Глава 2. Дима.

Тата сидела напротив меня и совершенно не стеснялась своего вида.

Её чёрное кружевное боди подчёркивало её шикарные формы, при этом ничего не скрывая.

Официант службы room service принёс нам закуски и бутылку шампанского в ведёрке со льдом.

Также на подносе была клубника в шоколаде и ароматные кубики ананаса на тоненьких шпажках.

— Почему ты ничего не ешь, Димочка?

— Спасибо, я сыт!

На самом деле рядом с этой шикарной женщиной у меня кусок в горло не лез.

Все мысли были исключительно низменного характера.

— Ты выглядишь усталым! Может быть, тогда приляжешь, а когда проголодаемся, продолжим ужин?

Как ни странно, но усталость сняло как рукой, может быть, и правда плюнуть на всё и остаться...

Я уже даже и не помнил, когда у меня в последний раз был секс, а я его, между прочим, очень любил, и воздержание давалось мне довольно трудно.

Но для того чтобы проводить время с женщинами, нужны свободные деньги, а у меня до сегодняшнего дня их катастрофически не было!

Может быть, теперь, когда кредит погашен, я смогу хоть немного выкраивать на свою личную жизнь...

— Ты так загадочно молчишь, Дима. Может быть, я тебе не нравлюсь? Так ты скажи, разбудим Люсю!

— Нет! Не надо Люсю!

— Ой, какой ты грозный! Если хочешь, можешь принять душ, там должны были остаться сухие полотенца. А я буду ждать тебя в кроватке, милый. Только ты там долго не плескайся, утром мне рано вставать, работу никто не отменял.

— Мне тоже...

Тата скрылась за дверью спальни, а я в шоке от себя направился в ванную комнату.

Стоя под горячими струями воды, я всё ещё не верил в то, что творю, но отказаться от такой женщины было выше моих сил.

Что, собственно, я теряю?

Тата думает, что я жиголо из агентства «Шарм».

Конечно, в идеале я хотел бы с ней встретиться при других обстоятельствах, пригласить на свидание, прогуляться по набережной и только потом оказаться в одной постели.

Но женщине такого уровня вряд ли интересен ветврач, который только-только начал сводить концы с концами.

Выйдя из ванной комнаты, я оставил деньги, которые были оплачены за услуги агентства, возле зеркала и решительно направился в спальню.

Похоже, пока я мылся под душем, Тата заснула.

Подойдя к постели, я присел на краешек и дотронулся до девушки, чтобы разбудить.

Сейчас, когда её лицо было расслаблено, она казалась совсем молоденькой.

Пухлые губы сжаты, длинные густые ресницы подрагивают ото сна.

Мне хотелось прикоснуться к её молочным бёдрам, покатым плечам.

Стискиваю зубы, но возбуждение уже дурманит мой разум и отодвигает все мои принципы на второй план.

После шампанского я немного пьян, безумно возбуждён, и член начинает диктовать свои условия.

Мозг стремительно отключается от вида этой красоты, хочется прижаться губами к её круглой попке и попробовать, какая она на вкус.

Скидываю полотенце и забираюсь на постель, желая оказаться ближе к своей богине.

Короткие платиновые волосы пахнут персиком.

У Таты красивые длинные ноги, тонкая талия и пышная, тяжёлая грудь.

Кладу ладонь на её бедро и веду по длинной, стройной ножке, сжимаю её попку. Из губ девушки срывается стон, и это вышибает все предохранители.

Боже, сколько же я не трахался...

Пару месяцев точно!

Я хочу её до безумия, давно у меня так не стоял на женщину...

А как она пахнет — это просто пытка, я не могу от неё оторваться, такая сладкая, словно десерт!

Тата начинает вертеть своей попкой, затем поднимает руки, словно приглашая в свои объятия, и улыбается мне, явно наслаждаясь тем, что я делаю.

Я медленно стягиваю с девушки её чёрное кружевное бельё и толкаюсь носом в её круглый животик. Такое чувство, что я умер и оказался в раю.

Целую её пышную грудь, которая вздымается от её прерывистого дыхания.

— Димочка...

Значит, проснулась!

Теперь я хотя бы не чувствую себя извращенцем, который пытается соблазнить пьяную девчонку.

Ещё ничего не началось, а я уже хочу увидеть, как эта малышка кончает...

Её грудь призывно стоит, розовые сосочки просятся на язык...

Вроде взрослый мужик, а от одного вида женских сисек готов кончить, как подросток.

Целую шейку, провожу языком по ключицам, мну ладонями грудь, одновременно покусывая соски.

Медленно, не спеша опускаюсь вниз, устраиваясь между её ножек.

И тут Тата опускает руку и впивается пальцами в мои волосы.

Её глаза всё ещё закрыты.

Я так сильно хочу её, что по телу проходит горячая судорога.

Это какой-то мужской рай!

Зарываюсь лицом в её текущую киску и раскрываю нежные складочки языком, собирая соки её возбуждения.

Это какое-то наваждение: от неземного аромата начинает кружиться голова. Тата раскрывается для меня, стонет и течёт прямо мне на язык.

Мир вокруг перестаёт существовать, в голове только блаженная пустота.

Я никогда настолько не был увлечён и не наслаждался вкусом женщины.

Да и вообще никогда не был сторонником оральных ласк...

Естественно, с моей стороны.

Как-то не хотелось мне вылизывать тех женщин, которые у меня были ранее.

А Тата пахнет свежестью, даже невинностью, словно бутон розы после грозы.

Она крутит попкой от наслаждения.

Я жестче беру её за бёдра, чтобы не соскальзывала с моего языка.

Сейчас я вообще не уверен, что моя богиня реальна, может быть, это глюки, и через какое-то время я очнусь в подворотне с проломленной башкой...

Как же такое могло случиться, что Наташе и её подруге приходится пользоваться услугами агентства?

Может, они замужние женщины, неудовлетворённые своими мужьями?

Другого предположения у меня нет!

Уверен, мужики в восторге от неё и не дают проходу!

Молоденькая, фигурка что надо, рискованная, порочная девочка!

Но я всё-таки чувствую её неопытность.

Как будто всё это только показное...

Или она действительно такая — горячая и жаждущая удовольствий, но пока ещё не нашёлся тот, кто раскроет её и покажет все грани секса.

Поэтому в ней совмещаются невинность с неудовлетворённостью.

— Дима, ты волшебник...

Влаги всё больше, стоны громче. Значит, Тата близко к кульминации.

Как же хочется в неё погрузиться и отлюбить так, чтобы на утро ноги свести не могла.

Член вот-вот протаранит матрас.

— Давай, Наташа, кончи для меня...

Провожу языком по клитору и ввожу в её текущую дырочку два пальца, сгибая их, чтобы коснуться самых чувствительных точек.

Какая же она тугая...

Наташа мурчит и сильнее хватается за мои волосы, вжимая моё лицо в свою пульсирующую киску.

Я знаю, что ей хорошо, она извивается и кричит.

— Ахахах! Димаааа...

Тата выгибается в моих руках, а когда я бью последний раз языком по твёрдой горошине, кончает, орошая мой язык соками своего наслаждения.

Вылизываю этот нектар досуха...

— Хочу тебя, Наташа, звездец как хочу... Яйца сейчас взорвутся...

Укладываюсь на кровать и разворачиваю Тату спиной к себе, прижимаясь к её горячим бёдрам.

Она сладко стонет и трётся, я пытаюсь вжаться сильнее в мой пах.

— Что же ты со мной делаешь, девочка моя...

Провожу по складочкам и, собрав смазку, растираю её по члену.

Весь дрожу от предвкушения удовольствия.

Возвращаю руку на попку Таты и аккуратно толкаюсь между её бёдер.

Божественно, я точно сплю...

Головка трётся о шёлковые складочки, я так долго не продержусь...

Сжимаю плечи Наташи, утыкаясь в затылок девушки, и вдыхаю аромат её волос.

Увеличиваю скорость толчков и опускаю руку на её набухший клитор.

Тата откидывает голову мне на плечо и стонет, а я рычу, словно дикий зверь, не в силах больше сдерживать себя.

Продолжаю массировать её чувствительную вершинку и чувствую, как она вся напрягается.

Давай, милая, ты достойна ещё одного оргазма.

— Таточка, кончи для меня ещё раз, сожми мой член своей киской.

— Даааа! Ещё хочу, ещё!

Мою богиню трясёт от накатившей волны мощного оргазма, и от этого зрелища я еле успеваю вытащить член и изливаюсь на её шикарную попку, опустошая яйца до самой капельки.

Зрелище охрененное, чувствую себя дикарем, который горд тем, что только что пометил свою самку.

Наташа перекатывается на подушку, кладёт ладошку под щёку и тихонечко засыпает с довольной улыбкой на губах.

Она точно реальна?

Или это всё же плод моего воображения?

На меня вдруг накатывает дикая усталость.

В голове туман.

Сам не замечаю, как вырубаюсь, засыпая блаженным сном.

Не понимаю, сколько прошло времени, но распахиваю глаза, когда на улице начинает светлеть.

Сейчас начало мая, скоро наступит период белых ночей, и я не могу определить точного времени...

Вскакиваю как ужаленный и, быстро напялив на себя одежду, ухожу, не прощаясь, захлопнув за собой дверь номера.

Как же мне хотелось остаться, но я не мог.

Всё слишком сложно!

Тата думает, что я эскортник из агентства, и переубеждать её в обратном было бы глупо.

Всё равно не поверит.

Да и надо ли мне это?

Ведь она может быть замужем!

Забуду её через несколько дней как сладкий сон.

Если бы я знал тогда, что у жизни на моё сердце были совершенно другие планы.