Глава 28

– Так, надеюсь, все, – произнес участковый, нервозно поглядывая на часы, – давайте начнем. Подходите ко мне рядами, как сидите.

Те, кому не повезло разместиться на первом, с подозрением оглядываясь, встали и обступили представителя власти.

– Вы видели в субботу в клубе этого юношу?

Похоже, сельчанам показывали фотографию. Большинство мотали головой, и участковый их отпускал. Но некоторые припоминали, что вроде да, был такой, тусил с Митяем. Полицейский повеселел и, игнорируя вопросы «А в чем, собственно, дело?» и похожие, сразу подозвал к себе новых приятелей Антона. Оборотень тоже решил, что сейчас самое время, и присоединился к группке. Участковый глянул на него несколько удивленно, однако смолчал. Интересно, а откуда он вообще узнал список присутствующих тогда в клубе? Билеты-то не по паспорту продавались. Ах, ну да! Это же Сарнасов! Думается, билетерша с вахтершей на пару составили очень даже подробный перечень.

Ребята передавали из рук в руки фотографию, но не спешили подтверждать, что узнают человека на ней. Когда очередь дошла до Танюхи, она воскликнула:

– Так это же Сандро! Ни фига се! Какой у него крутой моцик!

И Антон сразу переместился к ней поближе, чтобы тоже взглянуть, кого он упустил. С карточки смотрел молодой субтильный парень. Лет двадцати, ну максимум двадцати двух. Светлые залаченные волосы, дорогая кожаная крутка и мотоцикл… «Харлей», между прочим. Только зачем тому, у кого «Харлей», зариться на золотую статуэтку?! Да и еще специально вламываться ради нее в чужой дом?

– А что случилось? – перебил Танюхины восторги Олег, посмотрев на подругу, как на идиотку.

– Расскажите все с момента его появления в зале…

– Не, Степаныч, так не пойдет. А ты нам потом какую-нибудь статейку привесишь? – хмыкнул шибздик, имя которого Антон не удосужился тогда запомнить.

– Вот если не расскажете сейчас, точно что-нибудь навешу! И то, что в дальний угол запихал, достану, и новые улики найду! – стал закипать полицейский.

– Степаныч, ну правда, мы ж помочь хотим! – примирительно вклинился Митяй, стараясь оттеснить Танюху из первого ряда и отбирая у нее снимок. – Что натворил-то пацик?

– «Пацик», – взвился участковый еще больше, – умудрился, понимаешь, пропасть. Ушел из коттеджного поселка в Сарнасов, и с тех пор его никто не видел. Поэтому в ваших интересах поделиться информацией, пока кто-то посторонний не сделал это за вас.

– Ну, не кипишуй! Тусил он с нами, да, но пришел уже датый. Финтифлюшку какую-то показывал. Говорил, что церковный призрак обещал ему что-то за нее.

– Призрак? – напрягся участковый. – Это прозвище?

Компания захохотала.

– Это привидение, которое в разрушенной церкви живет. По мнению Сандро. Говорю же, датый был.

– И дальше что?

– Что-что, поволок нас с призраком знакомить. Мы пошли по приколу, а че нет?

– И?!

– И ничего. Пришли к церкви, послонялись кругами. Он все пытался какой-то тайный ход найти. Поржали, еще выпили и разошлись.

– Куда?

– Мы – по домам, Сандро, наверное, к себе в коттеджи.

– Один через лес?

– А мы ему что, охрана?

Участковый смачно выругался. Потом добавил:

– Про шатуна слышали? Чтобы в лес, пока его не отловят, ни ногой!

– Он что, его… того? – ахнула Танюха. – Загрыз?

– А я почем знаю? – рявкнул полицейский. – Если б знал, с вами бы не возился. Сегодня облава в лес пойдет, будем искать. Хотя больше суток прошло. Если не загрызли, то замерз уже где-то спьяну…

М-да… Вдруг Сандро действительно попал медведю под горячую лапу? Тогда они с Киром статуэтку по лесу будут еще долго искать. Надо бы пойти с облавой, так хотя бы информация будет достоверной и наисвежайшей. Ну, приблудился дог к народу. Даже если и погонят, отойдет чуть в сторону. Слух у него все равно острый, нечеловеческий.

А если сущность из разрыва в церкви и правда вышла с Сандро на контакт? Сильно они разминуться не могли, проход Антон проверил… Неужели тварюга убила «котеджского»? И ведь никого из людей туда не отправишь посмотреть, сами могут в разрыв вывалиться или на обед попасть… Надо им решать быстрее со взломом барьера. А то, пока они Графку пытаются на чистую воду вывести, ситуация, похоже, усугубляется.

На обратном пути, как и планировал, Антон забежал в фельдшерский пункт. Графка здесь дежурила и, видимо, сегодня даже ночевала.

– Есть новости? – с надеждой уточнила она, поднимая глаза от рабочего стола, на котором была разложена гора карточек.

В белом халате, шапочке и со стетоскопом на груди она совсем на ведьму не смахивала. Антон вкратце поделился, разве что про «пьяный бред» Сандро умолчал. Пока они не знают, имеет ли отношение Графка к «церковным» делам, лучше ей не давать понять, что они о чем-то догадываются.

Аграфена внимательно все выслушала и побледнела. Шансы вернуть фигурку становились ну прямо ничтожно малы, и она это понимала.

– Можно я взгляну на раненого?

Минуту назад ушедшая в себя Лидина мать встрепенулась.

– Зачем тебе? Он стабилен.

– Вы его… не только же лекарствами лечили?

– Антон, да? Ты что в мои дела лезешь?! Жив человек, вреда не нанесено, закон не нарушен.

– Тогда разрешите на него взглянуть, – упрямо повторил оборотень.

Графка свирепо зыркнула, однако встала, и Антон пошел за ней следом. Мужчина лежал на кровати, перебинтованный и под капельницей.

– Снотворное колю, – пояснила фельдшер.

Оборотень подошел поближе и принюхался. Колдовством от пострадавшего несло за версту, это было очевидно. Как и то, что состояние его для человека, на которого напал медведь, прямо-таки суперхорошее.

– Вы… реально его исцелили, – пораженно произнес Антон.

Он слышал, что ведьмы лечат что-то по мелочи, но вот чтобы так, практически с того света…

– Я знаю, о чем ты думаешь, – хмыкнула Графка. – И нет – ведьм нельзя поставить на службу страже. Каждое вот такое исцеление требует не только знаний, но и огромного внутреннего ресурса. Когда здесь что-то серьезное раз в несколько месяцев – это одно. Другое – если работать в больнице, когда пациентов поток. Возьмись всем помогать, я бы и месяца не протянула. Будь у Лиды дар, я ее ни за что не отпустила бы в мед.

– А, да, забыл кое-что, – спохватился Антон, потрясенный новой информацией.

Он достал сотовый и показал снимок рисунка из запасов Леонида Аркадьевича.

– Она! – ахнула Аграфена и от переизбытка эмоций схватила парня за запястье с телефоном. – Точно она! Вот даже вмятина на ноге нарисована! Откуда у тебя это?

– А у вашего покойного мужа она откуда? Статуэтка входила в сарнасовский клад.

Аграфена вздрогнула от этих слов, хотя не похоже, чтобы вопрос парня ее удивил.

– Найдешь фигурку – расскажу, – категорично объявила ведьма и пошла к выходу.

Значит, с кладом Лидина семья как-то связана. Где вот только этого Будду искать? Блин, проще доехать до города и заказать у ювелира копию. Но, судя по тому, как ведьма на ней вмятины помнит, номер не удастся.