Глава 2

Ася

«Возвращаться — дурная примета», — думаю я, из окна поезда наблюдая, как постепенно из утренней дымки вырисовывается мой родной город. Любимый и ненавистный одновременно. Издалека вижу золотые купола собора, сверкающие на утреннем солнце. Затем перевожу взгляд на серые трубы завода, принадлежащего «Сармат-групп».

И сразу же перед глазами появляется лицо одного из владельцев. Артем Алексеевич. Самый младший из братьев. Красивый, высокий и такой классный.

Безотчетно дотрагиваюсь до губ, зацелованных и припухших от натиска Сарматова. А затем рука перемещается на живот.

Мой ребенок. Мой малыш, зачатый в безусловной любви. Но что нас ждет? Захочет ли Артем признать его. Или навесит на меня еще одно преступление? А может отобрать и отдать на воспитание родственникам? Теоретически да! Но Артем не такой. Хочется верить в хорошее.

Словно наяву вижу своего обнаженного любовника, растянувшегося на кровати. Смакую каждую деталь воспоминаний. Широкие плечи Сарматова, на которые закидывала ноги. Накачанная грудь, по которой выводила вензеля пальцем. И упругая задница, на которой залипала как дурочка с первого дня. А еще зеленые глаза, пожирающие и жадные.

Все переменилось после моего побега. Теперь и подумать страшно, как Артем отнесется ко мне. Но одно знаю точно, я обязана сказать ему о беременности. Иначе саму себя уважать перестану. О совместной жизни речь не идет. Только в сказках королевичи берут в жены замарашек. Но может, нам удастся решить вопрос цивилизованно. Пусть даже заключить какое-то соглашение. Просто так Сарматов не даст денег на содержание. А одной мне точно не потянуть. И рассчитывать не на кого.

Мама, как вышла замуж за своего Колю Курдюкова, стала невыносимой. Мы и так с ней не ладили, а когда появился Курдюк, мама как с катушек слетела. Все подозревала меня в чем-то. Дескать, я хочу увести у нее этого сального и жирного мужика. Никакие объяснения и заверения не помогали. А последний скандал закончился разрывом.

Мама кинулась в мою комнату, покидала наспех мои вещи в дорожную сумку и выставила вон.

— Куда хочешь иди. Ты задрала нас, Ася!

Обхватив себя руками, вздрагиваю. Прикусываю губу, стараясь не разреветься. Оглядываюсь на окно, за которым уже мелькает перрон и какие-то хозяйственные постройки. Отчетливо слышится механический женский голос, объявляющий о прибытии нашего поезда.

Скорый поезд «Москва-Новороссийск» прибывает на третий путь.

Теперь куда? Ехать сразу к Сарматову или найти дешевую съемную квартиру. Отдышаться. Привести себя в порядок и потом красавицей заявиться к Артему.

«Наверное, так лучше и поступить», — думаю я, разглядывая себя в маленькое зеркальце. Бледная как смерть. В таком виде точно к Сарматову соваться не стоит.

Вот же я дура! Ничего не продумала заранее. Села и поехала. Надо было позвонить Артему. Договориться о встрече. А я ворон ловила. Себя накручивала воспоминаниями.

Поезд медленно тормозит. И я, подхватив сумку, неторопливо иду к выходу. Становлюсь в очередь за молодой женщиной с ребенком. Улыбаюсь, представляя, как через каких-то семь месяцев у меня будет такой же пупс.

И горестно отворачиваюсь, когда стоявший впереди парень с огромным чемоданом и рюкзаком за плечами, поворачивается к жене и ребенку.

Опускаю голову, смаргивая слезы.

Мне такая жизнь не светит. И муж тоже! Да и кто захочет тянуть прицеп? Вон молодых, красивых, одиноких полно. Свистни, любая прибежит. Особенно к Артему! Я по первому свистку понеслась.

«Надо квартиру найти. Пусть даже с хозяйкой», — вздыхаю горестно и неожиданно замираю на месте. С перрона на меня глядит довольный отчим и даже машет мне толстой лапой. А рядом крутится парочка его прихлебателей.

«Не иначе как тетя Вера или бабушка донесли», — думаю я горько. Оборачиваюсь назад, пытаясь вернуться в купе. Не беда! Выйду на следующей станции.

Но сзади уже напирают кавказцы с ящиками, полными фруктов. Их точно не обойдешь.

Остается только прошмыгнуть в соседний вагон, выйти через него и затеряться в толпе. Но отчим, видимо, просчитывает такой шаг наперед.

И при первой возможности поднимается в тамбур, откровенно наплевав на недовольство пассажиров.

— О, доча приехала! — берет у меня сумку и грубо хватает за локоть.

Доча! Даже передать не могу, как я его ненавижу. Гадкий интриган, манипулирующий моей мамой.

— Едем домой, милая. Мать заждалась, — спрыгивает с подножки и подает мне руку. Моя сумка, словно по воздуху, перетекает в руки одного из Колиных помощников. А я сама, стоит только ступить на родную землю, оказываюсь в крепком захвате. Коля по-свойски опускает лапищу мне на плечо и ведет к выходу.

— Бегать она вздумала. Я тебе побегаю, — бурчит раздраженно. — Будешь делать то, что я скажу… Если своих мозгов нет, папа Коля поможет.

И я догадываюсь, о чем речь. Да все о том же!

Артем Сарматов. Брат-близнец Елены Прекрасной, бортанувшей когда-то самого Леню Парголова. Наш Курдюк служит у него начальником службы безопасности и привык решать проблемы грубо и грязно. Лишь бы карман набить Парголовскими деньгами.

Я даже вижу, как Коля надувает щеки перед Парголом.

— У меня есть человечек… Порешаем… Но нужно приплатить.

А сам кладет деньги в карман и снова шантажирует меня.

— Верка сказала, ты залетела. Надеюсь, это Сармат постарался, — плюхается он рядом на заднее сиденье. И нисколько не стесняется своих дружков, сидящих впереди. — Это хорошо. Молодец, девочка. Пока у нас поживешь, — заявляет, даже не спрашивая. — А потом я многоходовочку соображу. Вытяну из Темы побольше бабок. Довольная будешь.

Отвернувшись к окну, реву беспомощно.

Вот спасибо, тетя Вера! Удружила!

Артем и так обо мне невысокого мнения. И Колин шантаж пресечет быстро. Просто заберет у меня ребенка и лишит родительских прав. Мало ли таких случаев?

Лихорадочно думаю, что предпринять. Сбежать не удастся.

Машина тормозит на светофоре, а я с удивлением оглядываюсь по сторонам. Места знакомые. В соседнем переулке находится «Сармат-центр», а чуть дальше по проспекту — «Зорька». Там обычно собираются парни из лички Артема. И если мне повезет…

— Тут недалеко кафе, Николай Яковлевич. Давайте остановимся. Я кофе хочу. Иначе сознание потеряю, — пугаю я Курдюка.

— Дома попьешь, — морщится он.

— Там еще спагетти вкусные, — давлю на болевую точку. Коля любит пожрать. А спагетти может есть без остановки. — И я хотела бы маме десертов купить. В знак примирения…

Отчим окидывает меня раздраженным взглядом, словно напоминая, чем кончился мой последний визит с тортиком. Глупость, конечно, несусветная! Но мне тогда план казался просто идеальным.

— Вы выберете, а я оплачу, — предлагаю самый выигрышный вариант. Коля любит халяву. А потом еще маме скажет: «Это я выбирал, Рюмочка».

Рюмочка!

Меня корежит от такой производной имени Римма. А маме нравится. И она всегда радостно и глупо хихикает.

— Там хорошо готовят спагетти карбонара. Как вы любите, — достаю джокера из рукава. Этот последний довод действует на Кудюка безоговорочно. И вовремя. Мы как раз подъезжаем к «Зорьке».

— Вася, останови. Что-то жрать охота… — чешет отчим толстое пузо.

Вслед за Курдюком выхожу из машины и сразу замечаю на парковке автомобиль из личной охраны Сарматова. Кажется, я все рассчитала правильно!

Вот только в кафе меня ждет облом. Ни одного знакомого лица. Или Артем поменял охрану, или я перепутала машины. Ну да ничего. Еще остается барменша Катя. Мы знакомы. Попрошу передать.

— Тут посиди, — подталкивает меня Курдюк к столику за огромной монстерой. — Не знаю, чего ты добиваешься Ася, но на всякий случай, — бурчит он. И достав из кармана наручники, пристегивает меня к деревянному точеному подлокотнику дивана.

«Все. Приехали. Вырваться и удрать не получится. Даже одной в туалет выйти Курдюк не позволит. Попрется следом», — с трудом сглатываю слюну от охватившего ужаса.

В кафе входят какие-то парни, шумно требуют меню, заигрывают с официанткой. Даже не оборачиваюсь в их сторону. Все пропало. Нет выхода. Судя по настрою Курдюка, скоро начнется позорище. План Коли легко предсказуем. Шантажировать Сарматова ребенком, а меня выставить последней сукой.

«Артем мне ни за что не поверит», — думаю я и перебираю в голове варианты побега. Может, закричать? Привлечь внимание к наручникам? Заорать во все горло: «Он меня похитил! Вызовите полицию»?

И только набираю полные легкие воздуха, как в кафе вламывается Сарматов. Натыкается на меня яростным взглядом. А затем медленно и даже лениво подходит к нашему столику.

— Привет, — здоровается, будто выплевывает.

Зря я приехала. Абсолютно зря. Чувствую исходящую от Артема силу и ярость. И сразу становится страшно. Этот мужчина меня ненавидит. В лучшем случае пошлет подальше, а в худшем — отберет ребенка.

Ладони сразу становятся потными. Пытаюсь их вытереть и точно замечаю момент, когда взгляд Артема падает на наручники.

На спокойном лице Сарматова приходят в движение желваки, губы сжимаются в тонкую линию. Прекрасно знаю, как он умеет владеть собой, и это только видимая сторона айсберга. Что там клокочет у Артема внутри — никому не известно. И даже предугадать не могу, что он предпримет. Отчим походу тоже. Слишком спокоен и расслаблен. В каждом Колином слове чувствуется пренебрежение. С Артемом так нельзя. Я точно знаю. Но предупреждать Курдюка не собираюсь.

Лишь завороженно смотрю, как Сарматов лезет себе под мышку и достает пистолет.

Пистолет, мамочки! Пистолет!

А дальше начинается треш.