Глава 24

Кристина

Залетаю на кухню и, помогая пальцами, заталкиваю в рот безумно вкусный гирос в пите, а затем под недоуменно-осуждающие взгляды мамы несусь обратно в коридор.

- Кристина, ты куда так торопишься? – она следует за мной, упирая руки в бока. – Не переоделась, поела в буквальном смысле на ходу, разве так можно?

- Ма, я очень спешу, - засовывая ноги в кеды, отзываюсь я. – У нас с пацанами сходка.

- Опять с пацанами, - родительница недовольно закатывает глаза. – Тебе ведь уже шестнадцать! Может, пора не на сходки, а на свидания ходить?

- Что ты такое говоришь? – в ужасе вылупляюсь на нее.

- А что? – она приподнимает брови. – Ты ведь молодая девушка, это вполне естественно испытывать…

- Я подросток! – перебиваю маму, пока она не успела наговорить того, от чего мне непременно сделается неловко. – И всякие там свидания мне не нужны! Давай пока, буду вечером.

Чмокаю родительницу в щеку, выхожу в подъезд и, перепрыгивая сразу через несколько ступенек, сбегаю вниз по лестнице. Оказавшись на улице, блаженно тяну носом воздух и подставляю лицо теплому апрельскому солнцу. Оно ласково касается моей кожи, заставляя щуриться и улыбаться. Все-так я обожаю весну – невообразимо прекрасное время года!

Заворачиваю за гаражи, привычным движением перекидываю ногу через полуразвалившийся заборчик и шествую к месту встречи Донских. За последние годы ребята стали мне очень близки, хотя такой тесной дружбы, как, например, с Шульцем, у меня ни с кем из них не вышло.

Мы сохраняем ровные приятельские отношения и неплохо проводим время вместе: меряемся силами с Шабловскими, осуществляем набеги на сады и огороды дачников, летом гоняем на великах, зимой – на лыжах, а иногда просто зависаем на заброшках и обсуждаем всякую чепуху вроде спортивных новостей и тачек.

Приближаюсь к месту встречи и с удивлением замечаю, что на веранде сидит один лишь Олег Череп, наш вожак. Парень по обыкновению одет в широкие штаны цвета хаки и просторную футболку, из-под которой выглядывает его внушительного размера татуировка с изображением черепа.

- А где остальные? – озадаченно приподнимая брови, интересуюсь я.

- Черт их знает, - жмет плечами он, а затем проходится по мне непривычно внимательным взглядом. Прямо с головы до ног окатывает. – Как жизнь, Крис? Какие новости? Давно по душам не общались.

На самом деле мы с ним никогда не общались, как он выразился, по душам. В то лето, когда я вернулась из лагеря, злая и обиженная на Шульца, он пошел мне навстречу и милостливо принял меня в свою стаю, за что я, разумеется, ему безмерно благодарна, но друзьями нас назвать никак нельзя. Скорее, приятелями.

Олег всегда казался мне прекрасным лидером и сильным вожаком, но я не могла не замечать его излишней жесткости, которая временами переходила в жестокость, и явных манипуляторских замашек. Парень мог прилюдно унизить любого из членов своей стаи, мог подойти и без всяких объяснений врезать, а однажды он потушил сигарету об Ваньку Лукумьева только за то, что тот, воруя металлолом со стройки, спалился перед работающим там прорабом и похерил все добытое железо.

Но, несмотря на суровый нрав Черепа, мне от него никогда не доставалось. Ну, почти никогда. Пару раз он, конечно, называл меня криворучкой и бестолочью, но по сравнению с красочными эпитетами, которыми он одаривал других накосячивших ребят, эти слова казались без преувеличения ласковыми.

- Да все нормально, - растерянно отзываюсь я. – Новостей особо нет.

- Как дела с Шульцем? Все собачитесь? – он поднимается со скамейки и медленно шагает ко мне, на ходу надкусывая сочное зеленое яблоко.

- Ага, - киваю я. – Постоянно меня бесит, засранец. Но ничего, после девятого мы разойдемся в разные классы, и я перестану видеть его надменную рожу по сто раз на дню.

С легкой улыбкой на губах Череп останавливается неподалеку от меня, и взгляд его серых с металлическом отблеском глаз застывает на моем лице.

- Бьюсь об заклад, он тайно в тебя влюблен, - огорошивает меня парень.

- Ты с дуба, что ли, рухнул? – усмехаюсь я. – У него что ни день, то новая девчонка, так что от любви ко мне он явно не страдает.

- Я знаю, что я говорю, - качает головой Олег. – А ты просто маленькая еще, многого не понимаешь.

Он делает еще один крошечный шаг мне навстречу и оказывается недопустимо близко, в зоне моего личного пространства. Будь на его месте кто-то другой, я бы безо всяких сомнений оттолкнула наглеца, посмевшего нарушить незримые границы моего комфорта, но Черепа толкать я не смею. Как-никак он вожак нашей стаи, и нарываться на конфликт с ним мне абсолютно не хочется.

- Ты всего на год меня старше, - отвечаю я, стараясь не обращать внимания на его горячее дыхание, касающееся моего лба.

- Дело не в возрасте, Крис, - отзывается он и аккуратным движением заправляет мои волосы за ухо. – Просто ты в душе еще ребенок, и мне это охрененно нравится.

Раньше Череп никогда не позволял себе подобной фамильярности: не трогал меня, не смотрел так неотрывно, не говорил о том, что ему во мне нравится… Вообще ни о чем личном не говорил. А тут прям разошелся. Не знала бы его, подумала б, что он ко мне подкатывает.

- Ты чего? – отодвигаюсь от парня, пытаясь скрыть смущение за нервной усмешкой. – Откуда такой поэтический настрой?

- А, может, ты меня привлекаешь, Крис, – он обнажает зубы в широкой улыбке, а затем вновь кусает яблоко. Быстро и агрессивно, словно хищник, пожирающий жертву. – Как девушка.

От этих слов мое лицо непонимающе вытягивается, а губы непроизвольно складываются в недоуменную «о».

Привлекаю его как девушка? Очуметь можно! Олегу что, голову припекло? В тенек пора парню?

- Это такая шутка, да? – напрягаюсь всем телом, чувствуя как по спине бегут неприятные мурашки.

Повисает длительная пауза, в течение которой Череп продолжает беззастенчиво ощупывать меня глазами. Волосы, лицо, ноги – все рассматривает. Мне вдруг делается дико неловко и, повинуясь порыву, я обнимаю себя руками, чтобы хоть как-то прикрыться от его липкого взора.

- Конечно, шутка, - наконец произносит парень и отворачивается в сторону, вновь вонзая зубы в зеленый фрукт.

Я облегченно выдыхаю, ощущая, как мои приподнявшиеся от напряжения плечи опускаются на прежнее место. Все-таки юмор у Черепа очень странный… Ну да ладно, главное, что все сказанное им – неправда. Ему, наверное, просто скучно без пацанов, вот и решил позабавиться.

- Слава богу, - я шутливо вытираю со лба пот. – А то я уж подумала…

- Пошли прогуляемся, Крис, - не дав мне договорить, заявляет Олег. – Мороженого поедим, а то жара такая.

Видимо, на присутствие других членов стаи сегодня можно не рассчитывать. Ну что же, я не против, можно и мороженого поесть. Хотя, конечно, это странно немного… И необычно. Никогда не гуляла наедине с Олегом.

* * *

Мы с Черепом покидаем веранду и прогулочным шагом направляемся в магазин, где он покупает нам по стаканчику вкуснейшего пломбира, который я принимаюсь торопливо облизывать, чтобы не успел растаять на жаре.

- У тебя мороженое на носу, - смеется Олег, ловким движением стирая с моей кожи белое лакомство. – Говорю же, как маленькая.

- Да что ты все заладил? Маленькая да маленькая, - закатываю глаза. – В некоторых вопросах я очень даже взрослая.

- В каких, например? – парень с любопытством косится на меня.

- А то ты не знаешь, - играю бровями. – В искусстве надирания задниц, конечно.

- Да, но в этом ты была хороша еще несколько лет назад, - качает головой он. - А чего новенького ты попробовала с тех пор, как тебе стукнуло шестнадцать?

Его вопрос ставит меня тупик. Говоря откровенно, ничего такого, что можно было бы пометить маркером «принципиально новое», в моей жизни за последние годы не появилось. Досуг остался прежним, окружение не поменялось, да и интересы все те же – спорт, компьютерные игры и прогулки с пацанами.

- Вот об этом и речь, Крис, - заметив мое замешательство, заявляет Олег.

Доев свое мороженое, он достает из кармана пачку сигарет, цепляет губами одну из них и чиркает перед ней зажигалкой.

- По-твоему, я что-то упускаю? – хмурюсь я, наблюдая за тем, как парень медленно втягивает дым в легкие.

- Возможно, - кивает Череп, задумчиво глядя вдаль, а затем вдруг предлагает. – Хочешь?

Он протягивает мне сигарету, зажатую между двух его пальцев, и с вызовом улыбается, мол, давай рискни. Повинуясь импульсу, я собираюсь взять у него дымящуюся бумажную гильзу с завернутым в нее табаком, но Олег отводит ладонь назад, дескать, пробуй из моих рук.

Все еще не понимая, зачем я это делаю, слегка вытягиваю голову вперед, обхватываю губами сигаретный фильтр и неуверенно затягиваюсь. Рот тут же наполняется чем-то терпким и горьким, а в горле начинает сильно першить. Глаза против воли наполняются влагой, и единственное, что я сейчас ощущаю, это сильное жжение в груди и острое желание прокашляться. Ловлю насмешливый взор Черепа и решаю во что бы то ни стало выдержать эту пытку. Пусть не думает, что я какая-то там слабачка.

Не кашлять. Главное – не кашлять.

Выпускаю тонкую струйку дыма наружу и, освободив рот от противной субстанции, победно улыбаюсь.

Олег тоже вздергивает уголки губ, явно собираясь что-то сказать, но знакомый нам обоим голос, доносящийся откуда-то сбоку, прерывает его:

- Охренеть, Кавьяр! Ты пала ниже некуда!

Мы с Черепом синхронно оборачиваемся и упираемся взглядом в стоящего неподалеку Шульца. Он смотрит на нас сурово, неприязненно и, я бы даже сказала, с долей брезгливости. Нет никаких сомнений в том, что он видел мою сигаретную затяжку из рук Олега… Но какого черта он комментирует? Ему-то вообще что за дело?!

- Это ты сейчас упадешь, козлина! – недовольно огрызаюсь я. – Че застыл? Иди, куда шел!

- Тут нейтральная территория, - отрезает Шульц. – Хочу и стою.

Андрей продолжает буравить меня осуждающим взглядом, и я, совершенно того не желая, принимаюсь алеть как маков цвет. То ли оттого, что он застукал меня за дурным занятием, то ли оттого, что увидел, как мы с Черепом гуляем наедине, как какая-то долбанная парочка, мне становится жутко неловко перед бывшим другом, даже ладони потеют.

Хотя чего это я? Шульц мне уже давно никто! Пусть хоть подавится своим неодобрением, мне по барабану!

- Никотин, уксусная кислота, метан, аммиак, мышьяк, угарный газ – понравилось вдыхать это дерьмо?! – Андрей напирает на меня так, будто собирается отшлепать за непристойное поведение.

- Понравилось! – лгу я, лишь бы ему насолить. – Чего привязался?!

Да, Шульц, а ты что думал? Я совсем не примерная девочка. Не нравится, что курю? А ты терпи. Мне тоже много чего не нравится. Например, девки твои бесчисленные, которых ты по углам в школе зажимаешь и тискаешь так, будто вы в последний раз видитесь. Или то, что от взгляда твоего зеленого мой желудок кульбит с переворотом каждый раз делает… Но я же не жалуюсь, не ною из-за этого. Вот и ты не возбухай!

Шульц останавливается в паре шагов от нас, переводит суровый взор на Олега, который невозмутимо докуривает сигарету, и, понизив голос до пугающе низкого баса, цедит:

- Зачем ты подсаживаешь ее на эту хрень? У самого дыхалка никакая, решил и другим испортить?

- Я че-то не догоняю, Шульц, тебя это каким боком касается? – Череп небрежно отбрасывает окурок в траву. – Она в твоей стае? Нет. Она твой друг? Снова нет. Девушка? И опять мимо.

Олег выдерживает небольшую паузу, в течение которой лицо Андрея из недовольного превращается в откровенно злое, и добавляет:

- Занимайся морализаторством у себя в стае, а к моей не лезь. Иначе не поздоровится. Правильно я говорю, Крис?

С этими словами Череп закидывает руку мне на плечи и, обнимая за шею, притягивает к себе. От этого его какого-то уж чересчур панибратского жеста мне становится не по себе, но отстраняться я не спешу.

Во-первых, потому, что происходящее явно не нравится Шульцу. Того и гляди, лопнет от бешенства, наблюдая за нами (а, значит, я просто обязана продолжать в том же духе). Во-вторых, я по-прежнему не хочу ссориться с Черепом, бесцеремонно отталкивая его от себя. Просто в следующий раз буду держать между нами дистанцию, чтобы он не воображал, будто может вот так запросто меня обнимать.

- Правильно, - поддакиваю я Олегу, стараясь скрыть нарастающее во мне напряжение от его слишком близкого присутствия.

Взгляд Шульца вновь соскальзывает на мое лицо, и от пробирающей до мурашек зелени его глаз становится трудно дышать. Почему он всегда так на меня действует?

- Если твое окружение считает что-то нормальным, это необязательно так, - негромко произносит он. – Учись думать своей головой.

- А ты своей головой думал, когда купальник мне развязывал, мерзавец? – гневно шиплю я, скидывая с себя руку Черепа и шагая Шульцу навстречу.

Ох, и раздражает же он меня! Так бы и расцарапала его самодовольную рожу!

- Разумеется, - в зеленых глазах загорается шальной огонек. – Я ведь больше всех хотел посмотреть, что у тебя под ним.

Последнюю фразу он произносит тихо, почти неслышно, и я уверена, что до слуха Черепа она так и не долетела.

До судороги в челюсти стискиваю зубы и сжимаю руки в кулаки. Еще чуть-чуть, и я его ударю. Честное слово, ударю. Потому что нельзя быть таким наглым и самоуверенным!

На грудь мою хотел посмотреть? Ну что, понравилась? Не хуже, чем у твоей Динки? Наверняка не хуже! Я ведь тоже очень даже ничего, симпатичная. Ты замечаешь это, Андрей? Скажи, что замечаешь…

- Иди к черту, Шульц! Ненавижу тебя!

- От ненависти до любви, как говорится, - бросает он, разворачиваясь и двигаясь в сторону своего дома. – Смотри не влюбись, Крис.

- Да я скорее влюблюсь в болотную жабу, чем в тебя! – выплевываю ему в спину с досадой.

Ну вот. Опять я потеряла самообладание и воплю на всю улицу, как чокнутая истеричка. Гребанный шутник! Как ему удается с такой завидной регулярностью доводить меня до белого каления? Ума не приложу.

Но ничего, скоро моя бомба замедленного действия рванет и разорвет репутацию Шульца на кусочки. Вот тогда-то я и повеселюсь.