Глава 8 Лакмусовый раствор
Шайла проснулась от ее криков. Целительница тут же подскочила с кровати, запуталась в одеяле, мешком свалилась на пол и, с трудом выпутавшись, подбежала к подруге.
Камила уже не кричала: она испуганно уставилась на соседку, тревожно осмотрелась по сторонам и, немного успокоившись, устало прикрыла глаза.
- Все в порядке, Шай, это был сон – обычный гребанный сон! – не разлепляя глаз, сказала она.
- Как ты себя чувствуешь? – ни на грамм не успокоившись после этого заявления, спросила подруга.
- Холодно, - односложно ответила ей та.
- Сделай своего горячего чаю, а я пока схожу в душ – мне… очень надо! – она снова открыла глаза, в которых явственно читалась усталость, отрешенность и какая-то безысходность: Шайла никогда не видела Камилу такой разбитой.
Целительница нехотя встала, выпрямилась и попыталась взять себя в руки, рассуждая над тем, что лучше всего приготовить для подруги на этот раз.
- Температуры нет, а боли – тебе не стало лучше? – серьезным тоном поинтересовалась она.
Камила молча отбросила одеяло в сторону и осторожно, медленно-медленно поднялась. Голова кружилась, но это было скорее от голода: судя по часам, они проспали не меньше ДЕСЯТИ часов, и девушка не помнила, ела ли она что-нибудь за последние сутки.
Внизу живота слабо и едва уловимо тянуло, напоминая о том, что случившееся не приснилось ей. Однако она и так ничего не забыла: слишком острым было ощущение уязвимости, стыда и одиночества. И еще холод – такой, от которого судорогой сводило пальцы на ногах, дрожали руки, и кожа покрылась мурашками.
- Мне лучше, Шай, я серьезно! Просто замерзла – с этим ты справишься с легкостью, ведь так? – Камила робко улыбнулась травнице, хотя эта слабая и тоскливая улыбка давалась ей с трудом. Куда больше хотелось расплакаться – вот так просто посидеть и поплакать о своей горькой доле.
«Опять? Утренней истерики мне мало? Я стану теперь поминутно реветь из-за того, что он со мной сделал? Да что такого страшного случилось?!» - Камила злилась на саму себя.
Она торопливо собирала вещи, для того чтобы отправиться в душ и старалась не обращать внимания на предательскую дрожь и ломоту в теле и даже на то, что руки плохо слушаются, и она уже дважды выронила мыло.
Шайла беспокойно следила за ней и заламывала пальцы не руках, старательно сдерживаясь, чтобы не сорваться и не кинуться помогать Камиле или вообще не попытаться снова уложить ту в постель! Целительница знала, что это только разозлило бы девушку и расстроило.
Оказавшись в маленькой душевой, Камила быстро закрыла дверь, сбросила с себя все вещи и открыла воду – горячую и почти обжигающую. Напряжение и холод в груди медленно отступали, одинокая слезинка скользнула по щеке, смешавшись с горячими струйками воды – здесь никто ее не увидит и не осудит, не станет лезть с ненужной жалостью…
«Не буду плакать! Это не выход, не решит проблемы и не уменьшит моего несчастья!»
Камила закусила губу и потянулась за мылом и махровой вехоткой. Она старательно терла свою кожу до красноты, но все равно чувствовала на себе его прикосновения – те, которых даже не помнила.
Зато она прекрасно помнила свой сон! О, теперь он был предельно четким и осязаемым! Во сне девушка видела принца и чувствовала, как горело ее тело от одного взгляда этого ублюдка, как внутри что-то рвалось, скручивалось в тугой узел в предвкушении сокровенного: того, чего она еще и понять толком не могла. Она до боли хотела его прикосновений, его ласк - задери его орки! И глазами искала отклик в холодных и до отвращения спокойных глазах, безразличных, ранящих…
И чем больше Камила смотрела в эти глаза, тем сильнее разрасталось тревожное чувство в груди - чувство безысходности. Она протянула к нему руку, но наткнулась на глухую стену, прозрачную и холодную, сотворенную кем-то из стекла или льда.
«Нет! Нет! Не уходи!» Там, в своем дурацком сне, она ударяла кулаками стену, разбивая руки в кровь, и не могла разрушить разделяющей их преграды. А принц сидел в кресле и задумчиво смотрел на нее мертвенно холодным и бездушным взглядом.
Потом из-за его спины появилась незнакомая ей девушка. Камила не видела ее лица за спутанными каштановыми волосами. Чужачка оплеталась вокруг него, словно змея, гладила руками его плечи и грудь, забираясь под черную бархатную рубашку. И он больше не замечал Камилы, отдавая свою нежность той другой, прикасаясь к ней и целуя.
Камилу схватилась руками за голову и отпрянула от стекла. Идти было некуда - она была заточена в прозрачной и пустой камере.
Девушка безвольной куклой сползла на пол и попыталась зажать уши руками, потому что отчетливо слышала его мягкий и обволакивающий шепот и чувствовала на себе его руки, его прикосновения там, где он касался другой…только они не согревали, они обжигали холодом, проникали в душу и заставляли дрожать от боли, выворачивая на изнанку, порабощая… И тогда она закричала, срывая горло, чувствуя, как рвутся связки от этого крика!
…Горячая вода била по лицу, не давая вдохнуть полной грудью, но забирая холод рассеивающегося сна.
«Что это было, черт возьми!? Что значит этот сон? Почему я хотела его и, как сумасшедшая, рвалась и пыталась разбить стену, плакала и отворачивалась, потому что не могла видеть их вместе? Что если приворот никуда не делся? Что если я стану зависимой?»
Мочалка выпала из рук, которые она тут же сжала в кулаки и ударила покрытую плиткой стену кулаками, потом еще и еще, пока не появилась кровь на костяшках и злые слезы на глазах. А потом просто выключила воду, на мгновение прижалась лбом к холодной плитке, выдохнула, постаралась успокоиться и прийти в себя. Затем она быстро, почти на автомате, не замечая боли в руках, вытерла тело, замотала длинные волосы в полотенце и вернулась в комнату совершенно спокойной и сосредоточенной, только кисти все еще неприятно ломило, но Камила не обращала на это внимания.
Шайла все сразу поняла, увидев царапины на руках подруги, но промолчала, беспокойно изучая ее лицо.
- Чай? - тихо спросила целительница.
- Чай! – кивнула ей в ответ магичка.
- Расскажи мне про лакмусовый раствор еще раз, где его можно найти, как могут называться эти книги? – задумчиво рассматривая глиняную кружку, расписанную забавными картинками с деревенскими детьми, беззаботно играющими на поляне в жмурки, спросила Камила.
- Этот раствор позволяет обнаружить наличие в напитке сборов состоящих из соцветий розмарина, лилии, черной гортензии и еще некоторых трав – при контакте с ними, он резко меняет свой цвет из практически бесцветного в ярко-оранжевый. Думаю, следует искать разделы целительской литературы, затем зельеваренье, дурманы, противодействия… - сосредоточенно перечисляла Шайла. – Может, тебе лучше записать?
- Запомнила! – отмахнулась Камила. – Мне надо придумать, как проникнуть в закрытый архив. Кажется, библиотека работает до девяти часов? – она посмотрела на часы - стрелка показывала без пяти восемь вечера.
- Да, но смотрительница уходит на час позже, я это точно знаю! - задумчиво припомнила целительница.
- Я все равно раньше полуночи никуда не пойду!- отмахнулась Камила.
- Общежитие закроют через два часа! – обеспокоенно заметила целительница.
- Шай, я без проблем смогу спрыгнуть с нашего окна! И не надо на меня так смотреть! Если знать технику, можно безболезненно спрыгивать и с большей высоты, я уже не раз так делала! И потом, у меня ведь есть Ты, вылечишь!? – она задорно улыбнулась подруге.
Та возмущенно надула губки в знак своего отношения по поводу высказанного, но опять промолчала.
- Мне надо взломать хранилище: на окнах там решетки, да и стена слишком гладкая, я не заберусь на третий этаж по ней! – разочарованно призналась девушка.
- Я знаю одного человека, который умеет вскрывать замки, Мил, он дважды пробирался к нам на факультет после закрытия и проникал в лабораторию! – в голосе ее явно сквозила неприязнь.
Камила задумалась, прежде чем задать следующий вопрос. Она не умела вскрывать замки: наверное, этому ее мог научить Макс, но она никогда не водила дружбы с этим психом, а научиться такому в одиночку не получалось, как и найти необходимую литературу.
- Кто? – наконец, решившись, спросила она.
- Слава - Ропотов, - тихо произнесла Шайла, глянув на ту исподлобья.
- Этот придурок, который доканывал тебя и приходил ко мне с цветами на прошлой неделе? – с сомнением переспросила девушка.
- Ага, которому ты нос ломала и едва не вывернула челюсть! – пожала плечами Шайла, несмело улыбнувшись ей.
- Класс! С этим хорьком я справлюсь, если приспичит, но вот, кто ж ему язык завяжет… - с досадой проворчала девушка.
- Он не проболтается, - уверенно бросила Шайла.
- С чего ты взяла? – с сомнением переспросила Камила.
- Принципиальный, он никогда никого не сдает. Если дерется или если его застукают - принимает удар на себя, молчит! Его дважды хотели выкинуть отсюда: сказали, следующий залет – последний! – Слава вырос на улицах, Мил: просто сбежал из дома и жил сам по себе. Он и здесь живет по законам улицы!
Она тяжело вздохнула и добавила вполголоса:
- И по тебе он сохнет все это время! Я подозреваю, он оставил меня в покое не потому, что побоялся подруги-мага, а потому что спит и грезит, как бы ему добраться до тебя! И я сейчас не о мести говорю! – картинно вздохнула целительница.
Камила передернула плечами от отвращения, - одна мысль об этом пугала и пробуждала в ней горячую волну ярости.
- Я поговорю с ним, а там посмотрим, - решительно сказала девушка, отодвинув от себя пустую кружку и с тоской глядя на приготовленные подругой бутерброды с сыром: увы, но три за раз было ее пределом.
- Тебе нужно отдохнуть, Мил, ты не выглядишь здоровой! Я не хочу, чтобы ты разбилась этой ночью или еще упала в обморок по дороге, а что если тебе опять станет плохо, боли вернутся? Или ты… – Шайла тараторила без умолку и привела бы еще с десяток аргументов, поддавшись неожиданно накатившей на нее панике, если бы Камила не остановила ее на полуслове.
- Хватит, Шай, я не маленькая, и не привыкла отлеживаться, я должна что-то делать, бороться, иначе я сойду с ума! Ты даже не подозреваешь, что у меня творится в голове! Это похоже на сумасшествие, я словно на краю…мне НУЖНО заняться делом, понимаешь? – она с надеждой и отчаянием взглянула на свою подругу.
- Я понимаю, - тихо промямлила та, сдавшись. – Может, мне стоит пойти с тобой? – старательно изображая в голосе решительность, спросила целительница.
- Со мной? Ты это серьезно? Извини, подруга, но ты мне только помешаешь – ты же у меня такая хорошая и правильная! Как ты спать-то будешь, после того, как мы ограбим хранилище? – она усмехнулась, снисходительно улыбнувшись рыжей и потрепав ту по плечу. – Но попытка засчитывается! – подмигнула ей Камила и бодро поднялась с места.
Все последующие действия она выполняла, словно заведенная: собрала волосы в тугую косу, приготовила удобные для маневров вещи и обувь, надела на всякий случай кольцо, подаренное Ваном, припрятала в длинных рукавах пару острых игл и одну за воротом рубашки – так, на всякий случай, разузнала у Шайлы дорогу до секции мальчишек, в которой жил Слава и, наконец, отправилась на встречу лицом к лицу с этим «взломщиком-самоучкой», чтобы разузнать от него все, что требуется.
Камила пнула несколько раз дверь нужной комнаты и, сложив руки на груди, для придания большей уверенности своему образу, а также спрятав подрагивающие от напряжения пальцы, ждала его появления.
Ропотов распахнул дверь и замер, столкнувшись с ее холодным и настороженным взглядом.
- Ты? – удивленно спросил парень.
- А кто ж еще, придурок! – буркнула девушка и замолчала, мысленно успокаивая себя. «Я ведь не подраться сюда пришла! Соберись, глупая!»
- Нам нужно поговорить! – сдержанно произнесла она.
Слава неосознанно потер переносицу и шагнул в сторону, приглашая ее войти.
Камила лишь минуту колебалась, почувствовав непривычный страх перед человеком, которого никогда не боялась, но, совладав со своими чувствами, все же шагнула внутрь.
Парень, все еще шокированный происходящим, не сводил с нее серьезных и внимательных глаз, отмечая странное замешательство девушки. Камила действительно нравилась ему – такая цепляла с первого взгляда, и было совершенно плевать на то, что она маг и на то, что она своенравная и упертая. Наоборот, именно это в ней и привлекало, завораживало и в тоже время являлось непреодолимым барьером. Наверное, ради такой можно было бы решиться на многое и отказаться от всего, вот только нужно ли оно ей?
- Тут никого больше нет, кроме нас, так что говори, что хотела! Ты ведь не из нежных чувств пришла ко МНЕ? - Твою подружку я давно уже не трогаю, что тогда? – он смотрел на ее серьезный, собранный и в тоже время неуловимо иной образ и гадал о том, что же случилось с этой девчонкой. Что прячется за этими решительными и настороженными глазами. «Неужели, страх?»
Слава привык ко всему относиться с шуткой, беззаботно улыбаться и насмехаться, даже когда совсем паршиво. Он не раз пытался покорить ее настойчивостью и наглым темпераментом, а сейчас был не в силах отпустить хотя бы одну похабную шутку или намек в адрес магианы, которая сама пришла к нему в комнату.
- Ты, правда, умеешь взламывать замки? – на одном дыхание произнесла та.
Слава удивленно уставился на свою гостью.
- Ты серьезно? - не поверил он.
В ответ она лишь прожгла его раздраженным взглядом.
- Могу! – прочистив горло, выдал парень.
На прошлой неделе ему ясно дали понять, что следующий «залет» будет последним - его вышвырнут из вуза при малейшем подозрении на то, что он причастен хоть к самой безобидной шалости… Но, демоны задери все, он не сможет отказать ЕЙ! «А кто смог бы?»
- Что будем взламывать? – осторожно улыбнувшись, спросил он.
- Закрытый архив библиотеки «МАГИАТ», - спокойно выдала девушка.
Парень тяжело вдохнул и шумно выдохнул.
- Жаль, что ты не умеешь шутить, магиана! – бросил он ей в ответ и задумался, снова изучая ее лицо.
Камила немного нахмурилась при слове будЕМ, явно недовольная предстоящей совместной «прогулкой», но переборола собственные принципы и даже не съязвила – ни разу за весь их не очень-то содержательный диалог.
Она волновалась. Он не мог бы сказать, почему так уверен в этом, но явно чувствовал в ней эту тревогу и страх, от которого Слава становился только злее. «Ни одна девчонка не могла сотворить со мной такое! Были ведь разные: и те, которые отшивали и отбивались от меня тоже были, но чтобы одним взглядом вот так … Не было такого!» Парень отбросил со лба надоедливую прядь каштановых волос и снова посмотрел на девушку: он уже и не сомневался, что завтра утром его выставят из вуза, но не собирался тратить время на пустые сомнения.
- Я помогу! – спокойно сказал он. – Выходим в полночь, через мое окно! И никаких возражений: с этой стороны патрульные проходят редко, и освещается она намного хуже, чем лицевая, только придется прыгать – умеешь? – почти не сомневаясь в положительном ответе, спросил он.
Камила лишь молча кивнула, принимая его предложение и отвечая на его вопрос, а мысленно она успокаивала себя. Девушка не ожидала от этого наглого грубияна такого понимания: слишком быстро согласился, не задал лишних вопросов, и не приставал! «Он что-то задумал? Это может быть ловушкой? А у меня есть другие варианты?» - она плавно поднялась со стула.
- Я приду сама, и постарайся не подставить меня сегодня - иначе, пожалеешь!
- О, да, а я уже начал сомневаться, что ты это ты! Но нет, это моя опасная и злая малышка! – он улыбнулся, позволив себе эту шутку, но снова принял серьезный вид. – Я хотел сказать, что все понял, красавица! Сегодня я буду самым серьезным на свете парнем - для ТЕБЯ! – осторожно улыбнулся он, вежливо открыв для нее дверь.
Камила снова промолчала, изучая его лицо своими внимательными и настороженными зелеными глазами.
Она вернулась в комнату и снова проверила, все ли собрала: не скрипит ли обувь при ходьбе, и удобно ли выбрасывать дротики из рукава. Потом выпила какой-то «волшебный» отвар от Шайлы и посвятила оставшееся время тренировке – разогревая мышцы, привыкая к просыпающейся иногда боли и заставляя тело вспомнить старые, подзабытые за последнее время приемы.