Глава 37

Церковь Антон обошел по кругу раза три. Слазил в тайный Димоновский ход, «поцеловал» барьер, за которым вроде бы, как всегда, ничего не происходило, и, когда уже ощутил, что реально устал и пошатывает, отправился к Графке. Он был уверен, что Кирилл бы таких действий не одобрил, поэтому рассказывать ему и не собирался. Он съест хороший стейк, выспится и к завтрашней операции будет как огурчик. А сейчас необходимо было отвлечь внимание от Лиды любой ценой. Заявившемуся уже в человеческой ипостаси Антону Графка не удивилась. Но вместо хороших новостей, не давая ведьме опомниться, Антон вывалил на нее всю информацию, которую знал, и все подозрения, к которым они пришли. Естественно, она сперва не поверила. Слишком сильно привыкла к образу спасителя в лице деда Арсения и образу врага в лице Демьяна и стаи. – Если мой напарник с бывшим участковым сейчас найдут клад в лесном доме ведьмака, вы поверите? – непонятно почему шепотом уточнил Антон. Он помнил, что Лида спит под чарами, но все равно опасался ее разбудить. Хотя одновременно и поговорить хотел. Будь что будет. Пусть уже обсмеет, пошлет, все что угодно, лишь бы не носить все в себе. Насколько же было проще, когда с женщинами его объединяли только товарно-денежные отношения! Хочет ли он вернуться к тому варианту? Антон четко осознал, что нет. В это было сложно поверить ему самому, но, кажется, Рубикон перейден. В его голове, сердце, мечтах и желаниях осталась одна-единственная девушка. Та, что сейчас спала волшебным сном в нескольких шагах дальше по коридору. – Поверю, – тихо ответила Аграфена, сбивая Антона с унесшихся вдаль мыслей. По ее поникшим плечам, впрочем, было уже видно, что ведьма обдумала ситуацию и ей она кажется вполне возможной. – Вы… поможете нам взломать барьер? Установленный вашей матерью и ее подругой, он создает нам много проблем. Если мы не ударим первыми, сущность может воспользоваться полнолунием и Лидиным даром, и тогда… – Не надо! – резко оборвала оборотня Графка. – Я… могу снять барьер, но на это, скорее всего, уйдут все мои силы. – То есть вы можете погибнуть? – испугался Антон. Прося о помощи, оборотень об этом не подумал. Грех ему на душу был не нужен, хоть и не сказать, чтобы Антон прямо верил в Бога… но какой-то высший разум где-то точно есть. Должен быть. – Нет, – слегка улыбнулась Аграфена. – Жизненные силы расходуются только при ворожбе, связанной с исцелением. За все остальные заклинания ведьмы платят просто своим даром. В худшем случае потеряю способности. – А, ну это другое дело, – облегченно выдохнул Антон. – А… Лиде не лучше? – Надеюсь, что лучше. С утра к ней никто не подключался. Кого… вы отправили к церкви? – Кого я мог туда отправить?! – возмутился Антон. – Сам гулял. А можно… разбудить Лиду? Мне очень надо с ней поговорить. – Хорошо, – неожиданно легко согласилась Аграфена. – Иди и жди ее на кухне. Кажется, Антон не сумел сдержать выскочившую на лицо предательскую счастливую улыбку. Чтоб ее! Если ведьма догадается, что он решил-таки наплевать на ее угрозы и открыть Лиде другой мир… Она может просто передумать и не дать им пообщаться. …Лида проснулась оттого, что мама снова тормошила ее за плечо. Сейчас-то что случилось? Звонка будильника еще не было. – Доченька, я тебя в школу не пустила, тебе нездоровилось… Странно. Лида ощущала себя прекрасно выспавшейся и бодрой. Да, с вечера на нее навалилась какая-то слабость, чуть сознание не потеряла, но это все, наверное, переутомление и нервы. Ну и ладно, денек можно и прогулять. У нее и дома учебников, что месяц, не вставая, читать можно! – Хорошо, – пробормотала девушка и уже хотела перевернуться на другой бок, чтобы поспать еще полчасика, как мама снова заговорила: – К тебе гость. На кухне ждет. С Лиды сон как рукой сняло. Что еще за гость?! Друзей у нее не было, мама спокойна, разве что встревожена немного. Может… Марина снова пришла? Лида потянулась, откинула одеяло и села на кровати. – Скажи ей, пожалуйста, что я сейчас умоюсь, оденусь и выйду. – Ей? – удивилась мама. – Это Антон. У Лиды сразу дар речи пропал. Антон? Что он здесь делает? И странно, что мама на него в прошлый раз прямо набросилась, а сейчас «гость», как ни в чем не бывало. А! Они же там что-то договаривались насчет розыска статуэтки! А она тогда причем? Ей он, кажется, уже все сказал тогда в клубе. Обида ядом разлилась за грудиной. Лида чуть не выпалила в сердцах: «Скажи, что меня нет дома», но все-таки в последнее мгновение прикусила язык. Вдруг… Марина права? Вот мама всю жизнь гонит Николая, а зачем? Лида много раз видела, как мать на него тайком смотрит и вздыхает. И к ней он всегда был очень добр. Помогать старался, подарки дарил. Лида даже думала сперва, что он ее отец. Уже намного позже она узнала правду. – Хорошо, – решилась девушка. Надо хотя бы выслушать, что скажет. В конце концов, от этого у нее не убудет. И она поспешила в ванную. Наспех умылась, взглянула на себя в зеркало. Какой кошмар! Волосы, наэлектризовавшись от долгого сна, стоят, словно стог сена. Лида их стала с рвением расчесывать, но куда там! Кудри лишь больше распушались. Етишкин кот! Лида собрала волосы и заплела тугую косу. Посмотрела на себя с одной стороны, с другой… Нет, сейчас прическа смотрелась более-менее аккуратно, но в городе-то, наверное, девицы, лощеные, как на обложках. К таким Антон привык. А она тут выйдет с косой, как Марфушечка-душечка. Лида расплелась обратно, рыкнула от раздражения на саму себя и просто собрала копну в низкий хвост. Вышла из ванной, надела домашний велюровый костюм и, длинно выдохнув, чтобы восстановить дыхание, прошла на кухню.