Глава 27

Глава 27

Пацана я взял на руки, девочку пропустил вперед. Васька что-то бормотал, что я его папа, но я только погладил малого по спине. Улю мои ребята уже отвели к машине.

Однако уехать спокойно нам не удалось. Навстречу по узкому проезду двигался коричневый седан. Я сразу почувствовал неладное, а уж когда глянул на водителя… Шмаков, тем временем, резко крутанул руль и преградил нам проезд.

Мои люди выскочили из машины, которая ехала первой. Но я тоже не мог оставаться на месте. Притихшая ярость снова затопила мой мозг. Из головы вылетело, что рядом Уля, дети. Я подскочил к машине Шмакова, открыл дверь и выволок его наружу.

— Как ты посмел сунуться к моей семье?!

— Да ты им никто!

Кажется, эту реплику я слышал последней. Схватил подонка за воротник новенькой рубашки, притянул к себе, а потом с силой отшвырнул. Шмаков пытался устоять на ногах, но все равно оказался на земле. Я в одно мгновение оказался сверху. Прижал его щекой к каменистой прибрежной поляне. Приподнял, стукнул…

— Это ты здесь пустое место. И чтобы твоего тухлого запаха больше не было возле моих близких. Иначе эту землю я заставлю тебя жрать.

Шмаков с трудом сделал вдох.

— Да ты сам хочешь на место моего брата, Зорин. Я тебя не боюсь. Эти дети моя родная кровь, они внуки моей матери. И если ты хочешь нас разлучить, тебе придется выплатить нам ущерб.

— Ты идиот, — я был в шоке, — хочешь бабок, иди поработай.

Я опомнился, отпустил мерзавца. Он поднялся на ноги, но мы все еще стояли напротив друг друга.

— Честным трудом деньги не делаются, — заявил Шмаков, — тебе ли не знать… А если ты хочешь покоя для своей семьи, ты мне заплатишь. Вспомни эти слова.

— Не попадайся мне больше на глаза.

Шмаков был смешон. Прикрывался кровной местью, а на деле просто хотел вымогать деньги. Но я не собираюсь платить шантажисту. Работаю я чисто, детей мы обезопасим по закону.

По лицу моего непрошенного собеседника бежала струйка крови. Похоже, я разбил ему лоб. Не буду давать ему лишние козыри, пора домой.

— Отгони машину, иначе тебе придется ходить пешком.

Уж не знаю, был ли я убедителен или Шмаков сказал все, что хотел. Но свою блестящую тачку он отогнал. А мы бодро двинулись в сторону особняка. Ульяна обнимала Ваську, который болтал о речном домике. Даша молчала, опустив глаза. Я же пока решил сосредоточиться на дороге.

— Не верю, что всё закончилось, и мы едем домой, — в машине проговорила Ульяна.

Я поймал ее взгляд в зеркале и легонько кивнул. Да уж, любимую сейчас должны окружать покой и комфорт. Ох, бьюсь об заклад, трудно будет уговорить ее взять декретный отпуск на работе пораньше. Но может, сыграет роль факт, что служба ее проходит на ногах.

Мы подъехали к дому, и у всех тут же повеселели лица. Однако мы не знали, что провести вечер безмятежно не получится. В доме нас встретили взволнованные мама и тетушка. Мы пока не стали говорить им про Ваську, а потому сразу поняли — случилось еще что-то.

— Миша, Уля! — тетя Надя начала первой. — Вы не представляете! Муся! Вот учудила!

Моя мама только покачала головой и кивнула нам на диван в гостиной. Я на всякий случай усадил Улю рядом, погладил по спине. Буду надеяться, больше пропажи Васи ее уже ничто не напугает.

— Муся! — набрала воздух Надежда Михайловна.

Однако матушка остановила ее жестом.

— Успокойся, Надя, чего теперь верещать? Даш, идите с Васенькой наверх. Присмотрите там за двойняшками.

Хм, с Владой тоже что-то случилось?

— Миша, твоя бывшая жена сейчас сидит в твоем кабинете, — сообщила мама.

Мария же должна была уехать… Мама продолжала.

— Мы застали там ее шарящей по шкафам и столу. Впустила в дом ее Влада, пока мы были с малышками на прогулке. Оказывается, две эти дамы давно общаются за твоей спиной.

Тетя Надя не выдержала и тоже подала голос.

— Нянька испугалась, что с появлением Ульяны нужда в ее услугах отпадет. Или просто новая хозяйка решит поменять персонал. А ты отлично платишь Владе, больше она такое место не найдет. Сейчас на заработки в нашу страну рванули молодые женщины с образованием психолога, педагога, знанием языков. Обеспеченные семьи повысили требования к няням.

Да уж, еще один шок. Но сейчас важнее другое.

— И что же Муся?! Где она?!

Теперь уже на месте не мог находиться я.

— Нюся пожаловалась на животик, мы вернулись, — пояснила мама, — а ее мать шерстила твои рабочие бумаги. Ее засекла Надя, не растерялась и закрыла прямо там. Муся сидит в комнате около часа.

Прежде всего, я обернулся к любимой.

— Уль, оставайся с детьми.

Мама и тетя переглянулись, но комментировать не стали.

— Вы тоже побудьте в гостиной.

Тут обе насупились, но опять же не возражали. Я двинулся к кабинету. Не знаю с чего вдруг, но мне показалось, дело тут пахнет Шмаковым. А Муся по-родственному, так сказать, поможет мне загнать его в ловушку.

Я отпер добротную дверь из темного дерева. Моя бывшая сидела на подоконнике. Это было единственное место в доме, где на окне стояла решетка. Иначе бы, наверное, бывшая сбежала.

— Ну и что ты натворила?..

Мария вскинула голову. На гладком лице текла тушь, губы тряслись. Уж не знаю, пожалела она или просто испугалась.

— Ты сам виноват, Зорин!

Да уж, помню я эти капризные нотки.

— Вопрос — в чем? В том, что ты стала воровкой? Когда ты возьмешься за ум, Маш?

Бывшая жена слезла с подоконника и приближалась. В узких темных брюках и такой же облегающей кофте она выглядела как героиня фильмов про шпионов. Жаль только, цель ее действий была совсем недостойна положительного персонажа кино.

— Ты развелся со мной, Зорин! Думаешь, я для этого рожала тебе детей?! Кому я теперь нужна?!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мои брови полезли вверх.

— Девочки со мной, ты сама себе хозяйка. Строй свою жизнь, зачем лезть в мою?

Маша прищурилась.

— Мне нужны были деньги, вот и всё! Ты не представляешь, как это — жить на милость отца и брата. Они ни во что меня не ставят!

Я взглянул на дизайнерские сережки из золота в ушках Муси. Да уж.

— Работай сама, — сказал я ей, — но ты предпочитаешь связываться с мошенниками. Кто тебя прислал?

Муся выдохнула.

— Человек, брата которого ты посадил. Он хочет отомстить!

Я подошел ближе.

— Можно не быть семи пядей во лбу, не делать успехи в науке и карьере. Но это не про тебя, Маша. Ты просто самая настоящая дура, отбитая дура. Шмаков преследует банальную цель — он хочет бабок. И далеко не факт, что он дал бы тебе хоть маленькую их часть.

В глазах Муси появились слезы.

— Он хотя бы понял меня!

Я не выдержал и засмеялся.

— Ты не захотела нормально заботиться о дочерях. Окей. После развода я предлагал тебе помощь в учебе, работе. Даже деньги давал поначалу. Всегда разрешал видеться с детьми, хотя сейчас понимаю — зря. Чего тебе не хватало?

Муся набрала воздух, но я поднял ладонь.

— Ты поможешь мне подставить Шмакова, и я просто сдаю тебя твоей семье. Насчет встреч с девочками будут решать психологи. Иначе я отдаю тебя полиции со всеми вытекающими последствиями.

Маша распахнула глаза.

— Будь по-твоему, Миша.

Я кивнул.

— Что он просил тебя найти?

Муся сцепила пальцы.

— Договор с поставщиками рыбы.

Любопытно. Ну что же.

— Скажешь ему, что видела нужные бумаги в кабинете, да тебя спугнула свекровь. А также поделись, что территория ночью никак не охраняется, а в кладовой рядом с кабинетом постоянно открыто окно.

***

Ульяна

Весь вечер мне не хотелось отходить от сына. Я немного боялась напугать его таким повышенным вниманием, но ничего не могла с собой поделать. Еще и Миша так долго разговаривал в кабинете с Мусей. А потом толком не рассказал, к чему они пришли. Но теперь мужчина не хотел меня лишний раз волновать.

Боже, у нас столько дел с имеющимися детьми, а я беременна! Не представляю, как мы справимся… Ведь кроме денег малышам нужно внимание. Взять нашу Дайану — мы толком не разговаривали с ней о дяде, бабушке, отце. О родстве с Васькой, в конце концов! Да, они подружились, вели себя спокойно, и мы переключились на двойняшек.

Васька попросился играть в приставку, и я решила воспользоваться случаем и поговорить с девочкой. Впервые я постучалась сама к ней в комнату. Даша как всегда лежала с телефоном. Увидела меня, почему-то опустила глаза.

— Можно? — уточнила я.

Дашка кивнула.

В ее комнате стояла просторная кровать-софа. Здесь и отдыхала сейчас девочка. Я присела рядом. Даша медленно опустила телефон, поежилась на подушке. Наконец, взглянула на меня.

— Извини меня, Уля, — пробормотала она.

Я искренне не поняла.

— За что?

Девочка вздохнула.

— Наверно, я могла бы раньше позвонить Мише. Но я и правда испугалась, что Ваську увезут одного. А там… У нашей… бабушки мне стало любопытно с ней пообщаться.

Я залезла на софу, села рядом с Дашкой. Взяла ее за руку.

— И что же ты поняла? Тебе понравилась бабуля?

Дашка усмехнулась.

— Не очень. Она все время ворчит и жалуется. Но по-моему, ей нездоровится. Бабушки Анна и Надя куда боевей. А Василий, по-моему, вообще смотрел на нее как на бабу Ягу. Единственный, кто нам там понравился, это пёсик.

— Нюся тоже все время просит собачку.

Я погладила пальчики Дашки.

— Мне не нужна другая семья, — серьезно произнесла она, — Миша — мой папа. Только он заслуживает этого слова. У меня есть две шикарные бабушки. Сестренки, к которым я привыкла, и даже брат. И ты, Уля. Хоть по возрасту я не гожусь тебе в дочки, но из тебя точно выйдет отличная мачеха.

Я усмехнулась — ну хоть кто-то так думает. Впрочем, насчет Даши я тоже не питаю иллюзий. Это подросток, а скоро будет молодая девушка. Между нами вполне возможны недопонимания и конфликты. На всякий случай, я решила кое-что сказать.

— Спасибо, Дайана. Я и дальше постараюсь быть тебе другом. Но если вдруг мне придется тебя воспитывать, заранее извиняюсь.

В моем голосе были и веселые нотки, но все же он звучал твердо. Девочка должна понимать — я взрослый человек, и у меня в этой семье будет определенный статус. Хоть я и не собираюсь наводить свои порядки в отношении девочек, но держаться в стороне не выйдет.

Пока Дашка отреагировала нормально.

— Да ладно тебе, Уль. Папа Миша меня тоже все время строит.

Ох, я снова не сдержала улыбки. Девочка рассуждает как все подростки. Тем временем, Миша вовсю балует своих дочек. Но меня это не раздражает, нет. Наоборот, именно такого папу я бы хотела для своих детей.

— И не называй меня больше Дайана, — удивила моя новая дочка, — глупости это. Я — Дарья.

Но в чем-то Дашка все же осталась неизменной. Она уже скоро сообщила, что ей срочно нужно опубликовать пост. Правда, сначала хихикнула.

— Хорошо, я не забыла удалить компромат на Шмаковых. Хотя… Такой материал точно добавил бы мне рейтинга и новых подписчиков.

Я поморщилась.

— Даш, не надо скандалов. Кстати… Твоя бабушка не рассказывала тебе про биологического отца. Где сейчас находится Антон?

Мы слишком долго заминали тему Шмаковых. Теперь я хочу знать, что у детей на уме. А то они еще возьмут и сами отправятся на встречу с новыми родственниками.

— Мм… — Даша вздохнула. — Вера Антоновна говорила, ее старший сын наделал много глупостей в жизни. Встречу с моей мамой она приписала туда же… В общем, сейчас он в закрытом реабилитационном центре для алкоголиков. Туда даже в гости приезжать нельзя.

Господи. Но может оно и к лучшему.

— Тебе грустно? — решила я спросить Дашу.

Девочка поджала губки.

— Из-за отца нет, — качнула она головой, — я не хочу с ним общаться. Мне обидно насчет мамы… Она была хорошей и доброй! Но моя родная бабушка ее ненавидит.

Напоследок я еще раз обняла Дашку. Очень хорошо понимаю эти чувства, сама недавно их испытывала. Когда вроде бы родственники считают тебя вторым сортом. Но нам очень повезло встретить большую семью Зориных. Или просто всем вместе встретиться.

Миша уже отвез домой свою тетю и с нетерпением ждал меня в спальне. Из-за неразберихи с Мусей мы так и не смогли все вместе пообщаться. Любимый сказал, нам обязательно нужно собраться на днях еще раз. Уже в более спокойной обстановке.

Ну, а пока мы просто остались наедине.

— Как там Дашка? — спросил Зорин. — Я даже боюсь к ней подступиться.

Я улыбнулась.

— И зря тревожишься, — сказала ему, — она только еще раз убедилась, что именно ты ее родной отец. А мы все — ее семья. Да, еще наша блоггерша велела больше не называть ее Дайаной.

Брови Михаила подскочили наверх.

— Хм, что-то новенькое. А в остальном я счастлив… У меня четверо детей, скоро будет пятый… Все детство я мечтал о большой семье.

Ох, я снова сияю.

— Ну, не так уж скоро, — уточнила я, — сможем подготовиться. Пока я, правда, не хочу рассказывать никому, кроме близких. Твоя мама, похоже, сама уже догадалась.

Миша усмехнулся.

— Да и тетушка всю дорогу намекала, что дому нужен большой ремонт. Иди сюда.

Любимый уже лежал на кровати в шортах и футболке. На мне тоже была пижама, и я могла сразу прыгнуть к нему под одеяло. Что я и сделала, прижалась к мужской груди.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Похоже, наша взаимная страсть начинает чередоваться с уютом. Семейным. Миша как будто услышал мои мысли.

— Скоро я предложу тебе нечто важное, — прошептал он, — сегодня день пошел наперекосяк.

Я прикусила губу — Зорин совсем не умеет интриговать. С другой стороны, в моей ситуации лучше догадываться о возможном предложении, чем мучиться неизвестностью.

— Не подозреваю, о чем ты, — мурлыкнула я.

Миша засмеялся, почувствовал игру. Потом вдруг заерзал.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он. — День выдался волнительный… Ничего не болит?

Я замотала головой, все еще лежа на нем.

— Вымоталась, конечно, но никаких тревожных симптомов. Похоже, малыш растет такой же сильный, как папа.

В моих словах не было ни капли лести. Мне и правда безумно хотелось, чтобы этот ребенок был похож на Мишу. И почему-то сердце подсказывало — нас будет мальчик. После Васьки я мечтала о дочери, но сейчас не ощущала грусти. Мне с лихвой хватает новых дочек.

В своих мыслях я не сразу заметила, что Миша выбрался из-под меня. Мужчина переложил мою голову на подушки, наклонился. Его ладонь опустилась на мой живот.

— Как ты там, малой?.. — проговорил мужчина.

Я ахнула.

— Зорин, еще слишком рано, чтобы он слышал тебя или толкался.

Но Миша покачал головой.

— Он должен меня почувствовать.

Меня накрыла волна нежности, когда любимый еще раз погладил животик.

— У тебя будет безумная семья, малыш, — признался он ребенку, — и не самый деликатный папаша. Но просто знай, я очень сильно люблю твою маму. У нас все будет хорошо.

Я поняла, Миша сейчас затронул тему последних дней. Когда не до конца понимал мое состояние, волновался и потому был строгим. Не смог сразу догадаться о кознях врагов. Но он обычный живой человек. Хоть для меня и идеальный…

— Мы тоже очень любим тебя, Зорин.

Хоть день и выдался беспокойным, вырубилась я быстро — беременность дает о себе знать. А утро снова закрутило нас в водоворот дел.

Миша придумал план, как заманить Шмакова в западню. Нужно было сорвать с него маску отца, который хочет видеться с ребенком и оскорбленного брата. У нас должны быть доказательства, что Алексей ведет себя как мошенник.

Помогут в этом любимому Муся и, как ни странно, Арина. Хотя тут ничего удивительного, детектив и охрана до нее все же добрались. А Зорин действительно, хоть никто и не знал, поставил в своем кабинете камеру. Так что факт проникновения Ариши, ее фотосъемка да еще и драка со мной были сняты на видео. Чтобы не получить большие проблемы, девушка согласилась сотрудничать с бывшим боссом.

Почему глупышка вообще против него пошла? Элементарно, Шмаков задурил ей голову. Окружил вниманием, дарил цветы, приятные мелочи. Арина всегда считала, именно этого она и заслуживает. Симпатичный мужчина, хорошо одет и на дорогой машине. А потом он открыл ей свой «страшный секрет».

Якобы его брат вез жену Зорина из городка в столицу. Девица была под кайфом или пьяна и все время мешала водителю. В итоге Антон Шмаков не справился с управлением. Погибла она, пострадали еще люди. А чтобы избежать позора, Зорин сделал все, чтобы Антона посадили.

Теперь Алексей полон праведного гнева и жажды мести. Несколько лет он наблюдает за шефом Ариши, и вдруг обнаруживает ужасные вещи. В своих ресторанах Зорин использует сырье от незаконных поставщиков. У этих ребят поддельные документы на мясо, рыбу, молочные продукты.

Их очень трудно поймать за руку. Но есть одна лазейка — договор на поставки северной рыбы. Вот там настолько все шито белыми нитками, что если Шмаков получит бумаги на руки, он сможет поднять скандал. Глупышка слушала нового бойфренда, затаив дыхание. А Зорин в ее глазах уже и так был монстром — ведь он предпочел ей меня! Уму непостижимо. Скорее всего, я просто прикрывала его махинации…

Шмаков поручил Арине снять документы. А когда та попалась, просто заблокировал ее везде. Люди Миши совместно с матерью девушки вправили ей мозги, и она согласилась подтвердить — да, договор есть, и он у Зорина дома. Когда Шмаков получил эту информацию от Муси, он позвонил с проверкой Арине. Теперь оставалось ждать.

Впрочем, к числу ожидающих я не относилась. Как и большая часть нашей дружной семьи. Миша решил отправить нас на несколько дней в столицу, там у него была квартира. Дашке нужно забрать кое-что из старой школы, Анна Михайловна снова подняла тему психолога.

Миша был не против, особенно когда я присоединилась к мнению свекрови. Зорин вообще сказал, он будет целиком и полностью прислушиваться ко мне во всем, что касается детей. Хватило ему ситуации с Владой.

Многодетный отец пребывал в шоке от действий няни, но пока даже толком не мог с ней разобраться. Боялся спугнуть Шмакова.

Всем сердцем я хотела остаться рядом с любимым мужчиной, но ослушаться просто не могла. Я понимала, что нужно увезти Ваську, позаботиться о близнецах, поддержать Дашу. Да и сама я сейчас обязана быть в безопасности.