ГЛАВА 29 · Склеить воспоминания

Лера долго изучала пуговицу. Вертела ее в руках, зажимала в кулаке, водила пальцами по слегка шершавой поверхности, но все эти действия не давали никакого результата. Ни воспоминаний, ни ассоциаций вещичка не вызывала.

Возможно, мешала сосредоточиться непроходящая тревога за Пашку. Что там у них, на Земле, творится? Почему Павел второй раз за короткий срок оказался на грани жизни и смерти? Не верилось Валерии в несчастный случай. Логика подсказывала, что оба инцидента как-то взаимосвязаны и, скорее всего, имеют отношение к тому, что произошло с самой Лерой.

После часа бесплодных попыток оживить воспоминания Валерии пришлось признать, что пуговица не сработает так, как кулон. Видимо, пиджак, от которого она оторвалась, Пашка купил уже после того, как Лера попала сюда. А если Валерия видит эту вещицу первый раз, то, понятное дело, никаких ассоциаций пуговка не может вызвать в принципе.

Тем не менее заснула Валерия, так и не выпустив из рук трофей, добытый Элианой…

…Вечер. Туман. Парк. Сутулый фонарь вырывает из темноты светлое пятно. Они стоят посредине пятна.

— Я буду бороться за тебя, слышишь?! — Пашка больно стискивает запястья.

Его огромные ладони больше не мягкие, как у плюшевого мишки. Они словно наручники. В них металлическое упрямство.

Лера резко дергает руки вниз. Пытается вырваться:

— Отпусти! Это моя жизнь!

Высвободиться из тисков не получается. Пашка держит крепко.

— Не собираюсь смотреть, как ты ее губишь! — В словах непреклонность и напор.

— Отпусти! Ты делаешь мне больно! — Валерия предпринимает новую неистовую попытку высвободиться. Ничего не выходит. Слезы начинают подступать к глазам. — Это все равно произойдет! Я все решила окончательно! — Голос срывается на отчаянный крик.

Павел немного ослабляет хватку. Заглядывает в глаза.

— Лера, подумай, — говорит тихо. — Подумай хорошенько.

Почувствовав, что тиски слегка разжаты, Валерия хватается за лацканы пиджака, пытается оттолкнуть Пашку. Тот еще раз сильно стискивает запястья. Лера в ответ сжимает кулаки, поднимает руки вверх, чтобы ударить в грудь.

Павел дергает ее на себя. Валерия упирается головой в его плечо. Он шепчет в самое ухо:

— Я все равно буду за тебя бороться.

А потом вдруг резко отпускает, разворачивается и быстро уходит прочь.

Запястья все еще горят от железной хватки. Лера потихоньку разжимает кулак. В нем пуговица…

— Айлита, Айли! — Лера проснулась оттого, что Элиана трясла ее за плечо. — Ты чего так кричишь? Страшный сон?

Мысли ворочались немного неуклюже, но все-таки сознанию удалось уловить, что блондинка, склонившаяся с выражением тревоги на лице, — это реальность, а вот чуть не сломанные Пашкой запястья — это сон.

— Не то чтобы страшный, — ответила Лера после минутной паузы, — скорее очень странный.

— Рассказывай, — безапелляционно заявила Элиана, плюхнувшись к Валерии на кровать. — Это ведь как-то связано с пуговицей?

— Как ты догадалась? — удивилась Лера.

— Инверсия, — глубокомысленно изрекла блондинка. — Перед сном ты специально старалась, вот у тебя и не получалось уловить какую-то ассоциацию, а во время сна расслабилась, и воспоминания пришли сами собой.

— Нет. Это никакие не воспоминания, — замотала головой Лера. — Просто сон. То, что я увидела, никогда на самом деле не происходило. Понимаешь, не могло произойти. Чушь какая-то.

В этом сне Пашка был немного другой. Лера его не узнавала. Ее добродушный друг стал резким и даже грубым.

— Рассказывай, — настойчиво повторила Элиана.

И Лера поведала все, что ей привиделось.

— Все-таки это воспоминания, — внимательно выслушав подругу, сделала вывод блондинка. — Попробуй как-то склеить то, что ты вспомнила, когда держала в руках кулон, и то, что приснилось сегодня. Уверена, это части одного пазла.

Легко сказать. Как можно соединить воедино такие разные картинки? Надевавшие кулон красивые руки, от прикосновения которых мурашки бегали по телу, и Пашкины лапищи, как тиски сжимавшие запястья. С кем, кстати, Павел собирался бороться? С обладателем этих красивых рук, что ли?

Эти вопросы мучили Леру до самого утра. Ответ никак не вырисовывался, и это сильно бесило. Возможно, решение нерешаемой головоломки испортило бы и весь день, но этот новый день принес новые задачи и заставил мозги переключиться на них.

— Наше первое на сегодня задание — заработать ночное дежурство, — напомнила с утра Элиана. — Перстень три «П» у Линели. Ее очередь. Придется тебе пообщаться с ней поплотнее — спровоцировать на подставу.

— Почему мне? — возмутилась Валерия.

— Потому что для меня миссия невыполнима, — усмехнулась блондинка. — Линели и в голову не придет пытаться подсунуть перстень мне.

— Да уж, — пришлось согласиться Лере. — Не та у тебя репутация.

Валерия несколько раз под разными предлогами подходила к одногруппнице и, можно сказать, напрашивалась быть облапошенной, но ничего не выходило. Похоже, крутая репутация Элианы уже успела распространиться и на ее новоиспеченную подругу. Линели не решалась даже попытаться всучить перстень Лере. Видимо, случай со Сьюгердом, целый день разгуливающим с зелеными пятнами на щеках, хорошо запал в голову всем первокурсникам.

— Ничего, — не унывала Элиана. — У меня есть план Б — Даркус.

Лера невольно передернула плечами. Ей пока даже смотреть в сторону декана не хотелось.

— Сомневаешься? — усмехнулась блондинка, по-своему расценив реакцию Валерии. — А зря. Простой и беспроигрышный вариант. Нам и делать-то ничего не придется. Тупо отвечаем невпопад на сегодняшнем опросе, и неуд и ночное дежурство нам гарантированы. Из минусов только то, что этот неуд потом придется исправлять.

Да, план действительно был обречен на успех. Лера вчера по понятным причинам к учебникам и притронуться не успела. Да даже если бы и успела, еще не понятно, смогла бы после вчерашнего как ни в чем не бывало четко и быстро отвечать на вопросы Даркуса.

Однако даже этот с виду беспроигрышный план неожиданно оказался на грани срыва. Даркус начал занятие, как всегда, с опроса. Как всегда, был строг и бескомпромиссен. Придирался к малейшим неточностям. Вот только вопросы задавал кому угодно, кроме Леры и Элианы.

— Наша парта что, защитным полем окружена? — недовольно прошептала блондинка. — Или на нас проклятие невидимости? Почему Даркус нас избегает? Даже не смотрит в эту сторону?

Лера знала ответ. Она сама смотрела куда угодно, только не на преподавателя. Это было странное чувство. Ей хотелось увидеть его глаза, и одновременно мороз по коже пробегал от страха случайно встретиться с ним взглядом. Спрашивается, почему? Ведь Валерия все разложила по полочкам, все для себя решила. Пару раз поддалась на сомнительный эксперимент — это, конечно, неправильно. Но ведь цель была помочь больному ребенку, поэтому корить себя не стоит. Просто избегать в будущем этих экспериментов — и все. Все, да не все! Почему же тогда ее мучит это странное желание — заглянуть в его глаза?! Прочитать — что там.

Элиана крутилась на стуле, как юла, и отчаянно тянула руку вверх.

— Мне что, на парту с ногами заскочить и канкан станцевать, чтоб хоть как-то привлечь к себе внимание декана? — с досадой прошептала она Валерии. — Айли, а ты чего сидишь как неживая? Давай как-то тоже мне помогай.

Лера оторвала взгляд от конспекта и подняла голову. Ну, вот оно — то, чего и боялась. Она увидела его глаза. Секунды хватило, чтобы разглядеть там, в бездонной темноте, усталость. Не спал ночь? А Лере-то что? Ей абсолютно нет до этого дела. Еще бы заставить себя не чувствовать, как прожигает этот взгляд. В нем снова отражается пламя костра. Только сегодня никакого костра нет. Огонь идет изнутри. Боже, как горячо! Лера мгновенно опустила голову, уткнувшись в конспект.

— Элиана, вы так тянете руку — знаете ответ на вопрос?

— Знаю, — радостно выпалила блондинка.

Она вскочила с места и начала тараторить такую околесицу, на какую только была способна.

— Неуд и ночное дежурство, — прогнозируемо отреагировал Даркус.

Элиана села на место. Наверное, еще ни разу в жизни она не получала двойку с такой сияющей улыбкой.

— Ну, наконец-то, — шепнула Лере. — Думала уже, что не сработает.