33. Странности на ярмарке

Катерина поняла, что втянулась в здешнюю безумную жизнь, когда гонец, сообщивший об очередном мелком нашествии, не вызвал в ней никаких эмоций. Хотя нет, лёгкую досаду — вот идиоты, когда ж успокоятся-то уже.

Джейми остался в Торнхилле со своим отрядом, его люди тоже патрулировали границу. Они с Робом организовали какое-то вполне цивилизованное дежурство, очерёдность отрядов, кто-то был на патрулировании, кто-то отсыпался в замке. Боковое крыло окончательно расчистили, вернули туда оружейную, устроили две больших казармы и несколько отдельных комнат наверху. Одну из них и занял Джейми, и ещё кто-то из его командиров, и даже пару оставили для возможных гостей — вдруг появятся.

На помянутую мастером Дженкинсом ярмарку тоже отправились большим отрядом — мало ли что. До города Прайорсли, как оказалось, день пути хорошей рысью — а отряд, ясное дело, желал двигаться с привычной скоростью. Катерина бурчала, но опасалась, что отправят под охраной обратно, и поэтому бурчала про себя. Или с Грейс. Потому что без неё на ярмарке не купят ничего из того, что нужно, она была в этом совершенно уверена.

Из разумных людей с ними отправились Хью Айви и мастер Дженкинс. И хорошо, потому что в плане пропитания Катерина доверяла первому, а в плане строительства — второму. Подскажут, что нужно, и не постесняются сказать, если она станет делать какую-нибудь ерунду.

На ерунду ресурсов не было. Только на нужное, и то — хватит ли?

Договориться кое-о-каких стройматериалах. Вообще у мастера Дженкинса был целый список — что там ещё нужно купить для продолжения ремонтных работ. Выяснить, не ищет ли кто работу — из умеющих держать в руках инструменты. Льняное полотно — на простыни и полотенца, и того, и другого отчаянно не хватало. Перо на подушки и перины — тоже не хватало, Катерина уже выгребла все запасы и у Хью, и в деревне. Кое-какая посуда, ведь кормить нужно целую ораву и всё время, а глиняные тарелки и кружки побились или в пожаре, или в последующем запустении. И припасы, потому что на такую ораву прожорливых добрых молодцев прошлой осенью никто не рассчитывал. Но эти молодцы выполняли очень нужную работу, и без них было никуда. Интересно, а как охранял границу милорд отец Кэт?

На прямой вопрос мастер Дженкинс помялся и сказал, что с таким остервенением давно уже не нападали. Больше по мелочи — увести овец, пограбить, да и только. А застанут за таким делом — ну, побросать всё да бежать. Скакать, на конских ногах. Нынче же прямо как за пятку их кто-то укусил.

Катерина была сама не прочь узнать, кто укусил соседей за пятку. Но Рой, будучи спрошен, отмалчивался — мол, давно не был дома, ничего не знает. Катерина сделала вид, что поверила.

В Прайорсли остановились в доме Торнхиллов — был и такой. Грейс со слезами на глазах ходила по комнатам и трогала — стены, двери, сундуки. Катерина же просто смотрела и соображала — вот, здесь прошла какая-то часть детства и юности Кэт. Наверное, не самая плохая. У неё в этом доме отыскалась комната — с резными столбиками у кровати, столиком с инкрустациями, вышивками, розовым кустом внизу под окном. И — никаких набегов, никакой стройки, никаких грязных, уставших, голодных мужиков. Интересно, если она захочет остаться здесь, ей дадут?

Правда, стоило ей только заикнуться о том, что раз они уже здесь, то нужно и в замок Прайорсли заехать — и Роб согласился без возражений. После, сказал он. Три дня ярмарки, сделаем всё, что нужно, и потом заедем.

Вообще, город Прайорсли по меркам Катерины был очень и очень невелик. Он имел центральную площадь, три мощёных улицы, куда выходили дома достойных жителей города — и двухэтажный особнячок Торнхиллов был как раз из таких, и окраины — с садами, огородами, мастерскими. За домом Торнхиллов приглядывал Джон, и он тоже приехал — поздно вечером того же дня, что и все они. Обрадовался обоим братьям, рассказал, что до него дошли слухи об их успешной охране границы. И Катерине тоже обрадовался, и слухи о ней до него тоже дошли — что она едва ли не своими руками отстраивает замок из руин. Катерина лишь посмеялась — нет, Джон, не только своими, ещё и всякими другими.

Ярмарка происходила на свободном пространстве в пойме местной реки. Очевидно, весной вода привольно разливалась, а сейчас — вовсе нет, и пространство было застроено деревянными прилавками и павильонами.

Как объяснил Катерине Джон, в первый день имело смысл ходить и прицениваться. И смотреть в первую голову на то, что привезено издалека, потому что местные мастера — вот они, никуда не денутся, с ними можно просто договориться о заказе. Так и вышло — сначала ходили все вместе, потом Роб, Джейми и потребное количество сопровождения куда-то отправились, а Катерина, Джон, Хью Айви, мастер Дженкинс и свита Катерины принялись систематически ходить по рядам и смотреть.

С деньгами было не то, чтобы хорошо, поэтому смотреть следовало тщательно, и ещё — торговаться. Эту функцию взял на себя мастер Дженкинс — он, оказывается, умел, и Хью тоже. Катерина, как человек, привыкший к фиксированным ценам в магазинах, даже на китайском рынке в девяностые и двухтысячные не очень-то торговалась, хотя все это делали, и ничего. А она — не умела. Страдала, но даже и не пыталась. Брала с собой для этой цели кого-нибудь из коллег-приятельниц.

В какой-то момент Катерина увлеклась, разглядывая на прилавке ткани — отличную крашеную шерсть (да-да, никаких вам ярких цветов, всё натуральное, но — местами очень красивое), и не сразу поняла, что из-под прилавка кто-то пытается дотянуться до её поясной сумки. Отскочила, бросила в сторону наглеца парализующий импульс. А дальше всё доделал Рой — вытащил, встряхнул за шиворот, оглядел. Мальчишка, лет двенадцати, а то и поменьше — больно уж тощий.

Так случилось, что кроме Грейс и охранников, никого рядом-то и не было. Грейс смотрела на мальчишку с отвращением, Джорджи — с готовностью подхватить, если Рою понадобится помощь.

Мальчишка со следами бытовой и педагогической запущенности — так она бы сказала в прошлой жизни. То есть — грязный, оборванный и страшно ругающийся.

— А-а-а, простите, миледи, я не понял, что миледи маг, я больше не буду!

— А не-мага, значит, можно и обворовать? — поинтересовался Рой.

— Отпустите, милорд, богом молю, отпустите, я больше не буду, ни за что и никогда. Только не отдавайте меня страже, они меня выпорют, непременно выпорют, а я этого не переживу, совсем не переживу!

Такие песни Катерина тоже знала неплохо.

— И куда же ты пойдёшь? — спросила она.

— Куда надо, — ответил извивающийся пленник.

— За соседний прилавок, других зевак искать?

— Заберите его, миледи, и отдайте, куда хотите, он с утра уже всю душу вымотал, — влез в разговор торговец. — То попрошайничал, то иголки стянуть пытался, то вот теперь к знатной даме пристал, дурак! Можно подумать, у него вторая жизнь припасена!

— Так вот я и смотрю — нужен ли он мне, такой, и для чего.

— Да что хотите, сделаю, — и закрестился истово.

— А если ничего не хочу? — усмехнулась она.

Нет, здесь ей не следует пытаться спасать каждого малолетнего бродяжку. Здесь нет органов опеки, и инспекции по делам несовершеннолетних тоже нет. А наказывают таких, скорее всего, как взрослых.

— Звать как?

— Щепка, — и смотрит исподлобья.

— Так прямо и записали при крещении — Щепка? — усомнилась Катерина.

— Джон Тейн. Только кому оно надо-то, моё имя!

Шум двумя прилавками далее привлёк внимание, и едва не заставил Роя выпустить мальчишку. Катерина изумилась — её грозный телохранитель попытался отступить в тень и слиться с тюками тканей, не выпуская, впрочем, добычи. Сделал знак Джорджу — тот подхватил пленника.

— Миледи, можно за вас немного спрятаться?

— Можно, но? — Катерина не стала демонстративно на него оборачиваться, но пожелала получить минимум разъяснений.

— Потом, — он и так говорил негромко, а сейчас — и вовсе едва слышно. — Объясню. Когда узнаю, откуда здесь эти люди и где остановились, — кивнул он на пару прилично одетых мужчин, при которых было трое стражников.

Одежда и говор обоих ничего Катерине не сказали, но — вероятно, что-то с ними было не так. Они прошли мимо, говоря о чём-то своём, и не обращая внимания на женщину в сопровождении компаньонки и охраны.

— Эти, что ли? — сплюнул мальчишка Джон. — Да знаю я, где они остановились. Приехали три дня тому, ходили вокруг дома старого лорда Торнхилла, которого убили прошлым летом, приглядывались, будто им в том доме что-то надо.

— А ты откуда знаешь? — нахмурился Рой.

— Ну так всех приезжих надо осмотреть, мало ли, — ухмыльнулся мальчишка.

— Можно ли у них украсть? — осведомилась Катерина. — Ладно, сейчас отойдём и разберёмся.

— Я могу показать, где они живут!

— Миледи, можно? — Рой слегка поклонился. — Джорджи, сходи с ним. А сбежит и обманет — так миледи нашлёт на него почесотку.

Джорджи и мальчишка удалились, а миледи потрясённо спросила:

— Что-что я должна наслать на этого несчастного?

— Да какая разница? — пожал плечами Рой. — Но неужели вам не интересно, что вынюхивают в вашем доме не последние люди при дворе его скоттского величества Джеймса Седьмого?

Вот ещё только не хватало! Катерина ещё раз осмотрела рулоны на прилавке, выбрала два вида сукна — серое и зелёное, и льняное полотно, расплатилась и обещала сегодня же прислать людей, чтоб забрали. Можно было идти дальше.

— Ой, смотрите, миледи, яблоки в глазури, вы их раньше так любили! — Грейс подбежала к очередному прилавку, где на каменном основании горел огонь, кипел котелок и куски яблок на тонких деревянных палочках опускали в тот котелок, и они там покрывались блестящей корочкой.

Катерина тут же распорядилась подать по куску побольше и ей, и её даме, и её телохранителю, отдала монетку и кивнула — идём дальше.

Дальше можно было передохнуть — съесть яблоки и запить водой из фляги на поясе Роя. И послушать уже о тех людях, от которых он прятался.

— Так что они могут тут искать, скажи?

— Вот и мне, миледи, это очень интересно.

— А что будет, если они найдут тебя?

— Не знаю, миледи. Но лучше б не нашли, мне как-то без них спокойнее.

Больше ничего из него вытянуть не удалось, и оставалось только пойти и продолжить осмотр прилавков. Тем более, что их потеряли мастер Дженкинс и Хью, первый нашёл команду хороших плотников, готовых работать на восстановлении Торнхилла до зимы, или сколько понадобится, а второй рассказал, что купил немного заморских пряностей, мёда и свежих южных вишен — на них как раз сезон. И ещё есть молодые яблоки — если миледи не возражает.

Миледи не возражала. Дальше нужно было обойти ещё несколько рядов, потом — встретиться с Робом и пойти обедать в какую-то присмотренную тут же таверну, где их накормили вкуснейшей жареной рыбой из местной реки, и до ночи решить с недостающими покупками.

Джорджи вернулся уже перед закатом, когда Катерина, уставшая, как не за всякий день на стройке, сидела, вытянув ноги, во внутреннем дворе дома возле розовых кустов. И рассказал, что Щепка, как оказалось, был у здешних малолетних бродяжек за старшего, и, преисполнившись благодарности, подрядил их всех на слежку. В итоге сейчас было известно, что оба чужака приехали в город накануне ярмарки, надеясь уладить свои дела до её начала, но, по словам прислуги на постоялом дворе — и дел не уладили, и уехать не успели, и решили задержаться хотя бы на первый день. Купили что-то по мелочи — перчатки, пряжки для ремней — собрались и покинули город аккурат перед закатом. На вопрос о том, как же они поедут в ночь, ответили, что ночи нынче короткие и светлые, для путешественников — самое то. Выехали из города и отправились по той дороге, что ведёт на север.

Катерина поблагодарила и дала Джорджи несколько монет — для Щепки и сотоварищей.

Рой тоже внимательно выслушал всё сказанное, но — только качал головой. Мол, людей этих знаю, случалось обоих видеть — издали, ясное дело, потому что как иначе-то? Да, когда мой лорд был при дворе, я был при нём, да и только.

Катерина не стала настаивать, но ночью, когда весь дом спал, укрылась невидимостью и сходила в комнату, которую ей Грейс назвала бывшим кабинетом милорда отца Кэт. Тайников она не нашла, а стол был абсолютно пуст.

Так же и тремя днями спустя в поместье Прайорсли — очаровательном трёхэтажном доме с башенками. Дом пришёлся Катерине по душе, она подумала, что с удовольствием бы в таком жила, но увы. Правда, обитавшая в доме прислуга была весьма рада её видеть — значит, Кэт вела себя со всеми прилично и не злобствовала, что радовало. Катерина обследовала комнаты Кэт, отобрала вещи, которые пригодятся в Торнхилле, велела запаковать и подготовить к отправке. Ткани, посуда, рукоделье, книги — когда-нибудь же они будут жить нормально, не в ремонте и не в войне? Опять же, книги пригодятся для занятий с детьми.

Ещё Катерину очень впечатлил здешний розарий. Неужели это Кэт сама его развела? Оказалось — нет, есть садовник Дин Холли, дедок приличного возраста. Он, наверное, был рад видеть Катерину больше всех и попросился с ней в Торнхилл — розы выращивать, ну и всё то, что миледи занадобится. Миледи не отказала — потому что дело хорошее.

А в кабинете милорда отца снова ничего не было. Ну да, если заговорщик — то все бумаги куда-нибудь вывезли.

Значит, нужно думать дальше. Пусть всё, что она здесь узнала, покрутится в голове, а потом — будет видно. Возможно, придётся припереть кое-кого к стене, и пусть только попробует отговориться глупостями, как он делает обычно.