Глава 6

От Татьяны Леха поехал не домой, а в институт. Нашел свой деканат, взял список документов для восстановления. Поговорил с секретарями. Ситуация не очень радовала, но шансы были. У Лехи была частично закрыта последняя сессия. То есть, его реально могли восстановить сразу на последний курс с академической задолженностью. Один экзамен и пару зачетов надо будет сдать в сентябре.

Леха подумал, что если восстановится, одного месяца на то, чтобы вспомнить материал, не хватит, договорился на кафедре о читательском, чтобы взять учебники. Все вызовы отбил.

Утром следующего дня был дома. Открылась дверь. Вернулся с заказов Серый. Леха сидел на кухне с учебниками и книжками, которые не успел выбросить. Пил кофе, курил, читал. Хотя, по ощущениям, скорее искал знакомые буквы. Психовал, как быстро все выветрилось из головы.

Серега изучающе смотрел на Леху.

– Давно не виделись.

– Ага, – хохотнул тот, – графики не совпадают.

Серега помолчал, наблюдая, как Леха рычит над формулами и определениями.

– И как ее зовут? – наливая себе кофе, спросил друг.

– Кого?

– Ну ту, из-за которой ты заказы сбрасываешь и, – Серый многозначительно указал на учебник, – вот…

Леха замер, посмотрел на друга. Ведь реально ж друг. Сто лет знакомы, не раз проверен. Нехотя и абсолютно серьезно ответил:

– Татьяна.

Серый молча покачал головой. Пикнул Лехин телефон, лежащий на столе. Сообщение из конторы. Серый тоже знал этого отправителя. На Лехином лице отразилась целая гамма эмоций – и не одной положительной. Серега потянулся за своим смартфоном и, будто сжалившись, буркнул:

– Ладно, пересылай уж.

Леха улыбнулся. На сегодня у него было назначено собеседование.

***

Они перестали играть в эту забавную, но жестокую игру. Леха просто отправил сообщение.

Леха: Могу сегодня приехать.

Ответ пришел через несколько мгновений.

Татьяна: Да! После трех?

Расплылся в улыбке, утонул в волне нежности.

Леха: Буду.

Татьяна: (поцелуй)

Леха: (три поцелуя)

После трех, значит, утро свободное. Леха собрал документы, которые не донес в прошлый раз на кафедру, и поехал в библиотеку за учебниками. Того, что у него осталось дома, для сдачи хвостов не хватало.

Подошел к ее дому одновременно с ней. Она его не заметила. Он подхватил тяжелую подъездную дверь, придержал. Татьяна испуганно обернулась, увидела его лицо и расплылась в улыбке:

– Привет!

Наклонился, легонько коснулся ее губ.

– Привет. Я слишком рано?

– Нет, это я задержалась. Вредный поставщик. Торгуется за каждую мелочь, будто сестру замуж выдает.

Леха улыбнулся:

– Смешное сравнение!

– Так он же кавказец! – подняла открытую ладонь кверху. – Честь семьи!

Усмехнулся.

– Да, они такие.

Зашли в квартиру. Она обернулась, обвила его шею руками и жарко, жадно поцеловала. У Лехи земля ушла из под ног. Она! Его! Целует!

Оторвалась. Отошла на шаг. Глаза блестят, щеки горят.

– Раздевайся! – скинула плащ, прошла в комнату. – Я голодная! Будешь со мной обедать?

– Я вроде ел, но кофе выпью, – бросил рюкзак на пол, тот глухо ударился о кафель.

– Что у тебя там? – вышла из комнаты, натягивая футболку. – Кирпичи?

– Почти! – поймал ее на выходе, обхватил еще голое тело, провел ладонями по животу, по спине.

Прильнула к нему, но вопрос в глазах остался. Усмехнулся:

– Там книги.

– Книги?

– Угу, – пошел на кухню. – Мы все учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь.

– Да, да, – покачала головой. – Я помню, ты умный!

Засмеялся:

– Учебники там, – пояснил, заметив, что она все еще недоумевает. – Если получится восстановиться, то прямо в сентябре придется сдавать один экзамен и два зачета. Я уже мало что помню.

– Восстановиться?

Отвернулся. Включил чайник

– Угу. Тебе помочь с обедом?

Она поняла. Больше ничего спрашивать не стала, но он то и дело ловил ее задумчивый и немного восхищенный взгляд. Блин! В лепешку разобьюсь, но восстановлюсь! Ей важно.

После обеда мыли вдвоем посуду. Он, конечно, больше мешал, чем помогал. Прижался к ней со спины, забирал чистые тарелки и делал вид, что вытирает. Если успевал ловить, потому что она посуду то и дело роняла назад в раковину: его близость волновала и вызывала дрожь во всем теле.

В конце концов, смирившись с тем, что целыми тарелки останутся, только если их оставить немытыми, повернулась к нему, обвила руками, уперлась попой о край столешницы, закинула ноги ему на талию. Лешка урчал, по-хозяйски прижимал ее к себе, ласкал языком шею, ушко. Притянул, подхватил и унес в постель. Татьяна светилась от удовольствия.

Валялись в постели, уже насытившись, но все еще крепко обнявшись. Он водил пальцами по ее ключице, по линии плеча, поднимался на шею, ушко. Она тихо млела, прикрыв глаза, и уже дремала.

– А мне в конце недели уехать придется…

– Надолго?

– На пару дней. У партнеров склады смотреть.

– М… – наклонился, поцеловал шею. – Начальница.

Захихикала.

– Щекотно! Прекрати!

Снова просто лег рядом:

– Пара дней это недолго.

– Да. Лишь бы не застрять еще и на выходные, – пробормотала с досадой. – Устроят какое-нибудь шоу, с дорогими ужинами и экскурсиями по богом забытым историческим местам… Шеф такое любит. Останется он, придется оставаться всем.

– Ну, ты же сама говорила, что два года никуда не ездила, – он подпер голову рукой и посмотрел на нее сверху вниз. – Хоть развлечешься.

– Да разве это развлечение?! – фыркнула.

– А что развлечение?

Помолчала.

– Я бы в горы ушла. Как в детстве. С палаткой, – мечтательно вздохнула она и горячо добавила: – Желательно, чтобы там не было людей и сотовой связи!

– Совсем не было людей? – он хитро прищурился.

– Ну… – снисходительно протянула, – одного можно.

Леха широко улыбнулся:

– Мы пару лет назад с ребятами-альпинистами ходили по Крыму. Места офигительно красивые! Недолго, буквально три дня. С удовольствием бы туда вернулся.

– Ты занимаешься альпинизмом?

– Не-ет, я чисто так, по склонам пройтись. Они да, они поднимались по стенкам. Я такой решил попробовать, че, сам себя не подниму, что ли. Выбрал стенку. Поднялся. Довольный! Чувствую себя практически человеком-пауком! Они смотрят, говорят: «А! Молодец, мы там детей учим!»

Татьяна засмеялась. Леха откинулся на подушку, завел руку под голову и, мечтательно вздохнув, продолжил:

– А вообще там круто. Мы были в конце весны. Водопады полноводные. Красиво.

– А если летом поехать, – подхватила она его тон, – то можно к морю дикарями спуститься.

– Я бы еще в сторону Ай-Петри съездил. И к Воронцовскому дворцу. Можно машину напрокат взять.

– Ты водишь?

– Угу.

– Тогда и в ботанический сад! – она уже строила планы.

Запоздало это поняла, осеклась, подняла на него испуганные глаза и увидела его довольную улыбку. Леха был счастлив.

– Можно ближе к отпуску подумать, – перевернулась на живот, уткнулась носом в подушку.

– Можно, – ответил он шепотом, целуя шею.

– Ты опять? – ворчала, но ей явно нравилось.

– Угу, – он уже целовал ее спину. – Чтобы ты по мне в командировке скучала!

– Это всего три ночи! Три ночи без секса! Поверь мне, я вытерплю.

– М… Если вдруг соскучишься, можешь позвонить мне. А я тебе расскажу, что бы с тобой сделал… И куда тебе направить твои пальчики, – он уже сползал языком по ее шее к ключице.

– Ты вообще о чем?! – обернулась, встретила его взгляд. – Фу! Как ты мог такое предложить!

– В смысле «фу»?

– Ну… По-моему, это личное дело каждого… Совершенно не тема для вечерней беседы!

– Ты серьезно? – он удивился. – То есть ты мне не покажешь, как мастурбируешь?

– Лешка! – она подскочила на постели, напрягалась и покраснела.

– Тань, – он лег на живот и коснулся губами ее колен. – Таня, – снова позвал, хитро глядя снизу вверх.

Она опустила глаза. А он подкрался к ней поднялся выше, целуя ногу, ткнулся носом ей в живот, погладил грудь и уселся сзади, укутав ее объятиями.

Татьяна обиженно засопела, но выворачиваться не стала, он наклонился, поцеловал шею, поймал руки. Уложив ее ладони в свои, коснулся тела и повёл руки вниз. Она снова напряглась, попыталась вывернуться, а он втолкнул ее пальцы ей же между ног.

– Знаешь, – прохрипел он ей на ухо, – это дико возбуждает.

– Что? – она чуть обернулась и с вызовом посмотрела ему в глаза, – опять игра в одни ворота?

– Почему ? – снова хриплый шепот, – Давай вместе!

– Давай! – резко обернулась, посмотрела с вызовом.

Решила его на слабо, что ли, взять? Его? Леха улыбнулся, ещё раз поцеловал ее плечо, поднял ее руку, медленно облизал уже испачканные в соке пальцы и чуть отстранился.

– Отлично, садись.

Он подтолкнул ее к спинке кровати. Сам устроился напротив. Его рука методично двигалась по твердому члену, чуть сжимая у основания, обнажая головку на спуске. Ей не оставалось выбора. Поджав губы и мучительно краснея, она опустила ладонь между ног.

– Раздвинь колени, – хрипло попросил он, поднял на секунду взгляд. – Хочу видеть, – и снова опустил глаза.

Ее пальцы двигались по лону вверх и вниз, аккуратно переходя на круг у входа во влагалище, иногда поднимаясь выше, иногда, наоборот, входя внутрь. Она задышала часто, глубоко, откинула голову, второй рукой поймала грудь, сжала сосок. Татьяна уже не видела Леху, только слышала его шумное сопение и чувствовала, как качается кровать в ритме его движений. Сама себе улыбнулась, поймала этот ритм, пальцы метались по промежности. Ниже, глубже, кругом, ещё раз, ее дыхание перешло в стон.

– Таня, – Леха стиснул челюсти и чуть подался вперёд, он не отрывал взгляда от ее тела. – Сейчас кончу…

Она смотрела на его готовый кончить член, представила его в себе, двинула рукой резко вглубь, уходя во влагалище, резче, быстрее.

Леха застонал, дернул рукой ещё раз, замер. Татьяна увидела его выступающее белое семя и подалась вперёд, насаживаясь на свою же ладонь. Качнула бедрами, ещё раз.

– А-а, – выгнулась на вдохе, застонала замерла, закрыла глаза.

Он подвинулся и обнял ее.

– Ты ж моя девочка, – тихо прошептал на ухо.

А она тяжело дышала и блаженно улыбалась.

***

Леха: Доброе утро, маленькая. Как добралась?

Татьяна: Прекрасно! Эти Ласточки как самолеты. Мягкие кресла, стюарты в салоне. Один косяк, на их столик четыре ноута не помещаются!

Леха: Вам там всем в пути надо работать?! (смеющийся смайлик)

Татьяна: Ну да! Но мне, как единственной девочке, стол уступили. (краснеющий смайлик)

Леха: Подожди, ты хочешь сказать, что ты поехала туда одна женщина и три мужика? (смайлик, краснеющий от злости, смайлик, хватающийся за голову, смайлик бегающий по кругу, кричащий «а-а-а»)

Татьяна: (три смеющихся смайлика) Пять! Я одна и пять мужиков! И встречают три мужика. А уж видел бы ты их складских работников!

Леха хохотнул, поставил в сообщение злой смайлик, умирающий смайлик и смайлик с жалобными глазками. Смотрел в телефон, ожидая ее реакции, но ожил совсем другой чат.

Оператор: Леха, ты че, себе отпуск устроил? Две недели заказов не берешь!

Бля-а-а. Резко сел на диване. Еще раз посмотрел в экран смартфона.

Контору он действительно игнорил. Пока без объяснений. Потихоньку таскал деньги со своего счета и ходил по собеседованиям. Но все как одно – неудачное. Последнее вообще порадовало. Умная женщина средних лет недоверчиво посматривала то на Леху, то на распечатку резюме. Они уже минут пятнадцать обсуждали что-то из новых схем ведения бизнеса.

– Скажите, а как вы относитесь к бизнес-модели Остервальдера?

– Удобный инструмент моделирования, – Леха пожал плечами. – Здорово помогает при презентации, особенно непрофильным пользователям. Иногда удобно ее выстроить, чтобы самому просчитать все нюансы. Когда чертишь, просто физически чувствуешь, что вот тут чего-то не хватает! – Леха улыбнулся.

– Прекрасно! – кадровичка была поражена. – Вы все великолепно понимаете… Я удивлена, что вы не закончии обучение.

– Так сложилось, – пожал плечами Леха.

– Да, я понимаю, – она сцепила пальцы, еще раз посмотрела на лист. – И вы меня поймите. Мне нужен сотрудник хотя бы на год. А в идеале надолго. А вам нужно начать карьеру. Я не знаю, что произошло в вашей жизни, но собирать интернет-заказы вам будет однозначно скучно. Вы откроете стаж и уйдете. А мне снова человека искать, – она развела руками.

Леха сжал зубы, натянуто улыбнулся.

– Мне надо как минимум закончить год. Я точно буду работать у вас до окончания учебы.

– Это восемь месяцев, – ее тон не подразумевал возражений.

Леха кивнул, встал, попрощался.

Черт! Не знает ничего – плохо. Знает что-то – тоже плохо! Как люди вообще на работу устраиваются? Чуть не пнул входную дверь. Каким же он был идиотом, когда бросал.

Работы не было. Зато было сообщение от конторы.

Оператор: Ты все еще с нами? А то, может, нам вообще пора тебя вычеркивать?

Помедлил, подумал, чертыхнулся.

Леха: Нет, не пора. Болел.Теперь в строю.

Оператор: Справку в студию!

Смешно. Как в школе. Только им не от терапевта справка нужна.

Леха: К вечеру будет.

Оператор: Ок. Покажешь справку – вышлю заказы. Сегодня жарко.

И тут же сообщение в другом чате:

Татьяна: Скучаю без тебя. Пойду работать.

Леха скривился, как от боли. Хотя почему как. Было больно. Открыл чат, набрал сообщение.

Леха: Обнимаю, моя маленькая. Скоро увидимся. (куча поцелуев и сердечек)

Добавил еще одну гифку с песиком, облизывающим экран. Намек на любимые ласки. Она поняла. Прислала в ответ краснеющие смайлики. Смеющиеся смайлики.

Татьяна: Все. Ушла. Целую.

Отправил анимированную розочку. Тяжело вздохнул и ушел в душ. Нужно сдать анализы.