Глава 3

– Чего уставилась? Нравлюсь? – огромный чёрный кот с порванным ухом и проплешинами на голове зло посмотрел на меня. На плюшевом лбу набухала большая такая шишка. В моей голове никак не складывались две мысли в одну. Плюшевые игрушки, и живые?! Откуда шишка? Им бывает больно? – Тебе больно? – тихо спросив, протянула руку к кошачьему лбу. – Монетку бы холодную приложить. Мне было не страшно дотронуться до игрушки. Ну что мне могут сделать мех да вата? Грубиян замер, округлив глаза. – Ты… ты… – кот поднял лапу, но замер, словно к чему-то прислушиваясь, я заметила, как шишка под моей ладонью уменьшилась. Дверь вновь распахнулась, и из заведения, которое обещало быть тихим, вывалился высоченный мужчина в чёрных кожаных одеждах. На перекошенном лице вдоль правой щеки алел яркий след от удара чем-то узким. – Эй ты! Деревенщина! Кто тебе позволил трогать чужого фамильяра?! Руки убери! – пошатываясь, мужик шёл в нашу сторону. – Разве я позволю меня трогать, господин? – осклабился кот. – Проверял деревенскую простоту на наличие денег. Охнув, чуть не потянулась к подолу, но сдержала себя. – И что, нашёл? – подвыпивший хам окинул меня оценивающим взглядом. – Пусто. Думаю, вещами будут расплачиваться. Я присела на телегу и почувствовала, что кошель на месте. Соврал хозяину, непонятно почему выгораживая меня. – Безрукий поганец, – сплюнул на землю верзила, потеряв к нам интерес. – Идём, поищем другое место для ночлега. Тут охранник несговорчивый. Мужик попытался пнуть кота, но координация подводила, фамильяр резко отскочил в сторону, зашипев. – Бедолага, не повезло с хозяином, – пробормотала под нос, беря Венди за руку, мой взгляд упал на замершего мишку, прижатого к груди. – Ничего, посушим, починим. – Госпожа, – тихо произнёс мальчик, стоя позади. – Извините за то, что сейчас было. Вы не бойтесь, проходите, мои родители будут рады вам. Вещи все до единой в комнату доставлю, за лошадью хороший уход будет. – Спасибо, мальчик, – поблагодарив, с опаской направилась к дверям. Зал оказался чистым, широкие столы, скамьи, посетители приличные, пусть и бедные. Похоже, что тот мужик мимо проходил. Улыбчивая полноватая хозяйка в цветном платье поохала, услышав нашу проблему, но я тут же заверила, что расплачусь вещами, которые как раз в заведение заносил её сын. – Госпожа, сочувствую вам, но что вы будете брать? Ужин, горячую воду для мытья, завтрак? – видя, что женщина оценила наш скарб, согласилась на всё, что та предложила. Комната оказалась на втором этаже, чистая, с широкой кроватью, столом и шкафом, никаких излишеств. На столе стояли графин с водой и стакан. Устало опустилась на кровать, рядом села Венди. – Ты как? Двигаться ещё можешь? – девочка улыбнулась и кивнула. – Мы лекаря ждём, проводите, как придёт, – обратилась к поднявшейся с нами хозяйке. – Ужин подайте в комнату, нам бы помыться и купить чистой одежды, я готова отдать взамен… – Мама, подожди, мне нужно тебе кое-что сказать, – Венди проследила за моим взглядом: я собиралась предложить в обмен единственное сохранившееся платье Маргариты. – Я пока распоряжусь насчет воды, а вы поговорите, – женщина тихо прикрыла дверь. – Матушка, я правильно поняла, ты хочешь отдать это платье в обмен на ночь и простые дорожные платья? Если его почистить и отутюжить, то можно продать за десять, а то и двадцать золотых. Тут столько кружев да шелков. Отец за него золотом платил, более ста монет отдал. – Права девчонка, – сбоку раздался знакомый голос. – Уйди, нечисть! – вскочив, запустила подушкой в сторону приоткрытого окна. Чёрный кот мяукнул и легко отклонился от мягкого снаряда. – Отчего это я нечисть? Фамильяр я, благородный, родовитый. Никогда не видел нечисть в фамильярах. Их убивают, а не в напарники берут. – Ты как сюда попал? Он указал лапой на приоткрытое окно. – Мы тебя не звали, уходи. Воровать не дадим, – устало вновь опустилась на кровать. – Я что, похож на мародёра, у несчастных, побитых да обобранных женщин последнее забирать? Я, может, помочь пришёл. А что вы глаза округлили? Нечасто добрых людей встретишь. Доверьтесь мне, продам ваше платье за одиннадцать золотых, себе оставлю один, вам десять. – Почему мы тебе должны верить? Одиннадцать золотых больше, чем один, – с недоверием посмотрела на проникшего в нашу комнату кота. Вся его внешность кричала, что он обведёт вокруг пальца. – Мне услуга нужна, – неожиданно смутился тот. – Какая от нас может быть услуга? Себе услужить не можем. – Отвязка от хозяина, – тёмные глаза-пуговки уставились на меня в надежде. – Каким способом? Мне нужно поговорить с ним? Кот резко замотал головой из стороны в сторону. – Вы умеете, я это почувствовал, как только вы приложили к моей голове ладонь, госпожа. – Моя мама не маг, – произнесла Венди, но я, как и кот, чувствовала уменьшение шишки. – Матушка, не верь прохвосту, он пытается обобрать нас! – схватив меня за рукав, зашептала девочка. – Хорошо, забирай платье, но один золотой нужен мелкими монетами, за постой расплатиться. – Вы сделали правильный выбор, госпожа! – радостно вскрикнул кот, и платье тут же, заискрившись, испарилось. Чёрный ушастик в одно мгновение исчез за окном. – Можно попрощаться с платьем, с деньгами. И не предъявить, что украли, своими руками отдали, – бубнила малышка, поглаживая медведя. Жаловалась ему. – Он вернётся, поверь, солнышко, – погладив девочку по голове, налила себе воды. В дверь постучали.