Глава 35

Свят

Проснулся весь в поту…

Мне или пора уже принимать таблетки для снижения либидо, или что-то решать конкретное. Недовольно бурчу себе под нос, пока собираюсь на максимальной скорости, наплевав на кофе. Мне сейчас лучше поскорее добраться до офиса и завалить себя всем и сразу, отвлекаясь от озабоченных мыслей.

По дороге немного спадает напряжение и в то же время приходит неутешительный прогноз. По поводу таблеток я, конечно, погорячился, мне еще их не хватает для полного счастья. Но другие способы тоже не сработают, так как надо. Для меня не проблема найти девушку на ночь, но что я буду с ней делать, если перед глазами стоит только Аня? Я хочу только ее, свою малышку.

Вчера мне хватило сил сдержаться. Но я уже точно знаю, что больше одного желания обладать ею, хочу – видеть, как она сама откроется, без тени сомнения, и позволит стать первым. Ради нее я готов терпеть и мучиться дальше, вот только откуда во мне берутся все эти необычные для осознания порывы…

Вхожу в свою приемную, секретарь уже на месте.

– Янина, подготовь мне всю информацию по срокам последних заказов. Сегодня вжарю по полной программе, – ага, я настроен, свернуть горы, а после работы еще в спортзале грушу попинаю.

Вечером Аня занята в мастерской, и в эти дни ее поймать сложно.

– Да, сейчас я, Святослав… – она поднимает на меня глаза и, судя по всему, забывает, что хотела сказать дальше.

Бегло осматриваю себя, вроде в норме. Костюм немного примят, но то мелочи, белую рубашку свежую надел. Ко мне приходит два раза в неделю помощница по хозяйству, и приводит квартиру и одежду в порядок.

– Ааа… вы так и приехали? – странный вопрос от секретаря. Нет, блин, в рыцарских доспехах прискакал, а перед входом снял, а то натерли.

Как там, у женщин болячка называется, когда странности?

Оу, вспомнил!

– Янина, если тебя сильно беспокоит ПМС, можешь взять отгул, – понял, что ей от моего диагноза стало еще хуже, покраснела и кинулась к стакану с водой.

Так ладно, мое дело предложить. Больше не задерживаясь возле больной секретарши, направился к себе. Пока загружается программа, руки сами тянутся к телефону.

«Привет, Анюта! Как тебе спалось, моя сладкая?»

Надеюсь, не так хреново, как мне…

«Привет, еле проснулась», – и тут же прилетает от нее еще одно: «У тебя ничего не изменилось?» – и следом много смайликов с поцелуями.

Пересчитал даже: девять смайлов, добрая она сегодня.

Мои опасения того, что закроется от меня, рассеялись. И продолжая, вглядываться в маленькое фото сбоку экрана вспомнил, как мне пришлось вчера растормошить замкнувшуюся скромняжку, когда покинули ее комнату. Перед отъездом больше не приставал, ну поцелуи в машине, конечно, не считаются.

«Если раньше думал о тебе часто, то теперь постоянно».

Больше за утро изменений не почувствовал, так что отправляю правдивый ответ.

Раз у нее все хорошо, переключаю внимание на проект реконструкции особняка. На время погружаюсь полностью в расчеты и создание макетов на выбор для клиента, и только отвлекаюсь, когда ко мне заходит Глеб.

– Я скоро с ума сойду с рабочими. Опять те же приколы начинаются: один заболел, второй запил, у третьего жена рожает. Задолбало все, – продолжая возмущаться, подходит пожать мне руку и странно щуриться, всматриваясь в меня.

– Хватит на меня любоваться. Сам знаю, что красавец, – сначала Янина, теперь друг, ну ей-то простительно как женщине.

– Ага, еще и какой, – прыснул он со смеху и принялся хохотать. – Ты себя в зеркале видел, красавца? Только не надо на вампиров ссылаться, а то начнешь мне тут по ушам ездить.

Я уже не обращаю на него внимания, все равно мелет что попало, и подхожу к зеркалу. Да чего они пристали ко мне? Обычный я, блин. Верчу головой туда-сюда… Черт. Вверху шеи с правого бока разлился фиолетовый засос.

– Аня! Твою ж мать!

– Лучше бы на лбу, это она еще промазала, – подстрекатель все не уймется, наблюдая за тем, как я поднимаю воротник.

Скоро новый клиент придет на консультацию, заодно и поржет надо мной вместе с подстрекателем. Чувствуя себя идиотом, иду, прошу тональный крем у Янины. Сильно скрыть не получилось, но хоть как-то меньше бросается в глаза.

Так-так… все можно бы объяснить случайностью, но Аня впервые в машине полезла к моей шее. Я еще принял это за добрый знак, девочка раскрепощается потихоньку. Значит, перед командировкой у меня все получилось, и малышка решила отомстить. А потом еще и спрашивает об изменениях, намекая смайлами на поцелуи. Увижу, дам по заднице. Опять маленькая заноза меня сделала.

После консультации клиента, вызвал к себе Ирину, главного бухгалтера компании. В тот день, когда приходила Аня, я заподозрил, что спалился с шедеврами, хотя вида она не подала. И вчера возле подоконника, глядя на поджидающие меня горшочки, ко мне пришла новая идея.

– Вызывали, Святослав Витальевич?

– Да, проходите. Долго не задержу, – жестом предлагаю присесть напротив.

– Если вы по поводу перевода средств за новое оборудование, то…

– Нет, речь не об этом, – останавливаю ее, – Мне нужна ваша помощь на аллее в покупке все тех же глиняных изделий.

– Так надо глянуть, чья очередь, – растеряно смотрит Ирина на меня, не понимая в чем дело.

– В этот раз будет немного другая просьба… Глава 36

Аня

– Другого я и не ждала от Леонардо, – задрав голову, всматривается Лера в его картину, размещенную в галерее академии на первом этаже. – Точно. Аккуратно и выдержано в стиле всех его прошлых творений. Теперь пойдем на твою испорченную смотреть. Только подожди меня здесь, я сейчас вернусь, – подруга убежала, оставив меня подпирать стену посреди коридора. Еще вчера после ухода Свята, я поделилась с Лерой странной помощью гения.

С утра мы сдали свои картины. Во время второй пары комиссия, состоящая из преподавателей и приглашенного известного художника, в прошлом выпускника этих стен, оценивала наши работы. На третьей лекции объявили результаты и баллы. Как я и думала, высший балл пролетел мимо меня со свистом. Совсем зачет не завалила, и стипендию получу, но тоскливо так стало…

Ведь я радовалась, оказавшись в паре с гением, считая большим везением. Вот даже наш руководитель заметила во всеуслышание, что Ане Смирновой нужно было больше стараться рядом с лучшим студентом курса. И дальше понеслась расхваливать любимчика, ставить в пример, как оба смотрят в одну сторону, а результаты по качеству, словно небо и земля. Так поняла, что я – земля, уточнять, естественно не стала. Зато пересмотрела свои взгляды. Скорей всего Леонардо прав, он точно хотел как лучше. И за свою доброту лишился итальянской кисточки. Угораздило же меня полюбить ледяного принца с повадками бандита…

Мимо неспешной походкой прошел Леонардо, даже не взглянув в мою сторону. Обиделся… Он остановился напротив развешанных картин, и впервые за время нашего общения я заметила подобие улыбки на его сосредоточенно-хмуром лице.

Чувство вины вкупе со словами преподавателя, совсем обострилось, и я отлепилась от стены, направившись к нему.

– Лео, прости за вчерашнее недоразумение. Я куплю тебе кисть. Только скажи, где она продается?

Гений нехотя отвернулся от любования своего лучшего пейзажа, смерив меня недовольным взглядом.

– Анна, ты не оплатишь кистью мое унижение. Просто помни на будущее: художников великое множество, а лучших – единицы.

Горделиво вскинул голову, отбрасывая прядь светлых волос набок, и удалился…

Да я как бы на «лучших» и не претендую. И если все гении такие странные, тогда ну его такое счастье. Мне главное любимым делом заниматься.

– Так, ну мы готовы идти смотреть, – позвала Лера, а я так засмотрелась вслед удаляющемуся единичному экземпляру, что не сразу сообразила о каких «Мы» идет речь.

– Знаешь, я тут подумала, может ну его, там и в самом деле ничего особенного. Такое множество как я могло и ошибиться.

– Я сейчас ничего не поняла про множество, и вникать не хочу, – отмахнулась от моих слов подруга, – Девочки уже настроились, так что веди нас. Зря, что ли, бегала к ним уговаривала?

И тут до меня дошло, что три девочки нашего курса не просто так маячат у Лерки за спиной.

– Мы быстро глянем, и даже если там отстойный трэш, никому не скажем, не волнуйся.

– Стесняться вообще нечего.

– А я кое-что знаю, но смогу рассказать, если подтвердятся слова Леры.

Наперебой затараторили настроенные на поход в мою комнату девочки. Пришлось вести их, так просто уже бы все равно не избавилась. По дороге шепнула Лерке все, о чем думаю в двух словах. На что подруга заявила, что я бы все равно не согласилась, так какой смысл меня предупреждать.

Достала так и забытую картину из-под шкафа. Пусть смотрят, раз так хочется, мне не жалко.

– То, что видно круто смотрится, – заявила та, что обещала не выдать треш, – Объясни нам, что под темной краской было, каким тоном пользовалась?

В подробностях все расписала, Лера принесла банку с водой, и я смыла верхние слои для подтверждения. Меня уже больше беспокоило не то, какой могла стать картина, а то, что девочки разнесут обо мне сплетни, вроде я врушка, на самого гения тень напустила от зависти. Самые важные люди в моей жизни не отвернутся, но тоже учиться еще три года под косыми взглядами, мало приятного.

Троица возомнила себя комиссией и отдалилась пошушукаться.

– Ань, я же не просто позвала каких-то левых девочек, – видя, что мне ситуация с посторонними совсем не нравится, Лера тихонько принялась объяснять причины своего поступка, – Они тоже состояли в списке твоего направления. На прошлой перемене пока ты болтала с братом по телефону, я сбегала и посмотрела.

На счет болтала – это мягко сказано… Свят наехал из-за метки и пригрозил выпороть. А я уж думала, пронесло, и ничего не проявилось.

Пока он меня смешил в машине, вспомнила свое первое утро перед выездом на зачет, ну и… не удержалась от соблазна. Мне даже больше хотелось узнать получится ли… Получилось, на мою голову. А вообще он первый начал! Вместо оправданий я пообещала не трогать его шею и взамен, пусть никогда не прикасается к моей. Все угрозы вмиг были забыты, и мой принц тут же заявил о новом пункте правил – отсутствие запретов на любые поцелуи, а то мы просто поигрались.

– Мы оценили твою картину так, если бы она могла быть законченной, – начала самая разговорчивая, – Лично я ставлю по колориту выше уровень, чем у Леонардо.

– А мне показалось, что у тебя тона мягче ложатся, мне тоже твоя больше нравится.

Сговорились они что ли? Хотя какое им до меня дело, чтобы льстить?

– Так вот, по секрету могу теперь открыть вам некоторые подробности, – девочка, заинтриговавшая еще в самом начале, решилась на откровенность, – В нашей группе для выезда на живописные места, часть студентов с хорошими результатами, уже побывала с гением в паре, остальные еле тянут программу, они ему неинтересны, и потому Леонардо предложил тебе. – Чувство избранности гением для пары в раз перевернулось с ног на голову, – Со мной так же произошло, – продолжала она вываливать подробности, – Но только он не вмешивался своей рукой в работу, а подсказывал, как лучше сделать, и я повелась на его славу гения. Сама виновата, знаю. С другими тоже происходили разные казусы. И в итоге несложно догадаться, чья работа оказывалась в паре лучшей.

– Вот же гад, – всплеснула руками Лерка, – А я еще раньше мечтала, чтоб… – она осеклась, не договаривая о своем сводничестве, – Ладно, пофиг. Проучить надо его, а то гляди, возомнил себя великим мастером.

– Лер, я не хочу вылететь из универа из-за мести за справедливость, – сразу же отказалась от сомнительной идеи, тем более, это же не последний зачет. – Хочет быть гением, пусть остается. Буду игнорировать его и все.

Девочки встали на сторону Леры и предложили помощь, если мы передумаем. Подруга им подозрительно подмигнула. Охх… чувствую, она просто так не успокоится. Еще меня больше девочек волновало, чтобы Свят не узнал.

После того, как разнервничалась из-за подлости гения, воспоминание о любимом придало сил. И так сильно-сильно захотелось к нему… Прижаться, уткнуться носом в широкую грудь, закрыться от неприятностей в крепких объятиях. В эти моменты мне безразлично на все единицы «лучших» вместе взятые. У меня есть парень, которого я люблю – вот что главное. Ни оценка, ни мнение однокурсников не напугают меня больше, чем потерять того, кто занял вторую половинку в моём сердце…