Глава 13
Во вторник Марина шла на работу как на каторгу. После того, как она рассказала все подруге, стало чуть легче, и дома, укладываясь спать, девушка вдруг поняла, что в понедельник у них с Александром просто не было времени поговорить. Какие уж тут разговоры или намеки, если с утра он провел два совещания и одну планерку, а она работала только до обеда и в расстроенных чувствах сбежала на пары.
«Сегодня я до конца, наверное, вечером и поговорим. Хотя Кати нет, может, и днем получится» – думала девушка, поднимаясь в офис.
Хотелось определенности. И вместе с тем, Маришка боялась предстоящего разговора. Но еще больше она боялась того, что разговор не состоится вообще.
«А если ему совсем все равно? А если я не понравилась или он пожалел уже? А если для него такие ситуации ровным счетом ничего не значат, а я, как дура малолетняя, буду страдать и заикаться в его присутствии? Ну уж нет! Лучше поговорить и спать спокойно. Хотя какое тут спокойно? А может, я действительно зря это все? Может, тоже сделать вид, что ничего не было? В конце концов, я сама Насте все уши прожужжала, какая я деловая колбаса, и что мне никакие отношения нафиг не нужны. Или нужны?»
Марина повернула ключ в замке, щелкнула выключателем и удивленно остановилась. Пахло цветами и она, с робкой надеждой и неуверенностью, посмотрела в сторону рабочего стола. Цветы в коробке! Несколько видов роз, гортензия и куча неизвестных ей цветов и растений. Таких букетов она еще ни разу не получала в подарок. Да что там говорить, даже не видела вживую!
– Ой, записка! – дрожащими руками Марина схватила открытку, чтобы прочитать написанный от руки текст: «Марина, не дрейфь. Мне тоже не по себе».
Маришка рассмеялась. Предположить, что уверенный в себе Александр чего-то боится! Три раза ха! Но шутка сработала. Проветрив помещение, приготовив кофе, сто раз понюхав цветы промежду делом и триста раз потрогав лепестки и бант на коробке, девушка, наконец, успокоилась и принялась за рабочие дела.
Без двух минут восемь хлопнула входная дверь и, благоухая терпким ароматом лаванды и чего-то подозрительно похожего на перец, зашел директор.
– Доброе утро, – первой поздоровалась Марина и впервые улыбнулась.
– Привет. Кати не будет, а ты на весь день сегодня, да? – кивнул мужчина, расстегивая припорошенное снегом пальто.
– Да.
– Хорошо. Меня ни для кого, кроме наших, нет. Постарайся все основные дела закрыть до двенадцати, в обед поедем на рыбную сторону[4] поздравлять партнеров. Как будем оттуда возвращаться – тот еще вопрос – пробки предновогодние достали уже, – но деваться некуда.
– А мне надо ехать с вами? – удивилась Марина. Они с Катей запланировали на завтра поздравление всех, относящихся к их должностным обязанностям. Про то, что надо ездить еще и с директором, речи не шло. Хотя в безумной суете последних дней секретарь могла просто забыть.
– Да. Завтра меня не будет, в четверг корпоратив, в пятницу мы улетаем, так что на поздравления больше времени нет.
Директор скрылся за дверью, и Маришка так и замерла с открытым для вопроса, где он будет завтра, ртом.
«Блин, хорошо, что он свалил, а то позор-позор! Как ревнивая жена прям» – подумала девушка и решила отвлекаться от упорно лезущих в голову глупостей ударным трудом.
Работы до отлета предстояло немало. Предновогодняя суета с поздравлениями, подарками детям сотрудников, заключениями договоров на будущий год, которые надо было отправлять и в сканированном виде, и в бумажном, бухгалтерскими истериками, что они чего-то-там не успевают, а потому им вынь да положь сто тысяч документов и сию же минуту.
Маришка все утро носилась как угорелая. Большинство отделов работали в авральном режиме и то и дело норовили привлечь на помощь не умеющего пока вежливо отказывать секретаря. Девушка злилась и на себя из-за слабохарактерности и желания всем понравиться, и на коллег, без зазрения совести пользующихся ее неопытностью. Заданий прибывало, а вот время таяло стремительно.
Окончательно закрутившись-завертевшись, Марина не заметила, как подкрались те самые двенадцать часов. Обычно с началом обеда суматоха смолкала: не разрывались телефоны, не хлопали дверьми сотрудники, и даже из коридора лишь изредка доносились звуки шагов. Но перед новогодними праздниками огромное офисное здание гудело будто улей даже поздним вечером.
– Ты готова? – директор вышел из кабинета уже в верхней одежде. Девушка испуганно посмотрела на часы и подскочила. – Одевайся. Я за подарками.
– Сейчас, предупрежу водителя и бегу.
– Какого водителя? Алексей Дмитриевич пусть сотрудников возит, мы сами справимся.
Мужчина пошел в сторону ниши, куда Катя вчера поставила собранные и подписанные пакеты с подарками, и не видел, как покраснела его секретарь, как выронила карандашик, которым до этого ставила галочки в ежедневнике, как испуганно вздохнула.
Когда директор сказал, что они не вернутся в офис, она с горем пополам убедила себя, что они поедут с водителем, а это значит, никаких выяснений обстоятельств не будет. Но после фразы, что они справятся сами, то есть поедут на его машине, Маришке стало немного дурно. И горячо.
Воображение разыгралось не на шутку. Все эти дни она только и делала, что дорисовывала мысленно произошедшее в квартире Александра. А что, если бы не позвонила мама? А что, если бы не взорвалась чертова банка со сгущенкой?
«А что, если после поздравляшек он отвезет меня к себе?» – с трепетом думала Маришка, заматываясь в шарф.
Александр не выходил из образа директора и большую часть пути проговорил по телефону. Девушка сидела на переднем сиденье, пристегнутая ремнем безопасности, и смотрела в окно, убеждая себя не думать о глупостях. Работа и только работа.
Город сковали пробки, и они двигались настолько медленно, что Марина успевала тщательно разглядеть интересных ей прохожих, праздничные украшения, щедро развешенные и расставленные по городу витрины кафе и магазинов.
Новогодняя суета. Подарки. Поздравления. И у нее всего этого не будет.
Командировка, которая еще буквально несколькими днями ранее казалась восхитительной и интересной, сейчас больше тревожила и напрягала. С каждым новым днем Маришка все сильнее понимала, ее заявления о карьеризме – лишь бравада. И права была Настя, целиком и полностью права. Хотелось ей любви, еще как хотелось!
«Блин, сама себе вечно надумаю, потом страдаю. Какие шансы, что он ко мне серьезно относится? Да никаких! Где он и где я? Но он такой классный!» – вздыхала про себя девушка, вырисовывая пальчиком узоры на запотевшем стекле.
Она не могла определиться со своими чувствами и желаниями, не могла поверить в силу страсти, что разбудил в ней Александр. Влечение к Сергею, в пору влюбленности столь сильное, вдруг оказалось лишь бледной копией новых ощущений. Девушка постоянно вспоминала произошедшее в квартире Александра, и внизу живота сладко сводило, и ныла грудь, и сбивалось дыхание. И хотелось верить, что любовь случится. Но не верилось.
– Хрен припаркуешься, – приговаривал директор, выискивая место. – Не люблю сюда ездить. Ставят машины в пять рядов, ни уехать, ни приехать. Так, стану здесь. Ты оставайся в машине, позвони, если кто придет, я постараюсь побыстрее.
Когда шеф, позвякивая подарками в пакетах, перебежал дорогу, Маришка съехидничала:
– А, так вот для чего меня взяли. Понятно-понятно. Секретарша сторожевая! Гав-гав!
Александр действительно вернулся довольно быстро. Пробок в этой части города не было и вручение презентов остальным клиентам и партнерам заняло не так много времени. Они вполне успевали на работу и, как подумала девушка, туда и поехали.
– Давай поедим, – ответил на удивленный взгляд барышни Александр. Он уже припарковался у кафе. Того самого, где Марина последний раз ужинала с Сергеем, где познакомилась с Леной.
– А как же работа?
– Не волк, в лес не убежит. Я тебе этого не говорил, – подмигнул мужчина и выскочил наружу.
Пока Марина путалась в огромном длинном шарфе и отстегивала ремень безопасности, ей уже открыли дверь и протянули руку.
«Без пафоса и наигранной заботы, – невольно сравнила мужчин Маришка. – Так приятнее. Блин, а как в кафе? Платить самой лучше? Е-мое, это же не свидание. Хорошо, что мама дала денег на платье, а то была бы как дура».
Столиков у окна не оказалось, но администратор узнала Марину, которая не так давно помогла решить вопрос с китайцами, перепутавшими номерки, и усадила их в укромный уголок, комфортный и уютный. Пока делали заказ, пока ждали девушка рассказала Александру историю возникновения такого полезного блата.
– Как ты удачно в кафе сходила, – заметил мужчина, – и работу нашла, и здесь теперь почет и забота.
«Да уж, удачно» – посмурнела Маришка, вспомнив в очередной раз о Сергее. Кафе прочно ассоциировалось с ним и сейчас сидеть здесь с Александром было непривычно и странно.
– Да, есть такое, – только и ответила она.
Повисло неловкое молчание. Марина не знала, о чем говорить. О работе – казалось глупым и не к месту, об их мифических отношениях – еще более глупо. Интересные истории на ум как назло не приходили, и она подняла взгляд на мужчину, не замечая, что нервно кусает губы.
– Ты очень красивая, – хрипло выдохнул Александр, – безумно.
Марина затаила дыхание и замерла. Это было неожиданно и приятно.
– И если бы ты не сидела так далеко, я бы тебя поцеловал.
Чувство реальности семимильными шагами скрылось с места событий. Маришке казалось, что у мужчины был пульт управления всеми ее чувствами. Иначе почему она так ярко реагирует на каждое его слово? Почему хочет плюнуть на все и пересесть к нему, желательно на колени. Обнять. Прижаться губами.
– И готовить ты все-таки умеешь. Я потом все съел, – не отрывая взгляда продолжал Александр.
– Можно замуж выходить, ага, – нервно хохотнула Марина и тут же спохватилась: – Я не это имела в виду.
– Ну, блины были вкусные, но я не уверен, что настолько, – мужчина обаятельно улыбнулся и пошутил: – А вот сгущенка определенно удалась.
Марина смеялась так, что потекли слезы. Шутка разрядила обстановку, и дальше они сидели, ели, болтали, пили чай. И не было уже напряженного молчания, неловких пауз. Только когда принесли счет и девушка потянулась за кошельком, Александр посмотрел таким взглядом, что она его сразу спрятала и достала зеркальце. Они выходили из кафе под руку и Маришка в этот раз совершенно не боялась прикосновений.
«Так странно, он легко вытеснил воспоминания о Коле. Столько лет мучилась, а теперь, смотрите-ка, иду, сама вцепилась в него, как клещ, еще и удовольствие получаю. И тогда на кухне и в душе тоже совсем ведь не дергалась, даже ни разу не вспомнила! Интересно, это время лечит или клин клином выбило?» – размышляла девушка.
Так случилось, что жили они в одном районе и всю дорогу Маришка гадала, везет он ее домой к ней или к себе. Пообщались в кафе они довольно дружественно, если не считать того заявления о поцелуе. Машина свернула к родительскому дому, и девушка расслабилась. Как бы ей того не хотелось, но торопить события не стоило.
«Тем более, мы скоро полетим вдвоем в Пекин. Блин! О чем я думаю вообще? Марина, не будь дурой! Ты решила делать карьеру, а не вешаться на мужиков! И роман с шефом – это банально! И тупо, – строго сказала сама себе девушка и тут же дала послабление: – Но если вдруг, то без всяких там любовей! Просто… для удовольствия, вот! Как все современные девушки!»
– Хочу еще кое-что сказать, – начал разговор Александр, когда машина остановилась у подъезда. – Наверное, это не очень приятно, но считаю неправильным от тебя скрывать. Тогда у меня дома нам слегка сорвало крышу и я, не буду врать, был бы рад повторить и не раз, – мужчина буквально выдавливал из себя слова и Маришка насторожилась, – в любое время. Ты – красивая и умная молодая девушка, и не думаю, что не заметила мою симпатию.
Александр посмотрел на Марину, и та нерешительно кивнула.
– Возможно, тебе уже насплетничали коллеги, я не так давно расстался с девушкой, мы довольно долго жили вместе. В общем, я пока не готов к серьезным отношениям. Если тебя это устраивает, я весь в твоем распоряжении. Если нет – думаю, надо прояснить этот момент сразу. Не хочу, чтобы ты…
– Я…
– Не отвечай сейчас, подумай. Идем, провожу тебя домой.
Они в молчании поднялись к лифту, так же молча поехали наверх. Марина ошарашенно смотрела перед собой и ничего не видела. Голова была пустой, а состояние – чумным…
У двери в квартиру они остановились, и девушка принялась рыться в сумочке в поисках ключей. Родители, конечно, дома, но Александра видеть им ни к чему. Особенно маме, которая не отошла от ситуации с любимым Женечкой. Мама, конечно же, возложила всю вину на нее, оправдания, что Женя сам к ней охладел, не помогли. Ведь у него, как мужчины, есть определенные потребности, а она слишком долго задирала нос, отказывая. После этих слов Марина готова была собрать вещи и уйти без промедления, да только некуда и не на что. Мама выговорилась и отошла, даже извинилась за свои слова, но Марина не смогла их забыть. Родительский дом перестал быть родным и уютным.
– Подожди еще минуту, пожалуйста, – позвал мужчина и взял Маришку за локоть.
Та повернулась, подняла на него самые несчастные в мире голубые глаза и слабо улыбнулась.
– Марин, что бы ты не решила, это никак не отразится на твоей работе.
Она была готова к чему угодно, но только не к этой фразе. Если до нее девушка еще сохраняла остатки иллюзий, сейчас они развеялись окончательно. Он к ней равнодушен. Это действительно просто секс ради секса, без намека на любовь.
На душе стало тяжело, и Марина, кивнув головой, развернулась к двери, вставила ключ в замок. Руки не дрожали. В отличие от подбородка.
В гостиной орал телевизор – папа смотрел новости, в ванной шумела водой мама, и Марина, быстро скинув одежду и обувь, сбежала в спальню.
Прислонившись спиной к двери, закрыла глаза. Она не ожидала, что будет так больно. Думала, готова. И к взрослой жизни, и к свободным отношениям. Наивная!
Все встало на свои места. Он ее не любит. Она его не любит. Они – коллеги и только. Хотя… может… совсем немножко любит. Но вряд ли.
– Я не буду плакать! – твердо сказала себе девушка. – Не буду.
Чтобы отвлечься от грустных мыслей, Марина помогла маме с ужином, убрала на ночь глядя квартиру и, ни капли не устав, принялась собирать чемоданы.
Невольно в голову проникли фантазии о грядущей командировке. Вот она идет по роскошному фойе дорогой гостиницы в шикарном длинном платье, он стоит у ресепшена и смотрит только на нее, замерев в восхищении.
«Блин, опять о фигне думаю! – одернула себя девушка. – У меня и платья-то такого нет».
Усевшись прямо на заваленную вещами кровать, Марина позвонила подруге. Самовнушение не работало, эмоции рвались наружу, и лучше было излить их надежной подруге, чем сорваться неизвестно где и в чьем обществе.
Настя ответила почти сразу и по встревоженному «алле» поняла, что у Маришки проблемы.
– Что случилось?
– Он сказал, что я ему нравлюсь, но он не готов к серьезным отношениям. И что он рад будет повторить то, что было у него в квартире. И не раз. Настя, что делать? – Марина выпалила все как на духу и замерла в ожидании ответа.
– Так, это у нас Александр, значит, – вслух размышляла подруга, – ага, ага. Ну, а чего ты так истеришь? Ты же говорила, что не против таких отношений.
– Я думала, что не против, – признала Марина, наконец, очевидное.
Она ясно представила, как на другом конце города Настя стискивает зубы, чтобы не выдать: «А я говорила!» и была благодарна за понимание и тактичность. Язвительной подруге, как никому, тяжело сдерживаться в такие моменты.
– Влюбилась? – по-деловому коротко уточнила Настя.
– Нет, не влюбилась. По крайней мере, пока не влюбилась. Но, походу, все к тому идет, – недовольным тоном признала Маринка. – Он просто, просто… Я не знаю, как сказать. Он просто не выходит у меня из головы! Вообще, Насть! И днем и ночью. Я постоянно вспоминаю то, что было…
– То, что помнишь, – влезла Настя и захихикала.
– Ай, ну тебя! Ты ведь поняла, о чем я.
– Да поняла-поняла. Не смогла удержаться, извини, – повинилась подруга, не прекращая тихонько хрюкать в трубку.
– Как обычно. Насть, ну мне реально не весело! Кончай ржать! – психанула Марина.
– Извини. Продолжай, – Настя взяла себя в руки и говорила уже нормальным голосом.
– Короче, я пока не влюбилась, но эти чертовы флюиды – или что там летает между людьми? – они на его стороне. Я даже перестала нервничать от его габаритов. Да что там нервничать! Я готова сама к нему прикасаться при любой возможности! Заметь, даже в трезвом виде.
– Охренеть!
Настя не могла поверить услышанному. Марина, сама того не замечая, старалась даже не касаться мужчин, притом всех. На парней с красивыми накачанными телами в университетском бассейне Марина даже не смотрела, а тренера, от одного вида которого у любой нормальной девушки кружилась голова, так вообще обходила стороной.
– Вот и я о том. И еще, он сказал, что какое бы решение я не приняла, на работе это никак не скажется. Понимаешь? То есть я ему вообще по-барабану!
– М, – протянула Настя, – не уверена. Мне кажется, это именно то, о чем я тебе тогда говорила. Он просто реально старается на тебя, балду неопытную и пороху не нюхавшую, не давить. Очень достойный поступок, я считаю.
– Думаешь? – Маришка была настроена скептически.
– Уверена! А если сравнить с Сергеем, так вообще благородненько. Признал, что нравишься, честно сказал, что на руку и сердце рассчитывать не стоит и даже объяснил, почему. Дело за тобой.
– Но если я соглашусь, я в него тут же влюблюсь!
Маришка повысила голос и в коридоре тут же послышались осторожные шаги. Протяжно скрипнули петли и в приоткрытую дверь заглянула мама, с ядовито-зеленой маской на лице и синей – на голове.
– А, – заорала дурным голосом Маришка и залезла с ногами на кровать, еще больше сминая вещи, на которых до этого сидела.
– Чего орать? Маски это. Корейские. Дорогие. Хорошие, – стараясь не сильно открывать рот, объяснила свою сногсшибательную красоту женщина. – В кого ты там влюбишься?
– Мама!
– Что мама? Маме вечно все в последнюю очередь, да, Марина? – недовольно поджала губы Алена Игоревна, и зеленая крошка посыпалась на грудь. – Ай. Зайду попозже.
Марина закатила глаза и тяжело вздохнула. Знает же свою любопытную мать. Ну зачем, зачем она так кричала? Нащупав телефон, убедилась, что Настя «на проводе» и сразу обрисовала ситуацию:
– Мама тут корейскую косметику тестирует, просунула голову с синей маской на волосах и зеленой на лице, я чуть дуба не дала.
– Услышала про любовь? – Настя, как всегда, уловила главное.
– Ага, предстоит допрос. Придется врать, – шептала Марина. – Не хочу ей рассказывать про него, да и вообще делиться сокровенным. Она мне тут выдала такое! Не хочу говорить. Ладно, пофиг.
– Не повезло, что тут сказать. Так, мы остановились на том, что если ты согласишься, то влюбишься в него окончательно и бесповоротно, – вернула Настя беседу в прежнее русло.
– Да. Я влюблюсь, он меня бросит, я буду рыдать, не смогу работать, он меня уволит и все! – обрисовала в общих чертах один из вариантов развития событий Марина.
– Хм. А, может, он привыкнет к тебе и не захочет расставаться?
– Ага, если бы! Он с прежней девушкой сколько-то лет вообще жил и даже не женился!
– Ну, она же вряд ли была такой классной, как ты, – произнесла подруга, но твердой уверенности в ее словах Маришка не почувствовала.
– Все равно подозрительно.
– Блин, Маришик, не знаю, почему, но мне нравится этот Александр. Вот серьезно! Ты поищи еще такого честного. Куда ни плюнь, везде сплошные уроды, – с горечью брякнула Настя последнюю фразу.
– Насть, что-то случилось? Извини, я со своим плачем Ярославны даже не спрашивала, как у тебя дела.
Маришка была полна раскаяния. Они с Настей почти все выходные проводили вместе, а тут то одно, то второе, она совсем закрутилась и позабыла о лучшей подруге. Ей нет прощения!
– При встрече расскажу, неохота сейчас настроение тебе портить.
– Ты издеваешься? – вспылила Маришка.
– Нет, не издеваюсь. Я вообще не хотела тебе говорить, но должна. Только давай не сегодня?
– Это связано с Женей, – догадалась Марина. – Вы с ним встречаетесь? Насть, да я только за, честно-честно! Даже не переживай на этот счет.
– Встречались, – буркнула в трубку Настя. – Этот урод меня бросил. Блин, я не хотела тебе говорить!
– Вот чмо! Едь ко мне!
– Окей, щас приеду, – не стала спорить девушка. – Борьку попрошу отвезти. Накормишь? А то я что-то стрессанула и не ела сегодня. И вчера, кажется.
Несмотря на довольно позднее время, подруга приехала не быстро. Марина к тому времени успела передумать кучу всего и пыхтела в попытках впихнуть невпихуемое в большой пластиковый чемодан красивого мятного цвета.
– Ну, я вам покажу несерьезные отношения, Александр Александрович, – приговаривала девушка, – еще как покажу! И начну прямо завтра, на корпоративе!