Глава 18

Глава 18

— Не волнуйся, — сказал Миша, — Влада профессионал, — да и родственники хорошие люди. И очень ответственные. Матвей Зорин — педант, отличник. Мама и тетя всегда ставили его мне в пример.

Мне вдруг стало интересно узнать больше о жизни Миши.

— Это родня со стороны отца? У вас одинаковы фамилии.

Зорин качнул головой.

— У Матвея да, его дед был со стороны отца. А моя мама не выходила замуж и мне дала фамилию деда.

Я только сейчас поняла, что мало знаю о родительнице Миши. Она жива, это точно, и находится где-то далеко.

— Вы общаетесь с мамой? — осторожно спросила я.

Миша не смутился.

— Да, конечно. Она медсестра, и когда я вырос, работала в Европе. Там познакомилась с мужчиной, живет теперь недалеко от Праги.

Я улыбнулась.

— Как интересно! Рада за нее.

Зорин кивнул.

— Я тоже счастлив. Она прилетает несколько раз в год. Но в последние месяцы была рядом с приболевшим мужем. Он получил травму, когда отдыхал на лыжном курорте.

— Вы близко общаетесь?

Я не знала, как спросить про себя. Говорил ли Миша маме обо мне? Он не мальчик, но не всякой свекрови понравится невестка с ребенком.

— Пока я молчал, — улыбнулся Зорин, — но мама без конца спрашивает, что стало с моим голосом. Ей кажется, я помолодел. Добрая матушка.

Мы оба рассмеялись.

— У нас в семье не было принято изливать душу, делиться чувствами. Но моя мама обязательно узнает о тебе, вы познакомитесь. Это просто вопрос времени.

Мама растила Мишу одна. По себе знаю, это то еще приключение. Поэтому женщина и была закрытой, не выливать же переживания на мальчишку. В итоге и Михаил шикарно научился скрывать свои эмоции. Вспомнить его первые дни в ресторане… Хотя местами он прокалывался все же.

Сейчас Зорин тоже не сыпет красивыми словами. Но о нас рассуждает как о свершившемся факте.

— Ты так уверен, — вылетело у меня.

Ух, не испортить бы всё. Но Миша и бровью не повел.

— Конечно.

Рассусоливать он опять же не стал. Вместо этого предложил выпить чего-нибудь освежающего на кухне. Мы нашли в холодильнике ягодный морс.

Вкус лета… Скоро оно закончится. Что принесет в мою жизнь осень и зима?.. Я поймала на себе взгляд Михаила, и из головы вылетели все философские мысли. Медленно до меня доходило — все уехали за город. Мы только вдвоем в большом доме…

Я сделала судорожный глоток из высокого стакана. Миша осушил свой до половины. Теперь глядел на меня, не отрываясь.

— Мне кажется, ты осмотрела не весь дом, — тихо заметил он.

Когда он так говорил, хотелось вслушиваться в каждый звук. Я даже знаю, какую комнату он имеет в виду… Потерла ладони друг о друга, сделала еще один глоток.

— Так покажи мне.

Так, Денисова, ты почти научилась флиртовать. Хотя с этим мужчиной не хотелось играть в игры. Все происходило так естественно.

Миша вышел из-за стола, взял меня за руку. Я встала и пошла за ним к лестнице. Широкие ступеньки оставались позади, мы дышали все тяжелее. Дверь в спальню мужчины была приоткрыта, Миша пропустил меня вперед.

Хоть волнение шкалило, я осмотрела комнату. Та же классическая обстановка, только мебель темнее. Почти коричневое дерево. Широкая кровать посередине, изголовьем к левой стене. С одной стороны от нее — низкий комод. С другой, в углу у окна, кресло. Шкафов нет, в доме большие гардеробные.

Телевизор на противоположной стене. Что-то подсказывает — просто, чтобы был. Наискосок висит размытая картина — мужчина обнимает сзади женщину. Они в светлых одеждах, но темноволосые. Стиль рисунка не фотографический. Скорее, просто передана эмоция.

— Подарок тетушки, — усмехнулся Зорин, — говорит, изображение принесет мне счастье. Но что-то подсказывает, ей подарил ее очередной приятель, а выбросить не поднялась рука.

Я улыбнулась.

— Да ладно тебе, красиво.

— Это ты красивая.

Миша приблизился ко мне и обнял. Мы стояли совсем как пара на полотне художника. Зорин несколько раз прерывисто коснулся губами моей шеи. Я погладила его по предплечью.

— Спасибо, родной.

В первый раз я назвала этого мужчину не по имени. Хотя сказала просто, как чувствовала.

— Кстати, — Миша усмехнулся и кивнул на картину, — это единственная женщина, которая бывала до тебя в этой комнате. Ну, не считая сотрудниц из клининга.

Я вжалась в объятья мужчины.

— Польщена…

Михаил дышал мне в шею.

— Уля, я хочу, чтобы ты выкинула из головы все сомнения. Сплетниц, врагов и даже родственников. Хотя последние будут только счастливы за нас. Я очень… Я очень сильно полюбил тебя. Доверься мне, всё будет хорошо.

Я схватила губами воздух. Уф! Зорин признался мне в любви. И в эту же секунду я поняла — его чувство взаимно. Сначала я запрещала себе эмоции, потом просто не помнила себя от радости. А теперь я всё осознала.

— Миш, я…

Мужчина развернул меня к себе, поцеловал в висок.

— Уля, я не тороплю тебя и не требую взаимности. Только не спеши давать отказ, если ты хоть чуть-чуть неуверена…

А Зорин-то испугался! Я думала, у меня на лбу все написано. Хотя может, мою скромность он оценивал иначе.

— Но я уверена, — руки мужчины дрогнули, — я люблю тебя, Зорин. В моем сердце до тебя не было мужчин. Не думай, что я вру…

Миша погладил меня по лицу.

— Верю. Потому что сам чувствую то же самое. У меня куча детей, но до тебя я по-настоящему не любил ни одну женщину. И эмоции к тебе поначалу взрывали мне мозг.

— Поцелуй меня, — попросила я любимого.

Зорин накрыл мой рот улыбающимися губами.

Мы целовались долго, нежно и как будто в первый раз. Наверное, так казалось потому, что мы теперь были в новом статусе. Наконец, расставили все точки. Признались в чувствах друг другу, а главное — самим себе. В эти минуты я надышаться не могла мужчиной, который находился рядом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В какой-то момент Миша отпустил мои губы. Секунда, и мои ноги оторвались от пола. Я оказалась на сильных руках. Только с ним я могла забыть обо всем, почувствовать себя маленькой и хрупкой. Уткнулась носом в его шею. Не выдержала, поцеловала жесткую кожу.

— Мм… — тихо простонал Зорин. — Я очень счастлив.

Я и сама была на седьмом небе, даже не могла произнести и звука. Надеюсь, Миша уже понял — абсолютно все его эмоции взаимны.

Продолжала целовать крепкую шею и была в его руках. Зорин сделал шаг к кровати. Опустил меня на широкую мягкую поверхность. Лег сбоку. Чуть придавил коленом мое бедро. Запустил пальцы под блузку, легонько провел по животу.

На мне снова самая простая одежда. Узкие штаны из светлой, местами драной джинсы. Хлопковая кофточка белого цвета. Мне нравятся приглушенные оттенки, особенно летом. Но, наверное, такой мужчина, как Зорин, должен снимать со своей женщины дизайнерские наряды.

Нет, я не комплексовала. Просто не уставала удивляться. Тому, что мы такие разные притянулись друг к другу. Что именно я сейчас в этой спальне, где прежде не было его подруг. А может, мы наоборот слишком похожи?..

— До сих пор не верю, что мне так повезло, — улыбнулся Михаил.

Да, мыслим мы примерно одинаково.

— И мне не верится.

Я потянула мужчину к себе за плечи. Но вместо моего рта он припал губами к коже возле уха. Поцеловал очень нежно, зацепил мочку. Тут мне стало не до психологии, низ живота набухал от возбуждения. Сладко заныл.

— Мм, Зорин!..

Теперь я выдохнула со стоном. Ладонь мужчины уже нырнула глубже под кофту, сжала одну из грудей поверх гладкого лифчика. Только Миша умел так смешивать силу и нежность. Я то замирала от восторга, то плавилась. А может, просто моментами он не мог сдержать свою страсть.

Зорин поднял вверх край моей блузки, расстегнул застежку бюстгальтера на спине и просто задрал его вверх. Открыл доступ к груди, жадно оглядел ее. Впрочем, уже в следующее мгновение мужчина припал ртом к чувствительному холмику. Накрыл губами сосок, скользнул языком по кругу. Втянул с силой, оторвался. Несколько раз легонько поцеловал. Меня окатило жаркой волной.

— Еще… — осмелела я.

Мужчина попробовал на вкус другую мою грудь. Его пальцы уже взялись за узкий белый ремень. Он справился с ним на ощупь, расстегнул мои брюки. Провел ладонью от живота по гладкой коже вниз… Я ахнула, когда его рука оказалась в моих трусиках.

Я хотела его, это логично. Меж моих бедер копилась влага. Но то, что Миша сейчас почувствует это рукой, меня безумно взволновало. Я дышала через раз, когда он скользнул меж губок. А дыхание мужчины становилось совсем тяжелым.

Подушечка его пальца остановилась на клиторе. Меня пронзила сладкая боль. Ноги сами собой плотно сомкнулись, я выгнулась на постели. Я думала, мужчина остановится, но он нажал на чувствительный бугорок. Откуда-то прямо из моей груди полетели стоны.

Миша накрыл мои губы глубоким поцелуем. Прикусывал их, посасывал язык. Его сильные пальцы, тем временем, ласкали самое сокровенное место. Он дрожал от возбуждения, но хотел сделать приятно мне. В эти минуты я ощущала себя центром вселенной.

Хотя уже скоро я вообще перестала себя помнить. Только выдыхала со стонами, шептала его имя. Мужчина ласкал меня, меняя темп. Касался губами лица, шеи. Подавалась навстречу, и в какой-то момент ощутила, как по всему телу прокатился щекочущий шар. Меня выгнуло уже против воли.

Я еще подрагивала от оргазма, а Миша переводил дух. На его лбу блестела капелька пота. Еще толком не придя в себя, я хотела увидеть его обнаженным. Самой остаться без одежды, соприкоснуться с ним всей кожей. Господин Зорин делает меня совсем ненасытной.

Миша угадал мои желания, а может, наши потребности совпали. Он сел на постели, начал стягивать мои джинсы. Отбросил их в кресло. Приподнял за спину, освободил от блузки и верха белья. Уже влажные белые трусики вскоре отправились за остальной одеждой.

Я лежала перед ним обнаженной и совсем не смущалась жаркого взгляда. Хотела только, чтобы он скорее оказался рядом. Миша ловкими движениями снял с себя одежду. Белье. Я увидела, насколько сильно он возбужден. Прикусила губу.

Мужчина лег рядом, я погладила его по животу. Сама с жадностью смотрела за этим движением. Мне захотелось тронуть его ниже. Почувствовать силу его плоти. Опрокинула Зорина на спину, рукой накрыла основание пениса.

Горячий, упругий. Я ощущала, как возбуждение накатывает второй волной. Провела ладонью по всей длине члена. Остановилась на головке, немного поласкала. Зорин прикрыл глаза от удовольствия.

Я склонилась над своим любимым мужчиной. Думаю, сегодня мы будем очень близки и не раз. А пока мне хотелось дать ему нежность. Я отодвинула бархатистую кожу, охватила губами чувствительный кончик пениса. Прикоснулась к нему языком.

Сиплое дыхание Зорина без слов говорило — я делаю все правильно. Я не спешила, ведь у меня почти не было опыта в этом деле. Неловкие разы с мужем не в счет. Да и вспоминать о них вообще не хотелось. Я желала теперь только одного мужчину.

Горячая плоть плавно заходила в мой рот. Я то посасывала ее сильнее, то невесомо порхала языком. Миша пропускал хриплые стоны, его пресс подрагивал. Легкими поцелуями я спустилась к мошонке, втянула кожицу у основания.

— Иди ко мне, — попросил Зорин.

Наверно, он хотел прийти к пику полноценно вместе. Я тоже чувствовала сильное возбуждение, как будто и не летала недавно от оргазма. Отпустила пенис, поднялась к лицу мужчины.

Миша оставил меня сверху, но контролировал всё сам. Мне оставалось только довериться. Он взял меня за попку, развел мои бедра. Медленно надел на себя. Я не удержалась от сладкого стона.

Мужчина двигался во мне глубокими толчками, я помогала. Мы уже не медлили, обоим хотелось выплеснуть желание до дна. Большой дом наполнился громкими стонами. Плотная постель смялась. На комнату спускался сумрак, но мне казалось, вокруг нас вспыхивает свет. До того искрило напряжение.

Мы задрожали от оргазма почти в один момент. Миша уложил меня сверху на себя, внутри ощущала влагу и его член.

Вроде бы у меня не опасный день… Это я подумала, уже когда вернулась на нашу планету.

***

Михаил

Никогда не представлял, какое же счастье просто заниматься всю ночь любовью с желанной женщиной. После того, как Ульяна провела у меня выходные, в моей голове появилась конкретная цель — совместная жизнь с этим человеком.

Вообще это дело времени, я уверен. Но Уля так дергалась перед приездом детей. Боялась, как бы они чего не заподозрили. Хотя основная компания слишком мелкая. А наша Дайана сама спит и видит Ульяну в роли мачехи. Ну ничего, скоро я уговорю любимую жить одной семьей.

Все мои чувства к ней можно было смело обозначить этим словом — любовь. Ведь не зря его придумали. Именно для таких случаев — когда постоянно думаешь о человеке, принимаешь его в расчет во всех своих планах. Когда отдыхаешь только, уткнувшись в душистую шейку. Можешь доверить самое ценное. Например, детей.

Нет, делать няньку из Ули я не буду. Но ее появление в доме оставит неизгладимое впечатление у девочек. И тут я верю, Ульяна не сделает им плохо. Я же постараюсь стать ее сыну хорошим старшим другом. А если мальчишка захочет, то и отцом.

Да и усилий много не требуется. Васька сам вовсю тянется ко мне. Чуть ли не каждый день зовет на тренировки, любит бывать у нас в гостях. К малым относится снисходительно, но не обижает. Опекает даже. С Дашкой любит поспорить, просто поболтать. Они нашли общий язык.

А я нет-нет да вспоминаю фамилию биологического отца Васи. Один раз, они сидели с Дашей на диване, смотрели в телефон. Я вошел, они оба посмотрели исподлобья. Показалось, я узнал этот взгляд. Неужели…

На неприятные темы я говорить с Улей не хотел, да и неважно это. Нет разницы, кто был у нее до меня. В сердце точно никого не было, я это чувствую.

«Особняк княгини Росс» встал на новые рельсы и поехал бодро. Все конфликты мы решили и теперь работали над общей целью. На нас с Ульяной народ косился, но привыкал. Хотя мы и вели себя более чем скромно. Только совместные приезды/отъезды перестали скрывать. Зачем?..

Близилось начало осени и чемпионат по футболу в детском саду. В заведении очень активная заведующая, еще и с мужем тренером в спорт-школе. В итоге на целый день за нами было закреплено настоящее футбольное поле. В назначенный час туда начали подтягиваться дети и их разномастные родственники.

Папаши, спортивные и нет. Старшие братья, крестные и даже один моложавый дедушка. Еще задолго нас разбили жеребьевкой на две команды. Мы даже успели потренироваться все вместе. Правда, неполным составом. Я и сам смог только пару раз вырваться. Но самое главное, народ был на позитиве. В конце концов, тут не решается судьба прохода в мировой турнир.

Наша семья, конечно, приехала полным составом. Взяли и Владу, помогать следить за шкодами. На месте мы с Васькой пошли к раздевалкам, Уля с моими детьми и няней на мини-трибуну. Там были и другие мамочки.

Пацан переодевался сам. Он вообще рос заметно самостоятельным. Как чувствовал, наверное, матери нужна поддержка, а не лишние проблемы. У меня подводило ребра, когда я смотрел на него и вспоминал себя. Да, нам легко будет понять друг друга.

Я быстро надел спортивки, краем глаза смотрел за ним. Огляделся по сторонам, чтобы оценить команду. Что ж, у нас целых три молодых отца, один старший брат лет семнадцати. Есть все шансы на успех. Ребята будут играть сначала, взрослые после. Чтобы никто не пострадал.

Долговязый мужчина в углу показался мне смутно знакомым. Он поглядывал на нас с Василием. Может, мы пересекались по бизнесу? В детстве вряд ли, он моложе меня. Я не стал гадать, подошел и протянул руку.

— Михаил Зорин.

Чей-то родственник странно хмыкнул.

— Алексей Шмаков, — его глаза с поволокой смеялись, — там мой сын.

В моей голове окончательно встали все точки. Интерес бывшего Ули ко мне, сходство Васьки и Дайаны. Вот ведь мразь! Нашел время вылезти… Я опустил руку на плечо «родителю», подтолкнул его к стене.

— Идем, я расскажу тактику, — сказал я громко.

Сил в младшем Шмакове было не много, и он поддался словно кукла. Я оттеснил его в дальний угол, к окну. Нас частично закрывали кабинки. Васька уже убежал с ребятами, их увела воспитательница. В раздевалке еще оставалась пара взрослых мужиков, но они были увлечены разговором. Мы тоже начали беседу.

— Какого черта ты приехал? — кинул я Шмакову. — Если у тебя ко мне вопросы, ты мог связаться напрямую. Зачем впутывать сюда Ульяну и Ваську?

Молодой мужчина усмехнулся.

— Вообще-то это моя бывшая женщина, хотя бывшая тут под вопросом. И мой сын. Это ты за каким интересом трешься около них?

Я придвинулся ближе.

— Не неси бред, — попросил я отца Васи, — Уля давно не с тобой. Ребенок тебя даже не знает. Сегодня праздник, и не надо его портить. Иначе мне придется испоганить жизнь тебе. Я не люблю возиться в грязи, но ты напрашиваешься.

Шмаков сделал шаг назад и стукнулся спиной о стену. Он не ожидал удара, скривился. Потерял лицо. Хотя тут же встряхнулся и снова навесил наглый взгляд.

— Хочешь и меня посадить? Сделаешь так же, как с моим братом?