся тихо и мирно. Если нужно потерпеть, то выдержу. До выборов всего месяц. Как раньше будем изображать пару. Показывать семейную идиллию. Или же попросту тихо разведемся. Уверена, семейство Башаровых замнет дело, никто не посмеет даже рот открыть. Так и поступлю.

Дожидаюсь вечера, когда с отцом садимся ужинать. Тщательно продумываю, как подойти к вопросу. Как рассказать обо всем. Папа слишком проницательный, чтобы можно было бы скрыть или пустить по ложному следу. Решаю, нужно опустить подробности сделки с Рустамом и просто показать сохраненные фотографии.

Отец несколько раз молча всматривается, перечитывает один из договоров, но ничего не отвечает. Так и расходимся по комнатам.

Утром долго смотрю в окно. Сегодня запланирован ужин с Дамиром. Надеюсь, удастся договориться мирно. Спускаюсь, но на кухне нахожу отца, с бывшим сослуживцем. Оба серьезные, сосредоточенные.

— Лера, подойди — сдержанно произносит отец, завидев меня — Расскажи подробнее о снимках.

Растерянно смотрю, то на отца, то на мужчину. Папа слегка кивает и деваться некуда. Деваться некуда, хоть и стыдно, но судя по выражению лиц двух очень серьезных людей, дело стоит свеч.

Разглядываю себя в зеркале и не могу узнать. Впервые, за долгое время, выбираю платье по своему вкусу. Классическое черное, чуть ниже колена. Небольшой вырез лодочкой. На ногах остроносые шпильки. Интересно узнать мнение Дамира. Всегда диктовал и решал, как должна выглядеть. Что носить. Что говорить. Неприятно осознавать, как выставила себя на посмешище. Не замечая, умелого использования в руках супруга. Нужно больше шумихи вокруг молодого, перспективного миллионера. Вот на арене появилась невеста. Эффектная блондинка, вскружившая голову одним лишь роликом. Интерес к мужчине возрос. Сеть новых фитнес клубов принесла небывалый доход. Многие захотели увидеть успешного и любящего плейбоя лично. Кто-то даже предложил себя, в качестве подарка, перед бракосочетанием. Другая же половина, повелась на супругу. Молода, красива, подтянута. Помню, как качки пытались подкатить. Молоденькие девочки ютились неподалеку, в попытках заговорить. Мечтали попасть в круг элиты. Узнать, как можно завоевать сердце такого как Дамир. Даже свекру русская невестка пришлась на руку. Больше доверия избирателей. Если есть настоящие чувства, значит ни вера, ни общество не помеха. Позволил сыну жениться на русской девушке. Устроив грандиозный праздник, изображая идиллию.

— Лера. Машина приехала.

Голос отца доносится снизу. Приходится оторваться от отражения. Взять клатч. Нанести парфюм и спуститься вниз.

— Помнишь все? — интересуется мужчина, как только оказываюсь в гостиной.

— Да. Вывести на разговор. Сделать запись. Быть осторожной.

— Удачи, солнышко.

Как было условлено, супруг отправил личного водителя. Не до конца понимаю, что может значить. К чему разыгрывать спектакль? Перед кем? Если только папарацци, пресса не сели на хвост. Служащий открывает дверь и протягивает руку.

— Лера — поворачиваю лицо на звук голоса.

Удивленно смотрю, пока парень уверенно приближается. Водитель не двигается с места. Замер, словно, статуя, продолжая стоять с протянутой руку, чтобы я смогла сесть в машину.

— Лера, привет.

— Привет. Извини, тороплюсь — спешу запрыгнуть внутрь, но парень останавливает.

— Не отниму много времени.

На секунду теряюсь, все же даю команду. Водитель занимает положенное место, я же остаюсь возле распахнутой дверце.

— Саня, я действительно спешу.

— Это правда?

— Что правда?

— Ты и Дамир разводитесь?

Черт подери, Наташка. Вот подруга называется. Интересно, так все тайны раскрывает? Или только самые душевные?

— Да.

— Мне жаль — позволяет положить руку на плечо, от невинного жеста еще больше удивляюсь — Хочу поддержать, все же не безразличные люди.

— Какие люди?

— Мы с тобой…

— Постой. Какие мы с тобой? О чем ты?

— Я люблю тебя. Все время жду. Понимаешь?

— Не совсем — прищуриваюсь, в попытках понять — Нас нет. По большей части, никогда и не было. Ты продал меня. Наши отношения.

— Должна понять. Такой человек поставил условия. Ты тоже предала, и вышла замуж за влиятельного парня.

— Я вышла замуж, потому что так нужно было — огрызаюсь.

— Давай начнём сначала — резко притягивает за плечи и пытается поцеловать. Отталкиваю и даю пощечину.

— Совсем спятил! Что позволяешь?

— Ты тоже хочешь меня. Вижу это в глазах.

— Не знаю, что напридумывал и чего добиваешься, но предупреждаю, я ЗАМУЖЕМ. ЗАМУЖЕМ! — на мой вопль, выскакивает отец.

— Что здесь происходит? Валерия? — ровно и невозмутимо произносит бывший служащий, умеющий в любой ситуации взять эмоции под контроль.

— Ничего, папа. Саня уходит. Навсегда.

— Люблю тебя.

Господи! Ну, что заладил?! С чего вдруг? Не хочу видеть! Прекрати — начинаю шипеть. Знаю, парень не виноват, но нескончаемый поток скопившихся эмоций постепенно вырывается наружу. Хочется просто кричать. Нет, не так. Вопить от несправедливости и боли.

— Но… — начинает молодой человек.

— Александр, думаю лучше покинуть территорию. Тем более, Валерия уже опаздывает — отец обращает взор на меня и подталкивает внутрь автомобиля.

Как только дверь закрывается, водитель, без напоминания, начинает движение.

Сквозь тонированное стекло, вижу, как парень прощается. А у меня внутри все снова переворачивается. Неожиданно, понимаю, для чего пришел. Хочет, как тогда, хайпануть на чужой истории. Выставить себя Дон Жуаном, меня любовницей, а Дамира рогоносцем. Тем самым реанимировать свой блог. Карьера блогера резко шла вниз. Мой супруг сумел привлечь аудиторию, но парень не знал, как удержать славу. Как раскрутиться на аудитории. Что ж, не удастся втянуть в игру. Той девчонки нет. Никогда не вернётся. Сейчас покончу с муженьком и навсегда закрою унизительный период. Уроков извлекла немало. Забыть о которых мечтаю до сих пор.