Глава 7

Утро ознаменовалось моим больным горлом и высокой температурой, словно кто-то внутри решил устроить извержение маленького вулкана. Только простуды мне не хватало! С трудом выбравшись из-под одеяла, я закуталась в теплый плед, пытаясь согреться, ёжась и стуча зубами от озноба, пошлепала на кухню. Включила чайник и начала рыться в аптечке. Найдя таблетку от жара, забросила в рот, запив водой. Там же в аптечке был, найдет пакетик витаминного чая, то что надо. Заварив чай, я медленно потащилась обратно в комнату. Не успела дойти до своего уютного гнездышка на диване, где уже ждали мягкие подушки и теплое одеяло, как раздался звонок в дверь. Вздрогнула, расплескав горячий чай на пол, хорошо хоть не на себя. Поставила чашку с остатками на табуретку и, запахнув плед, пошла к двери. Кого могло принести? Хозяйка только после Нового года должна была зайти, соседей я больше не заливала, гостей не ждала. Взглянув в глазок, увидела курьера. Наверняка ошибся дверью.

– Здравствуйте! Смирнова Дарья Степановна?

– Да, – я даже опешила. Смотрела на него, удивленно моргая.

– Держите. Он поставил передо мной два больших пакета. Ваш заказ.

– Но, я ничего не заказывала. Вы ошиблись.

– Смирнова Дарья Степановна? Так?

– Да.

– Адрес Ленина 24, квартира 68?

– Да. Но я не заказывала ничего, – курьер снова уставился в экран своего планшета.

– Заказ был от Макара Даниловича Бахтина, на ваше имя. Мое дело доставить, а вы тут, пожалуйста, сами разбирайтесь, – и курьер, пожелав хорошего дня, быстро побежал вниз по ступеням лестницы, оставив меня в одиночестве и двумя большими пакетами.

Сбросив оцепенение, кутаясь в плед, затащила пакеты в квартиру и закрыла дверь. В пакетах оказались продукты. Полный социальный набор блин, начиная от трех разновидностей мяса заканчивая крупами, упаковкой чая и печеньками, я даже фрукты с овощами и йогурт нашла, а еще целый килограмм мандаринов. И мое желание все это вернуть отправителю тут же пошатнулось, дрогнуло, пошло рябью, а рука сама потянулась к оранжевым шарикам. Как в детстве к конфетам из новогоднего подарка.

Выпитая таблетка подействовала, знобить меня перестало, голова больше не казалась чугунной гирей, хотя боль в горле никуда не делась, но в целом было легче, чем сразу после пробуждения.

Долив кипятка в остатки уже остывшего чая, я, распечатав йогурт и упаковку печенья, села завтракать. Конечно, надо было приготовить и съесть что-то более питательное и полезное, но удержаться я не могла. Это было очень вкусно, тут просто пир для моей внутренней сластены, которую я давно лишала всяких радостей, не позволяя покупать себе сладости. Закончив с чаем, почистила мандаринку и с удовольствием положила в рот дольку. Едва не застонав от наслаждения. Даже больное горло не смогло испортить удовольствия. Каждая клеточка моего тела наслаждалась этим маленьким чудом, которое внезапно появилось в моей жизни. Сказка, ставшая явью, в отдельно взятой квартире.

Резкий звук вырвал меня из мира ароматов и вкусов, заставив вернуться в реальность. Все так же кутаясь в плед, поспешила в комнату за трубкой. На дисплее настойчиво светился незнакомый номер, вызывая лёгкую тревогу.

– Слушаю, – приняла вызов, прижимая трубку к уху.

– Дарья? – голос показался очень знакомым.

– Да.

– Это вас Бахтин беспокоит. Как ваше самочувствие?

– Н-нормально, – ответила, опешив и спотыкаясь в словах. Я готова была услышать кого угодно, но не своего несостоявшегося начальника.

– Замечательно. Тогда в четверг жду вас в ТЦ, найдем вам какую-нибудь работу.

– С-спасибо, – снова запнулась. Я так заикаться начну. Это точно со мной происходит? Такое разве бывает? Или это компенсация от вселенной за то, что я повисела на заборе в мороз? Может, где еще повисеть? А то мне еще пуховик надо на что-то купить и сапоги. – И за продукты тоже спасибо, – проговорила, опомнившись, Бахтин тихо рассмеялся в трубку.

– Это компенсация за увольнение. Меня замучает совесть, если в Новый год вы будете сидеть на голых макаронах. До встречи, Дарья, – и в трубке раздались гудки, а я оглушенная происходящим, так и стояла в неверии, пялясь на экран телефона. Хотелось себя ущипнуть, может, я просто сплю или брежу, или все вместе?