Глава 24

Мне стыдно было это признать, но без Ильяса мне стало грустно. Я не утверждаю что ждала встречи с ним, скучала и думала о нем как о мужчине. Скорее все наоборот, мне не хватало злости на него. Эта злость не позволяла мне скатиться в депрессию, да и в целом мне хотелось всем своим видом показать кого он потерял. А сейчас, когда он уехал, у меня даже не осталось сил позавтракать и как-то элементарно привести себя в порядок.

Конечно, ночное непотребство тоже убавило мне сил, но все же буду честной: прямо сейчас у меня не было мотивации выглядеть хорошо.

— Дашенька, — мама улыбнулась, когда обнаружила меня в спальне с одеялом в руках. — Ты плохо себя чувствуешь?

Ровно час назад я взяла это одеяло, чтобы убрать постель, но так и просидела с ним, глядя в одну точку.

— Не знаю, мам, — выдохнула я.

Мне не хотелось ей признаваться в своих чувствах. Почему-то папе мне это было бы сделать намного проще, хотя у нас с ним никогда не было особо душевных разговоров. В целом мои родители очень любили меня, как и я их. До замужества с Ильясом у меня просто не было сложных тем, которыми бы я боялась с ними поделиться. А сейчас… перед папой было стыдно, а от мамы я боялась получить порцию осуждения.

— Я тебя не понимаю, — немного нахмурилась она. — Твой почти бывший муж уже уехал. Он снова доказал тебе свое отвратительное воспитание. Показал насколько ему безразличны семейные ценности. Его хватило всего на сутки. Да и ты сама хотела, чтобы он уехал. Что же ты сейчас грустишь?

— Мам, — я тяжело выдохнула, чувствуя как слезы подкатили к моим глазам, — я ведь совсем не планировала уходить от мужа. Я любила его даже несмотря на то, что он так мало уделял нам времени. Но я все равно любила его.

— Да за что его можно любить? — удивлялась она. — Ты знаешь, я всегда была против вашего брака. Я не против богатых мужчин, хотя у меня все равно есть предубеждение, что все они испорченные циники. Но Ильяс — это было нечто совсем жуткое. Извини за такое резкое слово, но он — быдло. Неважно сколько у него денег и в каких кругах он крутится. Он все равно был и остается быдлом. Он тебе никогда не подходил. Никогда не понимала что ты в нем нашла. И сейчас я вздохнула с облегчением. Наконец-то у тебя появилась возможность завести нормальные отношения.

— С Вадимом? — догадалась я.

— А почему нет? — искренне удивилась мама. — Ты у меня умница и красавица, но все равно: не каждый мужчина возьмет женщину с ребенком. Дело не в ответственности. Содержать ребенка не так трудно, а вот воспитывать… Ромка еще маленький, но подумай, каким он будет в подростковом возрасте? У него и сейчас достаточно упрямый характер. Он умеет гнуть свою линию. Так что отношения между Ромочкой и твоим новым мужем могут не сложиться. Ромка же принял Вадима. Ему с ним интересно. Вадим тоже очень лоялен к Роме. Поэтому сейчас ты должна уже думать не только о себе. Нравится тебе этот мужчина или нет. Но и о том, сможете ли вы стать семьей.

Я почувствовала себя загнанной в ловушку.

— Значит теперь я женщина с прицепом, — горько подметила я. — Ты думаешь так я буду выглядеть для окружающих?

— Не обижайся, Дашенька, — мама ласково погладила меня по голове. — Это в мое время было страшно стать такой женщиной. Сейчас другое время. Многие так живут, и женщины при этом успевают быть и хорошими мамами, и хорошими хозяйками, и реализоваться в профессиональной сфере. Им даже удается быть счастливыми, уж не знаю, насколько это искренне с их стороны.

— Ты считаешь, что у меня это не получится? — снова догадалась я.

— Мне кажется ты другая, доченька моя, — она старалась говорить как можно мягче. — Ты воспитана иначе. Ты — мягкая, заботливая, женственная, а чтобы быть счастливой без мужа, тебе нужно быть решительной, сильной, как говориться бой-бабой. Да даже если все оставить как есть, признайся: ты бы стала счастливой без мужчины? Просто представь свою жизнь через пять или десять лет.

Я опустила голову и на мгновенье прикрыла глаза.

Теперь я понимала, о чем говорила мама. Я действительно не была что называется женщиной с яйцами. Я не умела добиваться чего-то или ругаться с кем-то. Я не умела справляться с элементарными мужскими обязанностями по дому. Для меня было сложностью даже позвонить какому-нибудь сантехнику или электрику. С таким же ужасом я относилась к вождению машины, планированием семейного бюджета или оплачиванием коммунальных услуг. Всем этим занимался Ильяс. Должна признать, что он был для меня не просто мужем, но и в какой-то степени как будто родителем. Он решал все вопросы за меня. Я же была все это время хранительницей очага. Очень хорошей. По женской части ко мне никогда не было вопросов. Но действительно, теперь представив что на меня рухнут все остальные обязанности, я поняла: счастливой в такой среде я точно не буду. Я смогу с гордостью и достоинством выживать. Возможно, смогу подняться одна, чтобы нанять помощников. Но счастливой без заботливого мужа я не буду. У меня просто не такой характер.

— Даже если так, — тихо заговорила я, — то я лучше поступлюсь женским счастьем, но не выйду за нелюбимого. Мне не нравится Вадим. И никто не нравится. Я лучше больше никогда не выйду замуж.

— Ну, доченька, — мама обняла меня, понимая, что я вот-вот заплачу. — Это сейчас ты так говоришь. Тебе все еще очень больно. Это пройдет. Обещаю тебе. Но не жги мосты с Вадимом. Он очень хороший. Просто… ведь окрутят. Потеряешь ты его. Его нужно удержать.

— Нет, — я вырвалась из маминых рук и вскочила на ноги, — я не хочу! Мам, я не хочу!

— Я боюсь, что потом ты будешь жалеть, — мама явно была разочарована моим решением. — Но тогда уже будет поздно.

— Я не буду жалеть, — пустым голосом сообщила я. — Не буду. И… мне нужно работать. Я получила работу, а за эту неделю еще толком не приступила к ней. Давай тогда потом как-нибудь поговорим.

Мама грустно закивала, прекрасно понимая что я просто соскакиваю с темы.

— Ладно, дочь, — сказала она. — Это твоя жизнь. Тебе решать. Работай.

Мама вышла из спальни, а я села на кровать, совершенно опустошенная. Взяв в руки одеяло, я только было хотела сложить его и заправить постель, но опять застыла и уставилась в одну точку.