Глава 37

– Если ты спросишь, как я себя чувствую, то я тебя покусаю, – предупредила я мужа, чуть приподнимаясь на кровати, чтобы находиться в полулежащем положении.

– Хотел бы я на это посмотреть, – с улыбкой сказал Эдгар.

– На что?

– На то, как ты будешь пытаться меня укусить.

Я улыбнулась, представляя себе эту картину. Голова сейчас болела, но не так сильно, а тошноты и вовсе не было. Мое самочувствие явно стало лучше. Сон пошел на пользу. Ну и конечно, вся та гадость от лекаря, которой меня напичкали.

– Когда-нибудь я обязательно попробую это осуществить, и ты поймешь, что меня не стоит недооценивать.

– Договорились. Тогда… буду ждать.

– Есть новости? – уже более серьезным тоном спросила я.

– Из хороших – фисгар стал привыкать к твоему запаху. Конечно, ему еще надо время, но не думаю, что он для тебя теперь сильно опасен.

– А какие плохие новости?

– Нам никак не удается вычислить, кто же его освободил в тот день, и никак не получается выйти на тех, кто участвовал в нападении на нас во время дороги. Про заказчиков я вообще молчу. Куда бы мы ни сунулись, постоянно какой-то тупик, словно…

– Затесался предатель, который докладывает им все, – закончила я мысль. – И этот кто-то явно из ближайшего окружения. Именно поэтому ты постоянно позади. Они просто заранее знают, какие шаги ты предпримешь, и уже готовы к ним.

– К сожалению, я тоже так считаю. Поэтому уже начал проверку не только обитателей поместья, но и всего ближнего круга. Только вот не известно, сколько времени это займет.

– Тебе нужно подумать, может, кто-то затаил на тебя обиду? Или кому выгодна твоя смерть или моя? Может, кто-то заинтересован в деньгах семьи Одли? А Ребекка? На нее не было покушений?

– Мне кажется, или моя дорогая супруга решила устроить мне допрос?

– А дорогой супруг имеет что-то против допроса?

Черт, мне кажется или мы сейчас заигрываем друг с другом?

– Нет, не имею, – покачал головой князь. – На Ребекку, к счастью, покушений совершено не было. Что касается врагов прям способных убить – ничего не могу сказать. Я таких не знаю. Состояние наше действительно немаленькое и многим покоя не дает, но если со мной или тобой что-то случится, то наследницей будет Ребекка.

– А кто станет ее опекуном? Она ведь ребенок.

– Кто-то из ближайших родственников по моей линии. Вариантов несколько может быть. Например, мой младший брат – Джаспер Одли, или мой дядя – Марос Одли. Они самые вероятные опекуны на данный момент.

– А по линии жены что, никто не может претендовать на опеку? – поинтересовалась я и тут же увидела, как нахмурился Эдгар. – Я сказала что-то не то? Прости, если так.

– Ничего страшного, – покачал головой князь, хотя было видно, что настроение его знатно испортилось. – Нет, со стороны матери Ребекки никто не сможет претендовать на опеку.

Так и хотелось спросить, почему, но я сдержалась. Видно было, что Эдгар закрылся и говорить со мной и дальше не эту тему он точно не станет.

А что вообще такого я спросила? Вроде ничего особенного.

Хм, а я ведь совершенно ничего не знаю ни о матери Ребекки, ни о том, из какой та семьи. Вообще ничего. Куда она делась? Умерла? А может, они с Эдгаром развелись? Такое нечасто, но бывает в высшем свете. Хотя, если бы они развелись, то она имела бы наибольшие шансы взять девочку под опеку. Может, та в монастыре? Но почему же тогда ее родственники не могут претендовать на опеку? Сирота, что ли?

И самое главное, откуда у Эдгара такая реакция на мой невинный вопрос?

Сколько вопросов и совершенно никто не спешит мне на них отвечать, а значит, придется докапываться до всего этого самой, ну или подгадать момент и вытащить информацию из самого князя.

– Ладно. Мне пора. Нужно еще кое-какие дела уладить, но к ужину я приду за тобой. Вместе пойдем в столовую, если ты хорошо себя будешь чувствовать.

Я лишь молча кивнула, смотря вслед уходящему мужчине. Не покидало ощущение, что он просто сбежал, боясь, что я закидаю его вопросами. А может, это так и есть?