Эпилог

Несколько месяцев спустя…

— Ой, ты такая красавица, Лена, — говорит Анна Георгиевна.

— Правда? Мне идет?

— Роскошная женщина!

Я раньше такого никогда не надевала. Но когда Богдан сказал, что нас ждут на мероприятии через пару дней, то я сразу начала готовиться: обновила цвет волос, маникюр сделала, а Богдан сам заказал для меня платье. Когда я его увидела, то обомлела. Оно слишком… Но, должна признать, что преподносит все в нужном свете. Открытое, черное, для идеальной фигуры. Я бы не назвала свою фигуру идеальной. Я до сих пор набираю вес после болезни, которая уже позади. Теперь я крепко стою на ногах.

У меня есть одно платье, оно более скромное, но мне не хочется обижать Богдана. Да и нравится оно мне очень. Надо иногда выходить за рамки комфорта.

— Спасибо. Вы за Сашей с Таей проследите, чтобы уснули, если мы задержимся?

— Не волнуйся. Конечно. Я с ними побуду.

— Спасибо, что бы я без вас делала…

— Да мне одна радость с твоими детками сидеть. Как здорово было бы, если бы у вас с Богданом общий ребенок появился…

Я резко фокусируюсь на Анне Георгиевне, смотрящей на меня через зеркало.

— Извини… Я это так…

— Да ничего.

Я, если честно, не думаю, что у нас что-то получится.

Тогда я быстро забеременела от него. Почти сразу.

А вот мы уже несколько месяцев вместе, и ничего.

Ну, я уже не девочка. А еще я давно не проверялась. Мало ли, что с моей репродуктивной системой после аварии.

И знать не хочу. Это только расстроит меня. Тем более Богдан вообще ни слова об этом не говорил — о детях. А я боюсь говорить с ним об этом. Не хочу портить то, что есть у нас сейчас.

— Ладно, пойду я. Богдан к тебе скоро зайти должен.

— Еще раз спасибо, Анна.

Женщина уходит, а через несколько минут в спальне появляется Богдан уже готовый ехать на мероприятие. Он уходил к себе в кабинет, чтобы решить несколько срочных вопросов перед отъездом.

— Ну и ну… Повернись. Еще разок.

Я кружусь. Я теперь сколько угодно могу крутиться. Крепко стою на ногах.

Богдан идет ко мне, немного раскинув руки в стороны.

— Ты прекрасна…

— Оно слишком открытое.

— В самый раз. Тебе очень идет, — нежно касается моих оголенных плеч.

— Богдан… — вздыхаю. — Может, я все-таки не поеду, м?

— Почему? Ты плохо себя чувствуешь?

— Нет-нет… Я чувствую себя хорошо. Но я подумала, что может мне лучше остаться с детьми. Я боюсь, что…

— Чего ты боишься?

— Я уже привыкла так, понимаешь? Я почти не выхожу из дома. А когда выхожу, то мне не по себе сразу становится

У меня этот самый посттравматический синдром.

— Ты все еще чего-то боишься?

От Андрея нет никаких вестей. Он как улетел тогда, так и не возвращался. Но мне все равно не по себе. Он хоть и далеко, но мне кажется, что он только и ждет момента, чтобы ударить по нам. Дом хорошо охраняется, и только здесь я чувствую себя в полной безопасности.

— Лена, милая… Нельзя так. Ты не сможешь просидеть в доме всю жизнь. Прошло достаточно времени. Тебе нужно успокоиться.

— Я там буду лишняя. Там будут твои друзья, знакомые, деловые партнеры… А я…

— А ты моя невеста.

— Кто?

— Я как раз только что собирался… — лезет рукой во внутренний карман пиджака, достает маленькую темную бархатную коробочку. Открывает ее передо мной, и у меня слабеют ноги, как бывало еще не так давно. Но сейчас по другой причине. — Тогда, много лет назад, я просто не успел… А стоило. Но, к счастью, сейчас все еще не поздно. Ты согласна? Станешь моей женой, Лена?

— Но… но как… Я же все еще…

— Твой брак с ним расторгнут. Еще неделю назад. Можешь взглянуть у меня в кабинете на бумагу, если не веришь. Это было непросто, но я этого добился. И теперь мы можем… Если только ты этого хочешь. Ты не хочешь?..

Что же это я…

Я только что отшагнула от него. Но теперь снова делаю шаг к нему.

— Я… я просто. Я не думала, что…

— Что ты не думала?

— Что мы с тобой когда-нибудь сможем пожениться…

— Почему это? Мы вместе живем. Проводим время. Едим. Спим. Здесь живут твои дети. Этого мало, чтобы пожениться?

— Вот именно, Богдан. Ты принял меня, моих детей… Это уже слишком много. А еще… еще я очень боюсь, что я не смогу родить тебе нашего ребенка. Я думаю, что все это последствие аварии. Поэтому…

— Поэтому что? Поэтому ты недостойна стать моей женой?

Вот именно… Я чувствую, что не заслуживаю всего, что он мне дает. Но, конечно же, я хочу. Очень хочу быть с ним. Я его правда люблю.

Не получив ответа, Богдан подступает ближе ко мне и вынимает невероятно красивое кольцо из коробочки. Берет мою руку и медленно надевает его на нужный палец.

Судорожно выдыхаю, когда он целует эту руку.

— Ну вот, теперь ты официально моя невеста. И появишься со мной на мероприятии как моя невеста. К лету поженимся. Да и ты окончательно окрепнешь. Устроим настоящую свадьбу, — и притягивает меня к себе, касается ладонью шеи и ведет ею назад, к затылку, делая мне приятно, заставляя прикрыть глаза. — Не вздумай плакать… Сегодня можно только улыбаться. И давай уже поспешим. А то мы и так опаздываем.

* * *

Мероприятие проходит на высшем уровне.

Богдан познакомил меня со своими друзьями. Кто-то был очень дружелюбен, а кто-то сильно удивлен, так как знают, кто я такая. Моя история сильно прогремела. Негатива особого к себе я не заметила. Нас поздравили, так сказать, с помолвкой. А теперь мы ходим, бродим по огромную праздничному залу, общаясь друг с другом.

Сегодня здесь празднуют годовщину основания компании его партнера. Мы просто обязаны были прийти. Его устроили в загородном трехэтажном отеле. Здесь очень красиво. Но ноги уже начинают болеть. Я еще и на каблуках. Но жаловаться мне не хочется. Потерплю.

— Черт, и он тут, — кивает Богдан в сторону полного мужчины. — Надо с ним переговорить.

— Переговори. Я пока не террасу схожу, подышу свежим воздухом.

— Ну хорошо. Я скоро к тебе приду, — оставляет на моих губах легкий поцелуй, никого не стесняясь, и я отпускаю его руку.

Ух и прохладно же, но приятно. Если побуду тут немного, то не простужусь.

Иду к краю террасы и смотрю вниз. Высоковато.

Менее минуты спустя я слышу, что Богдан сюда пришел.

— Быстро ты. Посмотри как красиво…

— Красиво, — раздается позади очень близко, и я отрываю руки от перил.

Очень медленно поворачиваюсь и вижу…

Это почти как в моем кошмаре.

— Андрей? — округляю глаза и спиной упираюсь в перила, отступив на все возможное расстояние.

Мужчина выходит из тени, и я убеждаюсь, что это он.

— Ну здравствуй, жена.

— Не подходи ко мне…

— Ах да, точно, больше не моя жена. Хорошо выглядишь. Даже потрясающе. На ногах.

Я не понимаю такой глупости с его стороны. Зачем он пришел? Тут очень опасно для него. Как он вообще сумел проникнуть сюда?

— Что тебе нужно? Зачем ты сюда явился?

— Как мои дети? — делает ко мне еще шаг.

— Твои дети?

— Наши.

— Да что ты? Вспомнил об этом? Когда упек меня в психушку, то ты решил забыть об этом. Ты же так хотел сделать Нэлли их матерью.

— А ты теперь не этим же самым занимаешься? Не делаешь его их отцом?

— Он хорошо к ним относится. Он ведь не такой ужасный, каким ты его выставлял. И его отец ничего не делал мне. Ты все это устроил. Я только не пойму ради чего… Ты же ее любил.

Вряд ли я дождусь ответов от него.

Андрей продолжает приближаться ко мне.

— Сделаешь еще шаг — я закричу.

— Но прежде я успею свернуть тебе шею, — все равно делает этот шаг. — Хочешь умереть?

— Ты… ты этого не сделаешь. Тогда наши дети останутся сиротами. Ты не уйдешь безнаказанным.

— Не прикрывайся детьми, — он уже очень близко. — Ты просто не хочешь умирать. Ведь состоялось великое воссоединение. И как, ты счастлива?

— Как никогда прежде.

— Неблагодарная… Столько лет я был рядом с тобой…

— Ты использовал меня. Ты эгоистично разлучил нас, даже не любя меня. Любовь многое оправдывает. Но тут и любви не было, — качаю головой. — А то, что у меня к тебе было… Впрочем, неважно. Все это теперь не имеет значения. Уходи. Пока ты еще можешь уйти…

И тут я замечаю позади него Богдана. И, черт возьми, я выдаю его своим взглядом. Ведь он вошел сюда очень тихо, намереваясь застать врасплох его. Андрей все понимает… Он дергается ко мне, хватает, ставит перед собой, и больно сжимает шею пальцами.

Богдан вынужден теперь замереть на месте.

— Отпусти ее, — требует Богдан. — И тогда я позволю тебе уйти отсюда.

— Да пошел ты. Никуда я не пойду. Я сначала сверну ей шею, а потом плевать, что будет. Ты разрушил мою жизнь. Моей репутации пришел конец, Нэлли мертва… Все это ты сделал. И Нэлли ты убил.

— Я ее не трогал. Это была карма. Отпусти ее. Это только тебя и меня касается.

— Вот уж нет… Только через нее я смогу отомстить тебе. Ты снова ее лишишься. Как когда-то и своего ребенка, — пауза. — Что, она тебе не рассказала? Она была беременна от тебя, но потеряла ребенка, пока я держал ее в подвале. Вижу, у вас с доверием все по-прежнему.

Больше Богдан не ждет ни секунды, он бросается в нашу сторону и резко отрывает его руку от моей шеи, освобождая меня.

Споткнувшись, я падаю. С этого положения я наблюдаю за их дракой. Но уже вскоре так случается, что Богдан переваливает Андрея через перила, и тот летит вниз с коротким криком.

Я спешу встать на ноги и пойти посмотреть туда.

Он лежит там на газоне, обездвиженный и, скорее всего, мертвый.

На следующий день…

— Сынок, я позже зайду к вам, порисуй пока с сестрой, — поднимаюсь со стула, провожу Саше по голове ладонью и покидаю комнату.

По коридору я направляюсь к его кабинету, в который вхожу без стука.

Он сидит работает сегодня так целый день. После случившегося мы почти с ним не говорили.

Я должна начать разговор. Потому что я виновата…

— Богдан… Ты занят? — роняю тихо.

— О чем ты хочешь поговорить? — поднимает на меня взгляд. Он будто слегка не в себе.

— Прости меня… Я боялась… Боялась тебе сказать… А тогда я просто не успела сообщить тебе о беременности. Богдан, мне правда жаль…

— Думаешь, я злюсь из-за этого?

— Думаю…

— Я злюсь, что вчера не получилось убить этого ублюдка, — сжимает губы в тонкую линию от гнева.

Андрей не умер.

Но падение дорого ему обошло: нога сломана и позвоночник. Теперь он вероятно навсегда останется в инвалидном кресле. Богдану удалось все уладить. Мы уехали, а только сегодня утром узнали новости. Теперь его мать о нем позаботится.

— Все обошлось, — обхожу его стол и подхожу к нему.

— Он не только нас с тобой разлучил, а еще убил нашего ребенка…

— Теперь он будет сидеть в инвалидном кресле.

— И жить. Он, выродок, будет жить…

— …и мучиться, — добавляю я. — Он больше не помешает нам, Богдан. Никак не помешает. Забудь о нем, прошу. Будь рядом со мной, — касаюсь ладонью его лица, на что он перехватывает меня за запястье и тянет на себя, усаживая к себе на колени.

— Я всегда буду рядом с тобой.

* * *

Вскоре у нас Богданом состоялась чудесная свадьба, а через год с лишним, после моего обследования и лечения у нас родилась чудесная девочка — Алиса. Мы стали счастливыми вопреки всему. У нас большая и дружная семья, о которой только можно мечтать. И никто и ничто ее не разрушит.