Глава 37

Арсений

Утро понедельника выдаётся на удивление холодным и дождливым. Под ногами образовалась мерзкая каша из растаявшего снега и воды. Руки мёрзнут так, что их невозможно вытащить из карманов.

Натягиваю на себя самую тёплую куртку и шарф. А моя сводная выпирается на улицу в лёгком пальтишке.

— Ты во что вырядилась? — рявкаю так, что она аж вздрагивает.

— А что не так? — изумлённо спрашивает, явно опешив.

— Всё не так. Не видишь, какая погода на улице? Да ты задубеешь за пять минут, если до этого не промёрзнешь до нитки. Иди переодевайся.

Натали стоит как вкопанная и, вместо того чтобы как обычно упражняться со мной в остроумии, просто хлопает ресницами, а затем молча разворачивается и заходит в дом.

— И что, даже спорить не будем? — разочарованно бубню себе под нос.

Через пять минут она выходит в длинной тёплой куртке и даже с шапкой на голове. А проходя мимо, демонстрирует мне свои руки, спрятанные в перчатках.

— Доволен? — ехидно интересуется, натянув на лицо улыбку.

— Более чем, — отвечаю сухо. — Давай бегом в машину.

Сегодня Варя почему-то вернулась на переднее сиденье, поэтому я разваливаюсь на заднем, специально касаясь своей коленкой ноги сводной. Натали бросает на меня недовольный взгляд, но молчит.

В кармане куртки пиликает телефон. Сообщение от Зои.

Мы все выходные не общались, кажется, она догадывается, что дело идёт к финалу. Ну или же мне просто так хочется, а на деле она просто была занята своими девчачьими занятиями.

Снимаю блокировку и читаю сообщение:

«Доброе утро, Арсюша! Я соскучилась. Скорее приезжай».

Чёрт! Она соскучилась, а я через двадцать минут скажу ей: «Мы расстаёмся». Заканчивать отношения — это какой-то мрак. Но Сэм прав, чтобы ты ни сказал и как бы ни пытался сгладить углы, а сердце второго человека всё равно будет разбито. Если бы я знал, чем у нас всё закончится с Зайкой, то и не стал бы ничего начинать, просто предложил бы остаться друзьями. Так было бы правильнее…

Дорога до школы сегодня как никогда оказывается короткой. Только я думал, что у меня есть еще немного времени подготовиться, как машина уже тормозит у ворот. Распрощавшись с отцом, вылезаю из машины и протягиваю руку Натали.

Она не торопится давать свою. Какое-то время смотрит на мою ладонь, словно это бомба замедленного действия, и поднимает глаза на моё лицо. Терпеливо жду, хотя всё это происходит за считанные секунды, мне же кажется, что прошла уже вечность. Но на удивление меня это абсолютно не парит.

Сводная прищуривается. Не зло, но как-то настороженно, словно не может понять причину моего поведения. Но всё-таки протягивает руку, вкладывая свои пальчики в мою ладонь. Моментально сжимаю их и помогаю Натали выбраться.

По коже пробегает огонь, и меня тянет растянуть губы в улыбке от того, что она доверилась, хоть и в таком банальном действии. Не стала отталкивать, надуваться, словно ёжик, выставляя иголки, или игнорировать. А ещё рука Натали оказывается такой тёплой и маленькой по сравнению с моей. В голове на миг проносится мысль, что я обязан защищать её, особенно учитывая её хрупкость.

Мысли бегут как сумасшедшие, но их бег останавливает сама Натали:

— Руку вернешь?

— Вообще не планировал, — улыбаюсь, явно озадачив её своим ответом.

Но всё же выпускаю ладонь сводной из своей хватки. Пропускаю Натали вперёд и сразу же направляюсь следом за ней.

— А меня забыли? — ворчит за спиной Варя.

Закатываю глаза, но останавливаюсь. Дожидаюсь, пока она догонит меня, и потом вместе с ней иду к дверям, у которых нас уже ждёт Натали. В школу заходим все втроём. Девчонки сразу же направляются в раздевалку, а я, заметив Зою, иду в её сторону.

Пока подхожу, замечаю, что сегодня она какая-то нервная и дёрганная. То и дело кусает губы, поправляет и без того идеально лежащие волосы, оттягивает блузку и поправляет складки юбки.

— Привет, — здороваюсь с ней первым, нахмурившись.

Не целую в щёку, решив, что это, мягко говоря, будет некрасиво с моей стороны. Но Зоя сама тянется ко мне за поцелуем, и внутри меня всё обрывается. Чёрт, как же гадко я себя сейчас чувствую, кто бы знал! Мне хочется провалиться сквозь землю.

Понимаю, что это нужно просто пережить и идти дальше. Только вот я-то влюблён в другую, а Зоя останется с разбитым сердцем…

Обхватываю девушку за плечи и торможу её в паре сантиметров от моего лица. Она непонимающе смотрит на меня, застыв в моих руках.

— Что случилось? — её голос дрогнул, а я снова захлебнулся чувством стыда.

Это какой-то лютый треш! Оказывается, быть инициатором разрыва тоже больно. Но продолжаться вечно так не может, поэтому, сделав глубокий вдох, начинаю:

— Нам нужно поговорить.

Зоя замирает, её хрупкие плечи под моими ладонями вмиг словно становятся каменными. Во взгляде появляется арктический холод — она точно знает, что я хочу с ней обсудить.

— Говори, — глухо говорит она.

Выпускаю её из рук, и Зоя тут же складывает свои на груди, словно закрываясь от меня. Треплю волосы на затылке и тяжело выдыхаю.

— Это сложно…

— Ничего сложного, — чеканит она. — Просто сказал: «Мы расстаёмся» и всё, гуд бай.

От её холодного тона вздрагиваю. Это было неожиданно, и словно ей всё равно. «А ты хотел, чтобы она тут в ноги тебе упала и молила остаться?» — ехидно интересуется мой внутренний голос. Нет, не хотел, просто такая резкая смена в её поведении меня пугает. И сразу же в памяти всплывают слова Сэма о том, что Зоя далеко не та девчонка, какой хочет казаться. И какой её видел я.

— Я не хотел тебе делать больно, но и продолжать с тобой отношения больше не могу. Получается, что, если мы останемся вместе, я буду тебя обманывать, делать вид, что всё отлично, хотя это далеко не так. И от этого мне, признаться, дурно, потому что ты этого не заслуживаешь.

— Твоя совесть может спать спокойно. Всё хорошо, — горько усмехается Зайка. — Захотел расстаться, ну что ж, надеюсь, ты потом не пожалеешь о своём решении.

С этими словами она разворачивается и уходит, не дав мне ничего сказать ей в ответ. Смотрю ей в спину и понимаю, что у меня внутри притаилось какое-то непонятное чувство, словно предчувствие чего-то неотвратимого. Надеюсь, Зоя не пойдет к Натали с разборками и не станет устраивать скандал.

В класс захожу практически со звонком и тяжело опускаюсь на стул рядом с Сэмом.

— Я так понимаю, разговор произошел? Зоя влетела в кабинет злая как черт, разогнав всех, кто стоял около её парты.

— Да, мы расстались.

— И как всё прошло? Судя по тому, что было здесь, тебе досталось раз в десять сильнее. Но я не вижу царапин и синяков, — усмехается друг, разглядывая моё лицо.

— Нет, на удивление всё прошло спокойно. Она знала, что мы расстанемся, ещё до того, как я открыл рот. А после спокойно ушла, правда, сказала, чтобы я не пожалел о своем выборе.

Мы оба поворачиваемся в сторону Зои. Она сидит совершенно спокойно, что-то записывает в своей тетради и выглядит… умиротворённой, что ли.

— Такое её спокойствие меня напрягает, если честно, — говорит Сэм, отворачиваясь от неё.

— Меня тоже, — признаюсь честно, ещё какое-то время глядя на Зою украдкой. — Но, может, она понимает, что смысла в отношениях, где один заставляет другого быть с ним против его воли, это уже и не отношения, а каторга?

— Маловероятно, — скептически поднимает брови Сэм. — Я больше склоняюсь к тому, что она тебе отомстит. Ты бы приглядывал за Натали. А то Зоя легко может пойти с разборками к ней. И кто знает, чем это всё может закончиться.

— Знаю.

Весь урок я то и дело поглядываю на Зою, понятия не имея, что хочу увидеть. Всё это время она старательно записывает всё, что говорит учитель, а после звонка покидает кабинет вместе со своими подружками.

Я постоянно нахожусь в напряжении, ожидая какого-нибудь удара от неё, и расслабляюсь только перед началом собрания, когда осознаю тот факт, что Зоя всё-таки приняла наш разрыв и продолжает жить, как прежде.

Ожидаемо, что она голосует против меня, когда в классе выбирают кандидата на выборы в президенты школы, так же, как и её подружки. Но эти несколько голосов не играют роли. А после окончания уроков всю параллель собирают, чтобы огласить список кандидатов.

— Добрый день, ребята, — приветствует собравшихся директор. — Мне передали заявленные кандидатуры, и я с радостью их озвучу. С завтрашнего дня начинается предвыборная компания. Вы, конечно, ещё школьники, и это всего лишь президент школы, но прошу отнестись к этому со всей серьезностью. Мне очень интересно послушать, какие нововведения вы подготовите, — она делает паузу, дождавшись, пока шепотки в зале стихнут, и продолжает: — Итак, три наших кандидата: Петров Александр, Денисова Наталья и Новиков Арсений. Желаю удачи, ребята, и пусть победит самый достойный!

Чувствую, как после оглашения списков начинает припекать затылок под чьим-то пристальным взглядом. Оборачиваюсь и натыкаюсь на злющий взгляд Зои. Похоже, новость, что и я, и Натали будем участвовать в предвыборной гонке, её не сильно обрадовала. Но это уже не моё дело.

После напутственных слов директора у выхода из актового зала образовывается настоящая пробка. Мы спокойно стоим с Сэмом в стороне, дожидаясь, пока наплыв стихнет, как мимо проходит Зоя, ощутимо задевая меня плечом.

— Ой, прости, не заметила, — наигранно улыбается и торопится покинуть актовый зал.

— Она что-то задумала, — провожая её взглядом, говорит Сэм.

— Может, она просто сильно обижена и пытается меня задеть побольнее? — спрашиваю с надеждой.

— Не думаю, что всё обойдётся просто уколами. Я тебя предупредил, а ты сам смотри, в любом случае ты мальчик взрослый — разберёшься со своей бывшей самостоятельно, — хлопнув меня по плечу, отвечает друг.

Я ведь всё правильно сделал, так почему же весь день настолько паршиво на душе? И когда это гадкое чувство уже пройдёт?