Глава 35

Габриэль

Рим, Италия. Два года спустя

— Будут ли еще какие-то указания, синьор Росси?

Отвлекаюсь от ноутбука, когда моя личная помощница входит в кабинет и кладет на стол черную папку с документами по последней сделке с крупным инвестором. Это дело, стоило нам всем нервов, сил и приличной суммы денег, которую мы в последствие сможем вернуть.

— Перенеси, пожалуйста, встречу с «Инвест-групп», — выхожу из электронного ящика и закрываю ноутбук. — В ближайшие несколько недель я не смогу увидеться с ними лично. Только по видео-связи, о чем позже договорюсь с их представителем.

— Будет сделано, — миниатюрная шатенка в сером брючном костюме согласно кивает головой и скрывается в приемной, дав мне возможность еще раз изучить весь договор.

На это уходит около пятнадцати минут, после чего покидаю кабинет и, попрощавшись с Джиной, пожелавшей мне отличной поездки. Спускаюсь на подземную парковку и выезжаю на черном Феррари с территории офиса. По дороге покупаю букет белых лилий, забираю суши из любимого ресторана и под ненавязчивую мелодию из колонок направляюсь в квартиру, находящуюся в самом живописном месте Рима.

— Дорогой, ты почему так рано? — в прихожую выбегает улыбающаяся девушка, обернутая в махровое полотенце. — Я не успела приготовить ужин, — виновато опускает голову. — Может мы…

— Я уже принес суши, — показываю ей белый пакет, от чего ее глаза ярко сверкают. Любит она японскую кухню. — Бутылка вина у нас есть, так что устроим себе романтический вечер. Ах-да, — совсем забыл о цветах. — Это тебе, — протягиваю ей букет, и пока она вдыхает аромат лилий, собираясь поставить их в вазу и привести себя в порядок, прохожу в спальню, чтобы переодеться.

— Я выберу фильм, — слышу голос Карлотты с кухни, на что просто киваю головой, как будто она может меня увидеть. Ведь чтобы она не сделала, я обязательно соглашусь, лишь бы невеста была счастлива и всем довольна.

Да-да, через пару месяцев мы собрались узаконить свои отношения в кругу семьи и близких друзей. Обычное, маленькое торжество. Никакого пафоса и упоминания в прессе, мы же не совсем публичные личности, такая огласка нам не к чему. Да и СМИ пора уже перестать мусолить статьи про мое поведение в обществе с самого возвращения в Италию.

Прошло уже два года, как я появился в Риме, сразу же привлекая к себе повышенное внимание жителей. Ведь что еще можно сделать после очередного побега из России? Конечно же пить, не просыхая, порой несколько дней подряд. Я устраивал шумные вечеринки и дебоши, попадая пару раз в полицию и радуя репортеров скандальным заголовком про выходки богатого бизнесмена Рима.

Таким образом, я забывался, вычеркивал из памяти все воспоминания о жизни в Москве. Будь это возможно, вообще бы стер себе память, наполнив ее новыми мгновениями. Поэтому стакан виски, потом еще один и еще помогали сбежать от суровой реальности, где я был виновником гибели родителей очень дорогой для меня девушки, по которой так с ума сходил, что она мне повсюду мерещилась.

Я словно на ней помешался, стремительно падая вниз в бездну, отдавая себя во власть темных сил, ждавших меня в царстве ада, где мог даже душу свою продать. И если бы не помощь лучшего друга Орландо, не знаю, как бы сложилась моя дальнейшая жизнь.

Именно он меня взбодрил ударом кулака по лицу и воодушевляющей речью, что ни одна баба не заслуживает наших терзаний. Не стоит уподобляться этим стервозным сучкам.

— Габриэль, все готово, — Карлотта стучит в дверь, вырывая меня из воспоминаний. — Не задерживайся!

Быстренько переодевшись в домашние брюки и футболку, прохожу в гостиную, где застаю невесту на диване, включающую какую-то слезливую мелодраму. Терпеть не могу такие фильмы, но ради ее улыбки готов стиснуть зубы и смотреть на влюбленную парочку, идущую к своему Хэпии Энду очень извилистой дорогой.

Разлив по бокал красное вино, делаю большой глоток и отправляю в рот суши под звонкий смех Карлотты. Японские блюда очень редко ем, предпочитая что-то более мясное, но раз в несколько месяцев все же отступаю от своих принципов и заказываю эти…изыски из сырой рыбы.

— Как прошел твой день, милая? — нежно целую ее в уголок губ, когда мы лежим на диване лицом друг к другу, совсем позабыв про фильм и наш ужин.

— Было очень много заказов на капкейки и торты, — тяжело вздыхает, теснее прижимаясь ко мне. — Пришлось вызвать двух девушек с их выходных, иначе бы мы не справились. Все как с цепи сорвались, срочно нужны десерты то на вечеринки, то на свадьбы. Популярность нашей кондитерской растет с каждым днем. Если дела и дальше пойдут в гору, нужно будет расширить штат сотрудников, а потом…

Отключаюсь от разговора, просто разглядывая Карлотту, словно вижу впервые. Темно-каштановые волосы затянуты в «конский хвост», сияющие серые глаза, чуть пухлые губки на миловидном личике, больше напоминающим по форме сердечко. Стройная, изящная, без татуировок на гибком теле. Словом, идеальная девушка, которая будет и идеальной женой. В этом я был точно уверен.

Рядом с этой девушкой тепло и уютно, как дома. Лотти создаст чудесную семью, распространяя на всех свой свет. Да только нет в ней того огня и страсти, что присущи белобрысой стерве Юле. Она не впрыскивает в организм яд, бегущий по венам вместе с адским огнем. Даже в сексе нет безумства и дикости, которые могут порой застать в очень неожиданных местах, как было с Лебедевой.

Мне о ней ничего не известно. После нашей последней встречи в больнице, откуда ее увела Полина, я не искал встреч с бывшей женой отца, не узнавал, как она, чем занимается, живет ли до сих пор в Москве, а может и переехала в другой город или страну.

Во время разговора с отцом мы не называем ее имени, не поднимаем тему прошлого, хотя я готов поклясться, батя с радостью бы обсудил все, что связано с Юлией. С ведьмой, проникшей в сердце и оставившей там свое клеймо.

Иногда мне до одури, до настоящей трясучки хотелось найти ее в Инстаграме или Фейсбуке, чтобы насладиться фотками развратной девки, которую необходимо было сначала отшлепать, а потом насадить на твердый член и устроить бешеные скачки, чтобы звуки секса слышали все вокруг.

Пару раз я срывался. Покупал билет на самолет до Москвы, лишь бы увидеть ее хоть мельком, впитать образ как губка. А быть может и подойти поговорить, объяснить свой ужасный поступок тем дождливым днем. Встать на колени и вымолить прощения за совершенные злодеяния.

Но всегда сам себя останавливал. Когда же встретил в кондитерской обаятельную Карлотту Соле в белом фартуке, решил круто поменять жизнь, ведь быть вместе с Юлией у нас не получится.

Она не простит меня, а я…не смогу загладить вину, как бы сильно не старался.

— Габриэль? — пару раз моргаю. — Ты меня вообще слушаешь? — фокусирую взгляд на недовольной девушке, вспоминая, где именно нахожусь и кто передо мной. — В чем дело?

— Прости, милая, — умиленно провожу своим носом по ее, заставляя невесту поморщиться. — Задумался о предстоящей поездке в Россию, — надеюсь, улыбка вышла искренней.

— До сих пор не верится, что мы поедем к твоему отцу, — воодушевленно говорит Карлотта, явно строя планы на практически месячное путешествие за пределами Италии. — Никогда не была в России. Это так волнительно.

Молча с ней соглашаюсь, так как и сам испытываю трепет и легкую дрожь. Необъяснимое предчувствие проносится неприятным холодком по позвоночнику. Интуиция как-то разыгралась в преддверии поездки.

Два года не навещал отца после его выписки из больницы.

Два года не интересовался жизнью Юлии Лебедевой, будучи влюбленным в нее по уши, но вытравливающим эту любовь алкоголем и девушками легкого поведения.

Что будет, если мы с ней все-таки встретимся вновь? Вдруг в таком огромном городе как Москва-сити я столкнусь с ней на одной улице?

К чему все это приведет? К ничему не обязывающему разговору, словно мы обычные знакомые из прошлого? Или же к взрыву атомной бомбы, способной спалить полстраны?