Глава 30

Подруга меня не ждала. Ещё бы – время ужина. В такое время я обычно дома, с семьёй. Люська сидела за одним из столиков своего бистро и что-то писала в блокноте. Увидев меня, она удивлённо вскинула брови:

– Что-то случилось?

– Случилось! – выпалила я. – Я ушла из дома. И ужин не приготовила.

– Как? – Люська медленно поднялась со стула. – Ты голодная? Тебя покормить?

– Да ну тебя, – хихикнула.

Внезапно на душе стало легко и радостно, словно я сбросила с плеч тяжёлую ношу.

– А ну-ка пойдём в мой кабинет, – строго приказала подруга. – Там всё расскажешь.

Чеканя шаг на своих шпильках, она проследовала к дубовой двери за стойкой. Дождавшись, когда я войду внутрь её малюсенькой каморки, заперла дверь на замок.

– Выкладывай, что на этот раз выкинул твой любимый.

– Он поцеловал меня.

– Невидаль какая! – присвистнула Люська. – Первый поцелуй?

– Нет, но просто… – я вздохнула, прикрывая глаза и глупо улыбаясь. – Другой совсем. Такой медленный, сочный… Стас никогда не целовал меня так. У меня аж внутри всё перевернулось…

– Ладно, давай без всех этих подробностей. Мне ещё работать.

– А потом он всё испортил. Приказал сидеть дома и не совать свой нос, куда не надо. Похоже, его взбесило, что я нашла работу.

– Работу?

– Да, позвонила Травкину и согласилась работать у него.

– Руслану? – Люська удивлённо вылупилась на меня. – А откуда ты узнала его телефон?

Я смутилась. Так и не рассказала подруге о нашей с ним встрече. Значит, придётся признаться в этом сейчас.

– Случайно встретила его, когда ехала на концерт к Натке. Красавчик. Удивительно, что могут сделать с человеком какие-то десять лет…

Я нахваливала нашего однокурсника, расписывая его самого, машину, какой он успешный… пока не заметила, как хмурится Люська.

– …Я что-то не так сказала?

– Всё так, просто он самый настоящий козёл!

– Ну знаешь! У тебя все козлы – и Стас, и Руслан. Может, тебе стоит пригладить колючки – глядишь, и на твоём горизонте появится какой-нибудь принц! Рус – отличный парень. С юмором, обходительный, умный. Да ты сама советовала мне попроситься к нему на работу.

– Да, советовала. Хотела, чтобы ты была поближе к нему, понаблюдала за ним.

– Шпионила? – я опешила.

Люська стиснула ладони, закусила губу.

– Да вовсе нет, Слав. Просто… Рус хочет отобрать у меня бизнес…

– Как это?.. – хорошо, что стул стоял рядом, а то бы я упала прямо на пол.

– У него развлекательный и ресторанный бизнес, и он скупает нужные ему помещения. – Люська моргнула, и я увидела, как слезы блеснули в ее глазах. – Вот и мое маленькое бистро ему зачем-то понадобилось.

Я обняла подругу.

– Всё будет хорошо, я сделаю, как ты хочешь. Главное, чтобы ты не потеряла бизнес.

– И когда твой первый рабочий день?

– Послезавтра.

Люська ахнула:

– Уже?! Так нам завтра столько дел надо сделать! – подбежав к столу, она схватилась за телефон. – Тебе срочно нужно хоть что-то сделать со своим внешним видом! И одежда ведь для работы в офисе нужна хорошего качества и дорогая!..

– С одеждой проблем нет, а вот что тебя не устраивает в моем внешнем виде?

– Слав, ты давно смотрелась в зеркало? Нет, ты очень хорошенькая, но вот эта твоя крестьянская коса скрывает всю твою красоту. И косметику изобрели не просто так, чтобы в косметичке годами пролеживала. Думаю, что лучше всего тебе сегодня же позвонить своей золовке.

– Алисе?! – я улыбнулась, доставая из сумки телефон.

Сестра Стаса давно предлагала мне свои услуги и обещала, что как только я решусь прийти к ней в салон, она примет меня без очереди.

***

Домой вернулась, когда уже стемнело. Тихонечко открыла дверь и на цыпочках прошла по коридору. Дверь в мою спальню была открыта и даже в полутьме я увидела стоявшие там ведра с краской. Из-под двери Наткиной комнаты выбивалась полоска света – дочь не спала. Я постучала..

– Кто там? Мам, ты? Входи.

– Откуда знаешь, что я? – улыбнулась, входя и закрывая дверь.

– А кто ещё? Папка спит без задних ног, храпит, как медведь.

– Храпит?

– Ну да. Напился, – дочь захихикала. – Видать, ничего не ел, вот и…

Я нахмурилась:

– Что «вот и»? Тебе откуда знать? Мала еще.

– Ой, мам! – Ната закатила глаза. – Вообще-то я тоже голодная.

– Прости, я была у тёти Люды.

– А, ерунда, за меня не переживай. Юрка мне привёз Биг Мак.

Я погладила дочь по плечу.

– Ложись спать, уже поздно.

– И ты, мам. Спокойной ночи, – Дочь чмокнула меня на прощание в щёку.

…Свет в коридоре включать не стала. Заглянула в спальню Стаса. Воздух в комнате был спёртый, пропитанный перегаром, и я с облегчением вздохнула – проведу ночь на диване в гостиной.

***

– Это ещё что такое? – я повернулась и открыла глаза. Прямо надо мной возвышался муж с чуть отросшей за ночь щетиной и опухшими глазами. Я медленно перевела взгляд с его лица на обнажённую грудь и ниже – туда, где из боксеров выпирал твёрдый ком. Сглотнула, чувствуя, что краснею.

– Ты не мог бы одеться?

– С какой стати? Я у себя дома и на мне, слава богу, трусы.

– Подумай о дочери.

– Ещё слишком рано, и её пушкой не разбудить. Зато у меня к тебе вопрос – что ты делаешь здесь, на диване?

Я уже села, стиснув на груди плед.

– По-моему, это ты задумал какой-то ремонт в моей спальне.

– Но у нас их две, и в моей достаточно места для моей супруги.

– Москалёв, ты был пьян, храпел, как кабан, и от тебя до сих пор воняет перегаром. Советую поскорее почистить зубы и идти на работу.

Стас состроил кислую физиономию.

– Так понимаю, что завтрака тоже не приходится ждать?

– Думаю, что тебе лучше выпить огуречный рассол.

– Я предпочёл бы кофе.

– С этим, насколько я знаю, ты сам прекрасно можешь справиться.

Я отвернулась, избегая смотреть на мужа. Похоже, я немного переборщила. Ещё недолго – и мне несдобровать.

Как ни странно, Стас промолчал, ушёл в кухню, и скоро я услышала звяканье посуды – вероятно, он что-то готовил.

Ната заспанная заглянула в гостиную.

– Мам, вы снова поссорились? – в ее глазах читалась тревога.

– Не обращай внимания, дочь, всё как обычно.

Она присела возле меня, положила голову мне на плечо.

– Мам, папа тебя любит, я знаю. Он просто сам этого не знает.

Улыбнувшись, я погладила ее по взлохмаченной макушке.

– Ну если так, то хуже для него. Я устала.

– Мам… – голос Наты стал тоненьким, словно вот-вот сорвётся. – А как же я?

– Малыш, мы оба тебя любим, очень-очень, и ты всегда будешь для нас на первом месте. Ты вырастешь, встретишь человека, которого полюбишь, и будешь счастлива. У тебя будет свой жизненный путь. У каждого человека он должен быть своим и не зависеть ни от кого.

– Мам, я уже встретила такого человека, – прошептала она. – Юрка такой классный. Он меня любит – он так сказал. И я, мне кажется, тоже его люблю.

– Ну у вас еще всё впереди, – вздохнув, я встала. – Тебе еще рановато забивать голову мальчиками.

– Но вы же с папой тоже полюбили друг друга еще со школы.

Я ничего не ответила. Полюбили… Знала бы она, как завязались наши отношения. Любовью там и не пахло. Вот и расплачиваемся сейчас за это, а вместе с нами и наша дочь.

***

Я только успела войти в салон, как ко мне подошла молоденькая девушка с огромнейшими ресницами, похожими на крылья бабочки Махаон.

– Вы Владислава? – Я кивнула, осматриваясь. Я ни разу не была в салоне Алисы, хотя она всячески меня зазывала. – Проходите, пожалуйста. Вам чай или кофе?

– Я бы не отказалась от стакана воды.

Меня усадили в кресло, и уже через минуту передо мной стояла бутылка с минералкой.

– Слава, наконец-то! – в отражении зеркала появилась Алиса. – Я так рада, что ты пришла!

– Я тоже рада. Наверное.

– У тебя есть какие-то идеи, что ты хотела изменить бы в своём стиле?

Я пожала плечами. У меня никаких идей не было, я даже не представляла, как могла бы выглядеть после посещения салона.

Алиса радостно хлопнула в ладоши:

– Ну и отлично! В таком случае у меня множество всяких идей! Сегодня я сделаю из тебя такую конфетищу, что мой брат рухнет, увидев тебя!

– Надеюсь, ничего драматичного? У меня завтра первый рабочий день.

– Ого! Ты наконец-то решилась покончить с домашним хозяйством? Сочувствую Стасу, – она хихикнула. – Так ему и надо!

…Я провела в салоне большую часть дня. От всего происходящего у меня кружилась голова. Меня крутили, вертели, а я чувствовала себя принцессой. Каждый раз, когда бросала на себя взгляд в зеркало, с изумлением осознавала, что я это не я, а совершенно другая молодая женщина. Улыбка уже не сходила с моих губ, а ощущение самоуверенности было для меня таким новым и острым, что в душе поднималось ликование. Теперь со мной не сравниться красотке Марго или той же Белецкой! Я – само совершенство, начиная от аккуратных пальчиков на ногах и заканчивая блестящими локонами, обрамляющими моё лицо.

– Ну что, довольна? – Алиса обняла меня за плечи.

– Слов нет. Я себя не узнаю.

– А ведь я тебе давно говорила – приходи. Но лучше поздно, чем никогда.

***

– Славка! – Люська охнула, а потом восторженно взвизгнула.

Я позвонила ей перед уходом из салона. Подруге втемяшилось в голову пойти в торговый центр и накупить мне стильных вещей.

«Да, – сказала она, – вещи должны быть не просто брендовыми и дорогими, но и стильными, а у тебя, дорогая, с этим проблема».

Мне не хотелось тратить деньги на тряпки, я пыталась возражать, но Люська была непреклонна. Честно говоря, сейчас, глядя в зеркальце ее автомобиля, я была рада, что подруге удалось меня уговорить. Такой красотке, какой я была сейчас, просто необходима смена гардероба.

***

Помощь Славки с контрактом на самом деле мне была не нужна – все её пометки пришлись в тему, и я готов был встретиться с клиентами уже на следующей неделе, чтобы обсудить вопросы и подготовиться к подписанию документов.

Олег Смородин последнее время ходил мрачнее тучи и на мои вопросы отвечал коротко, говоря, что это личные проблемы. Он меня беспокоил, все-таки он финансовый директор и должен быть в хорошей форме, состояние дел компании зависят от состояния команды.

Не заходя к себе в кабинет, я прошёл прямо по коридору. Смородин был уже у себя – я видел его машину на парковке. Уже взялся за дверную ручку, когда моё внимание привлёк его злой голос. Он разговаривал с кем-то по телефону. Сам не желая того, я прислушался.

– …Ты все испортила со своей дурацкой беременностью! Москалёв правильно сделал, что турнул тебя! Ты самая настоящая дура! Стас не лох, ты не на того напала!..

Я замер. Смородин разговаривал с Марго.

Какое-то время была тишина. Она что-то говорила Олегу, но я не слышал.

– …А если бы он поверил тебе? Ты об этом не подумала? Попросил бы сделать анализы там какие-то, тесты?.. И что? Дура ты, Маргарита, самая настоящая дура…

Какое-то время я стоял возле двери, раздумывая, стоит ли прерывать разговор. Потом повернулся и пошёл к себе. Уже знал, что сделать.

Первым делом, войдя в приёмную, попросил Любу связаться с отделом безопасности. Пусть поднимут личное дело Смородина, покопают поглубже. Подслушанный разговор насторожил меня. Судя по всему, Маргариту Бессонову и финансового директора моей компании связывали какие-то другие узы, кроме рабочих.

***

После долгой беседы с менеджером по безопасности я всё же решился набрать Марго. Хотелось ещё раз посмотреть ей в глаза, может даже понять, какую цель она преследовала, соблазняя меня. Я прекрасно понимал, что всегда был лакомым кусочком для женщин, но ведь не до такой степени, чтобы разыгрывать беременность.

Марго долго не отвечала. Я даже представлял, как на том конце она с сомнением, а может даже и со страхом, смотрит на свой вибрирующий айфон. Наконец, раздался ее томный с сексуальной хрипотцой голос. То ли я был так зол на Марго, то ли по каким-то еще причинам, но обычной реакции на него не последовало.

– Ну, здравствуй, – я постарался придать чувственные интонации.

Незачем её пугать.

– Ты по делу или как?

– А как ты думаешь?

Она хмыкнула:

– Боюсь ошибиться, но мне кажется, ты хочешь меня увидеть.

– Ты не ошиблась. Нестерпимо хочу.

Марго в ответ рассмеялась грудным смехом, совершенно не догадываясь, что у меня совершенно другой повод для свидания с ней, чем она себе вообразила.

– Встретимся в нашем отеле? – спросила она.

– Для начала я хотел бы пригласить тебя поужинать. Ты помнишь тот ресторанчик на Тверской, где отличный стейк из Альберты?

– Разумеется.

– Тогда давай завтра в шесть.

В трубке воцарилось молчание.

– Это так ты хочешь видеть меня? – спросила она спустя минуту.

– Извини, сегодня у меня важная встреча с клиентами из Германии, скорее всего, она продлится до поздней ночи.

Марго вздохнула, явно притворяясь, что разочарована.

У меня действительно назначена встреча. Один из известных немецких концернов приглашал меня на конференцию, надеясь, что я прочту несколько лекций для их сотрудников. На эту встречу я собирался вместе с Олегом Смородиновым, но в связи с открывшимися обстоятельствами поеду один. Мелькнула мысль взять с собой Славку – немцы уважают людей, приверженных семейным ценностям, к тому же, судя по тому, как жена поработала над моим многострадальным контрактом, мне не помешали бы её мнение и помощь в некоторых экономических вопросах.

Слава не ответила на телефонный звонок. Я позвонил ей через час – и снова без успеха. Уже после работы, пока стоял в пробке на светофоре, попробовал набрать ей ещё. И опять ни ответа, ни привета. Вздохнув, понял, что придётся развлекать клиентов в одиночку.

***

Стоя перед входной дверью, долго копалась в своей объёмной сумке, пытаясь выудить ключи. Руки были заняты бумажными и пластиковыми пакетами с обновками, которые я купила под чутким руководством Люськи. Сдавшись, нажала на кнопку звонка – Натка должна быть уже дома. С облегчением услышала топот.

– Мам! – воскликнула она, распахивая дверь. – М-мам?..– притихла, а потом разразилась восторженными воплями. – Ауф-ф! Офигеть можно! Ты такая сасная хен, ма! Я тебя стэню! – я замотала головой, не понимая, что говорит Ната.

– Выражайся нормальным языком, пожалуйста, – бросила покупки на пол и с облегчением выдохнула.

– Дай зачекать мерч.

– Что?

– Ну шмот.

– Так, всё! Я совершенно не понимаю, каким языком ты пользуешься.

В ответ Натка довольно расхохоталась.

– Просто хочу сказать, что ты очень красивая.

Я не могла не поверить дочери, в глазах которой отражался восторг. Она уже подхватила мои покупки и потащила в гостиную.

– Не сюда! – крикнула ей вдогонку и указала на дверь спальни. Глянула на часы – время еще позволяло разобраться в шкафу и приготовить еду. Решила, что лучше не оставлять семью без ужина больше раза в неделю.

…Ужинать пришлось в одиночестве. Натка положила еду в тарелку и заперлась у себя в комнате, оставив меня одну. Стас так и не появился. Время от времени я бросала взгляд на часы, но стрелки неумолимо перемещались, забирая последние надежды. Поев без аппетита, я загрузила посуду в посудомоечную машину и отправилась в спальню. Несмотря на приподнятое настроение и отлично проведённый день, навалилась усталость. Прогулка по торговому центру тоже сказывалась – мышцы с непривычки болели. Я прилегла на край кровати и незаметно для себя уснула.

***

Освободился глубоко за полночь. Распрощавшись с подвыпившими немцами, я вызвал такси Uber, не решившись сесть за руль в нетрезвом состоянии.

Дом встретил меня тишиной и темнотой. Не включая свет, я прокрался в ванную. Горячий душ после долгого рабочего дня – самое то, что нужно. Долго стоял под колкими струями, запрокинув лицо. С каждой минутой напряжение и усталость покидали меня, смываясь и утекая вместе с водой. Уже представлял, как завалюсь в постель, вытяну конечности, растекусь морской звездой…

Обтеревшись полотенцем, затянул его вокруг бёдер и отправился к себе. Щёлкнул выключателем и обомлел – Славка, свернувшись в комочек, крепко спала, подсунув под щёку ладошки. Лежала на краю в своём цветастом халатике, полы которого разошлись, обнажив коленки. Вьющиеся волосы разметались по подушке. Такая трогательная, нежная… И так правильно находящаяся здесь, в моей постели… в нашей постели.

Выключив свет, чтобы не разбудить её, я сел рядом. Провёл рукой по волосам, плечу. Слава чуть шевельнулась.

– Мышонок, давай-ка ложись нормально, – прошептал, скорее обращаясь к себе чем к ней. Развязал поясок её халата, осторожно стянул его с плеч жены.

– Стас?.. – пробормотала она.

– Тсс, спи…

Мои ладони покалывало от прикосновений к бархатистой коже Славки. Носом уткнулся в её макушку, вдыхая аромат земляники и каких-то цветов. Мой вздыбившийся приятель требовал привычного удовлетворения, и я еле сдерживался, чтобы не позволить слабости взять верх. Я сам не понимал себя, не знал, почему не хочу воспользоваться моментом и взять эту принадлежавшую мне по закону женщину. Я желал Славку, такую привычную Славку, свою Мышь, и это было странно.

Укрыв её одеялом, обнял её и долго лежал с открытыми глазами, не в силах перестать думать о превратностях судьбы. Похоже, я влюбился в свою жену.

***

Спала, как убитая, совершенно не ведая, где. И только под утро, когда сон стал более тонким, появилось ощущение, что рядом со мной кто-то находится. Мало того, даже давит. Заворочалась, но тут же замерла, окончательно проснувшись. На моей талии и животе лежала рука. Мужская. Мгновение, и сон как ветром сдуло. Распахнула глаза и взглядом вперилась в картину, которую сама вешала в спальне Стаса. Ох, точно, теперь я вспомнила, что набегавшись за шмотками и закончив раскладывать их по полкам, прилегла отдохнуть.

Я провела рукой по своему телу, замирая от ужаса. Я голая! Как, почему? Что это значит? Я прекрасно помнила, что мужа дома не было до поздней ночи. Выходит, Стас пришёл чёрт знает в какое время, раздел меня и…

Из горла невольно вырвался какой-то полуписк-полустон. Ладонь Стаса, до этого неподвижная, передвинулась выше, к груди.

– Стас? – пока не поздно, повернулась к нему, заодно скидывая его руку с себя.

– Доброе утро, мышонок.

– Что ты тут делаешь? – я отодвинулась от него, втискивая одеяло между нашими телами.

– То же, что и ты – сплю. Или ты предлагаешь нам заняться чем-то ещё?

От его слов я чуть не подскочила – села на краю, свесив ноги.

Рука мужа скользнула по моей спине, вызывая рой мурашек, мгновенно разбежавшийся от копчика до затылка.

– Извини, я уснула вчера… – пробормотала, чувствуя смятение.

Рука Стаса скользнула ниже, а затем он внезапно потянул меня на себя. Не успев среагировать, я упала навзничь, одеяло слетело в сторону. Услышала его «оуф-ф», затем хриплый шёпот:

– Ты у меня такая красивая… – в следующее мгновение его ладони накрыли мои груди.

От неожиданности и смущения я потеряла дар речи, только смотрела в потемневшие глаза мужа, склонившегося надо мной. В них полыхало пламя и ещё что-то, незнакомое мне. Никогда ещё Стас не смотрел так на меня.

Всхлипнув, попыталась натянуть на себя одеяло или хотя бы простыню, но Стас стиснул мою ладонь.

– Не надо… Я хочу видеть тебя.

– Стас, пожалуйста… нет, – я уже знала, что за этим последует.

Снова раздвинет мои ноги, ляжет сверху всей своей массой и вонзится своим прибором в меня. А потом будет долго и часто дышать мне в ухо, пока не угомонится. У нас с ним такое раз восемь уже было, но тогда было темно – это происходило обычно ночами, когда Стас приходил после очередной попойки, а сейчас утро, светло, и он так жадно смотрит на меня.

Сейчас всё было почему-то по-другому.

Стас устроился рядом со мной, и я старательно избегала смотреть на его обнажённое тело, загорелое и мускулистое. Мне казалось, что это даст мне шанс избежать дальнейшего.

– Мышь, я хочу тебя. Прямо сейчас.

– Стас, прекрати, – я издала нервный смешок. – Уже утро, и тебе скоро собираться на работу. Дай я лучше сварю кофе, – попыталась подняться, но муж удержал меня.

– К чёрту кофе, – его ладонь скользнула по виску, пальцы запутались в волосах. – Давай начнём всё с нуля?

– Как это? Зачем?

Он тихо рассмеялся.

– Сам не знаю. Просто хочу любить тебя.

На мгновение стало обидно. Стас хочет любить меня. А что мешало ему это делать раньше?

– С чего бы это?

– Знаешь, всё это время я был идиотом и даже не подозревал об этом. Позволь мне, я прошу…

Его пальцы скользнули вниз по шее, провели по ключице, а у меня появилось странное чувство внизу живота, словно там разыгрались рыбки-гуппи. Подобное со мной случалось очень давно, еще в школьные годы, и тоже было связано со Стасом. Каждый раз, когда он был рядом, где-то внизу живота возникали те же самые ощущения.

– Расслабься, – прошептал он мне в губы, и мягко прикоснулся к их уголку своими губами.

Стало чуть щекотно, и я чуть приоткрыла рот, чтобы вздохнуть. Стас же воспользовался этим, обвёл языком сначала верхнюю губу, затем втянул обе и втиснул язык промеж моих зубов, невольно заставляя меня затаить дыхание, а от солнечного сплетения, словно круги по воде, расходился жар, болезненно-сладко отдаваясь между ног. Казалось, что там у меня так мокро, что даже простынь стала сырой, или…

– Мышка, ты такая влажная, – от прикосновения его горячей ладони «там», я задохнулась, залилась краской стыда. Значит, и правда я мокрая… ох… – Вся течёшь, – следующее заставило меня зажмуриться – Стас облизал пальцы, которыми только что трогал меня между ног. Я услышала его тихий смех. – Такая невинная. Совсем как девочка.

Его слова снова покоробили. Конечно, куда уж мне до его опытных шлюшек. Ну и что! Я дёрнулась, попыталась оттолкнуть мужа.

– Слав, Слав, я же не сказал, что это плохо. Ну что ты дуешься? Ты у меня замечательная. – Губами скользнул к шее, прокладывая дорожку из мелких, чуть колких поцелуев. – Расслабься, дай мне возможность исправиться…

Мне очень хотелось сделать так, как он просил, но я боялась, припоминая, как неприятно чувство жжения, когда большой орган втискивается внутрь, долбится.

– Тсс… – ладонями скользнул по плечам, а лицом зарылся между моих грудей, нацеловывая их, вызывая смятение от новых чувств. Хотелось кричать, яростно стонать и так же яростно впиваться в спину мужа ногтями.

– Не сдерживай себя… – последнее, что я осознала, потому что в следующий миг он спустился лицом еще ниже и губами приник к моей щелочке, всосал клитор, окончательно отрывая меня от реальности.

Его руки, казалось, были везде: Стас – музыкант, а я скрипка, издающая звуки от каждого прикосновения к струнам. От его горячего шёпота я плавилась, а душа пела от тех нежностей, которые он говорил. Между ног неистово жарило и пульсировало, а бёдра сами вздымались в нетерпении. Я была не я, не та забитая скромница, а похотливая куртизанка. Поймала себя на мысли, что того гляди начну умолять, чтобы Стас вошёл в меня. А может, я уже просила, потому что он, уткнувшись лицом в мою ключицу, хрипло простонал:

– Не спеши… дай мне любить тебя…

Я обхватила ногами его бёдра, он застонал, выгибаясь всем телом.

– Слава, Славочка… – и вот, наконец, скользнул в меня, такой тяжёлый, твёрдый. Я всхлипнула, внутри всё задрожало, сжимаясь и обхватывая его. Слёзы заполнили глаза. – Тебе же не больно, маленькая моя?

Хотелось ответить: «Нет-нет, мне хорошо, очень хорошо!», но внезапно меня пронзило такое дикое наслаждение, что всё завертелось в каком-то белом мареве… Наверное, я кричала, потому как Стас прикрыл мне рот ладонью.

– Тише, малыш, Натку разбудишь…

Он двигался во мне, то глубоко и быстро, то чуть останавливаясь у входа, словно дразня, и вновь погружаясь.

– Сла-а-ва… – хрипло выкрикнул, – Сла… Ох..

Остановился, затем, обхватив меня обеими руками, перевернул, положив сверху на себя.

– Мышь, я люблю тебя, я так люблю тебя…

…Стас завернул меня в простыню, в сам отправился в кухню, сказав, что хочет сварить кофе и принести мне в постель. На самом деле мне нужно было побыть наедине с собой, осознать происшедшее, прокрутить всё назад, обдумать все слова, что говорил мне муж. Стас сказал, что любит меня, но разве это возможно? Мы прожили целых пятнадцать лет, и за всё это время он ни разу не говорил мне даже близко ничего подобного. Всё, что нас связывало до этого – Ната.

Я откинулась на подушки, не в силах смахнуть с лица улыбку. Мне понравилось то, чем мы занимались только что. Очень понравилось. Было даже чуть грустно от того, что я не узнала о подобном наслаждении раньше, хотя… Стас постоянно изменял мне, я знала это точно. Увидев его тогда с Марго, уже и не питала иллюзий. Она красивая, разве мне с ней сравниться?

Тут же хихикнула от привычных мыслей. Ничего подобного – сама вчера убедилась, что никакая я не серая мышь. Ну просто Мышь. То, как произносил моё детское прозвище Стас, мне, пожалуй, нравилось.

Дверь отворилась, и вошёл муж. В одной руке он держал чашку с кофе, а в другой

флакон с перекисью водорода. Увидев удивление в моих глазах, рассмеялся, поворачиваясь ко мне спиной. Плечи Стаса, да и вся его спина, были до крови исцарапаны.

– Ох, прости… – Неужели это и правда сделала я?

Он хохотнул, довольный, и опустился на кровать возле меня.

– Я был конченым идиотом, малыш. Никакая ты у меня не холодная рыбина, а самая настоящая гепардиха. Ну это, впрочем, моя вина, клянусь, я исправлю её, буду исправлять всю оставшуюся жизнь. Ты веришь мне?

Верить очень хотелось, но я боялась. Стас потянулся ко мне с поцелуем.

– Знаешь, говорят, что есть типа любовь с первого взгляда. Вот видишь человека, и вдруг тебя как торкнуло – и ты всё, пропал. А вот до недавнего времени я и подумать не мог, что, оказывается, есть ещё любовь и со второго взгляда. Вот долбануло меня, и никуда тут не деться. Я просто боюсь, что опоздал… – Он судорожно вздохнул, отстранился и заглянул мне в глаза. – Скажи, Слав, ты ещё любишь меня, хоть чуть-чуть?

Я кивнула, не в силах отвести взгляд. Да, конечно, я всегда любила Стаса, не переставала любить и всегда буду…

Стас рассмеялся и обнял меня.

– Так хочется остаться на весь день, запереться и любить тебя до самой ночи, а потом и до следующего утра…

– Но дела зовут, – закончила я за него, вздыхая, и снова ощущая «рыбок-гуппи» внизу живота.

***

Я собиралась на работу, сидела перед зеркалом и наносила такой непривычный для меня макияж. Время от времени ловила на себе заинтересованные взгляды мужа, который уже был готов уходить на работу.

– Ты куда-то собираешься? – наконец, спросил он.

– Да, – с улыбкой повернулась к нему. – Я уже говорила, что сегодня мой первый рабочий день.

Стас нахмурился.

– То есть ты не шутила?

– Нет.

– Ты хочешь сказать, что бросаешь всё это и идёшь работать в какую-то тухлую контору?

Я поджала губы. Наше перемирие, похоже, закончилось.

– Это не какая-то тухлая контора, а достаточно крупная компания, и я там буду главным экономистом.

Издевательский смех Стаса больно резанул по ушам.

– Слав, ты хоть помнишь что-то ещё с институтских времен?

Стиснув зубы, задрала подбородок.

– Тебе удалось подписать контракт?

– Ну там не было ничего сложного, – муж пожал плечами. – В общем, так. Ты остаёшься дома и занимаешься обычными делами, а я вернусь домой – и поговорим. Кстати, ужин на меня не готовь – у меня важная встреча.

Стас уже собрался выйти из комнаты, но я крикнула ему в спину:

– В таком случае я тоже не буду ужинать дома. Не готовь на меня. Натку забери с танцев.

Он повернулся, нахмурил брови.

– Мышонок, ты же знаешь, как я не люблю спорить с тобой. Оставайся такой милой и послушной, и всё будет хорошо. – Стас в три шага преодолел расстояние между нами и положил руки мне на плечи. – Я люблю тебя, моя хорошая, и больше всего на свете мне не хочется сейчас с тобой ссориться.

С этими словами он вышел из комнаты. Уже из коридора до меня донеслось:

– Кстати, ключи от твоей тачки я забираю. На всякий случай.

От злости я заскрипела зубами. Стас решил, что ему удастся меня контролировать? Ну уж дудки! Это мы ещё посмотрим! Ишь, так испугался, что я выйду из повиновения, что даже ключи от «букашки» забрал! Ничего, я и на метро доеду, быстрее будет.

Уже наскоро закончив с макияжем, уложила волосы так, как советовала Алиска. В шкафу выбрала песочного цвета костюм, голубую шёлковую блузку, оттеняющую цвет моих глаз. Из новёхонькой обувной коробки достала лодочки из бежевой замши на не очень большом каблуке. Покрутившись перед зеркалом и оставшись довольной собой, улыбнулась отражению. Всё равно всё будет по-моему, хотя придётся над этим поработать. Если, как говорит Стас, он меня любит, и любит по-настоящему, то ему рано или поздно придётся пойти на уступки.

Заглянула в комнату дочери проверить, спит ли она. Ната спала, сладко посапывая. Начались летние каникулы, теперь можно было допоздна и спать, и гулять.

***

Может быть, я и не прав, но нет, не хочу отпускать Славку ни в какой офис, где полно мужиков с маслеными взглядами и такими же речами. Мышь не привыкла к такому, она наивная, её обвести вокруг пальца ничего не стоит.

Скосил глаза на ключи от ее машины, лежавшие в подстаканнике на консоли. Ничего, побудет дома, одумается. На секунду забежала мысль позвонить матери и попросить заехать к нам – развлечь Славку, занять её чем-нибудь. Кстати, что-то давно она не лепила пельмени.

Несмотря на маленькую утреннюю перепалку, настроение было шикарное. Душа пела от счастья – я и Славка сегодня начали отношения с чистого листа. Да, потребовались годы, целых пятнадцать лет, но мы наверстаем упущенное. Мне вдруг стало ясно, отчего я таскался по другим женщинам всё это время – искал свою. Искал и не находил. А счастье было под боком, вытяни руку и дотронься.

***

Я не мог дозвониться Владиславе. На мои непрекращающиеся звонки ответила дочь, недовольная, что ее разбудили, и сказала, что матери дома нет. Натка предположила, что та поехала в гости к тёте Люде. Вполне вероятно. На самом деле я сомневался, что Славка осмелится ослушаться меня и сделает по-своему. Всё-таки смена образа жизни не вершится в одиночку, на то мы и семья, чтобы такие вопросы обсуждать. Вполне возможно, я бы и позволил жене пару раз в неделю погружаться в офисную рутину.

Люба заглянула в кабинет:

– Станислав Алексеевич, я зарезервировала столик в «Хищнике» на шесть часов.

– Ага, отлично… – отозвался, не отрывая взгляда от монитора. Люба почему-то не уходила, и я поднял голову: – Что-то еще?

– Просто хотела сказать, что уже шестой час, а на дорогах пробки…

Ах ты, черт! Сбросил документы в стол, вскочил с кресла и, схватив пиджак, пробежал мимо секретарши, наскоро пробормотав слова прощания.

***

Я не ожидала такого тёплого приёма. Едва вошла в прохладную проходную современного стеклобетонного здания, как ко мне подбежала девушка, словно только меня и ждала.

– Вы Владислава Михайловна?

– Да, это я.

– Меня зовут Марта, и я ваш личный помощник, – она обворожительно улыбнулась. Хорошенькая. На миг мелькнула мысль, что такие, как она, понравились бы моему мужу. – Руслан Николаевич ждёт вас.

В ответ я кивнула, быстро пробормотав традиционное «здравствуйте».

Руслан действительно ждал меня в просторной приёмной. Он стоял у стола, в руке чашка с кофе. Широко улыбнулся, как только мы появились на пороге, и двинулся мне навстречу.

– Ну привет, Слава, – остановился напротив, оглядывая меня с головы до ног. – Ты не представляешь, как я рад, что заполучил тебя. Это всё твоё, включая Марту, – шеф обвёл рукой помещение. – Проходи, осматривайся, располагайся и чувствуй себя как дома.

Я усмехнулась про себя. Пожалуй, здесь гораздо комфортней, чем дома, особенно после утренней стычки со Стасом.

Кабинет был большим и светлым. На стене висели картины с городскими пейзажами, а из окна открывался вид на парк. На столе стояла ваза с букетом тюльпанов.

Вошла Марта с подносом.

– Ваш кофе, Владислава Михайловна. Сливки, сахар, мёд…

– Благодарю, Марта.

– Что-нибудь ещё?

Я пожала плечами. Господи, да откуда я знаю, что ещё? С тех пор как окончила институт, я ни дня не проработала, а тем более в таком офисе.

Руслан рассмеялся.

– Марта, ты пока иди, а мы обсудим дела.

Девушка смущённо потупила глаза и удалилась. Никак эта Марта не равнодушна к своему боссу? Хотя сложно не обратить внимания на такого красавчика. Ну кто бы мог подумать, что из прыщавого долговязого пацана выйдет такой яркий экземпляр?!

– Давай я введу тебя в курс дела не торопясь, чтобы не испугать. – Он опустился в кресло напротив рабочего стола. – А то ещё сбежишь… Дел на самом деле много, хватит на целый день, так что о личном поболтаем за ужином.

– За ужином?

– Ну да. Ты же не откажешь мне в удовольствии пригласить тебя разделить со мной трапезу после тяжёлого рабочего дня?

Чуть поколебавшись, я согласилась, вспомнив, что Стас сказал не ждать его к ужину. Вот и отлично – пусть и меня не ждёт.

Руслан нажал на кнопку интеркома у меня на столе.

– Аллочка, закажи нам столик в «Хищник Стэйк и Бургерс» на половину седьмого.