Глава 43. Слезы, месть и герой

Любовь

Я вваливаюсь домой, вся в слезах, и падаю на диван.

Внутри меня шторм девять баллов, прорывающийся наружу громкими децибеллами.

Лика катится следом.

Я бы могла сказать, что она стремительна, как вихрь, но она скорее напоминает уютную неповоротливую тучку:

– Что случилось?!

– Демьян... – всхлипываю я. – Он... он...

– Зажал холодильник? – Лика садится рядом, аккуратно придерживая живот. –

– К-какой еще хо-холодильник? – икаю и шмыгаю носом.

До меня не сразу доходит, что подруга имеет в виду инкубатор, который я и отправилась добывать.

С этим чертовым Морозовым я скоро и имя свое забуду!

– Та-а-ак! – Лика сердито сводит брови к переносице, а потом поднимается всем своим грозным видом показывая, что тучка может хорошенько звездануть молнией. – Если этот козел тебе что-то сделал, я ему…

– Нет-нет! – перебиваю я. – Он н-ничего не сделал… В смысле… сделал, но не то-о-о!.. – Слезы снова рвутся из меня бурным потоком.

Лика замирает, потом медленно садится обратно:

– Сделал, но не то… – Задумчиво смотрит на меня, а потом выразительно поднимает брови. – А-а-а! Это ты об…

– Д-да.

– Оу! И что… так всё плохо?

– Х-хорошо-о, – вою я, пытаясь обуздать поток слез.

– Ага. А ревешь ты, потому что?..

– Потому что дура!!! – раскрываю самый главный секрет.

– Так! Я сейчас пойду и ему что-нибудь сломаю или оторву! – рявкает Лика.

– З-зачем?

– Для профилактики!

– Что ты задумала? – настороженно спрашиваю я, наблюдая, как подруга собирается в прихожей.

– Месть! – она воинственно трясет телефоном, а потом вдруг громко ойкает и хватается за живот.

– Лика! Это... – подскакиваю к ней. – Это схватки!?

Слезы моментально высыхают.

Помогаю подруге сесть на табурет и подношу стакан воды.

– Тренировочные, – поморщившись, через минуту выдыхает Лика, а у меня от испуга дрожат пальцы.

– Напугала! – смахиваю пот со лба.

– Варюша негодует, что тетя Люба расстраивается из-за такого козла, как Морозов, – напевно произносит, поглаживая живот. – Но мы сейчас немножечко отдохнем и пойдем вынесем ему мозг.

– Оставь его, – отмахиваюсь от планов подруги. – Еще не хватало, чтобы ты у него на пороге рожать начала.

Лика задумчиво отпивает воды и пристраивает стакан на стол рядом с ноутом.

– А это мысль!

– О чем ты? – бормочу неуверенно, наблюдая за сменой эмоций на лице подруги.

– Да вот думаю устроить твоему Морозову сеанс шоковой терапии…

– Не надо, Лика, – качаю головой, догадавшись, что она задумала.

– Надо, Федя, надо! – картинно взмахивает она рукой и задевает стакан. – Ой!

Тот опрокидывается, и вода выплескивается на клавиатуру ноута.

Через секунду раздается подозрительный треск и экран гаснет.

В душе поднимается волна негодования, но я с усилием стискиваю зубы, чтобы не заорать.

Моя работа!

Моя рукопись!

А-а-а-а-а-а.

– Люб, – тихо-тихо зовет Лика, пока я мысленно ору, как тот самый бобер в Альпах.

Молча отворачиваюсь и отхожу к окну. Мне надо просто подышать.

Просто, мать твою, отдышаться!

– Люб, мы все починим, – Лика шелестит сзади виновато.

А я зажмуриваюсь.

« – Это просто небольшие трудности, – убеждаю себя. – Все поправимо».

Но обида все равно выклевывает мне мозг.

Это. Это просто была последняя капля.

– Люб…

– Лик, – перебиваю резко. – Сходи погуляй, подыши свежим воздухом…

И не трогай меня сейчас.

– Прости, Люб! Я… я не специально! – начинает тараторить она, но я отвечаю, так и не повернувшись к лучшей подруге:

– Все нормально. Мне просто нужно немного побыть одной.

Я не хочу с ней ругаться.

Я пережую это недоразумение в одиночку. Пережую и выплюну. И дальше все будет нормально.

А сейчас… сейчас мне надо немного побыть одной.

Вопреки своей просьбе я сама хватаю верхнюю одежду и спешу на улицу.

Холодный воздух холодит мокрые щеки, стягивая кожу льдинками, но я лишь упрямо стискиваю губы и шагаю…

Куда?

В бане темно и тихо. И здесь меня точно не найдет виноватая Лика. По крайней мере не с ее скоростью.

Дышу по квадрату, грея озябшие ладони.

Мне нужен мой дзен. Чтобы снова стать собой.

Его же так было легко здесь достичь.

Достаточно соблюдать простые правила.

Никаких шашней с соседом-козлом. Даже если этот козел подарил мне самые шикарные оргазмы.

Никакого алкоголя. Даже если очень хочется прямо сейчас забыться и стереть все неприятные события утра.

Всегда запирать курятник!

Черт, я нарушила их все!

И теперь обиженно колупаю смолу на лавке вместо того, чтобы решать свои проблемы по-взрослому.

Еще минутку. Еще минутку посижу здесь.

Скрип двери раздается оглушающе громко, следом аккуратные шаги.

– Лик, еще минуту, – прошу, не оборачиваясь, подцепив наконец ногтем чертову смолу. – Минуту, я буду думать, как и что чинить…

Осекаюсь, когда меня обнимают сзади сильные руки.

Сердце предательски пропускает удар, когда до меня доходит, что это не Лика.

– Прости, напылил, – бормочет мне в макушку Демьян.

Стискиваю его ладони под моей грудью, ощущая поцелуй в макушку.

– У меня курица сбежала, – вдруг говорю, и голос при этом звучит плаксиво.

Но мне все равно.

– И комп сломался! И телефон! И… и вообще все не так! – прорывает меня.

– Знаю, – получаю ответ и снова поцелуй, теперь за ушком.

– Откуда?.. Лика сказала, да? – убито резюмирую.

– Пошли, – Демьян разворачивает меня к себе.

В его глазах спокойная решимость. И я вдруг хочу спросить, почему он такой?

Почему сначала говорит мне гадости, а потом спасает?

Что за синдром главного героя?

Но вместо этого я выдыхаю:

– Куда?

– Чинить все, что поломалось.