Глава 35. Максим

Возвращаться домой и не хотелось и хотелось одновременно. Там, в горах, мы были только вдвоём и Алиса открылась с новой стороны. А дома…дома был дом. Ворота только открылись, а до нас уже донеслась кутерьма — двойняшки что-то делили.

— Такое нежданое материнство весьма отрезвляет, — заметила поморщившись Алиса. — Как прививка от деторождения. Раньше, конечно, мечталось о детях, а теперь упаси боже. И так полный букет.

Я ничего не ответил. Я и раньше особо о детях не думал, теперь же просто воспринимал их наличие, как данность. О своих словах насчёт декрета особо не вспоминал — ляпнул сгоряча.

Тем более ночью снова пришёл Мишка. А делать новых детей при наличии старых очень непросто, я вам скажу. Малыш ворочался и сопел, не могу уснуть, я ворочался тоже. Алиса спала крепко и без особых угрызений совести. Я посмотрел на потолок тонущий в темноте и мысленно прибавил к имеющимся у меня трём детям ещё одного ребёнка и поморщился — нет, и правда, не нужно.

И постепенно забылось. Жизнь вошла в свою колею. Я пытался купить Алисе машину, она отбрыкивалась и бегала на остановку, по пути болтая со смазливым охранником, что меня выводило из себя. Двойняшкам нашли хороший садик рядом, но пока не отдали — пусть дома пообвыкнутся. Ангелина торчала дома, потому что решила, что московским подросткам она не интересна, и убивалась по этому поводу. Рыжий кот посетил всех местных пушистых дам, и поэтому поводу был очень рад своей жизнью.

Я, как дурак продолжал бегать спать к жене, словно мне в отдельной постели не спалось. Однажды утром, когда лето уже давно перевалило за середину я проснулся, с удовлетворением отметив — Мишки нет. Не прошёл, может, перерос. Его нет, а вот Алиса на месте.

— Алиса, — позвал я. — детёныша тут нет.

— И что? — сонно отозвалась она. — Мне скоро на работу.

Я только глаза закатил — вот ездила бы со мной, было бы свободных полчаса времени. Нечего меня стыдиться, я там уже всем показался, вообще не понимаю, в чем проблема. Поэтому потянулся к жене, поцеловал в шею, скользнул по руке… Алиса же дернулась от меня так, как в наши первые дни не бегала.

— Что-то не так?

Села на постели. Посмотрела на меня круглыми испуганными глазами. И в ваную понеслась. Оттуда — звуки. Её тошнило.

— Алис? — снова позвал я. — Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Заткнись! — грубо закричала она. — Ты не видишь, что я не расположена к близости?

На работу собралась идти пешком, демонстративно прошла мимо меня пьющего кофе на террасе, словно я ей сделал что-то страшное.

— Тебя тошнило, — напомнил я.

— Я вчера ужинала в японском ресторанчике, больше туда не пойду. Пока.

Так. Ужинала. Без меня. С кем тогда? Сразу вспомнился её бывший — отвратительный тип. Я бы сказал, что моя Алиса слишком умная, чтобы с ним связаться, но она же провела с ним три года. При мысли о том, что они делили постель, меня корежило. Я как-то слишком быстро привык, что она только моя и делиться был не намерен. Подумал было даже нанять частного детектива, потом обозвал себя придурком и выбросил эту идею из головы.

Вечером мы не разговаривали. Мишка, словно почувствовав клин между нами жался к Алисе. Он вообще отдавал ей предпочтение передо мной, и я его в этом не винил — мне Алиса и самому нравилась. Но он ревновал её ко мне, пусть по-детски, но удивительно взросло контролировал свои эмоции, это было видно. И сейчас сел рядом, прижался, лишь изредка на меня поглядывая.

— Я хочу спать одна, — порадовала Алиса. — Будь добр, переночуй в своей комнате.

Я обиделся и гордо удалился. Ночью уже услышал привычное шлеп-шлеп по коридору, звук открывания двери. Вздохнул — Мишке можно, а мне нельзя. Пообижался, а потом решил сражаться за место в постели своей жены. Выждал полчаса, чтобы Мишка точно уснул, затем тихонько, словно вор прокрался в соседнюю комнату. Спящий ребёнок был удивительно тяжёл. Я отнёс его в комнату, прикрыл одеялом, проверил ночник. Всё было в порядке. Затем вернулся.

Вечером Алиса была такой сердитой, что будить я её не рискнул. А утром проснулся от звуков рвоты из ванной. Полежал, прислушиваясь, вздохнул.

— Теперь что? — спросил я, когда звуки прекратились. — Устрицы? Мидии? Шашлык сомнительного качества? Снова ходила с кем-то в ресторан?

— Пила смузи в уличной забегаловке, — торопливо ответила Алиса. — Я на работу пойду, мне пора.

И правда, начала одеваться. Я вздохнул — суббота. А у субботу даже у моей жены выходной. Я раньше работал и в выходные, теперь стараюсь чаще проводить время дома.

— Нужно смотреть правде в глаза, Алиса, — решился сказать я.

— И что ты предлагаешь?

Отбросила блузку, которую надевала в сторону, смотрит на меня, упепев руки в бока.

— Купить уже тест.

Совершенно незащищенная ночь у нас была только одна. Тогда, когда Алису снимали с дерева. Тогда она была слишком пьяна и счастлива, чтобы озадачиваться, а я вообще о защите не подумал. А теперь вот думается и мне, и наверное, ей.

— Я не беременна, — отрезала Алиса.

— А если да? Ты думаешь, проблема рассосётся сама собой?

Натянула халат, вышла на террасу, словно убегая от разговора со мной. Утро ещё раннее, спать бы сейчас да спать, но возможное появление в нашей семье нового Заржевского все выбило из колеи.

— И что? — почти агрессивно спросила она. — Мне делать аборт?

— Рожай, — пожал плечами я.

Если подумать, то я тоже не хотел ребёнка. Очень не хотел. И причины мои были эгоистичны — всю Алису хотелось себе. Не хотелось, чтобы кто-то маленький и требовательный отрывал её по ночам от меня. Чтобы именно ему доставалось все её внимание. Но избавиться от ребёнка? Нет.

— Но я не хочу детей! — Теперь Алиса уже кричит. — Как ты не понимаешь? Да, я бы хотела, одного, когда нибудь, возможно! Но у меня уже есть трое детей, которых я не просила! Я не смогу больше! Я не хочу!

В слезах убегает обратно и громко хлопает дверью. Кот, недовольный тем, что его подняли так рано, проходит мимо, распушив хвост. Но это ещё не все. Поворачиваюсь — и с моих губ срывается очень неприличное слово. Потому что дети здесь. Все трое. Стоят у входа в гостиную, смотрят перепуганными глазами и жмутся друг к дружке. И наверняка все слышали.