Глава 45

Андрей

- Блин, какая эта Морозова секс-бомба, - стягивая с себя влажную от пота футболку, тянет Кирилл Матросов. – Я на нее смотрю, и у меня в штанах дымится!

Мужская раздевалка взрывается одобрительным хохотом, а затем раздается насмешливый голос Гуляева:

- Только у тебя, Кир, ноль шансов с ней замутить!

- Че это ноль? – оскорбляется Матросов.

- Ой, ну сорян, вероятность в одну десятитысячную тебя устроит? – ерничает Леха, засовывая спортивную форму в рюкзак.

- Да пошел ты, я ее к новому году завалю!

- Куда завалишь? На сеновал? – ржет друг.

- В койку, дебил!

- Ставлю пятихатку, что засосу ее раньше Матросова, - с азартом вставляет Тимур Каримов. – Я к таким красоткам знаю подход!

- Ого, становится интересно, - Гуляев довольно хлопает в ладоши. – А я, как гуру любви, ставлю косарь на то, что наша госпожа Морозова подарит свой заветный поцелуй мистеру Шульцу.

- Шульц – ленивая жопа, его девки избаловали! – глумится Матросов. – Хрена с два у них что выйдет!

- Не завидуй! - со смехом отмахиваюсь я.

- Не, серьезно, - продолжает Гуляев. – Давайте делать ставки, кто первый охомутает нашу неприступную куколку! Че, пацаны, кто в деле? Готовьте кэш!

Желающих поспорить оказывается на удивление много, даже задрот Фил Тараканчиков не остается в стороне. Все-таки, когда дело касается девчонок, даже самые интеллигентные из нас превращаются в животных.

- Ну а ты, Шульц, на себя ставить будешь? – окликает меня Матросов, когда я уже выхожу из раздевалки.

- Не, я пас, - качаю головой, выходя в коридор.

Я, конечно, ничего никому не навязываю, но, по-моему, спорить на девчонку – это днищенское дно. Не по-пацански как-то.

* * *

- Ребята, нам дали добро на поход! – вбегает в кабинет радостная и немного запыхавшаяся Инесса Григорьевна. – У районного управления разрешение получила, с директором даты согласовала – идем на следующих выходных!

- Ура! – раздается ей в ответ нестройный хор веселых голосов.

Я радуюсь вместе со всеми, хотя, если честно, совсем не ожидал, что у класснухи получится довести эту задумку с походом до конца. Обычно в нашей школе подобные идеи обрубаются на корню – никто не хочет брать на себя ответственность за несколько десятков подростков и таскаться с ним по горам да долам, особенно в свои выходные.

А вот Инесса Григорьевна не такая. Она преподает в школе только второй год, поэтому ее энтузиазм еще не потух, а стремление стать великим педагогом еще не погибло под прессом нескончаемой бумажной волокиты, которой непомерно грузят работников образования. Кажется, она всерьез верит в то, что миссия учителя заключается не только в обучении конкретному предмету, но и в воспитании молодежи. Должно быть, именно поэтому она постоянно толкает эти пламенные речи о великом и вечном. Идеалистка, короче.

- Я и сама очень рада! – признается учительница. – Помнится, в студенческие годы мы по этому маршруту с одногруппниками ходили. Так здорово было!

- А вы одна с нами пойдете? – интересуется наша староста.

- Нет, конечно, - улыбается Инесса Григорьевна, бегло наводя порядок у себя на столе. – Я с Виктором Никитичем, физруком нашим, договорилась. Все-таки взрослый мужчина в походе нужен. Ну и, само собой, Лилия Петровна, классный руководитель 11 «Б», тоже будет.

- А она зачем? – недоуменно вскидывает брови Гуляев.

- Как зачем? – удивляется класснуха. – Не могут же ребята без своего классного руководителя пойти.

- Так, значит, «бэшки» тоже идут? – после недолгой паузы уточняю я.

- Да, а я разве вам не сказала? – что-то увлеченно строча в ежедневнике, отзывается Инесса Григорьевна.

- Нет, - хором отвечаем мы.

Вздрогнув, она отрывается от своей писанины и поднимает глаза на нас.

- Ну, надо же, совсем замоталась, - немного виновато улыбается учительница. – Мы отправляемся в поход к озеру «Чарыз» всей параллелью одиннадцатых классов. Думаю, будет весело. Если кто-то не сможет пойти, просьба сообщить мне об этом до четверга. И не забудьте принести согласия родителей, без них не пустят.

Не знаю, почему, но новость о том, что на Чарыз мы пойдем вместе с 11 «Б» приятно меня будоражит. Хотя нет, вру. Конечно же, она будоражит меня из-за Кристинки, которая наверняка ни за что не пропустит такое прикольное мероприятие. Она ведь великая любительница всей этой походной движухи. Рюкзаки, палатки, разведение костра – прям ее тема. Ну, по крайней мере, раньше так было.

Я вообще с тех пор, как провел полчаса у Крис в гостях, весь как на иголках. Это было два дня назад, а я уже успел не меньше тысячи раз мысленно прокрутить наш диалог и около десяти тысяч раз представить ее образ в просторной футболке и с пушистым пледом на ногах. Эта картинка мне намертво в память въелась - стоит закрыть глаза, и она тут как тут.

Если честно, я, как от нее домой вернулся, отыскал в комоде свой детский фотоальбом и все снимки в нем залпом пересмотрел. На каждом втором мы с Крис были вместе - обнимались, дурачились, в траве валялись… Такими радостными казались, довольными… Аж в глазах от воспоминаний щипать стало.

Может, у меня начальная стадия помешательства? Ведь ненормально же столько думать о девчонке, с которой у тебя даже секса не было. Да какой там секса… И не целовались ведь ни разу. Только и делали, что воевали и нервы друг другу портили. Придурки, блин.

Со звонком Инесса Григорьевна начинает урок, и на какое-то время, увлекшись синтаксическим разбором предложений, я отвлекаюсь от навязчивых мыслей от Кавьяр. Слава богу, есть учеба и тренировки! А то б у меня реально кукушка поехала.

Однако в конце дня все становится хуже: на выходе из школы я натыкаюсь на Санька Макеева, который опять что-то втирает Кристинке. Будто мало мне того, что у нее парень есть! Еще и Санек тут феромонами своими брызжет, ухажер корявый!

- Эй, ты че завис? – хлопает меня по плечу Гуляев.

- Да так, я задержусь маленько, ты иди без меня, - не отрывая взгляда от противной парочки, отвечаю я.

- Ой, блин, - я хоть и не смотрю на друга, но прям чувствую, что вместе со вздохом он закатывает глаза. – Опять Кавьяр… Ты серьезно? Самому-то не надоело?

- Лех, ты это… Давай, пока, - пытаюсь отвязаться от Гуляева, потому что ощущаю, что он вот-вот вдарится в свою «донжуановскую» философию.

Но мне не везет – проигнорировав мое прощание, товарищ закидывает руку мне на плечо и тоном мудреца, открывающего простому смертному смысл жизни, изрекает:

- Андрюха, слушай меня, пока я готов делиться с тобой знаниями бесплатно. Когда стану тренером по пикапу, за эту инфу люди будут платить бешенные бабки. Никогда, слышишь? Никогда не показывай бабе, что ты в нее влюблен! Бабы они ведь как грифы – учуют слабость и давай клевать!

- Умоляю, избавь меня от своих экспресс-тренингов, - ною я, пытаясь скинуть с себя Лехину руку, но того уже не заткнуть.

- Если у тебя до сих пор на Кавьяр стоит, сделай вид, что ты к ней равнодушен! Еще Александр Сергеич говорил: «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей». Сечешь?

- Так точно думал мой Евгений. Он в первой юности своей был жертвой бурных заблуждений и необузданных страстей, - задумчиво тяну я, с неудовольствием наблюдая за тем, как Крис улыбается Макееву.

- Чего? – Леха вопросительно на меня косится.

- Чаво-чаво! - передразниваю я друга, отталкивая его от себя. – Классику, Гуляев, надо целиком читать, а не урывками.

Леха что-то отвечает мне в спину, но я его уже не слушаю. Приближаюсь к Саньку и Крис, совершенно при этом не зная, что скажу. Да здравствует импровизация!

- Санек, а ты бумбокс свой старенький в поход возьмешь? – громко интересуюсь я, вклиниваясь в их беседу. – Прикольно было бы вечером у костра под музыку потусить.

О, а я, оказывается, находчивый!

Одноклассник переводит на меня взгляд и неуверенно пожимает плечами:

- Да я, если честно, не планировал. Его же на своем горбу переть надо…

- Ну, нет - так нет, – легко отступаю я, ведь бумбокс был лишь предлогом. – Ну а ты, Крис? Тебя твой парень в поход отпускает?

Да-да, вам не показалось. Я специально заговорил про бойфренда Кавьяр при Макееве, чтобы тот не думал, будто может вот так запросто подбивать к ней клинья.

Вставай в очередь, Санек!

- Я не считаю нужным у него отпрашиваться, - холодно отзывается Крис, складывая руки на груди.

Ну, конечно, с Макеевым хиханьки да хахоньки, а, как я подошел, сразу закрывается и надменную сучку врубает. Как же бесит!

- Я бы на его месте тебя не отпустил. Мало ли, какие уроды приставать будут, - выразительно произношу я, а затем кидаю короткий многозначительный взгляд на Санька, как бы намекая, кого можно причислить к вышеупомянутым уродам.

Благо, одноклассник умом не блещет и явно не въезжает, что речь о нем.

- Слава богу, ты не на его месте, Шульц, а то б я удавилась, - заявляет черноглазая ехидна.

- Почему? Мы бы были классной парой. Хочешь, докажу?

С этими словами я обхватываю Крис за талию и легонько толкаю на себя, делая вид, что хочу поцеловать. Ясен пень, засосать ее сейчас не получится, но я не могу отказать себе в удовольствии полюбоваться огоньком бешенства в ее глазах. Вы бы видели это пламя! Яркое, необузданное, дикое! Того и гляди, ожог оставит!

- Вот ты идиот, Шульц! – возмущается она, отталкиваясь от меня обеими руками.

Крис, конечно, очень злится, но краска, залившая ее лицо, говорит о том, что помимо злости она чувствует и смущение. А значит, я ей небезразличен! Кого бы он там из себя не корчила!

Нет, моя девочка, меня не проведешь! Я чувствую… Всю тебя чувствую, от пяточек до макушки… Долго мы еще будем в догонялки играть? Ну, поддайся ты мне… Ну, пожалуйста.

- Прости, не удержался, - усмехаюсь я, взлахмачивая волосы.

- Еще раз меня тронешь, зубов не досчитаешься! – она угрожающе тычет в меня пальцем. – Понял?

- Понял, - смиренно соглашаюсь я.

- Ну все, Саш, я пошла, - Крис переводит взор на Макеева, - вечером созвонимся.

Чего?! Каким еще нахрен вечером?!

Бросив эту фраз, Крис разворачивается и торопливо устремляется в сторону дома. Наверное, боится, что я ее нагоню и приставать начну. Но я не собираюсь этого делать, сейчас у меня есть задача поважнее.

Поворачиваю голову и вперяюсь взглядом в стоящего рядом одноклассника.

- Санек, а вы по каким таким делам с Крис созваниваться собрались? – мрачно интересуюсь я.

- Я ей с лабораторкой по химии помогаю, а что? – беспечно отзывается он.

- Нравится она тебе? – решаю не тянуть кота за яйца.

- Э… В смысле? – теряется он.

- В смысле голой ее представляешь?

- Блин… Ну… - мнется Макеев.

Так, с этим все понятно. Еще один балбес, влюбленный в Крис. Нас тут что-то слишком много развелось.

- Короче, завязывай, - прямо говорю я. – Крис – моя. Увижу, что ты рядом с ней ошиваешься, двину в челюсть. Усек?

Макеев ошарашенно таращится на меня снизу вверх, а потом тихонько мямлит:

- А как же лабораторка?

- Я сам ей помогу, - отвечаю я. – А ты скажи, что больше не сможешь с ней заниматься. Придумай какую-нибудь мазу, только чтоб правдоподобно звучала, лады?

- Ну… Хорошо…

- Вот и отлично, - я одобрительно хлопаю одноклассника по спине. – Ты извини, что я на тебя давлю. Но такие вещи лучше прямо в лицо говорить, как считаешь?

- Наверное, - Санек явно пребывает в замешательстве.

- Супер, - махнув ему рукой, шагаю восвояси и через плечо бросаю. – Только имей в виду, этот разговор между нами.

- Ага, понял, - доносится в ответ.

Ну и здорово – одним конкурентом меньше. Осталось разобраться с Кристинкиным парнем, и путь к ее своенравному сердечку свободен.