‍​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ​ ​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌‍34

Лютый видит, что я ем, и возвращается к работе.

Выдыхаю, хотя понятно, что сильно радоваться не стоит. Рано или поздно он свои дела закончит. И тогда…

Запрещаю себе развивать эту мысль. Пока понимаю, что надо любыми доступными способами тянуть время, отвлекать его, переключать, искать любые лазейки. Только бы выбраться из этой жуткой ловушки. Стараюсь внимание направить на поиск удачных идей.

Как бы мне сестре позвонить? Как бы сообщение отправить?

Лихорадочно соображаю, но уже ясно, что до посадки сделать ничего не выйдет. Если прямо тут связь не найти.

Лютому же звонили. Значит, на борту его самолета есть Интернет. А раз так, то вот и возможность до кого-то достучаться, хотя бы знак подать.

Настолько глубоко погружаюсь в свои размышления, что не замечаю, как этот мерзавец оказывается рядом.

Осознаю все лишь в момент, когда его тень накрывает меня.

Негодяй поднимается со своего кресла, встает напротив и — один едва уловимый щелчок заставляет спинку, в которую я вжимаюсь, моментально переместиться.

Заваливаюсь. Просто потому что кресло трансформируется. Отъезжает назад, опускается, внизу выезжает дополнительная подставка под ноги. Мягкая, кожаная.

Наверное, это все должно расслаблять, однако из-за того, насколько близко Лютый сейчас ко мне, эффект получается совершенно обратный.

— Чего задергалась? — мрачно бросает. — Спать пора.

Набрасывает на меня плед. А я настолько растеряна, что даже не понимаю, откуда он его берет.

— Ну чего? — повторяет громче, видя, как меня лишь сильнее колотит.

Этот скот еще и раздражается, наблюдая за моей реакцией. Вряд ли понимает, что это он меня доводит. Он на меня так действует.

И… лучше пусть не понимает. Надеюсь, это безопаснее. Иначе еще сильнее обозлится.

— Мне в уборную нужно, — роняю и от того, что голос срывается, фраза скорее похожа на писк.

За это уже сама на себя злюсь. Умом понимаю, надо собраться, быть сильнее. А иначе попросту не выдержу напряжения.

— Пойдем, — бросает Лютый.

— Да я сама, только…

— Идем.

Почти не надеялась, что он оставит меня без сопровождения, но попробовать стоило.

В уборную не хочу. Однако решаю, что нужно тут осмотреться. Правда моя дальнейшая прогулка по самолету мало дает.

Лютый доводит меня до нужной кабины, которая оказывается совсем неподалеку. Открывает дверцу, кивая вперед.

Не заставляю его ждать. Скорее прохожу дальше. Закрываюсь.

Оглядываюсь по сторонам. Открываю воду, чтобы не вызывать подозрений тишиной. Продолжаю изучать обстановку вокруг.

Ничего полезного здесь нет. Хотя чего я ждала от туалета?

Может если пройти дальше, свернуть в проем, который заметила немного в стороне…

Но он же глаз с меня не спускал.

Ладно, может когда выйду…

— Долго еще? — доносится резкий вопрос.

Лютый до сих пор рядом. Даже не стал никому другому доверять наблюдение за мной. Лично следит.

— Нет, — говорю. — Сейчас.

А сама готова взывать от безысходности.

Обследовать самолет — дурацкая идея. Здесь еще камеры могут быть. Даже если дальше пройти, даже если умудриться где-то найти телефон, попробовать хоть что-то отправить Насте, мне не позволят. Схватят в момент.

Умываюсь, стараясь собраться как могу. Привожу себя в порядок и выхожу.

Назад идем молча.

Тишина напряженная.

И как теперь?

Я лягу. А он будет тут. Совсем близко. Вроде занят своими делами. Но одно его присутствие рядом до ужаса на меня давит.

— Фильм тебе включить? — спрашивает Лютый, заставляя меня удивленно моргнуть. — Музыку? Ты же любишь музыку…

Молча смотрю на него, невольно оседаю на откинутое сиденье.

— Короче, смотри.

Он нажимает на что-то. Рядом слышится мелодичный щелчок, выезжает сенсорная панель управления.

Лютый сухо и коротко объясняет, как ей пользоваться. Показывает списки фильмов, разные плейлисты.

И общается со мной как-то непривычно. Без грязных намеков. Без грубостей и пошлости.

Ловлю себя на том, что такое его поведение пугает гораздо сильнее.

С чего вдруг эти перемены?

Молча киваю, когда он заканчивает и подает мне наушники.

— Если захочешь чего-то, жми сюда, — показывает на очередную мерцающую на панели кнопку. — Поняла?

— Да, — говорю тихо.

— Ну все, я пошел, — бросает он, забирая ноутбук, и тяжелым взглядом припечатывает. — А то заебала ты меня отвлекать.

Я… что?..

Рассеянно хлопаю глазами, наблюдая за стремительно удаляющейся массивной фигурой.

Да пусть вернет меня домой. Меньше всего на свете хочу его отвлекать. Лучше бы вообще ему на глаза не попадалась.

Помедлив, укладываюсь на сиденье. Не до кино мне, не до музыки. Натягиваю плед до подбородка, лежу, глядя в одну точку.

Усталость накатывает. Но спать совсем не хочется.

Мысли опять по кругу мчатся. Замыкаются на одной и той же идеи. Сбежать от этого урода. Скорее бы.

Размышляя об этом, все же отключаюсь. Измотанность берет свое. Но сон прерывистый, тревожный.

Несколько раз подскакиваю. Оглядываюсь. Кажется, будто мерзавец опять рядом, наблюдает за мной.

Вот такие качели не отпускают. То ускользаю в темноту, автоматически расслабляюсь. То вновь подпрыгиваю, ощущая тревогу.

Убеждаюсь, что Лютого поблизости нет. Немного перевожу дыхание, снова укладываюсь.

Но чего же стоит момент, когда сонно приоткрыв глаза, вроде бы даже без повода, наталкиваюсь на лицо Лютого.

Он близко. Вплотную. Присел прямо перед откинутым креслом, пристально изучает меня.

Ощущаю его шумное дыхание. Вижу горящие глаза.

Не кричу и не подскакиваю, лишь потому что цепенею.

— Выспалась? — хрипло спрашивает Лютый.

Сдергивает с меня плед, без которого сейчас ощущаю себя голой, и без разницы, что я в одежде. Чем больше слоев ткани, тем безопаснее.

Пусть это и призрачное чувство.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Давай, вставай, — добавляет подонок, продолжая прошивать меня взглядом насквозь. — Идем на посадку, моя дорогая.

Еще не знаю, что настоящий шок ждет дальше. Когда пойму, куда именно мы прилетели.