10. Крёстные.

Сидя за завтраком, Лея старалась не смотреть на Эмина, потому что ей было стыдно за свои признания.

И пусть это было во снах, ей было некомфортно, будто она призналась в этом вслух, и поставила себя в неловкое положение.

Будто ему будут приятны ее признания.

Эмин время от времени бросал на нее странные взгляды, но не тревожил своими вопросами, перекидываясь с Джамилем тихими фразами. Ирада молча пила кофе, возя вилкой по тарелке, и только госпожа Марьем, была довольна происходящим.

- Дочка, а что с твоим аппетитом?

- Ничего. Все в порядке. Я просто не хочу, - улыбнулась Ирада, успокаивая маму.

- Лея, как спалось? – спросила госпожа Марьем.

- Прекрасно.

- Я очень рада. Какие у вас планы на сегодня?

- Сначала к дя…папе, а потом к сестрам, - Лея зарделась от своих признаний и удивленных взглядов домочадцев.

- Снег пойдет, точно, - вставил Джамиль, усмехнувшись.

- Неужели ты и вправду простила его? – шепнула ей тихо Ирада и Лея кивнула, улыбаясь в ответ.

- Я завезу тебя к отцу и сестрам, а потом уеду. Позвонишь, как соберешься назад, - сказал Эмин и Лея кивнула.

- Я могу ее довезти, - предложил Джамиль.

- Нет! – бросил грубо Эмин, поднимая руку. - Мне хватило одного раза, чтобы понять, свою жену я тебе больше никогда не доверю, – отчеканил Эмин, вызывая у Джамиля злость.

- Да это не моя вина, что она не пристегнулась тогда?!

- Мне плевать.

- Джамиль, – успокаивала мужа Ирада, поворачиваясь к брату. – Эмин, ну зачем ты вспоминаешь это?!

- Сынок? – позвала его мама, и он вскинул голову, встречая ее нахмуренные брови.

- Нет, мама. Ты не видела ее лица. А она до сих пор забывает пристегнуться. Если увижу ее в таком виде еще раз по его вине, боюсь, что Ирада станет вдовой раньше, чем мы уедем, - улыбнулся Эмин, вставая из-за стола и быстро целуя Лею в висок.

Она замерла, слыша его слова и чувствуя его поцелуй. Они еще в первый год договорились, что никто не будет знать, что у них фиктивный брак. Точнее брак только на бумаге.

И сейчас она улыбнулась, закрывая глаза и чувствуя, что могла бы поверить его словам, если бы действительно знала, что нужна ему. Но после того ужина, это было глупо, поэтому она предположила, что это представление для матери и сестры.

- Жду тебя.

Он вышел и Лея, допив сок, вышла на улицу, чувствуя, как щеки мгновенно опалил румянец, встречаясь с мужем взглядом.

- Все хорошо?

- Да.

Усадив ее в машину, он пристегнул ее и прошел за руль, чувствуя, что она чем-то встревожена. Он быстро глянул на нее, но она отвернулась к окну.

- Тебя расстроил Джамиль? Или Жаклин что-то еще написала?

- Нет. Просто волнуюсь перед встречей с твоим отцом.

- Почему?

- Он хочет внука, - тихо бросила она, повернувшись к нему и встретив прямо его взгляд.

- Знаю. Не волнуйся. Я поговорю с ним об этом.

- Может, скажем, ему, что мы не…

- Нет. Ни в коем случае, - обрубил он, сжимая оплетку руля и сжимая челюсти.

- Почему?

- Нельзя. Лучше пусть это будет то, что мы озвучили ранее. Что мы пока не хотим детей.

- Хорошо. Но если он…

- Я решу это Лея.

Было слышно, как он злится, думая об этом и Лея кивает, соглашаясь на его условия. Возможно, он прав. Он всегда знает, что лучше и правильно.

Телефон разрывается от входящего звонка, и Лея напряженно всматривается в экран телефона Эмина.

«Офис».

Этот абонент звонит один раз и замолкает.

- Не ответишь? – спрашивает Лея.

- Если будет что-то важное, перезвонят еще раз.

Через несколько минут этот же номер снова звонит, и Эмин ставя телефон на подставку, включает громкую связь, смотря на дорогу.

- Господин Эмин, месье Бенуа, прилетел и ждет встречи с вами, - приятный женский голос раздается в машине, вызывая у Леи раздражение.

Скорее всего, секретарша.

- Спасибо Малика. Скоро буду. Сообщи ему, что я сначала заеду к отцу.

- Хорошо.

Звонок отключается, и Лея закусив губу, отворачивается к окну.

Ей было непривычно слышать, как Эмин говорит с девушками таким голосом. Приятным. Спокойным. Чертовски сексуальным.

- Если у тебя важная встреча, ты можешь оставить меня и уехать.

- Нет ничего важнее моего отца.

- Тогда я сама доберусь до Хасановых.

- Нет, - отчеканил он. – Я твой муж, я сам привезу тебя.

- Как хочешь, - пожала она плечами.

Да пусть он делает, что хочет.

В больнице они пробыли почти два часа, веселя отца и разговаривая обо всем. Когда пришло время обеда, Лея сама покормила его, укладывая после на сон.

- Вечером мы обязательно заедем, - улыбнулась она, дотронувшись до его руки.

- Спасибо дочка. Я буду ждать вас.

Как только Эмин довез ее до сестер, и они встретили их, он не смог отказаться, и остался на чашку кофе. Наиля и Джамиля затискали младшую сестру в объятиях, не оставляя ее ни на минуту и Эмин улыбался, смотря на это.

Адам, сын Саида и Джамили осторожно спускался по лестнице, вызывая умиление у Леи, и слезы.

- Привет, мой сладкий.

- Мама? - он остановился рядом, пытаясь вспомнить, кто это и Джамиля, улыбнувшись, взяла его на руки.

- Если твоя тетя еще раз пропадет надолго, боюсь, что в следующий раз она приедет на твою свадьбу.

- Джами?! – возмутилась Лея, протягивая руки и забирая Адама. – Какой же ты вкусный, - вздохнула она его запах и прижала сильнее, закрывая глаза. – Как же ты вырос, мой хороший. Последний раз, я держала тебя такого крошечного, - приблизив руки друг к другу, сказала Лея.

- Адиль? – позвала Наиля своего мужа. – Принеси Амину.

- Не сейчас, - буркнул он. – Пусть поспит еще.

- Адиль!

- Хорошо, - он поднялся в комнату и спустился с маленьким сверточком, осторожно подходя к Лее. – Знакомься со своей крестницей, Лея.

- Крестницей? – удивилась Лея и Наиля кивнула, оборачиваясь к Эмину. – Эмин, не окажешь нам честь, став крестным для дочери?

- С огромным удовольствием, - встал он, подходя ближе и заглядывая в пеленку.

Малышка сладко сопела, и выглядела очень мило и беззащитно в огромных руках Адиля, который ревностно относился к тому, что кто-то пытается нарушить покой его девочки.

- Хватит на сегодня, - он унес ее наверх и, спустившись, повернулся к Эмину. – Проведем церемонию в узком кругу. Наши и ваши. Все.

- Согласен. Лучше без посторонних, - кивнул Эмин, понимая беспокойство отца за свою дочь.

Ему бы тоже не хотелось, чтобы кто-то смотрел на его детей, когда они такие крошечные. Повернувшись к Лее, он увидел, как она улыбается Адаму и невольно улыбнулся в ответ. Если бы у него был сын от любимой женщины, он бы стал самым счастливым на свете.