Глава 32

Как же тяжело было просыпаться.

Сильно гудела голова, и болело все тело! Но, тем не менее, сон медленно отступал, а боль усиливалась. Медленно приоткрыла глаза и тут же их зажмурила. Застонала от боли, прострелившей голову из-за яркого света.

– Надя? – раздался негромкий, но взволнованный голос подруги.

– Угу, – отозвалась.

Снова попыталась открыть глаза. И на этот раз у меня это получилось! Конечно, дискомфорт от яркого света еще был, но боль вроде утихла.

– Что произошло? – спросила, посмотрев на встревоженное лицо Юли.

– А ты что ничего не помнишь? – еще больше взволновалась она, подавшись вперед.

Было видно, что она плакала. Но даже в опухших и покрасневших от слез глазах подруги я видела страх.

– Смутно, – ответила.

Нахмурилась, стараясь вспомнить, что же произошло. Но от этого лишь сильнее разболелась голова.

– Разговор с Жанной помню. Как она оттолкнула меня, тоже помню. А потом боль и темнота.

Попыталась приподняться, желая удобней устроиться. Но тело пронзила адская боль. Вскрикнув, завалилась обратно, закрывая глаза. Казалось, такое простое действие, но из-за него из меня все силы ушли.

– Ты только не переживай и не нервничай! Главное, что ты жива осталась, – протараторила Юля, беря меня за руку. – Ничего, ты поправишься, наберешься сил, и все наладится.

– Юль, не бубни, и без тебя голова болит! – вздохнула, выжидая, когда боль утихнет. – Лучше расскажи, что случилось.

Некоторое время Юлька молчала. Я уже ненароком подумала, что она ушла, даже, пересилив себя, открыла глаза и посмотрела. Но она сидела рядом и нервно жевала губы, словно не знала, что с чего начать.

– Когда Жанна тебя оттолкнула, ты оступилась и упала с лестницы, – проговорила она, отводя взгляд в сторону. – У тебя перелом ноги, вывих ключицы, сотрясение и еще уйма ушибов, синяков и ссадин.

Она замолчала. Пару минут я осмысливала услышанное, понимая, что так и не услышала самого главного.

– Юль, скажи, что с ним все хорошо, – попросила подругу.

– Его больше нет, – ответила она, понимая меня без лишних слов.

Прикрыв глаза, отвернулась, пряча слезы. Каким же мимолетным было мое счастье.

– Надь, не переживай, главное, ты осталась жива! – попыталась подруга поддержать меня. – Знаешь, там к тебе посетители рвутся...

– Никого не хочу видеть, – бросила, перебивая ее на полуслове.

Я знаю, что она ни в чем не виновата. Знаю, что переживает. Но мне сейчас так больно!

– Да, конечно. Отдыхай, – сказала Юля. – Ты тут держись. И если что, я на связи!

Я слышала, как она поднялась и вышла. Ощутила, как осталась одна. Снова. Только на этот раз я сама этого захотела!

Хотелось разрыдаться, выплеснуть боль криком. Но даже на это во мне не нашлось сил. По щекам потекли слезы. Я оплакивала своего нерожденного малыша.

Когда открылась дверь и кто-то вошел, попыталась незаметно стереть слезы. И только после этого посмотрела на нежеланного гостя. Точнее гостей.

Вот их я сейчас видеть точно не хочу!

На пороге стояли Виктор и Макар.

– Прости, подруга, я не смогла их удержать, – протараторила Юля, входя следом за ними.

– Зачем пришли? – спросила у парней, отворачиваясь.

На подругу не было смысла злиться. Мне прекрасно известно, что если они чего-то хотят, то получат это, несмотря ни на что!

– Надь...

Начал Виктор, но Макар его перебил.

– Выйди! Мне поговорить с ней нужно!

– Тебе нужно, ты и выходи! – огрызнулся Виктор. – Мне тоже с ней есть о чем поговорить!

– Да уйдите уже оба! Видеть вас не хочу! – воскликнула, послав им злой взгляд.

– Надь, ну чего ты, – проговорил Макар, присаживаясь на стул, где до этого сидела Юля. – Не расстраивайся, все же обошлось. С кем не бывает? Главное, что ты жива осталась! А эти гении в белых халатах быстро тебя на ноги поставят!

– С кем не бывает? – задохнулась я от возмущения. – Не расстраиваться?

– Надь, ты чего? – удивился Макар.

Я смотрела на него, и гнев все больше разгорался внутри. Жанна меня чуть не убила! А для него это нормально?

– Я чего? Это ты чего?! – сильнее распалялась, воскликнула я.

Хотелось придушить его за эти слова! За то, что он снова выгораживает эту стерву! Ненавижу! И что я в нем только нашла?

– А-а-а-а... простите, что прерываю… – влезла в нашу ссору Юля. – Надь, тут такое дело... В общем, они не в курсе того, что случилось.

– Что? – спросила и перевела взгляд на подругу.

– Понимаешь. Когда ты оказалась там внизу, я до ужаса испугалась. Ты лежала в луже крови, словно неживая, как сломанная кукла, – всхлипнув, сказала Юля, отводя взгляд в сторону. – Первым делом я вызвала скорую, и только потом позвонила Виктору.

Она посмотрела на меня, словно извиняясь за это. Видимо, все-таки подруга поняла, что братьев Широковых я больше не желаю видеть.

– Я была так напугана, что даже не заметила, когда она исчезла, – зло выплюнула подруга, продолжая рассказ. – А потом больница, операция... Да и не знала я, что за баба то была! И кому об этом рассказать, понятия не имела! Поэтому решила дождаться, когда ты придешь в себя. Думала, что мы вместе примем решение, как быть дальше, – объяснила Юля, снова отводя взгляд в сторону.

– О чем вы? – хмуря брови, спросил Виктор, не понимая, о чем разговор.

– Ко мне приходила Жанна, – сказала я, прикрывая глаза, заметив, как насторожился Макар.

– Жанна? – удивился Виктор. – Что она хотела?

– Поговорить, – ответила, посмотрев на Макара. – Но разговор не удался, – горько усмехнулась.

В палате воцарилась тишина. Никто не решался нарушить ее. И все же Юля заговорила. Видимо, она решила, что пора рассказать, что случилось на самом деле.

– Я вышла из квартиры на крики. Они стояли на лестничной клетке. Я видела, как Жанна толкнула Надю и...

– Хватит! – перебил ее Макар, вскакивая на ноги, нервно ходя взад-вперед по палате. – Я в это не верю! Что она хотела? Я же сказал ей, что мы расстались! – проговорил он, посмотрев на меня.

– Он и этого не знает, да? – спросила, посмотрев на Виктора.

На что он отрицательно помотал головой.

А я-то думала, что он рассказал об этом брату.

– Оказывается, врач, которая меня осматривала, подруга Жанны, – усмехнувшись, проговорила, видя, как побледнел Виктор.

Значит, он и правда не знал этого. Что ж, хоть в чем-то Жанна не солгала.

– Врач? Да что вообще происходит? Почему я узнаю обо всем самым последним?! – возмутился Макар, хватаясь за голову.

– Да потому что тебе никогда не было дела до меня! – негромко проговорила я. – Ты просто зациклился на моей внешности.

– Это не так! – возмутился он.

Очень уж хотелось верить, что он говорит правду. Но я уже устала от этой лжи. Настолько устала, что уже ничего не хочу… даже жить!

– Хватит, – произнесла, горько вздохнув. – Я устала.

– Надь, я понимаю, что Жанна виновата! Знаю, что она совершила преступление, и ты вправе написать на нее заявление. Но я прошу тебя не делать этого! – проговорил Макар, присаживаясь на кушетку рядом со мной. – Ей нельзя нервничать, она ждет ребенка!

Меня вдруг пробрал истерический смех. Даже не знаю, откуда у меня нашлись на это силы. Сдержаться и не заплакать.

Он до сих пор переживает за нее. А я?..

Резко перестав смеяться, я посмотрела на него со злостью и ненавистью.

– А я? Как же мой ребенок? О нем она думала, когда покушалась на мою жизнь? – воскликнула, смотря на него.

– Ты беременна? – выдохнул Макар, бледнея.

Как же хорошо у него получается играть! В нем явно погиб отличный актер! Вот только я больше не верю ни единому его слову!

– Узнала как раз перед этим происшествием, – ответила, продолжая смотреть ему прямо в глаза. – Именно за этим и приходила Жанна. Она требовала, чтобы я сделала аборт. И все же она своего добилась. Ребенка я потеряла!

После моих слов Макара будто подменили. На его лице не читалась ни одна эмоция! Просто пустота.

И отчего-то мне стало легче! Наверное, от того, что не только мне сейчас больно…

– Надь, прости меня, – прошептал он, опускаясь передо мной на колени. – За все прости, если сможешь!

Я не ожидала подобного от него. Впрочем, никто не ожидал. Поскольку даже Виктор стоял, шокированный увиденным.

Было неловко и непривычно видеть Макара таким. Сердце сжалось от боли и тоски. Но я поняла, что так и должно быть! Ведь в наших отношениях все было неправильным с самого начала.

И сейчас я даже готова была простить ему все на свете. Ведь он не отвечает за поступки жены.

– Проси, что хочешь, только не пиши заявление на Жанну! Ей нельзя в тюрьму! – произнес Макар, возвращая меня с небес на землю.

Горько усмехнулась, после чего истерически засмеялась. Я ведь уже подумала, что он образумился, понял, что виноват! Но куда там!

Смех плавно перетек в рыдания.

Ему, как всегда, плевать на меня! Им всем плевать! Они только и могут рушить все, что находится вокруг них. Ненавижу!

– Ненавижу! – повторила, перестав резко смеяться. – Ненавижу вас!

– Надь... – попытался Макар что-то сказать, но я не позволила.

Хватит! Я больше не буду марионеткой в чужих руках! Больше никто не заставит меня страдать!

– Я хочу, чтобы вы оба исчезли из моей жизни!

Я устала быть игрушкой. Устала жить, не зная, что меня завтра ждет. Я хочу быть кем-то, хочу, чтобы меня любили. Меня!

– Не надо... – влез в разговор Виктор.

– Ненавижу! Пошли прочь из моей жизни! – закричала, чувствуя, как слезы текут по щекам.