ГЛАВА 3

Никак не ожидала, что обстоятельства сложатся таким образом, а я окажусь зависима от полужабеныша. И при этом он будет возбуждать меня до такой степени, что все станет растворяться в его поцелуях, а от сладкого запаха кружиться голова.

«Ухожу!» — пришла мысль три дня назад, когда это произошло впервые.

Я весь вечер терроризировала Тима, требуя найти новую работу. Он заявил, что ничего подходящего нет и обещал решить вопрос в ближайшие дни. С тех пор не выходил на связь, а я понимала, что мне надо дотянуть хотя бы до аванса. Да и Шон меня больше не трогал. И упрекнуть же не в чем — самой понравилось.

До сегодняшнего дня мне казалось, что поползновения с его стороны прекратились, и это безумие не повторится. Наивная! Оказывается, все только начиналось.

Он делал это специально, я уверена! Стоило ему лишь захотеть, и от него уже тянулся шлейф аромата ванили. И тогда я полностью терялась в своих ощущениях, а все принципы уходили на второй план.

Больше видя изначально в нем нонарца, я не сразу поняла, что он такой же, как и все унжирцы, обаятельный от природы. Интересно, чем же ему так приглянулась я? Вроде ничего во мне особенного. А главное, как теперь от него сбежать?

Но ведь не хочется бежать! Рядом с ним в голове звучит лишь «возьми меня», и так сложно ответить «не надо», и все мое тело умоляет мозг заткнуться и получать удовольствие от процесса. А ведь я не хотела, чтобы он стал моим первым мужчиной. Да и вообще, никаким по счету.

Теряясь в пространстве, словно пьяная, шла домой, добиралась на автопилоте. Уже дома заставила себя принять душ и стояла под струями воды, снова переживая мысленно сцену в кабинете. В другие моменты хотелось просто смыть с себя следы прикосновений рук Шонаари и забыть все, как страшный сон.

Успокоив свои мысли, сделала кофе, пытаясь расслабиться. Завтра вылет, а я совсем не готова провести несколько дней рядом с ним, попав в его сети. Но стоило мне лишь сделать глоток, как комм зазвонил. Снова Шонаари! Назойливый он, однако! Вот только внутри что-то зашевелилось, сердце застучало, и я ответила на звонок.

— Слушаю, ир Малао, — сказала как можно спокойнее.

— Анна, завтра утром сразу же в зал отлетов. Там вас встретят и проводят к нашему кораблю. Вещей по минимуму.

«Да у меня их и так мизер, куда уж меньше», — подумала и вздохнула, вспомнив об оставленном в доме папы гардеробе.

— Хорошо… Шон, — согласилась я. Какой у него все же приятный голос, если бы еще не знать, как выглядит его обладатель.

— Тогда до встречи, — произнес он и отключился, а я отложила в сторону комм, утирая слезинки.

Сейчас же! Ага! Полечу я с тобой! Фигушки! Завтра улетаю обратно, на «Луну-2», только на время скроюсь, отсижусь где-нибудь в кафе, пока отчалит их звездолет. Мне и увольняться не нужно, все равно нет такой, Анны Долновой! Позвоню папе и объясню ситуацию.

С этой мыслью перестала реветь, улыбнулась сама себе и улеглась в постель, стараясь не думать про жабеныша-гаденыша, решившего, что ему все дозволено. Утром поднялась в отличном настроении. Я радовалась, что успела получить аванс. На несколько дней денег хватит, потом что-нибудь придумаю. Приготовила кофе, уселась в кресло, мурлыкая про себя популярную мелодию, включила новости.

Но не тут-то было! Через несколько минут мой комм зазвонил. До предполагаемого вылета два часа, Шонаари еще не должен ничего заподозрить. Я ответила на вызов, одновременно соображая, что не стоило этого делать, а нужно быстрее собираться и куда-нибудь уйти из дома.

— Анна, вы готовы? — волнующим тоном спросил Шонаари, и от одного его голоса мой живот скрутило сладким спазмом.

— Конечно же, Шон, — ответила я. — Уже собираюсь выходить.

— Вот и прекрасно, — самоуверенно сказал он, а потом ошарашил: — Мы ждем вас около вашего жилблока.

Какой облом! Вот и сбежала, называется. Так и знала, что он все поймет! Вот бы сейчас телепортироваться из дома куда подальше от него. Придется выходить, иначе будет только хуже. Скажу ему лично, что не собираюсь с ним работать.

Схватила сумочку и комм, вышла в коридор и заблокировала двери, повертев головой. И тут увидела стоящий около парковочного блока блестящий миникар. Рядом с ним находился безопасник в черном комбинезоне. Заметив меня, он тут же открыл двери, указывая мне на сиденье рядом с шефом. Я мысленно выругалась на Шонаари, уселась и повернулась к нему, желая сказать о своем решении, но он меня опередил:

— Я, конечно, говорил взять поменьше вещей, но не предполагал, что вы решите путешествовать совсем налегке, — насмешливо произнес он.

От его слов я едва не подавилась и только глотала воздух, когда заметила, что миникар уже тронулся, и мы едем по широкому коридору нашего сектора. Все мои невысказанные возмущения вдруг растворились в сладком ощущении прикосновения, когда Шонаари слегка обнял меня за талию и склонился, шепча в ухо:

— Почему ты сбежала вчера?

— Устала, разве не понятно? — ответила первое, что пришло в голову и часто задышала, потому как в этот момент он погладил мое бедро через ткань брюк, и пространство сузилось до точки соприкосновения.

И как я могла назвать Шонаари холодным? Есть ли разница, какая у него кожа, когда от одного его присутствия бросает в жар, и я хочу продолжать это бесстыдство, жажду ощутить волнующие прикосновения, вкус поцелуев и манящий запах, который действует на меня как афродизиак?

Я откинула голову на спинку сиденья и тяжело дышала, хотя Шонаари просто поглаживал кончиками пальцев мою ногу.

— У нас мало времени. Одежду купим уже на месте. Ты погорячилась слегка. Конечно, я предпочитаю видеть тебя вообще без нее, но нам придется выходить из отеля, хотим мы или нет, — медленно произнес он, не прекращая пытки обворожительным запахом.

Он вышел из миникара, звонил кому-то, а у меня кружилась голова, словно после бокала терпкого вина. Непонятное возбуждение проходило медленно, оставляя в моей голове легкое амбре ванили. Одновременно огрела жестокая правда о предстоящей командировке: хочу я или же нет — он меня все равно затащит в постель. Точнее, я сама сделаю все, чего желает этот рептилоид, ведь не могу ему противостоять.

Мне выделили каюту. Странно, даже предоставили некоторую свободу действий и разрешили в случае необходимости пользоваться выходом в галанет через сервер корабля. Мы уже давно покинули стыковочный шлюз и находились в открытом космосе. Сначала я прошлась по коридору, затем пообедала в общем отсеке. Мне никто не мешал, и я просматривала развлекательные передачи по головизору, но потом решила отдохнуть у себя в каюте и в тишине обдумать дальнейшие действия.

Улеглась на кровать и задумалась. Почему-то показалось странным, что мне разрешили пользоваться сетью и оставили в покое. Решила не звонить Тиму, пока мы не прибудем на станцию. Мало ли, что задумал Шонаари. Чем меньше он обо мне знает, тем лучше.

Другая, подленькая сторона моей душонки, старательно нашептывала, что никто не узнает, где я находилась все это время. Поэтому можно не сопротивляться Шону и сделать то, чего он хочет, ведь это приятно, и такое удовольствие потом вряд ли кто доставит. Его запах действовал на меня как наркотик, и я понимала, что, несмотря на отвращение к внешности, мне хочется продолжения, вкусить запретный плод и наконец-то расстаться с опостылевшей девственностью.

Нет! О чем я вообще думаю! Разве я могу переспать с этим хладнокровным полу-унжирцем?! Конечно, я знала о немногочисленных союзах землян с представителями других рас, но в отношении Шона подобное в голове не укладывалось вовсе.

Повернулась на живот, улеглась на подушку, даже не сняв брюки, закрыла глаза и прислушивалась к звуку работающих моторов звездолета. Так бы и уснула, но вдруг услышала тихое шипение, с которым открылась дверь каюты, а за ним и шаги. Боясь показать, что я не сплю, затихла и старалась не шевелиться.

Шонаари присел рядом, приподнимая вверх мою футболку. По спине прошелся холодок от его руки. Мужчина погладил меня, вызвав во мне волну сладкой дрожи. Вот и как тут отдохнешь?! Снова этот запах, оседающий во рту привкусом ванили…

Шон погладил еще раз, и я стиснула зубы, чтобы не застонать и не выдать себя.

— Спишь? — полушепотом спросил он, отбрасывая в сторону мои волосы, и я уже почувствовала его пальцы у себя под затылком. Они нежно массировали ямочку на шее, иногда опускаясь ниже, к позвонкам. Горячее, такое возбуждающе-контрастное дыхание вдруг стало совсем близким.

Шонаари просто лежал рядом, прижимаясь всем телом, и я чувствовала, что его окаменевшее мужское достоинство упирается мне в бедро. Кажется, оно огромное, как и сам хозяин. А потом моей щеки коснулся длинный язык, оставляя мокрый след. В этот момент я сдалась, отклонила голову в сторону, подставляя ему шею для поцелуя.

Все! Проиграла! Да и как можно терпеть такую пытку, когда весь низ живота сводит спазмами, а сердце стучит, словно только что пробежала кросс?

— Прекрати… — заставила себя сказать, но от волнения вдруг сперло дыхание. Я охнула, почувствовав тяжелую ладонь на груди, а пальцы Шона сжали сосок через ткань футболки. По всему телу промчалась волна страсти, ударившись об иллюзорный барьер моего сопротивления и разбивая его вдребезги.

— Прекратить? Но тебе ведь нравится, — томно произнес он, не переставая ласкать мою грудь и облизывать шею. — Скажи это сама!

— Не… Ладно… Да, мне нравится, — выдохнула, пытаясь распутать клубок своих, окончательно съехавших с катушек мыслей. — Нам же работать еще вместе.

— Разве секс — помеха для работы? — удивленно спросил мужчина. Откуда это чудо на мою головушку-то свалилось! И не поспоришь с ним ведь. У нас масса свободного времени.

— Не знаю. Я никогда им не занималась, — выпалила и повернулась, глядя в глаза сексуально-озабоченного, сладкого, в прямом смысле слова, чудовища.

Но почему-то в этот момент Шонаари не казался мне страшным. Да, у него грубая кожа непривычного цвета и пугающий взгляд рептилии. Но можно ведь рассматривать его, как… Экстремальное приключение, особенного персонажа в моей скучной жизни.

— В смысле, не занималась? — Он отпустил мою грудь, развернул меня, уложив на постель спиной, а сам навис надо мной, как скала, и я не могла даже дернуться, прочно зафиксированная его массивным телом. — У тебя вообще были другие мужчины?

— Нет, — рвано ответила я.

Может, теперь он передумает иметь со мной дело? В желтых глазах не мелькало никаких эмоций, только продолговатые вертикальные зрачки вдруг сузились, превратившись в тонкие полоски, а ноздри хищно раздулись.

— Очень хорошо, — выдохнул Шон и накрыл мои губы поцелуем, от которого я снова потерялась во времени и пространстве.

Я тянулась к нему, отвечала со всей накопившейся во мне страстью, стонала, когда он делал небольшие передышки. Его длинный язык творил со моим ртом нечто невообразимое, и я сама никогда бы не подумала, что смогу хотеть кого-то столь сильно.

Даже не заметила, как оказалась без футболки, и Шон принялся ласкать полушария моих грудей, осторожно прикусывать по очереди набухшие соски, обвивать их языком, чуть стискивая. В то же самое время шершавые руки гладили мой живот, втягивающийся от возбуждающих прикосновений. Не знаю, сколько длилось сладкое безобразие, но в тот момент, когда Шон перешел к застежке моих брюк, едва не разорвав их, по транслятору звездолета спасительно объявили, что мы входим в стыковочный шлюз «Аполло-17».

— Продолжим в отеле, — заявил наглец, спрыгнув с постели. — Собирайся, скоро будем на месте. — И вышел из каюты, как будто только что ничего не происходило.

— Чтоб ты провалился! — глухо простонала и, все еще находясь под действием опьяняющего возбуждения, пошарила руками, отыскивая свои футболку и бюстгальтер.

* * *

В зале было шумно — как раз прибыл большой пассажирский корабль, и наше трио ненадолго смешалось с толпой студентов-землян, вернувшихся с экскурсии. Но веселые голоса и гомон стали моей защитой, и я рванула вперед, чтобы не находиться в обществе Шонаари. Но вскоре меня нагнал Мауон, вежливо задержав у информационного табло.

— Постойте, Анна. Нас ждет миникар, на котором доберемся до отеля.

Ясно, они уже и машинку вызвали. Хоть я сама и была из богатой семьи, мы только недавно вылезли из денежных проблем. Так что несколько лет, пока училась на факультете финансов и кредита, приходилось жить в общежитии и добираться кругом на общественных транспортерах.

Потом мы жили неподалеку от нашего офиса, и я больше ходила пешком, изредка выбираясь с папой или Никитой на миникаре в другие сектора «Луны-2». Работала я, конечно же, в компании отца, которая после свадьбы должна была перейти мне и моему будущему мужу. Мама моя погибла давно, и мне ее всегда не хватало. Я сама никогда не стремилась к руководству. Мне хотелось бы заниматься семьей, обзавестись любимым мужем и детьми и не вникать в производственные вопросы. Иногда так хочется переложить груз проблем на надежного мужчину. Но, увы, Никита не оправдал моих ожиданий.

Мы вышли в длинный центральный коридор станции, где в отдельном блоке нас уже ждал миникар. Я считала, нас повезет водитель, но выяснилось, что транспорт Шон арендовал в личное пользование, и нам предстоит добираться до отеля самостоятельно. За руль уселся манаукец, а мы с шефом расположились позади.

— Отель «Новый Лондон», — прокомментировал Шон. — Найди его координаты, введи в навигатор, — добавил, обращаясь к Мауону.

— Зачем же терять время? Это совсем недалеко от зала прилетов. Думаю, Анна подскажет дорогу. Не так ли? — повернулся к нам манаукец, пробуравив меня взглядом красных глаз.

Нет, ну они это специально делают? Я же понятия не имею, где отель. Я вообще на «Аполло-17» не ориентируюсь. Но если откажусь, выдам себя, тогда они начнут выяснять обо мне правду.

Если рассуждать логически, земляне строят станции по единому принципу. И все отели находятся в основном неподалеку от зала отлетов, как и сказал безопасник. Отель Шон наверняка выбрал дорогой, значит он будет где-то около парковой зоны, но в том же секторе, где расположена деловая часть станции. Надеюсь, моя интуиция меня не подведет.

— Хорошо, — сглотнула я. — Нам сюда! — ткнула на поворот коридора, где находился светящийся указатель на всеобщем земном. Оттуда мы повернули направо, проехали пару секций уровня и поднялись на следующий на лифте, где увидели широкий коридор с различными бутиками, красивыми зелеными аллеями и пешеходными дорожками.

— А дальше куда? — приостановился на парковочном месте Мауон.

— Эм… Вот туда, — показала в сторону прозрачного соединительного блока, где пересекались коридоры. — Наверное, налево.

Черт, да что я говорю?! Нужно было сразу сказать, что не знаю, не помню, страдаю провалами в памяти. А сейчас слишком поздно.

— Мне кажется, мы едем неправильно, — заметил Шон, когда манаукец вылавировал между движущимися параллельно нам миникарами и транспортерами и выскочил на свободный участок пути. — Анна, ты уверена?

— Н-нет, — опустила голову, соображая, как же оправдать себя. Мы остановились на въезде в элитный жилой блок, и безопасник повернулся к нам, глядя то на меня, то на Шона.

— Значит, не знаете, где находится отель? — сверкнули глаза Мауона Ротани.

— Не… — Я отвернулась к окну, чтобы не смотреть ему в глаза. — Ах, вот же он! — едва не подпрыгнула, увидев висящую над дорогой вывеску с указателем «Новый Лондон», до которого оставалось двести метров.

Повезло, так повезло! Угадала! Я даже возгордилась собой в этот момент.

— Все отлично, — приобнял меня Шон, а я попыталась отодвинуться от него, вздрогнув. В этот момент он не использовал своих уловок. И хоть я уже немного обвыклась с тем, что он не землянин, все равно напрягало его соседство.

Я вдруг заметила, что мысленно перестала называть его жабенышем. Что со мной происходит? Хотя какой же он вообще «жабеныш»? Статный широкоплечий брюнет, правда холодный и серый, но это ничего. А на лице его вовсе не волдыри, как мне казалось изначально. Просто под плотной кожей расположены многочисленные мимические мышцы, которые его по-своему даже красят.

И пока манаукец парковал машину в транспортном блоке, мы с Шоном вошли в помещение и двинулись к стойке администратора. Обслуживание в этом отеле оказалось автоматизированным, а вместо приветливого работника сидела улыбающаяся всем одинаково робот-девушка. Как выяснилось, для нас были забронированы три номера, что порадовало несказанно. Значит, постоянно находиться со мной рядом мой временный шеф не намерен.

«Вот и славненько! — заявила правильная половинка моего рассудка. — Может, он вообще про меня забудет».

«Как же забудет. А продолжение? Ведь так хочется снова оказаться в его сильных руках и получить удовольствие», — возмутилась вторая, бесшабашная часть меня.

Так и не определившись в том, чего хочу, решила, что Шон снова воздействует на меня, и собралась было скрыться от него, как он поймал мои пальцы, осторожно сжав своей сильной рукой. Это оказалось неожиданно приятно, и я сразу остановилась, повернувшись к нему.

— Если ты не против, я хотел бы пригласить тебя на ужин, — заявил он, чуть прищурив свои большие глаза.

На ужин? Каков романтик! Я от него такого не ожидала. Поведет в ресторан? Я повела носом, снова чувствуя сладковатый аромат, которого мне так не хватало.

— Конечно, Шон, — тут же улыбнулась в ответ. — Я не против поужинать с тобой.

— Тогда сделаем это в моем номере, — даже не моргнул он.

Так значит, теперь это называется словом «ужин»? Знаю же, зачем позвал, а отказать не могу. Даже если пойду к нему и стану возмущаться, он снова околдует меня своим запахом, и я опять отвечу ему «да». Знаю! Я позвоню ему по комму и скажу, что я не могу. Только бы вырваться из отеля.

— Мне надо пройтись по магазинам. Я ведь пока не нужна? — сообщила Шону, все же забрав свою руку. — Хочу купить костюм для встречи и платье… — хотела было сказать «для ужина», но успела остановиться.

— Конечно, Анна. — Он склонился, осторожно лизнув мочку уха, а потом произнес с придыханием: — Я буду ждать вечера, постараюсь сделать сюрприз.

От его прикосновения меня словно током пронзило, а ноги непроизвольно сжались, чтобы хоть как-то унять желание. Да если бы Шон даже решил взять меня посреди коридора этого отеля, я бы не смогла ему отказать. Наклонила голову и отбросила волосы, открывая шею для поцелуя, который незамедлительно получила в виде прикосновения умелых губ и возбуждающей влажной дорожки, оставленной на коже длинным языком.

Чтобы прийти в себя, мне потребовался целый час, ведь голова кружилась, а тело пылало огнем. Особенно горячо отзывался низ живота, который тянуло сладкими спазмами. Но я все-таки прикрепила на руку комм, взяла сумочку с кредиткой и всякими женскими мелочами и вышла из отеля в широкий коридор сектора.

Шла, стараясь не оглядываться, хотя не думала, что Шон станет за мной следить. Добрела до центрального коридора сектора, где располагались магазинчики, прогулялась, бездумно глядя на представленные модели, и еле выбрала себе костюм с длинной юбкой, но зато узким приталенным пиджаком кремового цвета. Да и на юбке были высокие разрезы, приоткрывающие мои стройные лодыжки.

А потом уселась в кафе около пешеходной дорожки, заказала себя двойной эспрессо и теперь медленно поглощала напиток, собираясь с мыслями. Рядом стояли пакеты с покупками. За другими столиками сидели в основном земляне, они не обращали на меня никакого внимания. Я все же решилась и набрала Шонаари, в первый раз за эти дни желая сказать ему, что о нем думаю. Несколько секунд в комме слышала лишь молчание, а затем он ответил довольным голосом:

— Да, Анна…

— Шон, хотела сказать… — запнулась, но через миг продолжила: — Я не хочу ужинать… В смысле… С тобой не хочу… Это все неправильно.

— Так может быть, скажешь мне это лично? — усмехнулся он в комме, и я замолчала, вжав голову в плечи, а затем медленно повела взглядом, чувствуя какой-то подвох ситуации. Я даже носом потянула, словно могла так определить, не стоит ли Шон у меня за спиной.

За спиной он, конечно, не стоял, но я оказалась близка к истине. Шон как раз входил в прозрачные двери торгового центра в сторону кафе. За ним на расстоянии пары шагов шел Мауон Ротани в затемненных очках. Если бы не огромный, как и у шефа, рост и скрытая под одеждой мускулатура, его можно было принять за местного жителя, настолько непринужденно держался манаукец.

Я еще думала, заметил ли меня Шон или же случайно оказался рядом, когда он подошел и уселся за мой столик, отключив комм. На моего соседа тут же обернулись другие посетители кафе, и в это мгновение я почувствовала, что готова кричать: «Чего уставились?! Он такой же, как и все». Во мне моментально включилась защита, и я не сразу поняла, что мне на самом деле нравится, как выглядит Шонаари Малао.

— Так что ты хотела мне сказать, Анна? — расползлись в ехидной ухмылке губы рептилоида.

— Что я… Не могу ужинать. Голова болит, — выдохнула, глядя ему в глаза.

— Конечно, голова будет болеть. Как можно пить эту гадость? — Он протянул руку, взял мой эспрессо и принюхался.

— Эй! Это мой кофе, — возмущенно проговорила, но слишком поздно. Шон уже вылил напиток в утилизатор у столика. — Зачем ты это сделал?

— Я сам приготовлю тебе чай, когда вернемся в номер. Твоя головная боль пройдет, посмотришь. Ты закончила с покупками?

— Вообще-то только начала. — Проглотила комок в горле, соображая, как вести себя с Шоном. В этот момент он не провоцировал мое желание, и я терялась в собственных, не модифицированных ощущениях и внутренних противоречиях.

— Отлично. Тогда вместе и пойдем, — даже не моргнул этот гад.

Он протянул свою кожистую руку, помогая подняться, а Ротани, который оказался рядом, подхватил мои пакеты. И мне пришлось идти по торговому центру вслед за Шоном, пока мы не остановились у одной из витрин, где на голографическом манекене красовалось длинное платье темно-синего цвета. Это была брендовая вещь известного модельера, у меня дома имелась одежда из другой его коллекции. Но я не могла выдать своего положения, поэтому просто пожала плечами.

— Не мой фасон.

— А ты примерь, — загорелись желтые глаза Шона. — Хочу видеть тебя в таком платье сегодня вечером.

Мне ничего не оставалось, кроме как идти в примерочную и переодеваться. Надо отметить, вкус у шефа был отличным. Платье сидело на мне, как влитое, в меру подчеркивая достоинства фигуры, но не выделяя лишнего. Когда вышла в этом одеянии к Шону, он одобрительно кивнул, а уголки его губ приподнялись.

— Я заплачу.

— Не надо, — начала было возмущаться, но слишком поздно — он уже провел кредиткой по магнитной полосе терминала.

— Ну, все! Я сама в состоянии купить платье! И не хочу, чтобы мной управляли! У меня есть свои желания и планы, — сорвалась в крик, едва не плача. — Не хочу! — повторяла я, не обращая внимание на удивленные взгляды окружающих. Кажется, еще немного — и кто-нибудь вызовет копов. — И работать у тебя тоже не хочу.

Шон перехватил мою талию, прижимая к себе, и зашептал мне в макушку:

— Тише! Ты чего разошлась? Это нормальное желание мужчины, купить женщине что-то красивое.

Я замолчала и всхлипнула, потершись о ткань его рубашки, которая пахла какими-то нонарскими травами, дорогим парфюмом и ванилью. И в комплексе эти ароматы давали такой восхитительный микс, что голова закружилась. Какая у шефа твердая грудь, однако. Словно камень. Мои ручки тут же прошлись по кубикам на животе. Я даже забыла, что мы стоим посреди торгового центра, настолько увлеклась процессом изучения тела Шонаари.

— У тебя будет возможность меня потрогать. Сейчас мы заедем в одно место, потом в отель, — возбуждающе-низким голосом проговорил Шон, убирая от себя мои ладошки.

Обиженно посмотрела на него, словно у меня только что отобрали новую игрушку.

— Откуда ты взялся в моей жизни? — обреченно спросила, пытаясь прийти в себя.

— Это ведь ты сама пришла ко мне в офис несколько дней назад, — усмехнулся он. — Поехали, Ротани ждет нас.