Глава =20=

Конечно я хотела!

И не только, чтобы он приехал.

А чтобы…

Черт, вот как так?

Положив трубку, я тут же бросилась к шкафу, открыла ящик с нижним бельём и начала там рыться в поисках своего самого красивого, чёрного, кружевного комплекта.

Когда, господи, когда я успела стать такой, хм, сластолюбивой?

С Юрой вот такого даже не было. Обычно он просил, а я инициативу не предпринимала.

Белье я все-таки надела, поверх него домашний, шёлковый халат, причём он был новый, мама подарила. Волосы распустила, лицо подкрасила.

И села на кухне ждать.

Меня немного трясло. От ожидания.

Это не было свиданием, по сути, но я была больше чем уверена в том, как этот вечер закончится. И мне не хотелось ничего испортить… однако я все больше убеждалась, что вот так — это же не правильно. Я не сплю с мужчинами просто так, просто потому что хочется… точнее — раньше не спала. А сейчас я себя не узнавала и не понимала. Не понимала чего именно я хочу.

Звонок в дверь прервал мои мысли. Он все-таки работал, значит мама соврала, ну или же недостаточно сильно давила вчера на кнопочку.

Я вышла в коридор, открыла дверь.

— Привет, — улыбнулся Никита, переступая порог.

Вид у него был странный, уставший, глаза потухшие. Потому и улыбка вышла грустной.

— Привет, — я словно застеснялась, неуклюже поправила волосы, а халат мне ужасно захотелось удлинить.

Да, я испытывала волнение. Сексуальное в том числе.

— Чай, кофе? — сипло предложила я.

— Давай чай, — кивнул Никита.

Я закрыла за ним дверь и направилась на кухню. Достала чашки, налила и поставила чайник.

— Ещё раз хочу извиниться за настойчивость моей мамы, — произнесла я, когда Никита появился на кухне и сел на табурет.

Просто мне показалось, что дело в этом, что именно мама, то есть её бесконечные вопросы, повлияли на то, что Никита пропал на пару дней.

— А я ещё раз отвечу, что все понимаю. Родители всегда будут беспокоиться за своих детей, — ответил он, причём искренне. Но опять же — грустно.

— У тебя что-то случилось?

Никита вздохнул, выдохнул, поднял на меня свои глаза.

— Устал, — ответил.

— А чем ты занимался?

— Доработал один проект, получил за него деньги. И мне ужасно захотелось пойти в бар и напиться. Но потом понял, что это не выход. И вместо этого два дня провел в тренажёрке. Тоже снимает стресс, но, увы, не так эффективно.

— А почему ты не звонил?

Снова вздох и выдох, только после Никита глаз на меня не поднял. Он посмотрел в окно, где в этот момент снова пошёл проклятый снег. Да уж, весна проигрывала зиме в этом году. В сухую. Точнее — в мокрую…

— Мне нужно было подумать, — ответил он тихо.

— А я скучала.

Фраза у меня вырвалась сама собой. Просто захотелось и я, не думая, сказала.

— Я рад что ты позвонила, — Никита улыбнулся и одарил меня теплотой своих глаз. А я шагнула к нему и коснулась немного колючей щеки. Вот нужно мне было прикасаться к нему, как будто я заряжалась от этого мужчины силой и энергией.

Никита поймал мои пальцы своей рукой, сжал. А потом поцеловал в середину ладони.

И больше мы не говорили.

Громче слов стали звуки страсти, которая как будто нахлынула на нас одновременно. Мы начали целоваться… чайник вскипел, но какой там чай, нам было уже не до него.

Я села Никите на колени, мой халат распахнулся, открывая кружево нижнего белья. Оно особо заинтересовало Никиту, ведь он, как иссушенный дикой жаждой, начал ласкать руками мою грудь, продолжая жадно терзать поцелуем мои губы.

Ох, это было так нестерпимо сладко. Сочно. Глубоко.

И мне словно ничего больше в этой жизни не надо. Только вот такая страсть, заставляющая забыть обо всем остальном.

С кухни мы переместились в спальню и, не включая света, упали на кровать. Избавили друг друга ото всей одежды. Всё это мы делали порывисто, нервно, с легким мандражом, как совсем юные и не опытные.

Сегодня я захотела быть сверху. Захотела контролировать весь процесс сама…

Села, с лёгкостью впуская в себя Никиту. А он надавил ладонями на мои бедра, затем повел рукой по моему животу вверх, на груди остановился, помассировал нежную кожу, при этом пощипывая упругие соски.

Я запрокинула голову назад, невольно посмотрела на стену.

А на ней, от света фонаря за окном, плясали наши тени, создавая иллюзию, что в спальне мы не одни. Это было странное ощущение, но удивительным образом будоражащее. Я наблюдала за нами, как будто со стороны, тем самым повышая градус наслаждения.

Я, пытаясь сдуть с лица пряди непослушных волос, тяжело задышала и ускорилась. Быстрее, острее, ярче…

Господи!

Это снова не секс. Это снова сумасшествие, переходящее в совершенное слияние. С умопомрачительной разрядкой.

Утром Никита ушёл.

Сказал, что ему надо приступать к новой работе, заказы неожиданно посыпались, кто-то узнал, что его собираются перекупить заграницу, а значит — он востребован.

А я созвонилась с консультантом мебельного салона, сделала заказ, оплатила, кредиткой, оформленный на маму. Кое-что у них уже было на складе и мне предложили забрать часть хоть сегодня, но только самовывозом.

Я начала искать компании по перевозкам, нашла свободную машину на сегодня. И к назначенному времени поехала на склад, чтобы встретиться там с грузчиками и проследить за своим заказом. Есть у меня такая привычка — все контролировать.

Пока ехала в машине уже в офис со мной связалась клиентка, о которой мне вчера рассказывал Егор. Мы пообщались, она настаивала и просила меня организовать её сестре тур, я пообещала помочь, чем и займусь уже завтра.

Затем мне написал Юра, напомнивший о том, что послезавтра он хочет забрать из нашей квартиры оставшиеся вещи. Я дала добро, после чего от будущего бывшего вдруг посыпались угрозы, что я нарочно рушу наш с ним общий бизнес. На это я отвечать ничего не стала. Я же не виновата, что несколько сотрудников хотят работать со мной.

А вечером Никита снова пришёл. Без звонка, но он мне и не был нужен. Я ждала, я чувствовала, что он придёт.

Как и на следующий вечер.

Днем мы работали, каждый занимался своим делом, а по вечерам мы придавались страсти. Безудержной, всепоглощающей, даже маниакальной.

И я не знаю сколько это будет продолжаться. Ведь мы не собирались и не начинали обсуждать то, чем мы занимались под покровом ночи.

Как будто каждый чего-то боялся.

***

Субботнее утро озарило спальню ярким светом.

Я сперва улыбнулась, но вспомнив какой сегодня день, резко нахмурилась.

Ничего хорошего от этого дня я не ждала. Ведь сегодня мне предстояла встреча с Юрой.

С Гурамом и Азатом я договорилась ещё вчера, что заеду за ними часов в двенадцать. Все-таки суббота и парням надо дать выспаться.

Никита спал рядом, положив свою руку на мою талию. Мне не хотелось будить его, но все за меня решил будильник. Он громко заверещал на полу, сообщая, что пора вставать.

Мужская рука тут же перестала меня обнимать. Никита лёг на спину, ну а я повернулась к нему.

— Доброе утро, — произнесла я тихо и положила голову и ладонь ему на грудь. Нежно, едва касаясь, погладила мужчину по голову животу.

— Доброе, — зевая, отозвался Никита.

И мне с одной стороны нравилось просыпаться с этим мужчиной, но недосказанность, подвешенное состояние наших странных отношений — все это начинало глодать.

Я привязываюсь, физически, а эмоционально между нами словно стоял барьер. И я не знала надо ли его разрушать или пока оставить все, как есть.

— Кофе? — предложил Никита. Я чувствовала в нем напряжение, мне даже показалось, что он сейчас возьмёт и уберёт мою руку с своего тела. И мне бы это точно не понравилось.

— С удовольствием.

Никита выдал нечто похожее на улыбку и, убирая с себя одеяло, поднялся с постели.

Я наблюдала как он одевался. Торопливо и сонно. Мне нравилось на него смотреть — на крепкие руки, рельефный бок…

— Все, что между нами, это же не серьезно?

Вот какого черта?!

Вот почему я не удержалась и спросила это?

Словно и я не произнесла эту фразу.

Никита замер, разглядывая меня. Медленно, по сантиметру.

— Ты мне скажи, — ответил он.

— Если бы я знала, то не спросила бы.

— А как хочешь ты?

— Не знаю.

И это было честно. Но лишь наполовину.

Потому что я поняла, что боюсь. Что Никита ответит на вырвавшийся у меня вопрос утвердительно. От этого и самой до конца раскрываться страшно.

Может я ещё и не люблю. Мне вообще всегда казалось, что любовь, настоящая любовь, это не порыв и не пресловутая химия. Это то, что проверяется временем, это то что проявляется заботой, уважением и пониманием.

И из всего из этого у меня пока было лишь одно — уважение. И отчасти из-за него я не хотела показаться Никите навязчивой. Я хотела, чтобы он сам понял, а главное сказал мне, что чувствует и хочет. И не потому что его заставляют.

Я немного юлила в своих ответах. Никита, возможно, тоже.

Но если есть шанс для первого шага, кто его должен сделать?

Кому страшнее?

— Я тоже не знаю, — произнес тихо Никита. — Наверно нужно чуть больше времени.

— Наверно.

Он улыбнулся, мимолетно и беспечно, и вышел из комнаты.

А мне так нестерпимо захотелось плакать! И я сама не понимала из-за чего именно. На грудь давила странная тревога. Как от безысходности. Обреченности.

Но я не позволила себе слез, тем более, по сути, без повода. Если кто и виноват, что слезы просятся, то только я сама.

Мне надо до конца в себе разобраться, а уже потом лезть к человеку.

Я тоже встала, вышла из комнаты и направилась в ванную. Несколько минут стояла под душем, пытаясь успокоиться и отпустить все нехорошие мысли.

Когда я вышла из ванной комнаты, то увидела как на кухонном столе дымятся две чашки с кофе. А Никита стоял возле окна и смотрел на пустынную улицу.

Я зашла, села за стол.

— Ульяна, — Никита произнес моё имя нежно и ласково, — мне хорошо с тобой. Очень. Ты замечательная. Но…

Он обернулся, шагнул ко мне. Опустился передо мной на корточки и взял мои ладони в свои руки.

— Я скоро уеду, — на его лице улыбка, а в глазах грусть.

— Я помню.

— Это мой шанс.

— Я знаю.

— То время, что у нас есть до отъезда… его с одной стороны очень мало. А с другой стороны может оказаться и чересчур.

Хоть он и не договаривал, но я понимала, что Никита имел в виду.

— Но оно у нас же есть, да? — нежно спросила. — Ведь и мне с тобой хорошо.

Никита снова улыбнулся, на этот раз благодарно, а затем выпрямился и сел рядом.

Мы, не сговариваясь, одновременно потянулись за чашками, сделали по маленькому глотку кофе.

— Мне сегодня поехать с тобой? — неожиданно сказал Никита. И мне было приятно слышать подобное.

— Я уже договорилась с Гурамом и его другом, как и в прошлый раз. Юра, конечно, сильно бы растерялся, увидев тебя и это было бы забавно. Но…

— Я тебя понял, — кивнул Никита и я видела по его лицу, что он, действительно, понимал.

Ну вот, мы уже и с полуслова друг друга понимаем…

— Ты можешь подождать меня здесь, — предложила я, — если, конечно, у тебя нет никаких дел.

— Нет никаких дел, — ответил он. — Я могу приготовить ужин. Готов поспорить вкуснее мяса прожарки медимум ты не ела.

— Очень хочу попробовать.

Я потянулась к нему и поцеловала.

Вот просто так, порывом. Лёгким и нежным. Никита не стал отстраняться, но видно было, что он не ожидал.

Наверно я опять гоню. Наверно не стоит проявлять таких нежностей.

Но если хочется, то как быть?

Я допила кофе, съела бутерброд и поспешила в спальню собираться. Оделась быстро, уже через десять минут я стояла в прихожей, обуваясь.

Никита вышел меня провожать.

— Тебе же, наверно, в магазин сходить надо будет? — опомнилась я, ведь дома у меня не было никакого мяса. Да и приправ тоже. — Вот, возьми ключи, — я протянула ему связку.

— А не боишься? — фыркнул Никита.

— Нет. Я почему-то безоговорочно тебе доверяю, — улыбнулась я. — Пока.

До дома Гурама добралась меньше, чем за полчаса. Позвонила и они с Азатом тут же вышли ко мне.

На улице тепло, на душе тоже. Этот день и встреча с Юрой меня уже не пугали. И вряд ли что-то могло испортить моё настроение.

Вечером у меня будет ужин. Может даже романтический. Надо будет вина взять. А из квартиры свечи забрать. Я их для нас с Юрой покупала, но так и не воспользовалась. Не получалось романтика. Юру ни свечи, ни красиво накрытый стол особо не впечатляли. А ведь мог хотя бы сделать вид, когда я старалась.

Когда мы подъехали к дому, то нам, а точнее меня, ждал сюрприз. Даже сюрпризище.

Юра, оказывается, тоже прихватил с собой группу поддержки. И ладно бы это была только пара парней в робах и старенький грузовик, дежуривший уже у подъезда…

В общем мой почти бывший муж превзошёл все ожидания — он приехал с мамой.

Да, артиллерия тяжёлая. Но для меня уже совсем не травмоопасная.