42. Семейный ужин.

Каан Аль Амин, сжимал оплетку руля и мысленно чертыхался. Когда он встретил жену Кайсарова, он думал, что удача у него в руках, но она тут же упорхнула, стоило ей сказать, что муж сейчас подъедет.

Красть девчонку было весьма проблематично, тем более что она была не одна. Если бы они с сестрой Кайсарова были одни, он бы быстро разобрался с ними. Но охрана и приезд самого Эмина, нарушили его план и ему пришлось проследить за ними до самого дома, где куча охраны не позволила бы ему даже подъехать.

Поняв, что ему сегодня ничего не светит, он возвращается домой и сообщает о провале отцу, который качает головой.

- Не переживай сынок. Торопливость в этом деле ни к чему.

- Прости отец, - опустил голову Каан. – Я подвел тебя.

- Все хорошо. Попробуем в другой раз. Нам нужны козыри, и мы их достанем. Будет делать все, что скажем. Эмин сам отдаст Заура, стоит только услышать о том, что его жена похищена, - улыбается Юссеф Аль Амин.

- Тогда зачем нам еще его сестра?

- Для страховки, чтобы он не думал, что мы шутим.

- Тогда может ее лучше, - предложил Каан, заметив хмурый взгляд отца.

- Почему? Тебе понравилась жена Кайсарова?

- Нет, - торопливо ответил Каан. - Просто сестра беременна и это тот самый козырь, при котором он точно сделает, все что мы ему скажем.

- Возможно ты прав. Пока подождем удачного момента. Я слышал Кайсаров с женой возвращаются в Париж, нам это будет на руку, можем пока привести в действие план Б.

- Вертинский?

- Да. Но не сразу. Пусть пройдет пара недель.

- Хорошо отец.

- И еще, - сказал Юссеф Аль Амин, строго смотря на сына. – Не позволяй своим чувствам затуманить свой разум. Девчонка Кайсарова нам не ровня. В нашу семью войдет только чистая мусульманская девочка.

- Как скажешь отец, - лицо Каана приобрело багровый оттенок, и он склонил голову.

- В любом случае, если надо будет мы и ее заберем.

Согласившись со словами отца, Каан вышел из кабинета.

***

Лея смотрела в окно из комнаты, замечая, как по периметру ходят люди, которых раньше не было. Услышав, что вода в душе отключилась, она присела в кресло, чтобы спросить у Эмина, что происходит.

Завтра они возвращаются в Париж и ей не хотелось бы, чтобы здесь кому-то угрожала опасность.

- Доброе утро, - улыбнулся Эмин, замечая ее в кресле. – Ты почему так рано проснулась?

- Эмин? Что-то случилось? Почему в особняке так много людей?

- Просто усилил охрану, - хмурился он, выглядывая в окно. – Тебе не о чем волноваться.

- Ты что-то недоговариваешь, - она встает и тут же оказывается в его объятиях.

- Это точно. Я забыл сказать тебе, как очаровательно ты выглядишь в этой простыни на голое тело, - он целует ее за ушком, заставляя терять разум.

- Ты специально так делаешь, - шепчет она, целуя его в ответ. – Чтобы я не спрашивала.

- Я ответил, любовь моя, - он спускается ниже, ловя губами грудь и издавая стон.

- Эмин…

Полчаса спустя она наблюдает за ним из постели, лениво потягиваясь. Он уже надел костюм и застёгивал запонки, ловя ее улыбку и улыбаясь в ответ.

- У тебя вошло в привычку пропускать завтрак, любовь моя.

- Ты виноват в этом, – краснея ответила Лея. – Но сегодня не смей уходить без меня. Я скоро спущусь.

- У меня есть дела. Мне нужно ненадолго отлучиться и потом я весь твой, - сказал он, подходя к ней и целуя в висок.

- Все равно, дождись меня, пожалуйста? - попросила она и он кивнул, смотря на часы.

- У тебя десять минут на все.

- Тиран!

Его смех вызывал у Леи улыбку и она, приняв быстро душ, накинула белую майку и джинсы, спускаясь вниз.

- Всем доброе утро!

- Соня сегодня вовремя?! – удивился Джамиль, и она посмотрела на Ираду.

- Дочка, доброе утро, - улыбнулся отец и она, подойдя к нему, поцеловала его и госпожу Марьем в щеку.

- Не забудьте, сегодня у нас семейный ужин. Быть всем дома в семь вечера, ясно? – сказала госпожа Марьем, смотря на Эмина и Джамиля.

- Только мы? – просил Эмин.

- Я позвал Хасановых и Машаль, - сказал отец и Лея просияла.

Она так давно не видела дядю Искандера, что уже забыла, как он выглядит.

- Спасибо.

- Вы серьезно? – возмутился Джамиль. – Прошу, только не семейство Машаль?! Мать Наимы вынесла мне весь мозг в прошлый раз.

- Не волнуйся ты теперь женат, - улыбнулась Лея, и он хмыкнул.

- Как будто это ее остановит.

- Не волнуйся, тетя Резеда стала другой, после того как дядю Хазрета посадили. Она теперь очень боится потерять дядю Искандера и остаться одна.

- Ты меня успокоила, - сказал Джамиль. – Но, если что…

- Не волнуйся милый, я буду рядом, - улыбнулась Ирада, поцеловав его.

- И я, - кивнула Лея. – Вместе с Ирадой мы спасем твою бедную задницу.

- Вот же…

- Не смей! – поднял глаза Эмин, не собираясь терпеть неуважения в адрес жены.

- Да я даже ничего не сказал? – возмутился Джамиль.

- И не стоит.

- Ешь сынок, - усмехнулся отец, похлопав его по руке.

Джамиль поднял палец пригрозив Леи, и она послала ему воздушный поцелуй. Ирада с Эмином закатили глаза, смотря на их дурачества.

Выйдя на террасу, Лея приподнялась на носках и Эмин, подхватив ее одной рукой прижал к себе.

- Что ты хотела мне сказать, любовь моя?

- Что я очень сильно люблю тебя, - она поглаживала ладошкой его скулу и он едва не мурчал от этой ласки. – Будь пожалуйста, осторожен.

- Почему? – удивился он.

- Ты не говоришь правду, но я догадываюсь, что что-то случилось. Поэтому прошу, будь осторожен?

- Какая же ты лисичка, любовь моя, - он усмехнулся, целуя ее в губы. – Всегда все знаешь лучше меня.

- Я ведь твоя жена, Эмин, - шепнула она.

- Будь добра, не выходи никуда сегодня, хорошо?

- Хорошо, - улыбнулась она, замечая с каким нетерпением на них смотрит Джамиль.

- Может хватит уже нежностей? Поехали!

- Поговори мне еще, - буркнул на него Эмин.

- Иди-иди, - подтолкнула его Лея. – Люблю тебя.

Как только они уехали, госпожа Марьем позвала их с Ирадой в гостиную, чтобы решить насчет блюд. Отправив людей за продуктами, они решили, что будет лучше, если они накроют стол на террасе с другой стороны особняка.

Как только все было обговорено, Лея руководила процессом установки стола и стульев, тогда как Ирада сидела в кресле и, попивая лимонад, махала руками, корректируя действия Леи.

Украсив веранду лампочками и огоньками, Лея проверила их в действии и радостно хлопала в ладоши, предчувствуя какая красота будет вечером, когда солнце сядет и наступят сумерки.

- Подсветку у бассейна нужно оставить. Не дай Бог кто-то упадет пьяным туда, - сказала Ирада и Лея кивнула.

Скатерть была расстелена и даже начали расставлять посуду и фужеры, когда госпожа Марьем вышла все проверить.

- Какая красота! – восхитилась она.

- Да, последний день будет запоминающимся, - вздохнула Ирада и Лея внимательно посмотрела на нее.

- Переживаешь?

- Джамиль все время на работе, а мне одной скучно. С тобой я совсем не замечала времени.

- Не переживай, думаю, что три-четыре месяца ты выдержишь без нас.

- Ты же говорила меньше?

- Это на случай, если нас что-то задержит.

- Надеюсь этого не будет, и вы прилетите через пару недель. Это максимум, - ставила условия Ирада.

- Месяц в лучшем случае, - улыбнулась Лея.

Перед ужином Лея приняла ванну, выбрав телесное вязаное платье в пол на тонких бретелях. Волосы она убрала наверх, открывая шею. Решив, что косметики на ней сегодня не будет, она наносит увлажняющий крем и проводит бальзамом по губам.

Эмин встречает ее в дверях восторженным возгласом, и она улыбается.

- Дождись меня, я быстро.

После душа, он надевает черные брюки и такую же рубашку, оставив верхние пуговицы расстегнутыми.

- Выглядишь потрясающе, любовь моя, - говорит он и целует ее в шею. – Я с ума схожу от твоего запаха.

Она смеется, чувствуя, что его руки скользят по ягодицам, оглаживая их и сжимая.

- У нас нет времени на это, - пресекает его шалости Лея.

- Пару минут, - просит он, не отрываясь от нее и делая глубокий вдох. – Если я умру, то хочу, чтобы меня похоронили здесь, - он провел рукой по ее шее, поднимаясь к ушку. – Вот здесь.

Он ласкает раковину ушка, и она смеется, отворачиваясь от него.

- Эмин?! Нам пора.

- Поцелуй! - приказывает он ей, сжимая талию двумя руками.

- Тиран, - она сдается под его натиском и целует его, чувствуя, как ноги тут же становятся ватными.

- Вперед, любовь моя.

В гостиной собрались уже все и Лея, радостно подбежав к дяде Искандеру, целует его в щеки и обнимает, слыша, как он смеется.

- Тихо детка, тихо.

- Здравствуйте тетя Резеда, - тут же оборачивается к ней Лея. – Наима привет, - целует она ее.

- Добрый вечер дочка, - искренне улыбается Резеда Машаль. – Джамиль сынок, а ты что же не подойдешь поздороваться? – громко крикнула она, привлекая внимание всех.

- Конечно, - улыбнулся он, ловя взгляд Леи и жены.

- И я подойду, - кивнула Ирада.

- Храни нас всех от этого удовольствия, - прошептал Саид Адилю, смотря на то, как Резеда Машаль целовала в щеки Джамиля.

- Согласен.

- Будьте снисходительнее, - попросила Наиля. – Она тоже пошла на уступки нам.

- Как будто нам это было нужно, - пожал плечами Саид и тут же получил по плечу от жены.

- Прекрати Саид! – шикнула на мужа Джамиля. – Как ребенок!

- Прекрати меня отчитывать Джамиля! - прошипел он ей в ответ.

- Могу отпеть, - отчеканила она, посмотрев на мужа таким взглядом, что он сразу понял, лучше промолчать.

- Как же я люблю эти семейные встречи, - улыбнулся Адиль, сжимая Наилю и дочку. – Ваши перепалки и растерянный взгляд Джамиля напоминает мне о том, что я женился на самой потрясающей женщине.

- Адиль!?! – в голос воскликнули Наиля и Джамиля, привлекая этим внимание всех.

После этого все прошло более-менее спокойно, правда Джамиля иногда вставляла свои колкие фразочки, а Саид поддакивал ей, заставляя Джамиля и Адиля качать головой.

Эмин наслаждался спокойной атмосферой и улыбкой жены, которая смеялась так заразительно и громко, что иногда он не сводил с нее взгляда так долго, что все это замечали.

Любовь, что была под запретом, принесла ему счастье и нежность, которое он так боялся потерять. Лея была самым настоящим лучиком света и научила его улыбаться и радоваться таким простым моментам.

Улыбки и счастливые лица ее сестер подсказали ему, что они счастливы быть здесь. Отец разговаривал с дядей Искандером и выглядел таким бодрым, что он понял, за ним есть кому присмотреть, пока их не будет некоторое время.

Он счастливо выдохнул.