Глава 47. В лесу

- Что?! Мы едем в Искарию? А потом возможно в Лонгорию? - мой голос не просто звучал, я орала на весь лес, напрягая голосовые связки.

- Ты что творишь?! Наглая драконья рожа! С чего ты взял, что я хотела с тобой уйти? Мне нравится здесь! И точка! Я никуда не собираюсь! И уж тем более в Лонгорию, где меня наверняка убьют!

Я попыталась привстать на телеге, но не смогла. Мое тело оказалось укутанным несколькими покрывалами. Я лежала, как в коконе, не имея возможности пошевелить ни рукой, ни ногой. И тогда я задрожала, но не от страха или от холода, я содрогнулась от приступа неконтролируемой ярости!

- А ну быстро развернул телегу и отвез меня к Адель. А если не послушаешь, то я… то я…

И вот тут-то я замолчала. Смерила взглядом дракона и поняла, что ничего такого не смогу ему сделать. И потихоньку пришла в себя, стала успокаиваться.

Дариан же стоял невозмутимой огромной скалой, только взгляд его был удивленный и немного растерянный. После продолжительной паузы он сказал:

- Фредерика, прости, я действительно тебя не спросил. Но я думал, что наша близость… то, как ты отвечала и шептала ласковые слова любви, означало, что ты согласна быть рядом со мной.

- Согласна! Возможно… Но не в Искарии! И уж тем более не разрешала распоряжаться мной так, как тебе пришло в голову, по твоей прихоти. Это моя жизнь! Командуй своей. А сейчас – разворачивай!

Дракон сник, посмотрела горестным взглядом и, стискивая в руках снятый камзол, проворчал:

- Фредерика, как ты не понимаешь. Адриан тебя заберет, и заставить стать его женщиной. Потому что ни один дракон в здравом уме не откажется от своей истинной.

На этих словах я смягчилась.

- И даже ты?

- И я тоже раньше бы не отказался. Но сейчас…сейчас я свой выбор сделал. Я готов взять тебя женой и назвать твоего сына своим, но для этого изначально нам надо уехать. Ты пойми, император грезит наследником своего рода, как только узнает, сына тебе не отдаст. Наш единственный шанс – это бежать, куда-нибудь подальше. В другую страну, где нас пообещают не выдать. Я все разузнал.

- Опять бежать? – мысленно простонала я. В последнее время я хотела обычного женского счастья. Милый уютный дом, рядом муж и сын.

- Эй, ты куда поехал? – телега дернулась, и поехала по тропке вперед, в том же направлении, в котором ехала ранее. Ах он гад!

Я стала сама выкручиваться из покрывала. Наверное, прошло минут пять, и мне удалось. Я скомкала его, и запустила им в Дариана. Сняла сапоги с ног и тоже ими в него запустила. В яблочко!

- Невыносимый тупокрылый дракон! Гад перепончатый! Ящерица хитросделанная! А ну немедля остановись! Ненавижу! Тиран! Узурпатор!

Внезапно телега остановилась. Я не успела сориентироваться, как Дариан оказался рядом со мной. Лицом к лицу.

Его ноздри раздувались от гнева. Зрачок почернел и вытянулся вертикально и словно заискрил изнутри.

- Я же говорила, ящерица! – прошептала на нервах.

Он зажал мне рукой рот. И навис надо мной:

- Не смей больше кричать на меня, девочка! А то если я разозлюсь, тебе наверняка не понравится то, что я сделаю. Запру в доме, ставни заколочу, и будешь сидеть у меня там безвылазно. А ходить – под конвоем. И запомни – мое слово закон. Особенно в Сумеречном Предлесовье.

От неожиданности я замерла, загипнотизированная его взглядом и хриплым голосом. А он продолжил:

- С этого дня ты беспрекословно меня слушаешь. И выполняешь то, что я скажу. А сейчас мы отправляемся в Искарию.

Я поджала губы и глядя в пылающие гневом глаза тихо сказала:

- Я не поеду.

Дракон помрачнел и собирался что-то сказать, тогда я решила пойти с козырей. Закатала рукав, тыкнула золотой меткой в лицо дракону и заявила:

- Что ты там говорил, ни один дракон не откажется от своей истинной? Так вот это наша с тобой истинная связь. И будешь командовать и запрещать мне высказывать мое мнение, я тогда откажусь от нее и от тебя. Мне не нужен властный и жестокий истинный!

Дракон напрягся. Ухватил меня за руку, поднес к глазам, будто от этого она станет ярче. Потом закатал свой рукав и сравнил.

Принюхался, обвел пальцами золотые линии, а потом заревел. Так, что впервые мне стало по настоящему страшно…