Глава 10

От его тона, я в шоке округлила глаза. Да, что он себе позволяет? – Убери от меня свои руки! – я скинула его лапища со своей талии. Паша нахмурился, прижал меня к стене клуба и по обе стороны от меня прислонился к стене. Я в ловушке. – Марин, какого чёрта происходит? – прищурился он. – У меня к тебе тот же вопрос, Паш! – я скрестила руки, чтобы как-то отстраниться от него. – Где ты спала две ночи подряд? У кого ты была? Паша был в ярости, на которую не имел права. – Это что, претензия? Ты охренел?! Иди и Вике теперь предъявляй, понял? Меня затрясло от накатившего гнева. – Марин… – Отойди от меня! – я принялась его отталкивать, но он прижался ко мне всем телом, впечатывая в стену. Его лицо оказалось непозволительно близко к моему. Наше рваное дыхание перемешивалось. – Марин, я переживал за тебя, – сквозь зубы рыкнул он. – Мне плевать на Вику, понимаешь? Я тебя люблю. Его глаза впились в мои и лихорадочно бегали. – Настолько сильно любишь, что не можешь от любовницы оторваться! Молодец какой! Отстань от меня, я не хочу больше тебя видеть! – ядовито прошипела я. – Нет, Марин, так дело не пойдет! – он отрицательно качнул головой. – Ты сейчас же возвращаешься со мной домой. – Я никуда с тобой не поеду! – Поедешь, как миленькая, – он впился в мои губы поцелуем, а я закрутила головой. – Фу, уйди! Не смей! – я уперлась в его грудь ладонями и попыталась оттолкнуть, но всё без толку. – Я никуда тебя не отпущу. Ты моя жена. По закону… – Я не твоя собственность! Нет такого закона, который обязывает меня терпеть твои похождения! Я тебя ненавижу! – я забилась в его руках, из глаз брызнули слезы. Как же тяжело! Вот он здесь. Его родной запах. Родные руки. Голос. И больно от того, что он уже не мой! – Отойди! Отпусти! Лжец! Подлец! Предатель! Он перехватил мои руки, закинул их над головой и прижал к стене. – Марин, не придумывай. Между нами ничего не изменилось. Я тебя люблю, и ты тоже меня любишь, – хрипло прошептал он в губы. И тут я почувствовала, как шевельнулось его достоинство! О нет, только не это! Его это заводит? – Я ненавижу тебя! Ты меня слышишь? – я начала извиваться. – Я не прощу измену! Никогда! Я сопротивлялась, и на секунду мне удалось освободить руки, и тут же они оказались в капкане его одной руки, а второй он схватил меня за подбородок и заставил посмотреть в его пылающие глаза. – Марин, послушай меня. Да, я сильно накосячил, но с кем не бывает? Всё поправимо! Мы переживем это! – Я не буду с тобой ничего переживать! Да отойди ты! Ты мне противен! – я снова дернулась. – Ты можешь меня выслушать?! – рявкнул он так, что я застыла. – Я заставил Вику при мне сделать тест. Она беременна. От меня. Теперь я не могу ее бросить и отказаться от ребенка. Аборт я тоже не позволю сделать, возможно, это мой единственный шанс продолжить свой род! Понимаешь ты или нет?! Я широко раскрыла глаза, не веря в услышанное! Что за бред он несет? – Мы же с тобой давно хотели детей! – уже спокойнее сказал он и отпустил мои руки. – Пусть она родит! Что такого, если мы будем жить втроем, а потом и вчетвером? – Павлик, ты в себе? – я дотронулась до его лба, хотелось выяснить, нет ли у него температуры. У него явное помутнение сознания. – Нет, я уже два дня и две ночи не в себе, Марин! Я не виноват, что так сложились обстоятельства. Обстоятельства? Перед глазами всё поплыло, и по щеке прокатилась жгучая слеза. – Какие обстоятельства могли заставить тебя засунуть член в другую бабу? А? Боже, как больно! – Прости меня. Любимая, прости, пожалуйста. Я не могу тебя потерять, – он снова попытался поцеловать, но я отвернулась. – Ты уже это сделал, Паш, – резко отрезала я. – Я подаю на развод. – Нет, блядь, нет! – выкрикнул он и ударил кулаком по стене рядом с моей головой. – Ты не можешь меня бросить! Я не отпущу тебя! Ты моя! – Паш, отойди! – Я не позволю тебе уйти, Марин! Мы будем жить втроем. Точка! – Нет, не будем. – Сука, ты меня вообще слышишь? Я не брошу беременную моим ребенком! – Вот и живи с ней, в чем проблема? – в тон ему крикнула я. – Ты – моя проблема! Ты мое всё! Я люблю тебя, слышишь! Тебя, блядь! Тебя! – не своим голосом он орал мне в лицо. Таким я его еще никогда не видела. Да он самый настоящий псих! – Паш, ты меня пугаешь. Отойди! – Ты поедешь домой со мной, поняла? Я не разрешал тебе уходить! Ты моя! – Я больше не твоя! Отойди! – Я сказал!.. – Херасе ты важный. Да плевать, что ты сказал! – рядом с нами раздался гневный рык. – Отошел от нее. Живо! Паша чуть отстранился, но не отошел, и повернул голову на мужской голос. Скрестив руки на груди и широко расставив ноги, на нас смотрел Резник. – А ты кто такой? Где-то я тебя видел. Марин, это кто? – муж с претензий воззрился на меня. – Херово ты понимаешь, – разочарованно сказал Влад и звучно цокнул языком. Широкая ладонь схватила Пашу за шкибот и отшвырнула от меня. Муж пробежал по инерции несколько шагов, остановился и, сжав кулаки, развернулся лицом к Владу. – Ты кто, сука, такой? А? – выкрикнул Паша и бешеным взглядом посмотрел на меня. – Вы что трахаетесь? Да? Меня обвиняешь, а сама ебешься со всеми, дрянь? – Рот закрыл! Или я тебе его сейчас закрою, – вступился за меня Резник. – Я ее муж! – Объелся груш, – ядовито выплюнул Влад и подтянул рукава на белоснежной рубашке. – Ну всё! Тебе конец! – прошипел муж и решительно сделал шаг к Резнику. – Ну да, я уже обоссался от страха, – в ответ хохотнул тот. Выкрикнув что-то невнятное, совершенно слетевший с катушек Паша кинулся в драку и… Тут же отлетел назад. Неожиданный и точный хук справа от Резника отправил мужа в полет. От шока я прикрыла рот ладонью, и отошла подальше от них. Паша не сдавался, но он явно проигрывал. Причем Резник ловко уходил от ударов и больше толкал и валял Пашу, чем бил. В итоге Влад в три погибели скрутил Пашу, как сопливого пацана, а тот громко кричал, пыхтел, пытался выбраться из захвата, но не получалось. – Успокоился! Быстро! – рявкнул Резник. – Или я сейчас ментов вызову, в участке тебя мгновенно успокоят! Паша перестал сопротивляться. – Ладно, всё, хорош. Отпусти меня, – сдался муж. Влад несколько секунд смотрел на Пашу, затем с презрением отпустил, встал, отряхивая руки, и посмотрел на меня. Паша тоже поднялся и устремил на меня острый как кинжал взгляд. Повисла тишина. – Что-то жрать так захотелось, – потягиваясь, сказал Резник. – Поужинаешь со мной? Влад подмигнул, намекая, что мне лучше сейчас уехать с ним. Думаю, он прав. Паша не отстанет, а мне бы не хотелось скрученной ехать в его квартиру. И не хочу, чтобы он узнал, где я сейчас живу. У него совсем крышу сорвало. Я больше не чувствую себя рядом с ним в безопасности. – Поужинаю, – согласилась я. – Тогда поехали, – Влад достал брелок, нажал на кнопку, и недалеко от нас моргнул черный джип. – Марина, не смей садиться к нему в машину! – пригрозил муж. – А что будет, если сяду? – удивилась я. Паша сжимал и разжимал кулаки, но ничего не ответил. Резник всё-таки разбил ему губу. – Так и знала… – хмыкнула я. – Оставь свои влажные фантазии о тройничках. Не со мной. Я подаю на развод. А вам с Викой совет да любовь. И детей побольше, – ехидно выплюнула я, развернулась и пошла к машине. Влад открыл для меня пассажирскую дверь, я села в салон, он хлопнул дверью, занял водительское кресло, надавил на газ, и мы со свистом сорвались с места, оставив изменщика позади. Глотать пыль. – Фантазии о тройничках? – глядя прямо, удивленно переспросил Влад. – Не спрашивай, пожалуйста, – вытирая пальцами влажные дорожки от слез, ответила я. – Ладно. Не буду, – он посмотрел на меня, нахмурился и подбородком указал вниз: – Открой бардачок, там есть салфетки. – Спасибо, – я нашла влажные салфетки, откинула козырек и посмотрелась в зеркало. Кошмар! В отражении на меня смотрела панда. – Нет, ты извини, конечно, Марин, но я всё-таки спрошу. Я-то думал, что там му-у-уж, но это падаль! И вот это мудло ты любишь?