Глава тридцать четвертая

Можно до бесконечности сжимать кулаки и скрипеть зубами, можно биться головой о стену и крушить все вокруг. Можно даже напиться до беспамятства. Но никак не вернуть тот единственный шанс, который дала судьба.

Альтан все испортил. Пусть и не без чужой помощи, но все же сам.

Он сочувствовал Мышке, потому что снова отталкивал ее — сознательно и безжалостно. А как иначе? Она уже проникла глубоко под кожу, расцарапала броню своими нежными коготками. И, конечно же, хотела понять причину плохого настроения. И легко добилась бы своего, позволь он ей быть настойчивее. А ей нельзя знать.

Нельзя сказать правду наполовину, и не потому, что Мышка не простит лжи. О, она великодушна, особенно к мужу. Просто тут либо все, либо ничего. И ничего — предпочтительнее. В конце концов, это его проблема, его боль, и он не хочет делить ее с женой.

— Аль, ты здесь? — В комнату заглянул Эмиль. — А я тебя жду.

— Не хочу это обсуждать, — отрезал Альтан.

— Зато я хочу, — парировал Эмиль. — Уважишь просьбу старого друга?

И попробуй, откажи. А вдруг оно и к лучшему? Поговорить — и забыть. Хотя бы попытаться.

— С одним условием. Составишь мне компанию? Давно не брал в руки оружие.

— Спарринг? — уточнил Эмиль. — Мечи?

— Да.

— Договорились. Сейчас?

— Да!

— В вашем распоряжении, милорд.

Эмиль шутливо поклонился. Это раздражало, потому что повода для веселья не было. Выпустить демонов наружу необходимо, и Эмиль — достойный противник. А там, глядишь, Альтан сможет спокойно выслушать его мнение насчет письма. И хватит сил успокоить Теону и не выглядеть при этом жалким ничтожеством. Мышка очень болезненно восприняла его отстраненность, за которой он прятал растерянность и боль. Он должен уберечь жену хотя бы от этого, если от другого не получилось.

Едва они спустились на первый этаж, дорогу Альтану перегородила экономка.

— Милорд, вы должны подписать…

— Эмиль, накладные у тебя? — вздохнул Альтан.

— В кабинете, милорд.

— Сегодня подпишу. Что еще, миссис Керри?

— Смета на неделю. Нужна еще одна горничная на этаж. И список от повара…

— Никаких горничных. Смету и список передайте Эмилю, я посмотрю. И вот еще что, миссис Керри… Через несколько дней мы принимаем гостей, заниматься подготовкой будет моя жена. Сообщите, пожалуйста, всем, что ее слово равносильно моему. Вас это тоже касается.

— И мне не надо докладывать о ее распоряжениях? — уточнила экономка.

— Нет необходимости. Вы сообщите? Или соберите людей, я сам…

— О, нет, милорд. Я сообщу.

— И мистеру Ли. Обязательно.

— Непременно, милорд.

Может, экономка и удивилась тому, что лорд допустил к делам жену, однако внешне оставалась спокойной и невозмутимой. Альтан давно заметил, что миссис Керри нелегко вывести из себя. Если вообще возможно.

— Кстати, о Теоне. Я видел, она неслась, как ошпаренная, — заметил Эмиль, когда экономка отошла. — Я не стал проверять, куда. Может, зря?

Альтан оценил тактичность друга. Проще спросить: «Вы что, опять поругались?»

— Все в порядке, Эмиль. Теоне нужно побыть одной.

И глупостей она не наделает, в отличие от Виолы. Мышка вообще радует благоразумием.

— Как скажешь. Зал или двор?

— Двор.

Бой, пусть и тренировочный, принес облегчение. Они договорились, что Эмиль не будет использовать защитный магический щит, и бились почти всерьез, избегая наиболее опасных выпадов. И тупые мечи в умелых руках могли изувечить. Обычной защитой тоже пренебрегли. Их не пугали царапины и синяки, зато от выброса энергии, казалось, вибрировал воздух.

Выбросить из головы все мысли, абсолютно все. Сосредоточиться на рисунке атаки, импровизировать с защитой, нападать и обороняться, танцевать с мечом, чувствуя его продолжением руки, единым целым с самим собой. До потери чувствительности, до изнеможения, до кровавой пелены перед глазами.

Пот градом катится по лицу, по спине, по груди. Рубашка намокла и прилипла к телу. Уши заложило от звона металла. И мышцы, давно не тренированные, но ничего не забывшие, гудят от напряжения.

— Хватит! — крикнул Эмиль, отразив очередной выпад.

— Слабак! — прорычал Альтан. — Защищайся!

Эмиль не стал спорить, но поддался, позволил Альтану выбить у него меч и вскинул обе руки ладонями вперед.

— Все! Я больше не могу.

Альтан и сам устал так, что едва держался на ногах. Зато больше не хотелось убивать и, самое главное, стенать и посыпать голову пеплом. Сил на страдания не осталось.

— Через полчаса в моем кабинете, — бросил он Эмилю, поднимая его меч. — Я отнесу в оружейную.

— Хочу зайти к Виоле, справиться о самочувствии, — предупредил Эмиль.

— Через полчаса, — повторил Альтан.

И ему хорошо бы найти Мышку, убедиться, что с ней все в порядке. Отчаяние схлынуло, но он так же испытывал боль, но теперь и ее, как свою. Все же он обошелся с ней слишком жестоко.

Мышка явилась сама, едва Альтан зашел в кабинет. Серьезная, взъерошенная, сосредоточенная.

— Я по делу, милорд, — заявила она с порога. — Ненадолго.

— Да, Тео.

Он шагнул навстречу, но Мышка ловко уклонилась от объятий и встала так, что между ними очутился стул.

— Вы уже сообщили слугам, что я занимаюсь приемом гостей?

— Да.

— А бюджет?

Альтан назвал сумму. Мышка деловито кивнула:

— Спасибо, это все.

— Тео, подожди.

— Да, милорд?

— Зайди после обеда. Мне интересно, что ты планируешь.

В ее взгляде мелькнуло плохо скрываемое разочарование, а ответ прозвучал вежливо и дерзко.

— Милорд, я обязательно покажу вам и смету, и меню, даже если это покажется вам неинтересным и лишним.

Иными словами: «Я прекрасно понимаю, что ты мне не доверяешь».

— Мне действительно интересно, Тео. Я никогда не принимал гостей и навряд ли смогу что-то посоветовать.

Она не поверила — это он тоже прочел по глазам.

— А как там Виола? — спросил Альтан, меняя тему разговора. — Ей лучше?

Он почти обогнул стул, подбираясь к жене, но после невинного вопроса ее чуть ли ни отшвырнуло в сторону. И ответить она не успела, в кабинет вошел Эмиль.

— Виола хорошо себя чувствует, — произнес он. — Я только что от нее.

— Тео, а ты сама…

Альтан хотел спросить, все ли в порядке, но Мышка шмыгнула к двери.

— Уверена, что Эмиль расскажет все подробности о Виоле, — выпалила она и выскочила из кабинета.

— Что с ней? — удивленно поинтересовался Эмиль.

— Обиделась… — мрачно пояснил Альтан. — Хоть сюда не лезь, и без того тошно.

— О, нет! Между собой точно без меня разбирайтесь. Но… ты ей сказал?

— Конечно, нет! Как ты себе это представляешь?! — разозлился Альтан. — Ты что, не видишь, какая она? Она, не задумываясь, принесет себя в жертву!

— Ты неутомим, — вздохнул Эмиль. — Но второго раунда с мечами я не вынесу. Так что просто перестань метать молнии, и я объясню тебе, что можно обойтись без жертв.

— Попробуй… — Альтан безразлично повел плечом. Ему не хотелось спорить. — Только поставь защиту, на всякий случай.

— От белых мышек? — хмыкнул друг. — Теона утром израсходовала весь резерв, ей еще сутки восстанавливаться. Но… хорошо. Как скажешь.

Он вытащил из кармана злополучное письмо, развернул листы бумаги. Альтан заметил, что нервно постукивает пальцем по столешнице. И впрямь надеется, что упустил какую-то деталь? Пожалуй. Эмиль не стал бы напрасно обнадеживать.

— Я не буду читать все, только переписанный кусок… Аль, слушай! — Он многозначительно поднял указательный палец и потряс им в воздухе.

— Внимаю… — буркнул Альтан.

И что он там не так прочитал? Впрочем, он необъективен. Заинтересованность в вопросе, возможно, помешала правильно понять текст.

— Итак… «Магическое выгорание долгое время считалось неизлечимым, однако в ****7 году чародеи N-ской академии описали случай, который был расценен, как чудо или милость богов. Чародей, потерявший силу, встретил истинную пару. Тотем вернулся к нему в первую брачную ночь, когда он лишил жену девственности. Смею предположить, что сие случилось от великой любви, в момент соития двух влюбленных сердец. Это же подтверждает и другой случай. Чародей с выгоранием, состоящий в законном браке, вернул силу при помощи жены, которая пожертвовала своим тотемом ради любимого. И здесь были соблюдены два условия: истинная связь в паре и искреннее желание любящей супруги. Однако стоит заметить, что в обоих случаях последствием излечения стало…»

Альтан поерзал в кресле. Выписка из личного дневника одного из ректоров столичной академии прерывалась на очень интересном месте. Вот именно! Что за последствия? Даже если бы он не испортил их первую с Теоной брачную ночь, даже если она узнает и пожертвует своей силой ради него… то что за последствия их ожидают? Он мог рисковать собой. Ради того, чтобы вернуть дракона, мог. Но рисковать Теоной — никогда.

— Хорошо, про последствия — ты прав, — сказал Эмиль, хотя вслух Альтан не произнес ни слова. — Рисковать женщиной ты не будешь. Но есть шанс найти недостающие сведения. Это описание в дневнике, но, наверняка, есть и другие. Поиски еще не закончены.

— Какие поиски? — простонал Альтан. — Зачем? Я просрал первую брачную ночь и не позволю Теоне передать мне силу.

— Есть еще варианты.

— Два случая за всю историю. И ты говоришь о вариантах?

— Два описанных в дневнике случая. Возможно, есть еще. И да! Нельзя делать однозначные выводы всего по двум случаям. Если бы ты не был так расстроен, то и сам понял бы.

— Я отупел, когда исчез дракон, — проворчал Альтан. — Все не так. Я — не я. Любая ситуация, даже самая простая, может выйти из-под контроля. Я не способен защитить собственную жену.

— Ну да, поплачь по этому поводу…

Слова Эмиля прозвучали, как оплеуха. Хорошая такая, смачная. Даже щека заныла, и кровь ударила в голову. Адский пламень! Да его маленькая жена не ноет и не жалуется так, как он.

Альтан сжал виски пальцами и закрыл глаза.

— Эй, Аль… — окликнул его Эмиль. — Прости, я не…

— Спасибо, — перебил он и посмотрел на друга. — Правда, спасибо.

— Ну… я считаю, жертва не нужна. Прости, мне сложно обсуждать с тобой… подробности вашей с Теоной интимной жизни…

— Я тоже не хочу это обсуждать. Но я тебя понял, Эмиль. А теперь дай мне слово, что ты ничего не скажешь Теоне. Вариант с жертвой самый простой, и она сочтет правильным и необходимым вернуть мне долг.

— Какой долг, Аль?

— Я рассказывал тебе, как она благодарила меня за смерть отца.

— М-м… Да, тут ты прав. Хорошо, обещаю. У меня тоже есть просьба. Я хочу сам оплачивать счета Виолы, но Теона не должна об этом знать.

— Эмиль, когда я уговорю тебя перестать притворяться слугой? — с досадой произнес Альтан.

— Что бы ты понимал, — фыркнул он. — Лорды не замечают слуг и откровенничают при них, как будто они пустое место. И слуги откровеннее с теми, кто им ровня.

— Сплошная выгода.

— Вот именно.

— Хорошо, обещаю, — вздохнул Альтан. — Тебе она нравится? Виола?

— Поговорим об этом позже. Может, займемся делом? Милорд обещал подписать накладные.

— После обеда. Сейчас я хочу прогуляться. Один.

И обдумать, высоки ли его шансы. Возможно, дело не в первой брачной ночи, а в переплетении энергетики во время соития. Если Теона отдастся ему с любовью, то это будет впервые. Но захочет ли она?

Все просто: не попробуешь — не узнаешь.