ГЛАВА 5

Впервые в жизни Шонаари в чем-то сомневался так сильно. Он всегда знал, чего ожидать от любовницы или коллеги по работе, но сегодня даже его высший разум зашел в тупик и запутался в собственных предположениях.

Начать бы с того, что он увидел ошибку в расчетах раньше самой Анны. Но когда она тоже заметила и стала объяснять каждую строку в документе, он опешил. Откуда она вообще знала про двигатели и ускорители звездолетов, а помимо этого разбиралась в финансовой части вопроса? Он даже подумал сразу, что она сама подсунула ему неверные данные, но потом, когда Анна взялась рьяно все исправлять, снова засомневался.

Да кто же она такая? Нужно проверить другим способом. И он решил еще раз выяснить ее знание местности, приказав Мауону ехать следом. Анна совсем не ориентировалась на станции, это стало понятно еще до того, как они вошли в стриптиз клуб.

Уже в отеле он приказал безопаснику узнать, действительно ли там раньше находился ресторан, как говорила девушка. Это легко проверить. Как и предполагал, в том месте никогда не было ресторана. Значит, придумала на ходу, чтобы выгородить себя. Если она действительно шпионка, то у нее никакой подготовки, или же ее заказчики сильно поспешили, отправляя к нему своего агента.

Зато как она покраснела, когда поняла, куда попала! Ее лицо в этот момент стало таким милым, синие глаза потемнели. Шонаари снова увидел в ней черты, которые его особенно интересовали. На сегодня он решил оставить Анну в покое, а вот завтра как раз стоит сделать контрольную попытку оплодотворения. А потом ждать рождения ребенка, чтобы оценить результат эксперимента — главное, не выпустить девушку из поля зрения.

Собрание проходило в большом зале офиса землян, которые радушно встречали главу филиала унжирской корпорации. Их пригласили за круглый стол для проведения переговоров, где Шон расположился, внимательно наблюдая за своей помощницей. Узнав, что вместе с унжирцем прибыла землянка, начальник отдела даже как-то подобрел и теперь улыбался его секретарше, а потом и вовсе спросил что-то на всеобщем земном.

Он увидел, как побледнела девушка, и прислушался к разговору. Язык землян он понимал достаточно хорошо, ведь изучал его несколько лет.

— Анна, а мы нигде раньше не встречались? Ваше лицо кажется мне очень знакомым, — говорил ей землянин, подсовывая при этом чашку кофе.

Шон почувствовал, как его терпение вот-вот взорвется, будто в нем включился таймер бомбы замедленного действия. С его Анной флиртовали — это раз. И где землянин мог ее видеть? Хотя она вроде как жила на «Аполло-17», ее ошибка с рестораном — еще не доказательство.

— Нет, вряд ли, — ответила она, пряча от мужчины лицо, но от кофе не отказалась.

Она посмела ослушаться его?.. Как так? Шонаари не сразу понял, ревность ли это, или же в нем включаются нонарские приоритеты. Он запретил ей пить кофе только в целях заботы о будущем потомстве, но в этот момент ощутил другое, словно взыграло чувство собственности и желание подчинить девушку.

Тут же выбросив из головы лишнее, он уверил себя, что землянка нужна только для того, чтобы выносить его ребенка и передать ему лучшие гены трех рас. Он постарался переключиться на работу и основную цель своего визита сюда, тем более, все руководство как раз собралось за столом.

Переговоры затянулись на три часа, но Шонаари удалось убедить землян приобрести партию товара, теперь они обсуждали рабочие моменты грядущей сделки. Он ликовал в душе. Отец будет доволен им и поймет, что не зря доверил ему управление филиалом.

Узнать бы еще, кто виноват в ложных данных, которые ему хотели подсунуть, надеясь, что Шонаари не станет смотреть их до встречи. Он мысленно поблагодарил Анну за то, что у него появился повод посмотреть их заранее. Если бы он не хотел ее проверить, возможно, чей-то злой план мог бы и сработать, и Шонаари Малао предстал бы перед новыми партнерами в неприглядном свете.

После заключения сделки он вышел в холл компании и набрал в комме своего отца, не прекращая наблюдать за Анной, которая тоже вышла из конференц-зала и стояла, с интересом рассматривая голограмму звездолета, вращающуюся в центре помещения.

— Отец, мы подписали договор, — с гордостью сказал он.

— Даже не сомневался, что у тебя получится, — раздался в комме голос Лааоли. — Когда планируешь вернуться на «Астрею»?

Шонаари хотел было сказать отцу про свои планы в отношении землянки, но решил повременить до получения результата. Пускай это станет приятным сюрпризом.

— Через два дня. Нужно уладить еще некоторые вопросы здесь, — ответил он.

Сразу же после разговора Шонаари подозвал Анну к себе, уже предвкушая, что сегодня его семя прочно закрепится в ее организме, и совсем скоро в утробе девушки будет развиваться усовершенствованный высший тип разумного существа — будущая гордость Шонаари. Нужно поставить в вещах девушки отслеживающее устройство, чтобы точно знать, где искать Анну, если вдруг та надумает сбежать.

— Тебя можно поздравить с удачной сделкой, Шон? — ухмыльнулась землянка, еще не подозревающая о его великих планах. Он снисходительно улыбнулся в ответ.

— Это стоит отметить, как думаешь?

— Без меня, пожалуй, — хотела было отказаться она, поняв, что ей предстоит снова провести с ним эту ночь. Но Шонаари предвидел реакцию, поэтому тут же выдал новую порцию чарующих феромонов, довольно наблюдая, как меняется решение девушки. — Хорошо, как скажешь, — тихо добавила она со страстной ноткой в голосе.

— Тогда, пожалуй, закажу нам столик в ресторане заранее? — спросил он.

Пусть думает, что у нее есть выбор. Когда Анна родит его ребенка, он оставит ее в покое, и выбор у нее действительно появится, ведь он не планирует в дальнейшем вмешиваться в ее личную жизнь.

* * *

На этот раз Шон не просил меня показывать дорогу. Мы приехали в совершенно другой ресторан, который отмечался особенным пафосом. Кажется, это было самое дорогое место на всем «Аполло-17». Столики стояли поодаль друг от друга, накрытые белоснежными скатертями, между ними находились прозрачные, почти незаметные перегородки. Мягкие стулья, скорее похожие на уютные кресла, красными пятнами выделялись на фоне остального интерьера, отделанного в светлых тонах.

Нас встретил вечно вежливый робот и проводил прямиком до заказанного Шоном столика, который находился в углу зала. Наверное, Шон не желал привлекать лишнего внимания, хотя помимо нас в ресторане почти никого и не было.

Опустилась на удобный стул и пока думала о нас с Шоном, сам он успел сделать заказ на двоих. В скором времени передо мной оказался бокал, наполненный прозрачной жидкостью, похожей на шипучку. Я поднесла напиток к носу и вдохнула пряный совершенно незнакомый мне аромат.

— Что это? — с удивлением спросила я.

— Шампанское из земного винограда. Такой не вырастишь на станции, ему нужен естественный свет звезды. Его теперь выращивают на некоторых планетах ССР, но рецепт перенят у землян. Твои предки часто пили подобное, поэтому и тебе должно понравиться.

Шон оказался прав. Это был самый вкусный алкогольный напиток, который я пробовала за всю жизнь. Затем нам принесли блюда. Шон заказал что-то необычное. Я даже не могла толком понять, можно ли мне это есть.

— А это что?

— Кое-что из моей кухни. — Он хитро улыбнулся. Что он задумал? — Ну что, выпьем за удачно подписанный контракт? Если бы не твоя наблюдательность, я бы пропал.

— Да, за это и выпьем. — Подняла бокал, отметив, что бутылку вместе с ним не принесли, а это значит, что этими бокалами и обойдется. Что это, очередная забота о моем здоровье?

Пока жевала странное по вкусу и консистенции мясо, (хотя даже не была уверена, что это оно), в прозрачной перегородке прямо позади Шона вдруг материализовался головизор с важными новостями. Шону это было не интересно, потому он даже не обернулся, а я уставилась в экран, ведь на нем высветилось мое лицо. Вот черт!

«Пропала девушка двадцати четырех лет, Валерия Якушина. Если кто-то видел ее, просим сообщить…» — говорил ведущий новостей. Моя челюсть отвисла вниз от удивления. Шон обратил внимание на выражение моего лица, хотел было повернуться, но я резко схватила его за руку и широко улыбнулась.

Внутри разыгралась самая настоящая буря эмоций. Почему Тим не позвонил мне и не сообщил, что меня собираются объявить в розыск? Да мое лицо теперь каждый второй на «Аполло-17» увидел! Как буду спокойно находиться здесь, если меня в любой момент могут узнать и сообщить о моем местонахождении?

Интересно, кто меня ищет: мой папа или жених? Прошло достаточно времени, чтобы компания Никиты развалилась, а значит, свадьбу играть не нужно. Но вдруг они смогли протянуть это время, а папа опять будет настаивать браке с предателем, который хотел меня убить?

— Все в порядке? Что ты там увидела? — поинтересовался Шон, неожиданно нежно сжав мою руку.

— Здесь необычная система оповещения. Никогда не видела, — на ходу придумала, хотя такая система имелась на каждой станции — в случае важных новостей включались экраны везде, где только можно, для привлечения внимания.

— Это нормально на таких больших станциях. Ты уже поела? — Шон внимательно посмотрел в мою тарелку, на которой и половины съедено не было. Новости перебили весь аппетит.

— Да. Что-то больше неохота. Пойдем отсюда?

— Хорошо. Сейчас вызову миникар, — махнул рукой роботу Шон, чтобы попросить счет.

Как же мне повезло, что мой шеф не видел голоэкрана. Мало ли, что было бы, узнай он правду прямо сейчас, да еще и таким способом.

* * *

Шонаари не понимал, почему поменялось выражение лица землянки в момент просмотра новостей. Нужно будет завтра найти их и пересмотреть без спешки, а лучше отыскать записи с камер видеонаблюдения в ресторане и узнать, что именно вызвало в ней бурю эмоций. Но пока у него иная задача — плодотворно поработать этой ночью над воплощением плана по созданию совершенного потомства.

— Шон, мы едем в отель? — поинтересовалась Анна, пытаясь делать безразличное лицо, но он видел, что в этот момент ее опять что-то волновало. Понять бы, что именно!

— Да. Утром в зал отлетов, возвращаемся на «Астрею», — ответил Шонаари, обнимая гибкое тело землянки.

Он вдруг почувствовал, что снова хочет ее. И вовсе не потому, что так нужно в целях эксперимента. Просто неожиданно захотелось подчинить ее себе, заставить стонать в его руках и страстно шептать ЕГО имя во время секса. Знать, что это ОН довел ее до такого состояния.

Нет! Да, о чем он вообще думает?! Она всего лишь его подопытная, та, кто даст высшей расе нужный набор генов.

Но ведь так хотелось снова почувствовать ее сладкий оргазм и вместе с ней получить удовольствие. Понимать, что он, такой сильный и всемогущий, держит в своих руках хрупкую девушку, подчиняющуюся только ЕМУ.

Шонаари тут же успокоил себя мыслью, что во время оргазма вероятность беременности увеличивается, поэтому стоит постараться, чтобы Анне понравилось.

Она прильнула к нему, зарылась лицом в ткань его рубашки, осторожно поглаживая ладошкой широкую грудь, словно ей только этого и не хватало. Сам того не ожидая, Шонаари склонился, поцеловав висок, а рукой провел по бедру, медленно приподнимая вверх платье. До чего же нежная кожа! Он добрался до трусиков, осторожно поглаживая пальцем складочки за кружевом. Анна задрожала в его руках, то ли от страха, то ли от возбуждения.

Внезапно до него дошло, что он в этот момент не создает никакого запаха, а девушка не сопротивляется. Она хотела именно ЕГО!

Это открытие настолько поразило Шонаари, что он даже не поверил собственному предположению. Он отлично знал, что его нонарская половина не привлекает большинство женщин. Да что это с ними происходит?!

Чтобы меньше думать, он сделал то, что хотел сейчас — обхватил свободной рукой ее подбородок, стараясь не поцарапать, и жадно впился поцелуем в манящие губы, чувствуя, как робко Анна отвечает ему, прикрывает глаза, чтобы не видеть его лица, но тянется к нему. От этого ощущения член в брюках сразу напрягся и увеличился в размерах.

— Шон, не надо, — попыталась она отстраниться после поцелуя.

— Что с тобой? Тебе ведь нравится?

— Дело вовсе не… в тебе, — отвернулась она. — Не то, чтобы мне не нравилось. Просто…

Он же услышал слова Анны по-своему, воспринимая их крайне остро. Что бы он ни делал, как бы ни поступал с ней, он все равно останется для нее уродом! Разбираться в психологии землянок ему не приходилось никогда.

Ей не хватает феромонов, и без них он сам ей вовсе не нужен. Да что он вообще о себе возомнил? Ведь он знал, как за глаза называют нонарцев земляне, сравнивая с какими-то земноводными погибшей планеты. Он тут же напряг мозг, выдав порцию нужных элементов, и Анна затихла в его руках, только испуганно смотрела в глаза.

— Мы приехали к отелю, — ответил он безразличным тоном, стараясь не замечать, как девушка кусает губы от отчаяния.

— Я не хочу! Не пойду!

— Разве не пойдешь? — Он вышел из миникара и подал ей руку. Она шагнула наружу и тут же оказалась в его объятиях. — Куда же ты отправишься, Анна?

— Куда угодно, где нет тебя, — говорили ее губы, а глаза наполнились слезами. Тело дрожало в его руках от возбуждения, от той страсти, которую он для нее создавал, но разум изо всех сил еще пытался противиться действию феромонов.

— Идем в номер, — приказал он, не разрывая взглядов, пока изучал выражение ее лица.

Он замер, удерживая землянку за плечи, потом передумал. С глухим рычанием он подхватил ее на руки и просто понес. Перед ним отъехала дверь входа в отель, а администратор-робот проводила их все с той же нелепой улыбкой на искусственных губах, пока Шонаари проносил девушку по коридору, направляясь в свой номер. Она упиралась кулачками ему в грудь, но не могла противостоять его силе.

Она сжимала ноги и испуганно смотрела на него, но больше не сопротивлялась, а в синем океане глаз разгоралось желание. Платье задралось почти до талии, открывая взгляду Шонаари стройные ножки, которые так хотелось раздвинуть. Он потянул вниз декольте, разорвал очередной наряд и наклонился, захватив губами ее грудь. Чувствовал, что девушка покоряется запаху и готова отдаться ему прямо сейчас. Медленно потянул дальше уже бесполезный кусок ткани, только что бывший платьем, снял его полностью, оставив землянку в нижнем белье.

— Зачем ты это делаешь, Шон? Хочешь быть таким же, как все унжирцы? Ты ведь совсем не такой, — со злостью в голосе проговорила она, пока он решал, как с ней поступить. — Ради чего этот запах и нонарские благовония? Неужели ты не в состоянии обойтись без них, чтобы понравиться девушке?

Он сжал зубы от ярости. Да как она смела говорить такое ЕМУ? Кто она вообще такая?! Он не хотел ей нравиться! Анна — будущая мать его ребенка, он и выбрал ее только для этой цели. Но сейчас все самообладание разбивалось вдребезги, и Шонаари понимал, что хочет от нее большего: подчинить себе без лишнего воздействия, завладеть телом и услышать, как она сама умоляет войти в нее. Ненадолго он остановился, решая, чего же хочет сам.

Тем временем землянка воспользовалась представленной возможностью и резво бросилась в сторону ванной комнаты, заблокировав двери изнутри. Вот зараза! Думает, от него так легко избавиться? Тем интереснее игра! Он все равно сделает то, что собирался. С этой мыслью он сбросил с себя рубашку, оставшись лишь в брюках, и оценил взглядом прочность дверей номера.

* * *

Все хорошее когда-нибудь кончается. Мой же хороший вечер закончился, даже не начавшись. Сначала, пока мы с Шоном ехали обратно в отель, я пыталась унять тревогу, тем более Шон оставался сам собой. В его крепких объятьях мне было спокойно, словно нашлось на кого положиться и кому довериться. И абсолютно неважно, что он вовсе не похож на землянина.

Но потом, когда мы целовались, вдруг вспомнила, как он в прошлый раз соблазнил меня, почти принудил, ведь сама бы я ни за что не стала с ним спать. Похоже, сегодня меня ждала очередная ночь с ним. Зря я подумала, что Шон оставил меня в покое. Даже обидно стало — что я, игрушка, что ли, и мной можно пользоваться, когда хочется только ему? В совокупности с моими настоящими проблемами, это дало ожидаемый результат — я попыталась увильнуть и получила то, что получила…

И вот сижу в ванной комнате на краю джакузи и со страхом смотрю на двери, за которыми выходит из себя мой босс. И пристал же, как битумно-силиконовая смазка! А прятаться больше негде. Надеюсь, теперь он успокоится и отпустит меня в мой номер.

Вместе с треском разбивающегося пластика от удара ногой поняла — зря размечталась. Ну и сила! За первым ударом последовало еще два, и Шон вломился в проем, а я успела присесть, спрятавшись за бортиком ванной. В отражении зеркала видела разъяренного мужчину с горящими желтыми глазами, ноздри которого хищно раздувались, словно он по запаху пытался определить, где я нахожусь.

Поскольку на нем не было рубашки, я видела каждую его мышцу, каждый бугорок на сером теле, будто вылитом из стали. Да Шон просто совершенен! Идеальная секс-машина. И о чем я только думаю? А еще недавно считала себя такой правильной.

— Выходи! — приказал он, остановившись с другой стороны ванной, пока я пыталась слиться с полом. — Тебя видно в отражении!

Черт! Я обернулась, увидев еще одно зеркало на противоположной стене ванной комнаты. Пока зазевалась, надо мной нависла тень. Я медленно перевела взгляд на кубики его пресса, а затем Шон протянул мне свою руку.

— Что ты хочешь? — постаралась спросить как можно спокойнее, когда он поднял меня вверх и поставил перед собой.

Он нежно обнял меня своими лапами, а затем жарко поцеловал. Он даже не использовал своего дурманящего запаха, а я все равно таяла в его руках, как воск. Да что он со мной сделал?

— Я такой, какой есть. Да, во мне гены двух рас, — сказал он зло, с придыханием, когда закончил целовать. — Вопрос, каким хочешь меня видеть ты сама?

— Есть выбор? — попыталась вывернуться, но он сжал мою талию еще сильнее, до хруста под ребрами.

— Можешь помечтать, что есть. — Глаза Шона стали круглыми, а зрачки расширились. Он не волновался совсем. Такой самоуверенный, неповторимый, сексуальный монстр, мой шеф. В этот момент мы оба хотели одного — безумного секса, который мог бы успокоить бурлящую кровь.

Одновременно со следующим поцелуем он приподнял меня и усадил на широкий бортик джакузи. Я слышала, как позади меня льется вода, но все чувства сконцентрировались на поцелуях Шона. Он оставлял на моем теле небольшие засосы, потом зализывал эти же места языком, словно метил меня. И от каждой точки такого вот поцелуя в низ живота скатывались спазмами волны, страстно заставляли желать продолжения.

Рукой Шон потянул в сторону полоску трусиков, лаская набухший бугорок. Я стонала прямо в губы Шонаари, уже не сопротивляясь. Мои ладошки гладили его грудь, грубую кожу, возбужденный член под тканью брюк. Я даже не заметила, как джакузи наполнилось, а нас окутало облако пара.

— Ты выбрала удачное место для занятия сексом, — томно прошептал Шон мне в ухо.

— Мерзавец, — простонала, ведь в этот момент он разорвал мой бюстгальтер. На такого ненасытного белья не наберешься! — Я ничего не выбирала. Мы там не поместимся. — Обернулась и поняла, что ошибаюсь — места хватит на двоих, даже в излишке.

— К своему боссу нужно обращаться более уважительно, — произнес он, снова скрывая улыбку.

Да что это с ним? Черт знает, как вообще себя с ним вести. Но ответить не успела, потому что Шон ловко сорвал с меня трусики, подхватил за талию и поставил в воду. Я присела, чтобы скрыться от него хотя бы в воде, пока он сексуально расстегнул ремень своих брюк и сдвинул их вниз. Они упали вместе с его плавками, а сам Шон, уже обнаженный, шагнул ко мне, оказавшись рядом. Он отодвинул меня в сторону, но только для того, чтобы усадить на себя верхом, а сам откинулся к бортику, глядя при этом в глаза.

— Ты ведь только мой босс, но не мой мужчина, — съязвила я. — Секс — работе не помеха, сам сказал.

— Пока я здесь с тобой, ты моя женщина, — оскалился он, но я увидела в этом выражении плохо скрытую улыбку.

— И как же мне теперь обращаться к тебе уважительно? Ир Малао? Или все же апа Малао?

Я едва сдерживала смех, но в то же время жутко хотелось, чтобы Шон прекратил свои воспитательные беседы и просто взял меня в этой же ванной. Пузырьки приятно щекотали кожу, словно били по оголенным нервам. И я дрожала от какого-то дикого восторга и возбуждения, когда руки Шона поглаживали мои бедра и животик.

— Потом разберемся, — рвано сказал он и приподнял меня так, что чувствительное местечко тут же оказалось прижато к его твердой плоти.

— Ой, — только и произнесла, когда почувствовала, как он медленно и осторожно входит в меня. Задержала дыхание. На какое-то мгновение возникла та же боль, что в прошлый раз, но она быстро отходила, оставляя только приятные ощущения. От этой наполненности по всему телу пронеслась сладкая волна удовлетворения, и я двинулась вниз, чтобы почувствовать его плоть в себе. Наверное, в прошлый раз мне точно не показалось, что Шон регулирует свой орган под мой размер, ведь боли не было. Только, когда он начал медленно двигаться во мне, поняла, что член его увеличился и заполняет меня всю без остатка.

Я подавалась навстречу, впивалась ногтями в твердые плечи. Теплая вода в джакузи приятно обволакивала, дарила незабываемое ощущение неги. Я забылась, только удерживалась за бортики, когда Шон толчками проникал в меня снизу, удерживая за талию.

Как я могла считать холодным этого полукровку, похожего на ледяную статую внешне в одни моменты, страстного и горячего в другие? Будто он был создан для любви, которой ему так недоставало на самом деле, несмотря на его способности и возможности.

Считая себя унжирцем, он пытался подчиниться их миру, их правилам, не задумываясь о том, что внутри него скрывается совсем другой мужчина, который способен на большее, чем просто нагло соблазнить понравившуюся девушку. Я видела это по его глазам, к странному взгляду которых уже привыкла, чувствовала в движениях его рук, тела, когда он, стараясь не поранить меня, доводил до высшей точки наслаждения.

Я гладила серое лицо, запускала пальцы во взъерошенные темные волосы, потом царапала плечи, скользила ладошками по мокрой груди. Шептала бессвязно его имя в моменты между проникновениями. Хотела просто принадлежать этому странному мужчине, с которым свела судьба.

Все мое тело сводило судорогами, и я выгибалась назад, удерживаемая сильными руками, когда Шон остановился, решив сменить позу. Он поднял меня вверх и усадил на бортик. Голова кружилась, а низ живота ныл от неудовлетворенности. Я с трудом понимала, что хочу его даже без воздействия всяких феромонов.

— Оказывается, ты страстная девочка, Анна, — услышала голос Шонаари. — Или не Анна? Так как тебя зовут на самом деле?

— Неважно, — выдохнула, приходя в себя. Что он мог обо мне знать?! Сердце застучало, и я только глотала воздух, пытаясь успокоиться.

— Так что, не скажешь? — чуть хрипловато произнес Шон, прижимаясь ко входу в лоно своим мужским органом, но не проникал, словно дразнил меня.

— Это шантаж? — сказала, глядя ему в глаза, но старалась держать себя в руках, хотя он и так чувствовал мое волнение.

— Своего рода. Ты ведь сама потом расскажешь, да? — произнес он.

— Даже не мечтай, — проговорила в ответ. Вдруг с возбуждением поняла, что он собирается делать.

Шон опустился ниже и принялся ласкать языком чувствительный бугорок между складочек, периодически проникая им в тесное пространство. Если это был шантаж, то уж очень приятный. Первые секунды смущалась, а затем приняла правила игры. Да и выхода другого не имелось, ведь ладони сжимали мои бедра стальной хваткой, и я даже не могла пошевелиться, отодвинуться от настойчивого шефа. Да и не очень-то хотелось.

Не знаю, сколько длилось это безумие, но вскоре, когда пространство вокруг меня вдруг потемнело, а сладкие спазмы в теле усилились, не выдержала. Удерживаясь за плечи Шона, понимала, что есть только я и он, а весь мир просто растворился в ощущении экстаза. Я стонала, пока приходила в себя, а Шон в это время гладил мои бедра и живот. А потом подхватил на руки, и я поняла, что он несет меня в спальню через выломанную им же дверь.

Правда в комнате он все-таки поставил меня на пол и набросил мне на плечи большое полотенце. Я тут же спряталась от его взгляда за иллюзорной защитой, закрепив полотенце выше груди, но уже понимала, что вряд ли выйду сегодня из номера шефа. Да и не бегать же в таком виде по коридору отеля!

Шон действительно не спешил меня отпускать, ведь еще не получил удовольствия сам. Он так и стоял посреди комнаты обнаженный, и я чувствовала, что мое лицо заливается краской от созерцания его тела — идеально гладкого, без всяких волос, которые имелись только на голове, с темно-серой кожей, под которой скрывалась груда мышц и странных бугорков. Быстро высушив свою голову и тело, Шон поманил меня к себе, усевшись на краю постели.

— Иди ко мне, малышка, — с ехидством в голосе произнес он.

— Ага, разогналась, — провела взглядом, пытаясь понять, как от него сбежать. — Не хочу!

— Доказать, что хочешь?

— Не нужно. Это нечестно, Шон! Зачем ты затеял неравную игру?

— А ты? Зачем пришла ко мне в офис? — парировал он, прищурив свои желтые глаза.

— Мне просто нужна была работа, требовались деньги. Это правда, — не сдавалась в надежде, что он меня отпустит. — Я ведь тебе не нужна. У тебя положение, деньги. Ты здоровый, молодой, кра… — застряла на слове, — …мужчина и можешь получить почти любую землянку или еще кого захочешь. Неужели ты намерен спать со мной вечно?

— Обещаю, когда мы вернемся, я до тебя даже не дотронусь, раз ты не хочешь продолжения. Но сегодня уже не могу остановиться. Ты завела меня, Анна, — проговорил он, и я увидела, что он поднимается и, словно хищник, направляется ко мне. — Неужели у тебя хватит совести оставить меня неудовлетворенным? — вкрадчиво добавил он, нависнув надо мной. Одной рукой он прижал меня к стене, а второй ловко сбросил с меня полотенце, и оно упало на пол.

— Если у тебя нет совести, зачем у меня ее ищешь? — подняла голову, но он не дал мне продолжить возмутительную тираду и накрыл мой рот поцелуем, от которого подкосились ноги.

Конечно, я хотела продолжения, хотела остаться с ним на ночь. Но при этом ясно понимала, что не нужна полукровке. Как и других унжирцев, его интересовал только секс. Зря надеяться на серьезные отношения не стоит. Да и о каких отношениях может идти речь, если с дня на день мне должен позвонить Тим, и я улечу домой?

— Так что? — уточнил Шон после поцелуя обольстительным тоном. — Остаешься у меня?

— Я подумаю… — начала было говорить, но Шон уже подхватил меня на руки и понес на кровать.

Уложив меня, он навис надо мной, и все началось заново — ласки, поцелуи, безумие, овладевшее нами обоими. Не знаю, сколько это длилось — я уже потеряла счет времени, утопая в страсти, теряясь в моих стонах и его нежных словах. Потом Шон долго держал меня в объятиях, не дав даже подняться. Я сжала ноги, понимая, что завтра будет все болеть. А еще начнутся новые муки совести. Но сегодня хотелось остаться рядом с ним, ведь было хорошо.

Завтра все закончится так же скоропостижно, как и началось. Скорее бы улететь от него, чтобы больше никогда не встречаться, потому что я не смогу смотреть на Шона прежним взглядом. И не выдержу, если он заведет с кем-то новый роман. Слишком больно это осознавать. Но время лечит. Рано или поздно я смогу забыть о Шонаари Малао и жить спокойно.