Глава 16

Яна лежала на кровати. Красные глаза, мокрые от слез щеки. Я решительно шагнул в комнату.

- Ян, всё не так…

- Как я поняла? - она горько усмехнулась. - Фраза из мыльной оперы, Вадик. Зачем я тебе, Принц? Если ты обжимаешься с другими. Чтобы сидеть с детьми?

Я покачал головой.

- Мои дети тебя безумно любят. Как и я. У меня есть видеозапись всего, что произошло в кабинете. Посмотри, пожалуйста.

Существовал огромный риск, что меня прогонят, даже не дав оправдаться. С другой стороны, я верил, Яна так не поступит. Все же между нами многое случилось, и я сейчас не о прошлом. Мы практически семья. Она не может отвернуться.

- Покажи, - девушка приподнялась.

Я осторожно сел на кровать любимой. Запустил просмотр видео. Мы оба следили, как Ирина запрыгивает на мои колени. Яна несколько раз вдохнула.

- Господи…

Я опустил аппарат.

- Я очень виноват, Янчик. Ты говорила мне, я отмахнулся. В итоге нам всем пришлось пережить неприятные часы. А особенно тебе, ведь ты заболела.

- Вадим, - глаза Яны вновь наполнились слезами, - мне кажется, сегодня я побывала в аду. Мне было так плохо - морально и физически.

Она всхлипнула. Я смотрел на нее, не отрываясь, и чувствовал, как мою душу разъедает стыд. Если бы я настолько безгранично ее не любил, то всерьез бы задумался - не лучше ли просто отстать от этой женщины? Раз не хватает мозгов устроить ей нормальную комфортную жизнь. Но я даже представить себе не мог, что откажусь от нее, потому очень осторожно попытался обнять.

- Малышка моя… Прости.

Яна позволила приблизиться к ней, забрать в объятья. Я сел на кровати, прижал ее к груди.

- Никому тебя не отдам и ни на кого не променяю, - шепот, казалось, раздался из самого моего сердца. Девушка в моих руках шевельнулась.

- Вадик, - мое имя прозвучало обнадеживающе мягко, - тебе стоит снять розовые очки. Я доверяю тебе, но не нужно считать всех женщин такими уж безобидными.

Я вздрогнул.

- Да я вообще больше никого к себе не подпущу!

Фраза прозвучала так эмоционально, что Яна даже улыбнулась. Я погладил ее по нежной щеке.

- Я тоже сегодня многое пережил и осознал, хоть я себя и не оправдываю. Но никому больше не позволю лезть в наш мир грязными ручонками! Счастлив, что ты не отталкиваешь меня, Янчик. Ты моя самая лучшая на свете девочка.

Я и сам не знал, что на меня нашло, и почему из меня полился поток откровенности. Но я и правда был безумно благодарен Яне. Уверен, совсем скоро между нами все будет даже лучше прежнего. Я сделаю для этого все возможное и невозможное. Остается лишь разобраться с ее здоровьем.

- Доктор что-то сказал тебе? - осторожно спросил я притихшую девушку. - Если нужно, мы вернемся в столицу, и ты пройдешь обследования в лучших клиниках. Ника как раз дала мне координаты их семейных докторов.

Яна вдруг подняла на меня внимательный взгляд.

- Я не больна, Вадим, - сказала она.

Я не очень понял.

- Конечно, - все же стоило ее приободрить, - уверен, это временное недомогание.

Мякинина отстранилась и села напротив.

- Доктор тоже так считает, - она отчего-то усмехнулась, - Вадик, у Леопольда Карловича подозрение, что я беременна. Конечно, нужно сдать анализы…

Она что-то говорила, но я уже не слышал. Меня, как в той сказке, окунуло сначала в кипяток, потом сверху хлынул ледяной поток. И в финале хлопнуло железякой по темечку так, что заложило уши. Яна родит мне ребенка?!

- Я не уверена… - услышал я тихий голос.

- А я знаю наверняка! - я сам не понимал, что на меня нашло. - Ты точно ждешь моего ребенка!

Я весь клокотал от восторга.

- Откуда ты знаешь, Принц? - прищурилась Яна.

- Потому что я так хочу.

Она вдруг рассмеялась громко и взахлеб.

- Ты не меняешься, Вадик. Если ты чего-то хочешь, то пусть весь мир подождет.

Сейчас я действительно хотел, очень хотел…

- Яна, - перевел дух и взял любимую за руку, - я не подготовился, и ты можешь счесть меня раздолбаем. Но я не хочу упускать больше ни секунды. Выходи за меня, Мякинина, я из кожи вон вылезу, чтобы ты была счастлива. Потому что я этого хочу.

Мой робкий взгляд утонул в ее теплом-теплом. Я уже знал ответ, он не требовал озвучки. Но все же в следующую секунду прозвучало нежное: - Я согласна.

Позже я куплю кольцо, какое только смогу себе позволить, что-нибудь еще по-девчачьи милое. Устрою любимой романтический сюрприз. Но это будет лишь для того, чтобы сделать ей приятное. Не столь серьезно. Самое главное произошло сейчас - я понял, насколько я хочу быть с этой женщиной. Я узнал, что она носит моего ребенка. Получить статус не жены, так хотя бы невесты, она должна была без промедления! Скоро, но… Мы шли к этому всю жизнь, каждый через свой опыт.

Я аккуратно взял в ладони любимое лицо, коснулся губами щеки. Потом поцелуй достался маленькому носику, второй щечке. Наконец я добрался до губ, ощутил ее вкус. Углубил движения, с восторгом чувствуя, как отчаянно она отвечает…

- Фу! Фу! Фу! Вы целуетесь!

Мы резко отпрянули друг от друга и не сдержали улыбок. В проеме открытой двери показались два мелких хулигана. Матвей стоял, скривившись. Киря просто хлопал глазенками.

- Скоро я женюсь на Яне, - лаконично сообщил я детям. Про братика или сестричку пока решил не говорить, пусть малые узнают новости постепенно.

Матвей широко улыбнулся, Кирюша повторил за братом. Пацаны прошли в комнату.

- Бабушка сказала, - начал говорить старший сын, - когда папа поженится с кем-то, у нас будет вторая мама. Я ждал…

Мотя перевел дух, мы с Яной замерли.

- Но ведь первая мама у детей бывает только одна! Значит, и вторая одна! - он смешно развел руками. - Я сразу понял, наша вторая мама - это ты, Яна! Я не хотел, чтобы папа поженился на Вере или тете Ире… Это был бы очень глупый поступок.

Мы не выдержали и засмеялись. Все же Матвей бесподобен.

- Надеюсь, ты теперь перестанешь донимать Верочку? - прищурился я.

Шкодник втянул голову в плечи.

- Иди сюда, мой хороший.

Я повернулся к Яне, в ее глазах стояли слезы. Матвей растрогал нашу беременную маму. Как все же здорово, что мои дети приняли Яну! Хотя… Может, это и правда неспроста? И устами ребенка прозвучала истина, о которой мы, взрослые, не подозреваем?

- Мама… - осторожно произнес Матвейка.

Яна прижала мальчишку к груди и поцеловала в макушку.

- Мама! - воскликнул Киря, которого оставили без внимания. Мелкий с наскоку прыгнул на кровать и полез к Яне обниматься. Да, не каждая бы выдержала этот коктейль хулиганья и нежности. Но любимая выглядела счастливой. Я тихонько встал и вышел из спальни.

Любимый горожанами терапевт Леопольд Карлович еще не ушел. Толстячок вольготно устроился на диване с рюмкой коньяка. Однако его лицо было слишком задумчивым для человека, расслабляющегося в конце рабочего дня. Он услышал мои шаги, вскинул голову. Словно в чем-то засомневался, потом все же заговорил.

- Вадим, - позвал меня доктор, - у меня к тебе разговор.

Интересно, что он собирается обсудить. С Яной проблемы? Я встревожился.

- Конечно, Леопольд Карлыч.

Врач встал, поставил напиток.

- Подбросишь меня до дома?

Я знал этого мужчину много лет, и он всегда отличался скромностью. Даже конфеты ему попробуй всучи. А тут такая просьба… Он явно хочет уединения.

- Без проблем.

Ночевать мы вероятно будем у Мякининых. Сейчас отвезу доктора, поговорим, и я как раз заскочу к маме.

- Я не хотел говорить в доме Евы, - когда мы тронулись, Леопольд сказал очевидное, - сегодняшние события натолкнули меня на мысль, что они с Яной кое о чем не знают.

Мои брови сошлись на переносице.

- Что вы имеете в виду?

Доктор кашлянул.

- Павел Мякинин долго и тяжело болел. В какой-то момент я стал единственным человеком извне, с которым он мог поговорить. Тогда он и рассказал мне о своей задумке. Скажу сразу, я пытался его переубедить! Но он, видимо, уже был не совсем в себе, хоть и его дееспособность никто не оспаривал.

Я напрягся. Дела вроде давно минувшие, но раз медик о них вспомнил, они, скорее всего, напрямую касаются Яны.

- Он очень переживал за Яночку. Конечно, Еву он тоже крепко любил, но дочь была для него всем. Поздний ребенок успешного мужчины, он хотел обеспечить ее будущее раз и навсегда.

Внутри кольнуло. Я прекрасно помнил, как отец баловал Яну. Что ж, теперь этим займусь я. Однако, к чему разговор?

- Он боялся, что девочка станет жертвой альфонсов или собственной доверчивости. Потому попросил присматривать за ее деньгами Юрия Туркина.

Прямо из моего нутра вырвался возглас разочарования. Черт бы побрал конфликт наших семей! Из-за него я не смог быть рядом с Яной. Хотя тут сыграла и моя тогдашняя неопытность, юная слабость духа. Я выжидающе посмотрел на Леопольда Карловича.

- Так вот, Вадим, - продолжил пожилой мужчина, - как я понял, Яночка подписала бумаги, с помощью которых Юрий распоряжался деньгами, а, может, и сейчас распоряжается.

Странно.

- Но зачем она это сделала? - изумился я. - Неужели не понимала последствий? И она мне ничего не говорила.

Собеседник кашлянул.

- Я потому и завел эту тему, - принялся объяснять он, - вижу, Ева и Яна живут вполне себе скромно. А ведь у Мякинина после продажи некоторого имущества и своей части дела образовалась неплохая кубышка. То, что девочка подмахнула бумаги - неудивительно. Павел тогда много сбывал с рук, а что-то было записано на нее. Дочь доверяла отцу, да и времена в семье стояли не лучшие. Яна росла в добре и любви, защищать себя не привыкла. На тот момент, по крайней мере.

У меня вновь сжались кулаки.

- Спасибо, Леопольд Карлович, что раскрыли мне эту тайну, - искренне произнес я.

Старый медик развел руками.

- Не подозревал, что дело осталось в секрете. Хотя… Это характеризует лишь личность Туркина. Со стороны была так очевидна его назойливость, но люди в горе приняли ее за заботу.

Я лишь медленно кивал. Впереди уже маячила двухэтажка у больницы. Леопольд Карлыч тепло поблагодарил меня за услугу такси и бодро зашагал к подъезду. Я же, переваривая полученную информацию, повернул в сторону отчего дома. Необходимо выяснить судьбу денег Яны, вернуть их девушке и наказать мошенника Туркина. Но пока я займусь делом исключительно сам. Любимая в положении, лишние волнения нам не нужны.

***

Яна

Уже на следующий день после злоключений я узнала свой «диагноз» - беременность, срок небольшой. Вадик сопровождал меня в клинику и вел себя так естественно, спокойно, а вот меня откровенно потряхивало. Так неожиданно я попала в особое положение. О таком счастье я и мечтать не могла.

В полном восторге пребывали и наши с Принцем мамочки. Когда слезы счастья на их щеках высохли, они в своей манере принялись деловито обсуждать условия нашей дальнейшей жизни.

- Детям лучше остаться у меня, - заявила моя мама за общим вечерним чаепитием, - я буду помогать Яне и все контролировать.

Карина скептически приподняла бровь.

- Вадим и Яна не подростки, им явно надоест сидеть под колпаком. Вполне возможно, им даже лучше вернуться в столицу. Там у Вадима все условия, отличная квартира. Под боком лучшие клиники.

Я поежилась, воспоминания о жизни в Москве у меня не самые лучшие.

- С Яной все в порядке, - парировала Ева Марковна, - да и до столицы пару часов на хорошей машине! Зато здесь тишина, покой, никаких пробок и суеты.

Принц не принимал участия в общем обсуждении и вообще в последние дни был задумчив. Я бы могла испугаться, что он не рад моей беременности, если бы его глаза не лучились таким счастьем при одном упоминании о будущем малыше. Однако что-то беспокоило любимого. Может, проблемы по работе?

Я тоже не забывала о профессиональных обязанностях. Чуть придя в себя, активно взялась за проект детского центра Вероники. Оттачивала детали, хотя немного сложновато было это делать, не имея возможности бывать в помещении. Однако процесс увлекал, я даже забывала о дурноте, которая время от времени преследовала меня. Единственное, от сотрудничества с сестрой Ирины Таней мне все же пришлось отказаться. Я пояснила обстоятельства и распрощалась с ней и Максом на приятельской ноте. Мне даже предложили связаться с дизайнерами после декрета.

Вот только я никак не могла решиться рассказать обо всём Вадику. Он ведь так хотел, чтобы я сделала хорошую карьеру. Я и сама понимала, для семьи с детьми очень здорово, если женщина тоже вносит финансовую лепту. Да и в случае форс-мажора сможет подставить плечо. Но я даже пробный проект в фирме Татьяны не осилила, каждый штрих давался с трудом. Работа казалась сложной, скучной, меня еще сильней тошнило…

Я хотела выбрать подходящее время и поговорить с Вадиком о своей карьере, как он предоставил мне возможность сам. В один из вечеров, когда мамы уже разошлись, а детки легли спать, любимый сообщил мне новость.

- Янчик, мне нужно поехать на несколько дней в Москву, - произнес он, снимая футболку.

Я прикусила губу, оглядела его накаченные руки. Отличный повод отправиться с ним и довести до ума план ремонта для Ники.

- Можно составить тебе компанию? - осторожно поинтересовалась я.

Любимый широко улыбнулся.

- Конечно! Буду только рад. Мальчишек тогда оставим с бабушками и Верой. Она вызвалась иногда подрабатывать няней. Попытки выйти за меня она оставила, - Принц вытянул ладонь вперед, - просто за неимением жениха хочет хотя бы подзаработать денег.

Я приподняла уголки губ. Да, Вера простая девушка, но беззлобная. Она очень помогла мне, когда я падала с ног после электрички.

- А тебе, наверно, нужно увидеться с Татьяной? - приподнял брови Принц.

Я глубоко вздохнула.

- Вадик, я приостановила работу с Таней, - призналась я, - прости, я не справилась.

Эмоции захлестнули так непривычно сильно. Стало жалко себя, Вадика, которому досталась такая некчемная невеста. Слезы сами собой полились из глаз. Я вытирала их, всхлипывала…

- Малышка! - в голосе Принца сквозило искреннее удивление. - Ну чего ты? Да ты и не попробовала толком, что значит не справилась?

Я несколько раз вдохнула.

- Прости…

- Да за что?!

Мужчина в два шага оказался у кровати, а я в сильных объятьях.

- Сейчас твое дело маленькое, - усмехнулся он и опустил ладонь на мой живот, - а дальше будет видно. С голода мы не умрем, заверяю. Даже на икорку останется.

- Я делаю проект для центра Вероники, - решила я покаяться во всём.

Принц присвистнул.

- Ого! Ты еще и сама клиентку нашла, а я тут лезу. Так, хорош раскисать! Если честно, я и сам не хотел, чтобы ты работала с Таней. Она неплохая, но не хочу быть чем-то связанным с Ириной. Да и сотрудники там… всякие.

Принц явно говорил о Максе! Мне стало смешно.

- Вадик, ты ревнуешь! - хихикнула я сквозь сохнущие слезы. - Ну ты даешь, Принц.

Мужчина прищурился.

- Мне вообще-то не так просто с лучшей женщиной на свете, - жалобно проговорил он и едва не прыснул.

- Это ты у меня самый хороший…

Я прижалась к родной груди.

***

Вадим

Любимая расстраивалась из-за своих трогательных проблем, меня же глодала заморочка серьезнее. Я должен узнать правду о капиталах Мякининых, и дело тут даже не в деньгах. Финансов мне действительно хватает, работу Яне я искал лишь для того, чтобы ее приободрить. Хочет она сотрудничать с Никой - ради бога! Будет сидеть дома с тремя, с ума сойти, детьми - тоже отлично. Однако меня разрывала от злости мысль, что Туркин жил за счет несчастной девушки.

Его нынешняя «страсть» к ней обусловлена, скорее всего, необходимостью доступа к деньгам. Срок доверенности выходит, или что-то другое пошло не так. Хотя, в любом случае, его распоряжение финансами Яны незаконно. Видимо, он действовал через знакомых и за взятки.

Яна рассказала, что в злополучный день, когда я встречался с Ирой, ей позвонил странный голос и сообщил о болезни Евы Марковны. Моя теща, тем временем, бодро копалась в огороде. А после к ним в дом лез Туркин. Совпадение? Вряд ли. Пришла пора поставить этого, если можно так выразиться, мужика на место.

Я навел справки среди рабочих, с которыми ремонтировал детский дом. Парни лучше всех знают, что и как в городе. Они сказали, Юрий до сих пор гостит здесь у тетки. Адрес я прекрасно знал, нескольких часов мне хватило, чтобы выследить его и положить спиной на капот своей машины.

- Ты попутал, Принц?! - хрипел земляк. - За решетку тянет? Упеку, не посмотрю на деточек. Я тоже отец!

Но я не убрал руки с его горла.

- Твоим детям должно быть стыдно за такого папашку, - медленно проговорил я, - вора и мошенника. Немедленно рассказывай, где лежат капиталы Мякининых?

Маленькие серые глазки напротив быстро-быстро забегали. Несколько секунд, и Туркин взял себя в руки, попытался злобно оскалиться.

- Совсем тронулся? Нет у Янки денег и не было, закатай губу! Если не можешь ее обеспечить, отвали, дай ей сойтись с мужем.

Я нажал пальцем на кадык, Юра скривился.

- Ты что ли муж? Рассказывай, как было, или тетушка тебя завтра ой как хватится. Поверь, я сумею дело обстряпать так, что мои дети не останутся без отца.

Затылок бывшего муженька Яны поздоровался с твердым металлом моей машины. У Туркина исчез запал. Возможно, он поверил в угрозу.

- Ну были бабки! Были!

Незаметно я сунул руку в карман штанов и включил старенький диктофон. Зафиксировать речь Юрия будет не лишним.

- Где они сейчас? - твердо спросил я.

- Дай вдохнуть!

Я взял Юрия за грудки и втолкнул на заднее сидение автомобиля. Сам сел рядом и посмотрел вопросительно. Мужик вздохнул.

- Нет больше денег, - его тон звучал не очень убедительно, - на них я содержал Яну, оплачивал клиники. По-женски она неполноценна, если ты не знал. Поставили памятник Павлу. Вот все копейки и растратились, от Мякинина осталось больше долгов.

Я смотрел на существо, которое человеком назвать бы не смог, и понимал, еще немного, я реально просто его прихлопну и пойду под суд. Но такие проблемы моей семье не нужны, они нуждаются в отце, который станет жить дома и нормально работать. Неполноценна по-женски… Да несколько недель нормального секса ей хватило, чтобы забеременеть. Так и все остальное - вранье. Придется самому выяснять, где он прячет деньги Яны.

- Ну ты же понимаешь, эта запись ничего не доказывает?

Следак устало теребил черную ручку. Я приехал к нему в отдел сразу после, чтобы поговорить по-человечески. Мы даже быстро перешли на ты. Впрочем, это не облегчало ситуацию.

- Что делать? - в очередной раз спросил я.

Полицейский пожал плечами.

- Яна может прийти, написать заявление. Привлечем в свидетели твоего врача. Тогда, возможно, этим будет кто-то заниматься…

- Ясно.

Я в принципе и сам не ждал чудес.

- Подними свои связи, - вдруг глухо посоветовал следователь, - пошарь среди нотариусов, дело ведь явно обстряпывалось в Москве.

Его порыв помочь я оценил, но…

- Это же как искать иголку!

Тот снова лишь повел плечами. Я поднялся. Ощущая себя словно в западне, вышел на воздух. Ну не на цепь же мне Юрика сажать и пытать! Потому я решил последовать совету нового знакомого и отправиться в столицу, там у меня действительно были кое-какие связи.

Я бегал по Москве, встречался с разными людьми, но не видел никакого толка. Все больше ощущал себя загнанной собакой и бесполезным существом. А кто я еще, если не могу навести порядок в жизни своей женщины? Хорошо хоть она чувствовала себя хорошо, ездила с Вероникой по строительным и детским магазинам, а вечерами мурчала у меня под боком.

- Вадик, о чем ты все время думаешь?

Мы лежали в джакузи, наслаждаясь пузырьками теплой воды и друг другом. Я ощущал телом нежную попку, Яну я расположил прямо на себе, руками трогал тонкие ласковые пальчики. Но все равно никак не мог расслабиться. Завтра мне обещали встречу с главой еще одной крупной нотариальной сети. Мне кажется, это последний шанс.

- Мне нужно узнать кое-что, - я решил поделиться наболевшим без подробностей, безумно боялся ей навредить, - где находится банковский счет одного человека. Пока моих связей не совсем хватает, дело муторное.

Яна сначала вздохнула, явно не имея возможности помочь, а потом вдруг встрепенулась в моих руках.

- Муж Лизы банкир! У него во владении коммерческая структура. Может, он посодействует?

Любимая повернулась ко мне, ее глазки сверкали.

- Какой еще Лизы?

Но тоненькая девушка уже выпорхнула из ванной.

- Давай, я напишу ей? - спросила она уже, завернувшись в белый халат и пройдя в спальню.

- Да кому?

Яна закатила глаза.

- Модельер Лиза, у которой я покупала платье для праздника Татьяны. Это хорошая подруга Вероники Зверевой. Так вот, ее муж Тимур имеет банк! Просто она сказала, если я, как Вероника, надумаю открывать свое дело, могу обратиться за кредитом. Не серьезно, конечно… Но, возможно, ее супруг с тобой встретится. Я напишу?

Я выдохнул. Что ж, моя девочка подкидывает выход. Хотя муж подружки - сомнительно. Впрочем, я должен попробовать.

- Хорошо, Янчик.

Любимая тут же принялась суетливо водить пальчиками по экрану смартфона, на лице довольная улыбка от того, что помогает мне.