Глава 7

Арсений

Как же меня бесит эта выскочка! Сиротка с гонором королевы. Сколько же в ней наглости и высокомерия, словно это не она приживалка в моём доме, а я в её. Так и хочется стереть это снисходительное выражение с её смазливой моськи.

Едва за Натали закрывается дверь, как рядом материализуется мать. Как обычно, при полном параде, словно только что сошла с глянцевых страниц. Меня окутывает облаком удушливо-сладких духов. Терпеть не могу эту её привычку обливаться так, словно это её последний шанс воспользоваться любимым парфюмом.

— Где Наташа? — спрашивает, поправляя дорогущие часы на запястье.

— Куда-то уехала, — пожимаю плечами.

— Куда? — перестав крутить ремешок и подняв на меня глаза, интересуется мать.

— Мне не доложила. Я не нанимался следить за ней, — отвечаю, плохо скрыв раздражение.

— Как же мне не нравится её появление в нашем доме.

В данную минуту солидарен с маман как никогда. Хотя обычно её высказывания меня больше раздражают. Мы давно утратили с ней связь. Её поглотила любовь к бутикам и хорошей жизни, я же сблизился с отцом.

— Наташа уже уехала? — спрашивает появившаяся в коридоре мелкая.

— Я не хочу, чтобы ты общалась с этой девчонкой, — заявляет мать категорично.

— А я буду, — упрямо отвечает сестра.

Ловлю ступор от её слов. Вот так перечить матери Варя никогда не решалась. Она не скандалит и не спорит, всегда делает так, как ей говорят. Уже думал, что у матери получилось воспитать себе идеального ребенка, которым она потом будет с удовольствием хвастаться перед подругами, а тут вот какой поворот.

— Варвара, — строго проговаривает мать, поворачиваясь к ней. — Ты что себе позволяешь?

— Ничего особенного. Всего лишь сказала, что буду общаться со своей сестрой.

— Она тебе не сестра, — взвизгивает маман.

— Ну как же не сестра, когда у нас один отец? Сестра. Единокровная сестра. Загугли, если не веришь.

— Я запрещаю тебе с ней общаться!

— А я папе расскажу.

У матери отвисает челюсть от такого хамского отношения, а Варька, потеряв интерес к разговору, начинает спускаться по лестнице.

— Ты это слышал? — недоуменно спрашивает у меня мать, отойдя от первого шока.

— Сестра научилась манипулировать. Где же она этого нахваталась? — с издевкой интересуюсь.

Мать злобно фыркает, но так ничего и не отвечает. Направляюсь к себе, слушая, как она вколачивает свои шпильки в паркет, пытаясь показать, как нами недовольна.

Падаю на постель, закинув руку за голову и взяв телефон, лезу в чат.

— Здорова, хата свободна до вечера, не хотите потусить? — записываю голосовое сообщение.

— Я за любой кипиш, ты же знаешь, — моментально приходит от Зайки.

Спустя пару минут все, как я и думал, соглашаются. Зашибись, значит, нормально потусим. Нужно заказать бургеры и колу.

Подрываюсь с кровати и, натянув первую попавшуюся футболку, выхожу из комнаты.

Ребята подваливают в течение часа. Я редко устраиваю дома тусовки, потому что обязательно кто-нибудь что-то разобьёт и мне потом придётся выслушивать нотации от предков. Но сегодня мне хочется устроить шумный вечер, жаль, Сиротка ушла, а то стала бы гвоздём программы.

— Привет, кисеныш, — виснет на моей шее Зайка. — Я соскучилась.

— Ага, и я.

— Почему мы так редко собираемся у тебя?

— Может, потому что каждый раз вы умудряетесь что-то разбить? — усмехаюсь в ответ.

— Где будем сидеть? У тебя? — пропустив мимо ушей мои слова, интересуется Зайка.

— Нет, в гостиной.

— О, крутяк, — говорит Сёма. — В плойку порежемся.

— Фу, ну какая плойка, Сём? — надувает губы Зайка.

Сэм игнорирует её и направляется с остальными в комнату. Мой лучший друг терпеть не может мою девушку. Его раздражает в ней буквально всё: от манеры общения до внешнего вида. Не цепляет он её только по двум причинам: во-первых, из уважения ко мне, а во-вторых, потому что старается никогда не ругаться с девчонками.

А вот Зайка постоянно пытается его задеть, чем дико меня раздражает. Зачем нарываться на грубость, тем более, если человек держит с тобой нейтралитет?

Парни уже расселись и принялись за еду. Веду Зайку к дивану и усаживаю рядом с собой, закинув её ноги на свои колени.

— А где эта? — спрашивает она.

— Кто? — спрашиваю, не понимая, о ком она.

— Ну ваша приживалка, — с издевкой спрашивает Зоя.

Не успеваю ничего ответить, как за меня это делает Сэм и в довольно грубой форме, чем порядком удивляет:

— Она живёт у своего отца. Он такой же родитель, как и мать, и обязан её содержать минимум до совершеннолетия.

— У отца давно новая семья, и здесь она приживалка, — упрямо стоит на своём Зайка.

— Выходит, и ты в семье своей матери приживалка? — спрашивает Сэм, зло усмехнувшись.

Я аж офигеваю от того, что сказал друг. Не думал, что он будет так отстаивать незнакомую ему девчонку. Сэм даже не представляет, какая она злобная язва, но заступается, словно это близкий ему человек.

— Ты.., — не находит слов для достойного ответа Зайка и возмущенно смотрит на меня. — Ты слышал, что он сказал?

— Может, хватит ругаться? — отвечаю на этот выпад. — Тем более, её нет дома.

— Эх жаль, а мы так хотели познакомиться с твоей сестрёнкой. Посмотреть, что там у тебя за родственница появилась, — шутит один из пацанов, желая разрядить обстановку.

Но это меня не успокаивает, а наоборот только ещё сильнее злит. И я не могу объяснить почему.

— Было бы на что смотреть, — мрачно бросаю.

И здесь я нагло вру, потому что в действительности Натали очень красива. С кукольным лицом, губами-бантиками и огромными, кажется, голубыми глазами. Если отталкиваться от принятых шаблонов, она должна быть глупой и недалёкой, как и все блондинки. Хлопать глазами и всё время ныть. Но это она быстрее заставит ныть тебя. Второй такой острой на язык девчонки я не встречал, уверен, что она с легкостью размотала бы всех присутствующих здесь.

Когда я впервые её увидел, в голове заиграла песня, которую отец часто слушал в машине: «Утоли мои печали, Натали». Бред, конечно, но девчонку зову только так.

— Да ты кроме своей Зойки-Зайки никого и не видишь. Уверен, что девчонка симпотная, — не унимается пацан.

— Закрыли тему, — рявкаю так, что Зайка вздрагивает.

Тема моей новой сестры моментально закрывается, и мы наконец начинаем играть. Джойстики гуляют от одного к другому, раунд идёт за раундом, и день медленно перетекает в вечер. А Натали до сих пор не объявилась дома. Не знаю почему, но меня это начинает злить. Где она только ходит?

В домофон звонят, и я выдыхаю: Сиротка вернулась. Скидываю ноги Зайки и направляюсь к дверям, чтобы открыть. Через минуту в коридоре появляется Натали.

— Ты почему так поздно? — накидываюсь на неё.

Она демонстративно поднимает взгляд на настенные часы, которые показывают девять вечера, а потом переводит его на меня:

— Комендантский час — десять вечера. Я приехала на час раньше, папочка.

В её словах столько яда, а во взгляде снисхождения, что меня буквально накрывает яростью, которая с минуты на минуту должна была обрушиться на стоящую напротив меня девчонку. Но этого не происходит, потому что сзади меня раздаётся голос:

— О, приживалка приехала, — подаёт голос Зоя.

И сейчас она как никогда некстати.