Глава 50. Совет инниферов

Алексей

Я посмотрел на часы — без трех минут шесть вечера. А это значит, что через три минуты мой кабинет заполнится очень важными гостями. Может быть, кому-то покажется, что зря их пригласил, но дольше замалчивать не видел смысла. Мы должны сообща взяться за решение проблемы. Это просто необходимо сделать!

Ситуация наисерьезнейшая — за последние несколько недель уже два иннифера лишились своих хранительниц. Пусть процент и невелик, если учесть, сколько нас. Но я чувствовал — это лишь начало.

Причем это не просто инниферы, а далеко не последние люди как в моем клане, так и в соседнем. Я всерьез насторожился, когда пропала хранительница Кирилла Красова, но это всё же был единичный случай. Однако за ним последовал второй.

Двух хранительниц убили… их попросту убили!

Причем оба раза дело обстряпали хитро — хранительницы стали жертвами совершенно нелепых несчастных случаев. Одна утонула во время катания на яхте, хотя как там оказалась — загадка; вторая пострадала во время газового взрыва в своей же квартире. И обе за неделю до инициации. Каково? Два «несчастных случая» привели к гибели двух инниферов, ведь те не смогли пройти инициацию. Я лишился друга…

Не верю в совпадения.

Конечно же, я полез разбираться, достал статистику подобных несчастных случаев и был ошеломлен. Оказывается, в нашем крае такие происшествия случались и до этого. Я пустил по следу своих ищеек — их задачей было отыскать всех хранительниц, сделавших свое дело за последние десять лет.

У меня волосы на затылке зашевелились, когда я получил результаты поисков. Восемнадцать смертей молодых женщин из списка бывших хранительниц. И это только за последние десять лет! Что самое ужасное — это творилось у нас под носом, а мы ни сном ни духом… Потому что ни один иннифер не интересовался судьбой хранительницы после инициации. Никому эти женщины потом не нужны. А ведь кто-то за ними охотился!

Каждый раз всё шито-крыто. Бытовуха, ограбление с нанесением травм, не совместимых с жизнью, кошмарные аварии… Очень часто женщин уродовали. Одну даже нашли с явными следами пыток, но полиция списала это преступление на счет банды каких-то сатанистов.

Совершенно очевидно, что в нашем крае орудовала банда… Но совсем не сатанистов. Замешаны свои! Инниферы! Это очевидно, хотя признавать этот факт было жутко неприятно. Мы ведь лучшая раса, мы выше земных страстей… Жажда убийства нам чужда. Или нет?

Очень похоже, что гулявшая среди мальчишек-инниферов легенда о «круге избранных» — всё же не выдумка. Он существовал и активно действовал. Похоже, мои сородичи действительно искали способ пройти инициацию без помощи хранительниц. Ясно как божий день — они использовали девушек, сделавших свое дело, для получения секретной информации. Но, видимо, не очень-то это помогло, раз процедура инициации до сих пор не изменилась.

Но если убийство хранительниц, которые уже провели обряд инициации, никто не заметил, то убийство тех, кому еще предстояло выполнить свое предназначение, — это убийство инниферов в первую очередь. А это противоречило главному закону нашей расы: «Для иннифера нет ничего дороже иннифера».

Во главу угла мы ставили свою жизнь и жизнь своих сородичей.

Однако кто-то решил, что он выше закона и вправе уничтожать инниферов в поисках мифической возможности освободиться от гнета инициации. Между прочим, можно запросто уничтожить под шумок и неугодных инниферов. Наверняка это одна из целей, а это уже попахивает банальной жаждой власти. Даже не попахивает, смердит за три километра!

Так могут и меня попытаться убрать… Хорошо, что Валерия под моим серьезнейшим присмотром, иначе я бы спокойно не спал ни одной ночи.

Я твердо решил: положу этому конец. Сегодня оглашу главам других кланов о своем открытии, и пусть каждый… каждый ищет в своем клане предателей! Я уверен — действует группа.

Шесть ноль-ноль.

Я выглянул из окна кабинета и стал наблюдать за тем, как на мою лужайку начали приземляться зимородки.

Один, два, три, четыре…

Валерия

«…пять, шесть! Мама дорогая, сколько же вас!» — охала я про себя, наблюдая в окно столовой, как на нашей лужайке маленькие миленькие зимородочки превращались в здоровых дядек в серых костюмчиках. Все как на подбор рослые, плечистые, подтянутые, хоть и видно, что в возрасте.

Зрелище, надо сказать, впечатляющее.

А седьмой-то, седьмой!.. Папа Алексея!

Я наблюдала за тем, с каким важным видом они вышагивали вперед. Грудь колесом, подбородки вперед, а носы чуть до неба не достают. А я еще думала, что мой Алексей — сноб… Да он в жизни не задирал свой нос так высоко, как эти семеро. Пожалуй, более надменных мужчин мне видеть не доводилось. Они шли по дорожке к дому с таким видом, будто у них на головах трехкилограммовые золотые короны, усыпанные бриллиантами, каждый с кулак величиной.

Прямо саммит на высшем уровне! Короли пожаловали! Короны не жмут, интересно?

Я проскользнула из столовой в коридор и тихонько наблюдала, как гости прошествовали в кабинет Алексея. Стало жутко любопытно, зачем они все прилетели, ведь раньше такого не случалось.

Алексей в последние дни ходил мрачнее тучи, зачем-то запретил мне выходить из дома без сопровождения и вообще вел себя престранно. А теперь прилетели эти… цари? Божки? Я даже не знала, как их назвать… Так и представила, как они снимают свои короны и вешают их на вешалку перед входом в кабинет Алексея.

Эх, жаль, мне в этот кабинет не попасть и не подслушать, что они там замышляют. Ведь по всему видно — замышляют, еще как! Алексей так уж точно, больно серьезный у него был вид, когда провожал их к себе. Пожалуй, я такой серьезности в нем еще ни разу не видела, а перевидала я немало выражений на его лице.

Совещались они долго, больше полутора часов.

Признаюсь, ничто, совершенно ничто не могло меня отвлечь от мыслей о гостях. Даже лимонный кекс не отвлек… Да что там, бельгийский шоколад также с задачей не справился. Любопытство обуяло просто до умопомрачения. Никакого спасения от него не было.

«Может, подслушать?» — вдруг пришла в голову коварная мысль.

Так… Леди я или не леди? Леди подслушивать нельзя, а вот не леди… Так ведь давно решила, что не леди…

Я схватила стакан и помчалась в комнату, соседнюю с кабинетом моего драгоценного иннифера.

Алексей

— Я не понимаю! Погибло в общей сумме двадцать женщин… Двадцать! Это вам не шутки!

— И что? — пожал плечами Ефремов, глава клана реки Ея. — Женщины гибнут каждый день по самым разным причинам. Что же нам теперь, с ума сходить, что ли? Ты сам сказал, Алексей, это всё сплошь бывшие хранительницы. Я подчеркну — бывшие!

— Алексей, ну правда, хватит… — Это уже отец. — И правда, всего две действующие хранительницы умерли, и каждый случай выглядит вполне обыденно… К сожалению, такое иногда случается, ничего не поделаешь.

У меня буквально пар из ушей повалил от таких «мудрых» выводов. Захотелось вскочить со стула и наорать матом на всех присутствующих.

Разместили задницы по стульям и сидели в ус не дули. Не их же хранительниц прихлопнули, как мух, не их друзья погибли. Конструктива ноль.

— Вы что, не видите очевидного? Их убивают! Это делается с какой-то целью! Ну не можете же вы быть настолько слепы!

— Довольно! Это смахивает на охоту на ведьм, — продолжил Колованов, глава клана реки Челбас. — Кубань — огромная земля, где ежедневно умирает масса людей. Почему мы должны беспокоиться из-за каких-то женщин?

— Это не просто какие-то женщины — это наши хранительницы! — попытался я отстоять свою точку зрения.

— Но большинство из них уже исполнили свою роль, а дальнейшая их судьба уже не наше дело! — продолжил Колованов. — Я не увидел ни одного доказательства, которое реально бы указывало на существование «круга избранных». Всё это не более чем сказки, рассказываемые у костра юными инниферами. Ле-ген-ды!

— Вы не видите доказательств, потому что не хотите видеть! — прошипел я зло.

Но мое пламенное восклицание не нашло никакого отклика в лицах инниферов. Оставались спокойны как удавы.

— Вы хотите неопровержимых доказательств? Я их вам предоставлю… — прошипел я зло.

— Вот когда предоставите, тогда мы и проверим под микроскопом каждого иннифера Кубани. А до того момента рекомендую вам заниматься своими делами, Алексей, — процедил Хватов, глава клана реки Белая.

Все семеро, включая моего отца, встали из-за стола и чинно прошествовали к выходу из кабинета.

«Что ж, хорошо… — прорычал я про себя. — Когда хранительницы ваших близких начнут исчезать, я посмотрю, как вы потанцуете на горячей сковороде…»

Я вышел следом, чтобы проводить гостей. И тут заметил посредине коридора Валерию в интересной позиции… Моя дорогая хранительница лежала на полу попой кверху, а возле нее какие-то осколки. Упала и разбила стакан? Вполне в ее стиле.

Мимо нее как раз проходил Ефремов. И нет, чтобы помочь подняться, так еще и возмущаться начал:

— Что это вы тут разбили? Я, вообще-то, туфли испортить могу! Вы хоть представляете, сколько они стоят? Да вы столько в год не зарабатываете, сколько они стоят. Немедленно уберите этот бардак!

А когда проходил мимо, чуть не наступил ей на палец. Валерия еле успела отдернуть руку.

У меня аж красные точки перед глазами забегали, настолько сильно я разозлился. Секунда, и я был уже рядом с хранительницей.

— Всё в порядке, Валерия?

Я уже наклонился, чтобы помочь ей подняться, но вовремя отдернул руку. Ведь если бы схватил за руку, она бы получила ожог.

— Нормально, — ответила Злоключение, кое-как поднялась и поспешила уйти.

А мне вдруг стало дико паршиво. Она в своем доме, между прочим! Да, временно, но это ее дом. Она может здесь рассыпать что захочет, бить и вообще делать что вздумается.

Через несколько мгновений я уже догнал Ефремова на повороте и отчеканил:

— Не смей! Не смей повышать голос на мою хранительницу! Никогда…

— Крутов, ты не забывайся, не с рядовым иннифером беседу ведешь. Хранительница должна знать свое место.

Мне дорогого стоило сдержаться и не впечатать кулак в его наглую морду.

— Помнится, ты хотел, чтобы я уступил тебе по сходной цене тот большой магазин в центре Краснодара? Я вспомнил… Я уже пообещал его главе клана реки Москва — столичные инниферы собираются начать торговлю на Кубани…

— Что?! — мгновенно взвился Ефремов. — Антон, твой сын перебарщивает…

— Мой сын всегда принимает верные решения… — вдруг встал на мою сторону отец.

Ефремов полоснул по нам убийственным взглядом и поспешил на выход. Туда ему и дорога.

Интересно, слышала ли нашу перепалку хранительница…

А даже если слышала, что с того? Пусть знает, насколько она мне важна.

Никогда не думал, что буду настолько дорожить женщиной.