Глава 5

Бедный ребенок висел на заборе, зацепившись пуховиком за железные прутья, и ревел навзрыд. Судя по розовой шапке и длинным белокурым волосам, это была девочка. Подошел ближе.

– Эй, бедолага, не реви, сейчас сниму, – встав на нижнюю перекладину, одной рукой держась за забор, второй подхватил ребенка, приподнимая, чтобы освободить. Кто ж тебя туда закинул-то в мороз? Или, может, убегала от кого?

– Ты как? Нормально? Кто обидел? – спросил, поставив беднягу на землю и немного придерживая, чтобы не упала.

Спасенная вскинула голову, и в свете уличного фонаря на меня уставились два блюдца зеленых, заплаканных глаз. К моему полному удивлению уже мне знакомых. Твою ж левую. Серьезно?

– С-спасибо, – заикаясь, произнесла Смирнова, еще совсем недавно вопившая в моем кабинете. Из-под нелепой вязаной шапки выбивались белокурые кудри, вид растрепанный, лицо зареванное, дрожащие бледные губы, то ли из-за истерики, то ли из-за холода. – Вы как тут ок-казались? – глазища распахнулись еще шире, и она громко икнула. Это был самый глупый вопрос, который она сейчас могла озвучить.

– Видимо, твоими молитвами, – ответил, рассмеявшись, а Смирнова нахмурилась еще сильней и, не снимая варежки, попыталась запахнуть расстегнутый наполовину пуховик, – получилось плохо. Но девушка, вероятно, решила поскорее покинуть мою компанию, поэтому не обращала на свой вид никакого внимания и сделала неосмотрительный шаг в сторону брошенных у забора вещей. Оступилась. Поймал за руку, не давая упасть, и сам поднял ее сумку и пакет.

– Благ-года-р-рю, – снова заикаясь и стуча зубами, пролепетала Дарья, принимая из моих рук свои вещи.

– Пошли, в машине отогреешься.

– Я т-тут нед-далеко живу. Сама дойду.

– Пока дойдешь, в реальную Снегурочку превратишься. Пошли, отвезу.

Шла она медленно, ковыляя и едва не заваливаясь назад при каждом шаге.

– Ноги сильно замерзли? – предположил, смотря, как она странно перебирает ногами.

– Д-да, н-нет, – раздалось тут же почти без паузы, заставляя мои брови вздернуться от такой неопределенности. – Каблуки сломала, – наконец определившись с причиной, произнесла девушка, и очередной раз поправила съехавшую набок шапку.

– Каблуки сломала, на заборе повисла. Смотрю у тебя очень насыщенный приключениями вечер, – отчего-то вся эта ситуация теперь вызывала во мне смех.

– Ага, еще с работы уволили, – и она покосилась на меня. Покосилась всего на мгновение, но этого было достаточно, чтобы она очередной раз споткнулась и едва не пробороздила носом ледяную наледь на тротуаре. Поймал. Снова получив «с-сп-пасибо». Не человек, а катастрофа ходячая.

– Не уволили, а сама уволилась, – поправил, взяв ее за руку. На всякий случай, хотя до машины оставалось не больше пяти метров.

– Вы меня к гномам отправили!

– Чем гномы хуже Снегурочки? Такая же роль.

– За нее платят в два раза меньше, а мне деньги нужны, очень нужны, – шмыгнув носом, с обидой произнесло это горе луковое. Но я даже сердиться уже на нее не мог, все раздражение, которое зародилось во время нашей стычки в моем кабинете, сейчас испарилось. Впервые встречаю такое чудо, у которого, что ни шаг, то несчастный случай с последствиями.

Нажав кнопку иммобилайзера, открыл машину и помог ей забраться в салон.

– Посиди две минуты, я до магазина схожу. Только не трогай ничего, а то с твоим сегодняшним «везением» я боюсь без машины остаться, – рассмеялся, смотря на нахмурившуюся Дарью, которая сейчас выглядела как нахохлившийся, потрепанный воробей. Замерзший воробей.

– Не смешно, – пробурчала себе под нос, но послушно замерла на сиденье, словно изваяние.

Купив, наконец, пачку сигарет, прихватил два стакана горячего кофе в мини-кофейне и вернулся в машину. Один стакан поставил в подстаканник, второй вручил Смирновой.

– Только аккуратней.

– Спасибо, – сняла варежки и обхватила стакан закоченевшими ладошками.

– Ну, рассказывай, – произнес, включая обогрев салона на максимум и смотря на Дарью, которая отогревала замерзшие руки об стаканчик и делала небольшие глотки кофе.

– Что?

– Все. Как на заборе оказалась? Почему так роль Снегурочки важна, что ты за нее билась чуть ли не насмерть? Что ты там, в кабинете кричала, что есть не на что будет? Как так получилось? – но вместо рассказа девушка, вжала голову в плечи и снова всхлипнула. Серьезно? Слезы? Снова? – и я шумно выдохнул, потянувшись за своим стаканчиком с кофе, уже смирившись, ожидая вторую волну слез.