Эпилог

– Тупой мужлан! – Восторженная идиотка! – Мам! – Пап! – Что?! Мама Юми и мой отец резко повернулись и грозно уставились на нас. Я попятилась назад, врезаясь в твердую грудь мужа. Он обхватил меня за талию, не давая упасть. Не понимаю почему, но наши родители сразу не поладили. Невзлюбили друг друга буквально с первого взгляда. Папа терпеть не мог божественные пироги Ньяры, а она на дух не выносила его замечания по любому поводу. Каждая наша попытка устроить семейный ужин заканчивалась потасовкой. Чаще всего мы с Юми сбегали, потому что успокоить их можно было разве что с помощью заклинания молчания. Тео однажды предложил попробовать, но мы не рискнули. К тому же при упоминании этого заклинания Ева посмотрела на него так, что даже мне стало жутко. Вот и сейчас мы просто улизнули из небольшой гостиной Ньяры и спрятались в комнате. Я с сомнением посмотрела на закрытую дверь, из-за которой доносились повышенные голоса родителей. – Сегодня, пожалуй, не будем им говорить. Да и вообще – скажем, когда станет очевидно. Юми плюхнулся на диван и притянул меня к себе. – Для меня всё уже очевидно, – он ловко расстегнул верхнюю часть платья и прижался губами к пока еще плоскому животу. Я засмеялась, заправляя за ухо русую прядь. – Главное – не забыть. Юми замер, а потом поднял на меня возмущенный взгляд. – Мэй! – Прости, не удержалась. – Дай подумать, это в какой раз? Юми откинулся на спинку, а потом сжал мою талию, затаскивая к себе на колени. Забравшись на него сверху, я постучала пальцем по груди. – Буду так шутить, пока ты меня не вспомнишь. Он притянул меня ближе, наклонился и начал быстро прикусывать губами шею. От щекотки я взвизгнула и попыталась вывернуться, но Юми удержал меня. – Ты очень жестокая женщина, Мэйлин Арай. Я влюбился в тебя дважды, а ты… – А я влюбляюсь в тебя каждый день, – перебила я его, а потом поцеловала. Первое время я, конечно, переживала. Когда ребята предложили провернуть наше знакомство заново, я не думала, что у нас получится. А еще втайне надеялась, что Юми вспомнит. Вспомнит, когда увидит меня. Или когда мы поцелуемся. Или окажемся в одной постели. Не помогло ни первое, ни второе, ни третье. А потом однажды, глядя на спящего Юми, я поняла, что ни о чем не жалею. Прокручивая в голове историю нашего второго раза, я осознала, что была безумно счастлива. Между нами больше не стоял мой жених, мне не было нужды скрывать свою личность. А еще я знала каждую вмятинку на его теле и могла без былого смущения наслаждаться им. Я рассказала Юми обо всем после того, как он впервые признался в любви. О том, как мне помогали его друзья и мама. О том, как переживал папа, когда нужно было изображать, что они незнакомы. И о том, как он обещал, что снова влюбится в меня. Наверное, я бы соврала, сказав, что не боялась его реакции. Несколько минут Юми сидел молча, а потом поднял на меня веселый взгляд и сказал: «Это сколько же раз ты отправляла меня на лопатки»? Удивительно, но к этому моменту Юми уже начал догадываться, что мы с ним познакомились не впервые. В моем присутствии ему постоянно хотелось снять перчатки, а когда я «случайно» дотронулась до него, у него появились подозрения. Он анализировал разные мелочи: улыбку, которой меня встретила его мама в момент нашего якобы знакомства, странные оговорки друзей, приемы сорейдо, которыми он раньше не владел, но которые отлично получались у меня. Я оторвалась от теплых губ и нехотя слезла с его коленей, на ходу застегивая пуговицы на платье. – Нет, думаю, все же стоит рассказать им. Вдруг будущий внук или внучка их сблизит. Юми с сомнением хмыкнул, закидывая руки за голову. Я на цыпочках подкралась к двери и немного приоткрыла ее. Последние пару минут в гостиной было подозрительно тихо. Заглянув в щелку, я ахнула и тут же отпрянула. Юми вскочил с дивана, устремляясь ко мне. – Что там? – Твоя мама целует моего папу! – прошептала изумленно. – Что-о-о? Юми аккуратно отодвинул меня и сам заглянул в гостиную. Он резко развернулся, наваливаясь спиной на дверь. – По-моему, всё с точностью до наоборот. Это твой папа целует мою маму! Я взглянула на него исподлобья. – И что это значит? Он окинул меня горячим взглядом и улыбнулся. – Это значит, что сегодня мы им точно ничего не расскажем. И у них, и у нас есть занятия поинтереснее. Конец