Глава 9. О сплетнях в эльфийских городках

– Ти-и-ильда, – вкрадчиво мурлыкал знакомый голос над ухом. – Вставай, ведьмочка.

– М-м-м-м, – невнятно ответила я и предприняла попытку закопаться под подушку.

– Иногда мне кажется, что за функции будильника ты должна мне минимум одну радужную рыбку в неделю, – задумчиво донеслось откуда-то сверху, и я вспомнила, что прямо около кровати стоит шкаф. Но зачем туда Жозу?..

Именно в этот момент на меня со зловещим мявом, переходящим в хохот, рухнула упитанная туша Жозефина, которая еще и как следует попрыгала и только после этого молниеносно ретировалась с кровати.

– Ты… ты… ты мерзавец! – нашлась я и ошарашенно села на кровати, ощущая, как меня бьет нервной дрожью после такого оригинального пробуждения.

– А ты ведьма. – Если бы коты могли ухмыляться, то мой несомненно сейчас именно этим и занимался. – Взъерошенная и страшная! Хотя твоя сорочка заслуживает внимания! И фигурка ничего так, конечно, не прекрасная развратная эльфийка, но тоже неплохо.

– Гад.

Я швырнула в фамильяра подушку, от которой он стремительно увернулся и, запрыгнув на стол, сообщил:

– Никак нет. Я все же млекопитающее, а уж никак не рептилия. И не вредничай. Уже утро, во второй половине дня тебе нужно идти к этой внушающей ужас старушенции, и я искренне советую остаток времени посвятить тому, чтобы выяснить, откуда у нее в лавке столько игрушек. И кем они являются.

Я кивнула, признавая правоту невыносимого кошары, и встала. Потянулась, бросила взгляд на большое зеркало на противоположной стене и машинально пригладила едва ли не дыбом стоящие волосы.

– И волосы приведи в порядок, а то кикиморы обзавидуются такому начесу.

Я вздохнула, стянула через голову сорочку и, потянувшись к платью, поймала в отражении взгляд… кота. Слишком уж пристальный и оценивающий. Не отдавая себе отчета, я рывком прижала одежду к груди и нервно сказала:

– Жоз, выйди, а?

Надо признать, что я ждала и рассчитывала, что он меня сейчас высмеет за внезапный стыд, но он послушно одним прыжком переместился со стола на подоконник и а оттуда на траву возле дома.

Я прижала руку ко лбу и подавила желание себя же по нему стукнуть. Что за блажь нашла?

Еще не хватало своего же фамильяра начать стесняться. Словно в первый раз при нем разделась, право слово.

Думаю, это эльфы на меня так влияют! И непонятная обстановка в лавке, а также мутное задание дяди. Просто разнервничалась, и вот.

Быстро натянув платье, я отправилась на кухню. Миланы уже не было, видимо, сегодня она заступала на свою стажировку с утра. Но на столе стояло блюдо, доверху наполненное свежими, явно утренними пирожками, а рядом белела записка, говорящая, что светлая ведьма будет рада, если я угощусь выпечкой, а в холодильном шкафу есть творог и кринка молока.

– У нас есть что покушать? – на пороге как ни в чем не бывало появился Жозефин, как раз в тот момент, когда я доставала молочные продукты. – О, какая прелесть!

– Да, и меня за эту прелесть уже начинает мучить совесть, – со вздохом проговорила я, расставила продукты на столе и налила коту в одно блюдце молоко, а в другое раскрошила пирожок.

Сначала Жозик отдал должное еде, а после безмятежно ответил:

– Тю, было бы из-за чего переживать! Сейчас пойдем на рынок и купим продуктов, а завтра ты приготовишь мяса! Боже, Тильда, за твое мясо я даже готов простить твой паршивый характер и тьму связанных с ним неприятностей!

Я спрятала улыбку за кружкой, ничего не ответив, но подумав, что коту я его вредность прощаю за дельные советы. И за принятие. Как бы мы с ним ни пикировались и ни цапались, я была в Жозефине уверена как в себе.

– А кроме продуктов мы на рынке разживемся еще и слухами. Но надо попроще одеться.

Так я и сделала. Покопалась в вещах, отыскала платье лавандового цвета, со вздохом отложила чулки и с тоской отодвинула в сторону коробку с шляпой. Сейчас мне нужно попробовать влиться в человеческую диаспору Луэжела. И что-то подсказывает, что с простой девушкой Тильдой местные станут общаться с большей охотой, чем с ведьмой Тильдой Ронберг.

Пока я одевалась Жозик доедал, потому, когда я снова появилась на кухне, взяла корзинку для продуктов и заявила, что готова двигаться навстречу еде и информации, кот окинул меня коротким взглядом и покатился от хохота.

– Ти-и-иль! Ты такая пастушка! Ну просто ни дать ни взять – милая селянка.

– Это и хорошо. – Я поправила косу и, подхватив животинку со стола, решительно двинулась на выход. – Эх, жаль, что метлу нельзя взять и придется тащить все на себе.

– А ты много не бери…

За обсуждением таких вот бытовых вопросов мы покинули студенческий городок. В деле обнаружения рынка нам помогла карта, потому я вознесла мысленную хвалу Вирниэлю и сделала мысленную зарубочку на тему того, чтобы пообщаться с юным эльфом чуть теснее. Во-первых, возможно не такой уж он и плохой, а просто балованный, а во-вторых, есть вероятность, что он что-то знает о мотивах своего отчима.

Рынок отличался от человеческих. Первое, что бросилось мне в глаза, – сплетенные из корней прилавки. Очень необычно и красиво! Во-вторых – тут царила чистота, и утоптанная земля, судя по всему, изначально не была заросшей травой. Складывалось ощущение, что вся растительность просто отступила в стороны.

Я прошлась по рядам, приценилась, купила кроличью тушку, овощи и, как зачарованная, дошла до прилавка с восточными специями и сладостями. Пирожки – это, конечно, прекрасно, но халва… о прекрасная халва в шоколаде!

Отоварившись и оставив у торговцев несколько золотых момент, я отправилась домой довольная-предовольная. Потому как была нагружена не только продуктами, но и так желанной мне информацией. Жозик, который нырнул в торговые ряды, едва мы к ним приблизились, догнал меня спустя несколько минут и сказал:

– Надеюсь, что ты не покупала рыбу у того мужика в красной рубашке. Глазки бегают, и не зря! Рыба несвежая! С трудом доел!

– Я купила кролика.

– И никакой рыбки?! Ти-и-иль… я, право, начинаю сомневаться в прочности связывающих нас уз. Как можно пойти на рынок и не купить рыбки?

– Я думаю, что ты ничего не имеешь против свежей сметанки, которую я взяла специально для тебя, – подлизалась я в ответ.

Потому что действительно купила для белоснежного вредителя сметаны, а также специальных кошачьих вкусняшек из бычьих жил. Ну и отлично знаю своего кота: он не просто там рыбу жрал, он еще и уши грел!

Было дико интересно сравнить то, что мы узнали.

* * *

– Странно это, Тиль. – Фамильяр развалился на подоконнике и провожал жадным взглядом каждый сверток, извлекаемый мною из сумки. – Знаешь, я люблю бродить между разумными разных видов и слушать. Все же облик кота имеет много преимуществ… Так вот! На этом рынке упорно избегают обсуждать ведьм. Притом именно светлых! Темных, как обычно, с удовольствием ругают.

– Может, потому, что большая часть переселенцев крестьяне и они в целом подозрительно относятся к магии? Раньше мы все же в столице жили, – рискнула предположить я, аккуратно разворачивая пергамент, в который было завернуто порубленное мясо. – А обсуждать светлых – это все равно что хорошую погоду. Зачем, если она и так хороша. А на “ненастье” – читай “темных ведьм” – можно и пожаловаться!

– Не знаю… А у тебя как?

Я отвлеклась, плюхнув на большую сковороду с толстым дном куски кроля. Теперь поджарить до золотистой корочки, добавить овощей…

– Походила, поспрашивала, – неопределенно повела плечами на вопрос Жозика. – Они действительно неохотно распространяются о практикующих в городе светлых, а в особенности о миасе Вераиль. Притом, знаешь, люди словно забывают, о чем я спрашивала. Безошибочно понял, о ком я говорю, только торговец приправами, и то, думаю, только потому, что поставляет ей пресловутые одуванчики и еще кое-что из редких сушеных трав. Хорошие специи нужны не только блюдам, но и зельям.

– Интересно. – Жоз со смаком потянулся и неожиданно серьезно сказал: – Будь настороже. У меня есть ощущение, что на этом городке сошлось немало интересов.

– Чьих?

– Правильный вопрос, который пока остается без ответа.

На этом беседа завершилась, и все оставшееся время до готовности жаркого я думала… сразу о многом. Столько событий, столько проблем, столько всего, что нужно учесть… И, медитативно помешивая овощи, я с раздражением понимала, что меня втравили без спроса в то, что разгребать буду всю оставшуюся жизнь. А потом снова рухнуло осознание, что если не получится выстоять против рода Вирниэля, то за эльфика действительно придется идти замуж.

Вряд ли они спокойно примут то, что в гробу я видела эту семейную жизнь.

– Почему загрустила? – вкрадчиво муркнул Жозефин.

– Вспомнила, что немногочисленные случаи раздельного проживания истинных пар, как правило, основывались или на одном поле связанных, или на том, что каждый из партнеров был достаточно влиятелен. А я молода… И я считала, что у меня впереди вся жизнь! Что я построю ее так, как сама хочу, не оглядываясь на дядю. И даже начала это делать!

От слишком резкой жестикуляции из руки вылетела ложечка, которой я помешивала обед и покатилась по столу, оставляя за собой пятна подливки.

– Ну вот…

– Не переживай. – Кот запрыгнул на стол и толкнул в мою сторону полотенце. – Никто тебя силком замуж не отправит. Обещаю.

Я с нежностью посмотрела на самоотверженного фамильяра, который со свойственной ему легкостью обещал то, что не сможет сделать, и почесала его за ухом.

– Ты мой герой.

Он прижал уши, прищурил янтарные глаза и протянул:

– Складывается ощущение, словно ты мне не веришь.

– Конечно верю! – Не удержавшись, я чмокнула пушистого красавчика в розовый нос и, пока тот ошалело моргал глазами, быстро протерла стол. – Ты же лучший мужчина в моей жизни, как я могу тебе не верить?

– То-то же… – малость растерянно ответил фамильяр. Внезапно одним прыжком перемахнул через половину стола и подоконник, скрылся в зарослях цветов под окнами. И крикнул оттуда: – Я прогуляюсь! Увидимся ближе к вечеру, когда в лес пойдешь.

– Но как ты узна… – растерянно пробормотала я, глядя на чуть шелохнувшиеся кусты чуть в отдалении. – Ну вот, даже сметанки не поел. Спрашивается, для кого старалась?

Ладно, одна пообедаю!

* * *

После еды ко мне вернулся оптимизм и боевой настрой. Что-то я расклеилась!

В данный момент у меня есть приоритетная задача: пройти практику! А там хоть трава не расти! Если в процессе получится получить ответы на дядюшкины вопросы и выяснить, что за куклы в лавке у миасы Вераиль, – отлично. А не получится, так и злые духи с ними.

Главное – мои интересы.

Как говорил один из наставников в университете: “Лучшие подвиги – это те, что совершаются походя”. Почему? А потому что такие герои, как правило, выживают, а вот о тех, кто самоотверженно отправился на борьбу с великим злом, после в лучшем случае пару раз споют в балладах.

Потому я буду очень осторожным героем.

И предусмотрительным. Собираясь ночью в лес за мутировавшими травками, точно не стоит идти туда с пустыми руками, вооруженной лишь улыбкой и добрым словом. Я же темная ведьма, а не светлая!

Потому взяла с собой кислое выражение лица, а также рунический нож, потому что далеко не все травы добровольно идут в человеческие руки. И мешочек. Наверняка миаса выдаст мне все необходимое, но я желала собрать не только для нее, но ещё и для личных нужд.

Потому что да, галлюциногенных грибов тут не растет, чай, не болота. Но, возможно, водится что-то поинтереснее?

Так что в лавку к старой ведьме я отправилась вооруженная до ушей и вдохновлённая примерно до того же уровня.

Эксперименты, нечто новое, а как следствие – признание и деньги. Что может быть милее сердцу девушки, чем финансовая независимость?

Лавка встретила меня перезвоном колокольчиков и свежим запахом мяты.

Миаса Вераиль в этот раз стояла возле одной из бесконечных полок, на которых стояли такие же бесчисленные игрушки и куклы. Фарфоровое личико одной из них ведьма осторожно протирала вельветовой тряпочкой.

Она повернулась на звук, и стеклышки полукруглых очков блеснули в свете закатного солнца.

– Тильда, деточка, – ласково улыбнулась мне бабуля. – Ты рано, я ждала к темноте.

– Думаю, что я найду, чем заняться оставшееся время.

– Ой да, чай никогда лишним не бывает! – тотчас всплеснула пухлыми руками светлая ведьма.

Но я отказалась от любезного предложения. Рассовала по карманам сумки выданные миасой инструменты, запасные ключи от лавки, а также сверток с бутербродами и маленький термос с бодрящим настоем, и отправилась к лесу.