Глава 22

Владимир уставился в экран смартфона, рассматривая полученное видео, на котором его благоверная жена дотошно перетряхивала в его кабинете каждую книгу, папку и облазила все шкафы. Даже попыталась сунуться в его личный компьютер и сейф. Хорошо, что поменял код доступа. Злата точно что-то ищет.

Догадаться что именно труда не составило.

Но это значит одно: Злате известно о компромате на её отца.

Выходит, Игорь Михайлович всё рассказал доченьке!

Что же ещё он ей рассказал?

Работать теперь Владимир точно не сможет. Нужно поехать домой и разобраться с женой. Узнать, что именно ей известно.

Собравшись, сказал секретарю, чтобы отменила на сегодня две запланированные до обеда встречи, а после выскочил на улицу и сел в машину.

Через двадцать минут уже был дома. Злата ещё никуда не ушла, хотя и собиралась. Прихорашивалась у зеркала в коридоре, расчёсывая длинные рыжие пряди, которые так обожал Володя.

- Ты вернулся? – она широко распахнула глаза, явно не ожидая увидеть мужа.

- Вернулся.

- Что-то случилось?

- Нам с тобой необходимо поговорить.

- Вов, в чём дело?

- Вот в чём! – он без лишних слов сунул под нос ей свой телефон и врубил видео, на котором Злата увидела себя в кабинете мужа, где старательно проводила обыск.

- Откуда…

- Лучше скажи, что ты искала?

- Я… э-ээ, договор, который мы заключили месяц назад с московским…

- Не лги мне! – рявкнул, перебивая, - никогда не смей мне врать, Злата, - Владимир не был дураком. Сразу сопоставил странности в поведении жены после его разговора с тестем. Здесь и к бабке ходить не нужно, чтобы понять истину. Признается ли девушка?

- Вова, я…

- Это твой отец попросил тебя, да? Я всё знаю, Злата, даже не ври. Ты не за идиота замуж вышла.

Девушка понимала, что отпираться бесполезно. Прокололась, а мерзавец всё верно понял. Сразу же изменилась в лице. Что же, если все маски сброшены, сбросит и она свою.

- Да, не за идиота. А за мерзавца и подлого изменщика. А ещё за неблагодарного подонка, который посмел кусать того, который вытащил тебя из дерьма, в котором ты бы так и барахтался.

Владимир приоткрыл рот, явно не ожидая столь бурной речи от жены.

- Что же… Твой отец и это тебе рассказал?

- Нет, не отец. Это я пришла к папе и рассказала ему, что мой муж мне изменяет.

Владимир прищурился, наконец-то понимая, для чего к нему приезжал тесть. Хотел к ногтю прижать, а в итоге оказался прижат сам.

- Вижу, что ты и твой отец совсем не смогли оценить меня по достоинству, если вдвоём хвосты поджали. Не думал Злата, что ты будешь притворяться любящей женой и не скажешь, что знаешь об измене. Как ты узнала? Кто сказал тебе?

Злата задрала подбородок, смело встречая хищный взгляд мужа. Володя шире её в плечах, почти на две головы выше ростом. Мощный. Да он легко прихлопнуть может такую пигалицу, как она. Но решится ли поднять руку?

- Как ты узнала, Злата?

- А ты думал, что годами будешь по бабам бегать, а я и не узнаю? Женщина всегда чувствует, когда муж охладел и начинает ходить налево, Вова. Я всего лишь навела справки.

- Следила за мной, рыжая бестия? – сжал зубы.

- А ты особенно и не прятался со своей любовницей, - фыркнула в ответ, - какая разница как я узнала, Вова. Важно, что ты, подлец, завёл себе бабу на стороне. А я ведь думала, что ты любишь меня.

- Я люблю тебя, Злата.

- Да? Какая интересная у тебя любовь. Любишь меня, а спишь с другой. Или ты и её любишь?

- Злата, послушай, ты моя жена, - он сделал попытку к ней приблизиться, но девушка резко отошла от него, - я не хочу рушить наш брак. Меня всё устраивает.

- Как ты хорошо устроился, Вова. Тебя всё устраивает. И всё? Только вот меня всё вот это совсем не устраивает, Вова.

- Злата, я мужчина. Я люблю тебя, правда. Но иногда просто так бывает, что…

- У нормального мужчины не бывает, только у бабника, - прошипела в ответ.

- Злата, я расстался с любовницей и…

- Какой же ты мерзкий подонок, - не выдержала девушка, - да я в курсе, как именно ты с ней расстался. Преследуешь девушку, которая тебя и знать более не желает. Мне известно, как ты говорил ей, что холост и обязательно женишься на ней.

Мужчина заметно напрягся. А его жене, как оказывается, слишком многое известно о любовнице.

Что ещё она знает? Знает, что Влада беременна?

- Злата, я не понимаю кто рассказал тебе весь этот бред. Я никогда не говорил ничего такого любовнице.

- Я не верю тебе. Ты мастер в словоблудии. Умеешь красиво говорить и зубы заговаривать. Вскружил голову любовнице так же, как и мне когда-то. А ведь ты даже не думаешь с ней расставаться.

- Знай своё место, жена, - зло процедил, хватая девушку за руку, дёргая на себя, - а это хорошо, что мы с тобой говорим откровенно.

- Откровенно? Ты? Да ты никогда в жизни не был со мной откровенным. И сейчас лжёшь.

- Ты беременна, Злата. У нас будет малыш. Поэтому не стоит тебе так переживать, дорогая. А на счёт откровенности… Я люблю тебя, но и любовница мне дорога. Ни одну из вас я от себя не отпущу. Теперь понятно объясняю?

Злата не спешила отвечать. Слишком сильно была поражена такой наглостью со стороны мужа. Подумать только…

- А почему только я и любовница? Володь, ты что-то скромненько как-то. Давай уж сразу девиц десять себе заведи. И всех девственниц. Именно им ты любишь голову морочить и после совращать. Приводи всех в этот дом. Чем не личный гарем! Вот только меня, Вов, отпусти.

- Развод не получишь, Злата. Если любишь папочку, даже не посмеешь подавать на развод. А иначе на нары пирожки папе носить будешь, да остальные передачки. А твоя мамаша? Подумала, что будет с ней? У Анны Владимировны сразу же апоплексический удар случится. И в этом будешь виноваты ты.

Злата обалдевала от таких надменных слов мужа. Вот уж действительно все маски сброшены. Он перешёл к шантажу и открытым угрозам.

- Вова, а, Во-оов! – растянула его имя, неотрывно смотря в глаза мужа, - а тебе самому-то не противно, а? И меня, и любовницу силой заставляешь быть с тобой, используя шантаж и угрозы. Что же ты за мужик такой, что ни одна женщина не желает быть с тобой по своей воле, а? Или и не мужик вовсе? Всего лишь бездушное животное с палкой между ног!

- Злата! – крылья носа мужчины раздулись от частого дыхания, а в глазах появился бешеный блеск. Ей удалось его взбесить.

- Или ты любишь извращаться? Тебе нравится, когда женщина вынуждена терпеть твою близость и при этом смотреть на тебе с презрением, не уважением, ненавистью, едва ли видя в тебе мужчину.

- Заткнись! – рявкнул.

- А ты ничего не попутал, Володя? Шлюх своих затыкай. И на них голос повышай.

- Если бы ты не была беременна, я бы…

- Ты бы ничего, Володя, - резко оборвала его, - ничего не можешь делать своими руками. Привык, чтобы всю грязь за тебя делали другие. Боже, - она разочарованно покачала головой, - я не понимаю, как раньше не рассмотрела в тебе всей этой гнили.

- Посмотри на себя и свою семейку, Злата. Можешь кичиться сколько угодно, но и ты, и твой папашка у меня в кулаке. Просто помни об этом и больше не голоси.

Злата поджала губы, отходя от мужа. Сейчас она не может ничего сделать. И развестись с ним не может. Иначе подставит отца. А этого допустить нельзя.

- Ты так самоуверен, Вова, - процедила, обходя вокруг него, - надеюсь, когда сам окажешься за решёткой, самоуверенности в тебе не поубавится.

.

.

Владислава была рада приезду отца. Сергей Иванович очень обеспокоился, получив тревожный звонок от сына. Но сейчас, когда увидел дочку живой, переговорил с её врачом и понял, что жизни девушки угрозы нет, немного успокоился.

- Папа, ты прости меня, - произнесла тихо Владислава, - я принесла вам всем столько проблем.

- Миленькая, не говори глупости. Главное, чтобы ты поправилась. А тех нелюдей полиция найдёт. А не полиция, так я и твой брат найдём. Ничего не пожалею, чтобы отыскать мерзавцев.

- Они убили моего ребёнка, папа.

- Влада, не думай об этом. У тебя ещё будут дети. Вот увидишь. Всё наладится, - мужчина погладил дочь по голове, а сам прокручивал в мыслях свой разговор с врачом.

Доктор дал понять, что сейчас не может выдать точного заключения о последствиях избиения. Больше всего Сергея Ивановича волновал факт возможного бесплодия Владиславы.

Мужчина тяжело вздохнул, выдавил из себя улыбку, пытаясь не пугать Владу взволнованным выражением лица, которое он старательно от неё прятал.

Принял решение не нагнетать ситуацию. Девочке станет лучше, тогда и проведут более тщательное обследование.

- Папа, ты останешься здесь? Уже поздний вечер, - произнёс Марк.

- Да. Спасибо тебе, сынок, что договорился об отдельной палате для Владиславы. Здесь есть место, - кивнул на соседнюю койку, - останусь с дочкой.

Марк не стал спорить с папой. Это же папа, который очень любит свою дочку. И дома отец точно не найдёт себе покоя, все мысли будут здесь, с Владой. Пусть останется с ней. Тем более, что Марк подкинул денег, чтобы к Владе никого не подселили. В частную клинику пока перевозить сестру не решился. Врач ему понравился. Да и наводить лишнюю суету не стал. Пока и тут всё устраивало.

- Марк? - Влада позвала брата.

- Да, милая, - он присел на корточки перед ней, зная, как Владе важна поддержка её родных мужчин.

- Мне завтра на работу нужно. Как быть, а?

- Сестрёнка, ни о какой работе и речи быть не может в ближайшие три недели.

- Я так подвела Ольгу Семёновну. Она рассчитывала на меня.

- Не думай об этом. Сейчас нет ничего важнее твоего выздоровления. А Святу я сам позвоню и лично объясню ситуацию, - Марк встал, но Влада вцепилась в его руку.

- Марк…

- Что, Влада? Мне уже домой нужно.

- Только не говори Святославу всего, - облизнула пересохшие губы, дико переживая из-за всей этой ситуации, пытаясь бороть в себе боль от потери малыша, к которому уже успела привязаться.

- Чего не говорить?

- Не говори, что я была беременна.

- Влада…

- Мне так стыдно, Марк. Я была не замужем и уже беременна. Что он подумает обо мне? Не говори. Я не вынесу осуждения во взгляде коллег, Святослава или соседей. Никто ведь не знал о моей беременности. Пусть и не узнают. Я прошу тебя.

- Не переживай, сестричка. Я умею разговаривать с людьми. Ты точно никому не говорила, что была в положении?

- Только Валерии. Но она ведь никому не скажет. Я точно знаю.

- Твоя подруга не болтуха. Но я с ней переговорю. А теперь отдыхай. А все проблемы позволь решать мне.

- Спасибо тебе, Марк, - Влада чувствовала сильную слабость. Понимала, что так действуют лекарства. И это хорошо. Ей необходимо забыться и отключиться. Нельзя держать в душе скорбь и боль. Как бы не было сложно, но эти чувства нужно отпустить, чтобы не отравляли изнутри.

.

Святослав встретился с братом уже поздно вечером. Увиделись в кафе, расположенном недалеко от дома Владимира.

- Здравствуй, Вова, - Свят пожал ему руку, - ты не подумай, что не рад тебе, но уже поздно. Хотел бы попасть поскорее домой. Что у тебя стряслось?- Свят заметил, что пока Володя ждал его, то уже изрядно выпил лишнего.

- Мне нужна твоя помощь с юридической стороны, Святослав.

- В чём дело?

- Я хотел бы купить контрольный пакет акций компании тестя. Ты поможешь провести сделку?

- Вов, у тебя ведь свои юристы есть, к чему…

- Я им не доверяю. Они верны как псы тестю, а не мне, Свят. Мне нужен тот, которому бы я мог доверять.

- Разве отец Златы передаст тебе контрольный пакет своего детища? – Святослав был очень удивлён. С отцом Златы пару раз общался. И тот показался ему принципиальным мужиком, который рьяно бережёт свою фирму, и уж точно не подпустит к акциям никого, даже зятя.

- Передаст, - фыркнул Володя, размышляя над тем, что у тестя не будет иного выхода. Ведь на нары Игорь Михайлович точно не планирует. А Володя на него надавит.

- Я пришлю тебе своего человека. Но так полагаю, ты что-то напутал. Тесть бы не пошёл на такую сделку даже подшофе.

- Спасибо, Свят. Твоё неверие здесь роли не играет, - улыбнулся, поднимая бокал с игристым вверх.

- Что-то отмечаешь, Володя? Может хватить уже бухать, а?

- Ага. Жена беременна. Да и вообще, всё у меня в жизни идёт по чётко установленному плану и так, как я того хочу. Почему бы это и не отметить?

- Я рад, что у вас со Златой скоро будет пополнение. Давно бы пора.

- Да. Наши родители обрадуются внукам. Особенно тесть, - Владимир усмехнулся, представляя физиономию отца жены, когда сообщит ему новость.

- Что же, я зайду к вам на днях. Поздравлю Злату.

- Один придёшь?

- А что?

- У тебя совсем никого нет?

- Присмотрел для себя девушку. Но пока всё неопределённо.

- Свят, у тебя это неопределённо будет тянуться ещё лет десять. Если девка понравилась, значит просто уломай и уложи под себя. Бабы они ведь ушами любят слушать. Можно им наговорить всякого разного, а они сжирают всё. А после и готовы на всё.

- Вов, это подло. Я не желаю беседовать о подобной гнусности.

- Почему же гнусность? Жить хорошо это разве грех? Ты, Свят, крутой бизнесмен. У тебя вот вроде бы всё есть, но при этом ты даже бабу не можешь найти себе на вечер, чтобы удовлетворить самые элементарные потребности.

- Полагаю, Володь, ты совсем ничего не знаешь о моих истинных потребностях.

- Мне этого действительно не понять. Мне и жена за пять лет брака приелась. Злата мне дорога. Она из хорошей семьи. Но быть всегда только с ней… Нудно, - Володя сделал ещё глоток, а Свят заметил, что брат разоткровенничался, явно перебрав.

- Хочешь сказать, что изменяешь жене?

- У меня есть женщина. Да, - пожал плечами, - не вижу ничего предосудительного в том, чтобы ходить налево. Как там про левак говорят… Помнишь? Он только брак укрепляет.

- Ну ты и придурок, Вова, - шикнул Святослав.

- А ты не осуждай. Я умею жить на полную катушку. И в этом между нами большая разница, Свят.

- Идём в машину, отвезу тебя домой, Володя.

- Свят, только ты же понимаешь, что о нашем разговоре не нужно никому говорить!

- Понимаю, Вова. А ещё понимаю, что ты реально рискуешь потерять семью. У тебя же ребёнок будет. Может пора остепениться? Я помню, каким ты был ходком по бабам до свадьбы. Полагал, что женитьба охладит твой пыл и добавит ещё больше мозгов. Теперь вижу, что ошибся. Во всей этой ситуации мне жаль Злату.

- А чего её жалеть? Помнится, я – это её осознанный выбор. Она выбрала меня, а не тебя, Святослав.

- Выбрала. Потому что ты прав, женщины любят слушать ушами. А я не умею трели им петь. И учиться не собираюсь. Если женщина так глупа, что ведётся на слащавые речи мерзавца, который её ровным счётом ни во что не ставит, то дело здесь не в мерзавце, а в самой женщине. И да, такая женщина не может быть моей женщиной. Поэтому я уступил Злату тебе. Бороться за ту, которой нужен не мужчина, а его красивые, лживые слова… - сделал тяжёлый вздох, - я никогда не буду. Ушла и ушла.