Глава 13. Назад в детство

Много лет назад

– Люб, а ты точно уверена, что лягушку надо раздавить? – с сомнением проговорила Лика и прихлопнула комара на щеке, оставив на ней серый отпечаток. – Жалко же…

– Не знаю, – пожала я плечами.

Мне от одной только мысли прикоснуться к скользкой лягушачьей коже становилось не по себе.

– Но на той неделе тетя Зина, как увидела такую… сплющенную на дороге, сразу сказала, что к дождю.

Дождя в деревне не было давно.

Стояла жара, и к полудню хотелось сбежать на речку или спрятаться в прохладе дома – пить подслащенный квас и смотреть мультики.

Но дома тетя Зина второй день крутила банки на зиму, заставляя по сто раз сбегать на огород то за венчиком укропа, то за листьями хрена.

А сегодня и вовсе с утра отправила выдергивать сорняки вместо Людки, которые всегда-то так быстро вылезали после ее прополки.

Хитренькая Люда только делала вид, что пропалывает грядки, сама же пряталась в тени большого куста смородины, листала там журнальчики и свой облупленный нос под солнце не высовывала. А стоило только часам отбить трижды – собиралась с подружками на речку.

Мне тоже очень хотелось купаться, а не воевать с крапивой и «березкой».

Одну меня не отпускали, а противная двоюродная сестра никогда не брала с собой.

«Вот еще, следить там за тобой! Я в няньки не нанималась!» – поджимала она недовольно губы. – «С мамкой сходишь…»

Люда была старше меня на десять лет, и я дико ей завидовала.

Она была высокая, стройная и, как она сама любила говорить, с ногами от ушей.

Не знаю, мои вот ноги росли из жопы, а не из ушей, но такими длинными, как у сестры, и близко не были.

А еще у Люды были длинные темные волосы, густые ресницы и родинка, которую та подкрашивала специально карандашом, а иногда рисовала ей рядом соседку вместо выскочившего прыща.

Еще Люда носила лифчик, но зачем-то набивала внутрь его вату…

Вечерами она с подружками ходила гулять. Они собирались шумной стайкой и, смеясь и весело переговариваясь, отправлялись на дискотеку.

Люда всегда приходила под утро и спихивала меня на край кровати, укладываясь у стенки, а потом спала, смешно открыв рот.

И мне тоже хотелось так!

Рисовать себе родинки, ходить на речку и гулять по ночам.

А еще очень хотелось стать взрослой!

Ведь тогда мне будет можно все!

Не спать до утра.

Смотреть по телевизору кино, где люди целуются, и никто не будет закрывать ладонью глаза, приговаривая, что я маленькая еще для таких вещей.

Ходить на дискотеки, учиться в университете, а потом найти себе самую настоящую работу!

В своих мечтах я работала продавцом и целыми днями могла есть мороженое и конфеты. И самое главное – не платить за это!

Лика мечтала стать космонавтом, чтобы слетать на Луну или Марс.

Мне казалось, что это ерунда какая-то – парить вверх тормашками посреди темноты, а Лика говорила, что в моем магазине всегда будет пахнуть, как в нашем, деревенском, – килькой и прокисшим молоком.

И мы даже один раз поругались с ней из-за этого. Правда, потом помирились и обещали никогда больше не ссориться.

– А если не поймаем, то, что делать тогда?.. – спросила Лика, с остервенением расчесывая место укуса.

Щека у нее уже была распухшая и красная, как помидор. Да и вторая радовала точно таким же цветом.

– Поливать мне огород ещё неделю, – грустно подытожила я, жалея что попалась на уловку Людки.

Дело было так.

Однажды, когда мы играли с Ликой в прятки, я за баней застала Люду… и не одну.

Сестра была с мальчиком. Они постоянно хихикали, переговариваясь шепотом, и иногда даже целовались, напоминая противных жаб. Заметив меня, сестра отскочила от мальчика, как в одно место ужаленная, зашипела на меня и толкнула в крапиву.

Ревя и размазывая слезы по щекам, я побежала жаловаться к тете Зине и не забыла рассказать, где и с кем видела ее дочь.

Людке вечером всыпали по первое число за то, что она «тискалась с этой шпаной» Золотаревым. И по второе тоже. За то, что грядки не политы, и из-за этого перец «упал», а помидоры «повисли».

Людка потом очень долго на меня злилась, отбирая ночью одеяло и грозя чудовищем под кроватью, которое мне обязательно откусит пятку.

Пятки я прятала и полночи жалась к сестре под бок, боясь упасть прямо в лапы подкроватного монстра.

Но, когда я разбила вазочку с вареньем, сестра не выдала меня тётке. Люда сказала маме, что это она уронила.

С меня же она взяла слово, что я буду за неё поливать огород.

И вот уже целую неделю я носилась с тяжелой лейкой, которая отбила мне все коленки, а коварная Людка снова убежала на речку.

Поэтому дождь мне был очень-очень нужен.